Я положу трупы к твоим ногам. [Книга 1.]

Глава 12. Тео

Мой желудок неприятно сжался, когда лифт высотного здания начал стремительно подниматься. Ривер нажал кнопку одного из верхних этажей, где, вероятно, жил Шепард.  А я думал, что дом Ривера был хорош. Я уставился на свое отражение в полированном хроме лифтовой кабины. У двери стоял охранник, а в холле была стойка регистрации. В каком жилом доме есть портье?  – Это место... довольно роскошное, – рискнул я сказать, стараясь не слишком нервничать.  Ривер фыркнул и скрестил руки на груди. – Это вычурно. Не понимаю, почему Шеп не может жить в нормальном доме, как все мы. Наверное, компенсирует что-то.  Лифт плавно остановился, и двери бесшумно открылись, открывая перед нами коридор с ковровым покрытием. Ривер взял меня за руку и повел направо, где нажал на звонок у двери.  – Ты уверен, что мы не одеты слишком просто? – я посмотрел на свою одолженную одежду. – Может, мне стоило переодеться в новую одежду?  – Все будет хорошо, – заверил меня Ривер. – Это всего лишь Шепард.  Ривер снова нажал на звонок, и дверь открылась. Открывший дверь мужчина был чуть старше меня, с песочными волосами, в очках с черной оправой и с ямочкой на подбородке. Он напомнил мне Кларка Кента из старых фильмов о Супермене, которые Мастер позволял нам смотреть.  Он поднял очки на нос. – Вы, наверное, Ривер и Тео.  – А вы, наверное, новый домашний питомец Шепарда, – сказал Ривер и прошел мимо него.  Я бросил мужчине извиняющийся взгляд, пока Ривер вел меня в квартиру.  – Я его научный помощник, – сказал мужчина у двери, спотыкаясь, чтобы уступить нам дорогу.  – Конечно, – Ривер не выглядел убежденным.  Я был слишком занят, разглядывая интерьер. Все было гладким, современным и безупречным. Огромный телевизор стоял над незажженным газовым камином, окруженный мебелью, которая выглядела так, будто ее никто никогда не использовал. Даже полы были безупречно чистыми. Мне казалось, что я попал на съемочную площадку, а не в место, где кто-то живет.  – Вау. Здесь очень красиво, – заметил я, чем вызвал недовольство Ривера.  – Спасибо, – сказал мужчина из прихожей.  Как только я услышал его голос, что-то во мне сразу же захотело развернуться и убежать как можно быстрее. Он вышел из-за угла, поправляя запонки на своем безупречно сшитом костюме. На нем были кожаные перчатки, но в остальном он не выглядел бы неуместно в офисе крупной компании. Темно-зеленые глаза оглядели комнату, как будто сам воздух в ней был ниже его достоинства. Возможно, так и было. Этот парень должен был быть на подиуме, демонстрируя итальянские костюмы, а не разговаривать с нами.  Мужчина улыбнулся мне. – Всегда приятно встретить человека, который ценит изысканные вещи. Возможно, часть вашего хорошего вкуса передастся моему дорогому младшему брату.  – Шепард, – сказал Ривер в знак приветствия, его тон был напряженным.  Углы губ Шепарда поднялись в хищной улыбке. – Ривер. Я был удивлен, когда ты позвонил, но ты всегда желанный гость здесь. Ты и твой... друг.  Ривер крепче обнял меня за руку, пока Шепард разглядывал меня с ног до головы.  – Это семейное дело или личное? – спросил Шепард.  – Личное, – прошипел Ривер сквозь зубы. – Боюсь, вы застали меня в неудобный момент. Мы с Гэвином как раз собирались выйти на вечернюю прогулку, – он скрестил руки на груди. – Но, может быть, если вы попросите меня по-хорошему, я соглашусь изменить свои планы.  Ривер фыркал рядом со мной, как разъяренный бык. Я почти ожидал, что он набросится на Шепарда и начнет его избивать. Вместо этого он пробормотал сквозь стиснутые зубы: – Пожалуйста, Шепард, можно поговорить с тобой наедине о личном деле?  – Что ты сказал? – Шепард приложил ладонь к уху. – Не уверен, что я тебя хорошо расслышал, младший брат.  – Двадцать минут, – прошипел Ривер. – Это все, что нам нужно, ты, мешок с членами и комплексом бога. Я даже заплачу тебе за твое время.  