За туманом

Однажды придётся осознать...

***

— У него приступ анемии. В комнате мерно тикали часы. И тиканье их казалось Сириусу тревожным. — Амбулаторным лечением здесь не обойтись. — Анжелина отложила стетоскоп и покачала головой. — Лучше я заберу его в больницу. — Анемии? — обеспокоенно переспросила Рейчел. — Но он никогда в жизни не страдал анемией. — По симптомам это подозрительно похоже на анемический криз. — пожала плечами Анжелина. — Возможно, скрытое внутреннее кровотечение или дефицит чего-нибудь. В любом случае, лучше будет отвезти его в госпиталь и тщательно обследовать. — А это... Надолго? — робко шепнула Рейчел. Анжелина вздохнула. — Это будет зависеть от результатов обследования и его дальнейшего состояния. — сказала она. — Но я обещаю тебе, я верну тебе твоего сына живым и здоровым. Она присела на постель Сиэля рядом с сестрой и взяла её руки в свои. Сириус догадался, что ему лучше выйти. Если мама сейчас будет плакать, то лучше пусть это видит только одна тётя Энн..

***

Она сидела на своей кровати с книгой и переворачивала страницы с определенным интервалом, явно даже не вчитываясь в них — уже машинально делала вид, что читает, а на самом деле думала о чём-то своём. — Лиззи... — осторожно сказал Сириус, входя в её комнату. — Ты в порядке? Можно сейчас с тобой поговорить? Лиззи вздрогнула и подняла голову. — Сириус? Что-то случилось? Сириус вздохнул. Он не очень-то любил разговаривать с людьми — обычно это препоручалось Сиэлю. Но сейчас обстоятельства не оставляли ему выбора. — Лиззи... Ты не замечала ничего странного с тех пор, как мы сюда переехали? — спросил он напряжённо. — Каких-нибудь... Посторонних звуков?.. — Нет, а что? — спросила Лиззи. — А ты что, замечал? Сириус собрал волю в кулак и решил ей признаться. — Прошлой ночью я видел в своей комнате какую-то тень. — сказал он серьёзно. — Слышал чьи-то шаги... Как будто за мной наблюдает кто-то чужой. Я попытался исследовать дом и обнаружил, что он... Ну... Какой-то... Как будто ненастоящий. Но там оказалось очень пыльно, так что зайти далеко я не смог. Мы с Сиэлем решили, что позже осмотрим его вместе. А потом он вдруг заболел. Это не кажется тебе странным? — В смысле? — удивилась Лиззи. — В при чём тут вообще Сиэль? — Тётя Энн когда-то упоминала, что анемия обычно развивается постепенно. Сначала человек просто чувствует себя усталым, а потом ему становится всё хуже и хуже. Но у Сиэля это произошло как-то... Слишком резко, что ли? Я считаю, что это подозрительно. — Я согласна, что это подозрительно, но почему ты связываешь его болезнь с этими своими наваждениями? — спросила девочка. — По-моему, это так не работает.. — Но ты подумай! Ведь раньше он почти никогда не болел! — Ну и что? — Лиззи закрыла книгу и встала с кровати. — У всех есть слабости, и никогда нельзя знать заранее, как и когда они проявятся. Ты тоже до пяти лет почти не болел, а потом раз — и... — Я помню. — отмахнулся Сириус. Эту свою слабость он держал в уме, но ненавидел, когда о ней говорили другие люди. — Но это понятно откуда — по наследству от мамы. А откуда у Сиэля анемия? У нас никто из родственников ею не страдает! — Ты считаешь, что он бы не заболел, если бы мы не переехали? — Да. В комнате на минуту повисло молчание. Только пыль летала в воздухе, слегка белея в тусклом свете осеннего дня. — Сириус... — сказала наконец Лиззи. — Это никак не связано. Сириус не нашёл ответа. Элизабет была права. Элизабет должна была быть права. Он молча кивнул, развернулся и вышел из комнаты.