Шепард посмотрел на нас с улыбкой. – Ты же семья, Ривер. Я бы и не подумал брать с тебя деньги за работу в нерабочее время. Если у тебя проблемы с производительностью, я с удовольствием их выслушаю, – он помахал рукой своему помощнику, который встретил нас у двери.  Гэвин кивнул и взял телефон.  – Не будете ли вы так любезны, зайти в мой кабинет? – Шепард сделал шаг назад и указал на коридор.  Кабинет, в который Шепард нас провел, был аккуратным и опрятным. Книжные полки занимали всю стену, а посередине стоял стол из вишневого дерева. За ним огромные окна от пола до потолка показывали огни на автомагистрали, но мое внимание привлекли картины на внутренней стене. В то время как остальная часть интерьера квартиры была выполнена в черно-белых тонах, картины представляли собой автопортреты в ярких желтых, зеленых и красных тонах.  – Говорят, что он был просто эпилептиком, но я с этим не согласен.  Я вздрогнул, услышав голос Шепарда прямо за спиной. Он ухмыльнулся, когда я оглянулся на него.  – Кто? – спросил я.  – Ван Гог, – он подошел ко мне и встал рядом, любуясь картинами на стене, сложив руки за спиной. – Он действительно страдал от приступов, это общеизвестно, но останавливаться на этом — значит оказать плохую услугу гениальному уму. Почти лихорадочный темп, с которым он создавал свои произведения, полная преданность своему делу в сочетании с длительными эпизодами бреда, депрессии и несколькими хорошо задокументированными случаями иногда насильственной психозы? Этот человек, скорее всего, был шизофреником. Но никто не хочет этого признавать, потому что психические расстройства до сих пор сопровождаются такой стигматизацией. Эпилепсия более приемлема. Шизофрения просто недостаточно сексуальна.  – Это он их нарисовал? – спросил я, кидая взгляд на картины.  Шепард усмехнулся. – Нет, к сожалению. Подлинная картина Ван Гога стоила бы более миллиона долларов. Это мои довольно неудачные попытки запечатлеть его образ и стиль.   Я вовсе не считал их неудачными. Хотя я никогда не видел настоящих картин Ван Гога, Шепард, казалось, сумел передать мрачное, искаженное самовосприятие этого человека.  Шепард подошел к стулу за своим столом. – Пожалуйста, садитесь.   Ривер напряженно сел на один из стульев напротив него, а я опустился на другой, присев на край. Мое колено начало самопроизвольно подпрыгивать, но я заставил его успокоиться.  Я чувствовал себя обнаженным под пристальным взглядом Шепарда, словно он освещал меня черным светом и мог видеть все грязные места на моей коже, к которым прикасались другие.  – Ну? – внезапно выпалил Ривер, и я вздрогнул.  Шепард вздохнул, опустил руки и наклонился вперед, опираясь на стол. – Терпение никогда не было твоей сильной стороной, верно, Ривер? – Я привел его сюда не для того, чтобы ты на него пялился, – прорычал Ривер.  – Зачем ты его привел? – Шепард слегка ухмыльнулся, пока Ривер мучился над ответом. – Ты не знаешь, верно? Ты знаешь только то, что твоя игрушка сломана, и тебе нужна помощь старшего брата, чтобы ее починить.  Ривер злобно посмотрел на Шепарда.  Он знает, понял я. Шепард знает, кто я такой. Мое лицо покраснело. – Что он тебе рассказал?  Глаза Шепарда снова скользнули на меня. – Ривер ничего не сказал. По крайней мере, ничего полезного. Если хочешь кого-то винить за то, что я знаю, вини Уора. Я разговаривал с ним сегодня утром, и он рассказал мне кое-что.   – Уор ни черта не знает, – пробормотал Ривер, скрестив руки.  Шепард проигнорировал вспышку Ривера и сосредоточился на мне. – Как ты думаешь, что Уор мне рассказал?  Я взглянул на Ривера, а затем опустил глаза. – Что я шлюха. Что люди покупали меня, использовали. И что Ривер спас меня.   – Ты был проститутом.   – Это одно и то же, – заметил я, пожимая плечами.  – Неужели? – Шепард изучал меня с бесстрастным выражением лица, сложив руки на столе. – Возможно, они означают одно и то же, но имеют разные коннотации. «Шлюха» — это уничижительный термин. Выбор этого слова вместо другого очень показателен.  Я сглотнул. – Неужели?  – Ты мог бы сказать, что был жертвой торговли людьми. Все это означает одно и то же, – сказал Шепард.  Я закусил губу и пробовал про себя эту фразу. Тео, жертва торговли людьми. – Нет, – сказал я, качая головой. – Это еще хуже.  – Почему? – настаивал Шепард.  – Потому что я не хочу, чтобы кто-то считал меня жертвой.  – Но это то, кем ты являешься, Тео. У тебя не было выбора. Влиятельные люди охотились за тобой, лишили тебя свободы. Быть жертвой — это не плохо. Это позволяет возложить вину на тех, кто ее заслуживает, переложив ее с тебя на тех, кто тебя обижал, – Шепард откинулся на спинку стула. – А как насчет слова «выживший»? Как ты к нему относишься?  Я облизнул губы, задумавшись. – Как ложь. Я ничего не пережил.  – Почему?  – Потому что пережить означало бы, что я стал сильнее, – я снова покачал головой. – Но я не стал. Я все время боюсь, что проснусь и пойму, что все это был сон. А когда я засыпаю, мне снится, что меня преследуют и тащат обратно туда. Я даже в туалет не могу пойти один, желая, чтобы Ривер был рядом со мной. Я знаю, что это ужасно, но иногда я хочу… – я замолчал, широко раскрыв глаза, когда понял, что собирался сказать.  – Да? – глаза Шепарда заблестели. – Иногда ты хочешь что? Закончи мысль, Тео.  Ривер смотрел на меня, сдвинув брови в беспокойстве.  Я отвернулся и пробормотал: – Иногда я хочу вернуться. По крайней мере, тогда я больше не буду бояться.  На самом деле я не хотел возвращаться. В любом случае, я не мог. Мастер наказал бы меня, может быть, даже убил бы за побег. Я просто хотел, чтобы все вернулось на круги своя. Я хотел, чтобы моя жизнь была в какой-то мере нормальной и предсказуемой, даже если я знал, что меня ждет плохое. Все было лучше, чем это изнурительное ожидание, когда он найдет меня, когда Ривер устанет от меня, ожидание, ожидание, ожидание.  – Я устал ждать, когда со мной произойдет что-то плохое, – прошептал я, закрыв глаза.  – А что насчет хорошего? – спросил Шепард. – Расскажи мне что-нибудь хорошее, что произошло с тобой с тех пор, как ты встретил Ривера.  Как только я собирался ответить…  – И не говори, что это встреча с Ривером, – ухмыльнулся он.  Черт. Откуда он точно знал, что я собирался сказать? Я взглянул на Ривера, пытаясь найти что-то конкретное. – Ривер купил мне сегодня телефон.  И когда он поцеловал меня прошлой ночью, я захотел, чтобы он продолжал. Я не думал, что способен хотеть кого-то другого, и это сбивало меня с толку. Я действительно хотел быть с ним, или это был какой-то механизм выживания, сработавший на полную мощность? Возможно, я хотел его только потому, что он был добр ко мне. Я был настолько легко поддающимся влиянию? Готов был связать себя с первым мужчиной, который не использовал меня и не бросил?  – О чем ты еще думаешь, Тео? – спросил Шепард, возвращая меня к реальности.  – Ни о чем, – быстро ответил я, почувствовав, как моя кожа покрылась красными пятнами.  Шепард посмотрел то на меня, то на Ривера. – Тео, тебе нечего стыдиться. Я изучаю человеческую сексуальность. Я буквально обучал пары половому акту. Я совладелец БДСМ-клуба. Ты не можешь рассказать мне ничего, чего я бы не слышал раньше.   Я покраснел еще сильнее и заерзал на стуле.  – Ты думаешь о том, как я тебе вчера вечером дрочил? – самодовольно спросил Ривер.  Я еще глубже погрузился в кресло.  Шепард вздохнул и сжал переносицу. – Ривер, Тео должен говорить сам за себя.  Я чуть не выпрыгнул из кожи, когда кто-то постучал в дверь.  – Войдите, – сказал Шепард.  Дверь приоткрылась, и Гэвин просунул голову. – Еду принесли. Надеюсь, вы любите пад тай.  – Спасибо, Гэвин, – сказал Шепард. – Тео, почему бы тебе не помочь Гэвину накрыть на стол, пока я поговорю с Ривером?  У меня закрутило живот от мысли, что я буду вдали от Ривера, но он, похоже, не беспокоился. Он будет всего лишь в соседней комнате, Тео. Все будет хорошо.  Ривер взял мою руку и поцеловал ее тыльную сторону. – Я сейчас выйду, – заверил он меня.  Я сглотнул, кивнул, встал и пошел к двери вместе с Гэвином.