Пока ты здесь

Утро пришло медленно. Солнце лениво поднималось наверх, освещая небольшую хижину. Сквозь переплетения ветвей и ткани внутрь проникал мягкий голубоватый свет. Вода под платформами тихо плескалась, создавая тихую, умиротворённую атмосферу. Нетейам проснулся с первыми лучами солнца, но не торопился открывать глаза и подавать звуки. Ему в кои-то веки хотелось насладиться тихим, одиноким утром. Воздух был прохладным и немного солёным. Где-то вдалеке слышались отдалённые голоса и шаги представителей клана Меткайина, которые рано проснулись и принялись заниматься своими делами. Жизнь деревни продолжалась спокойно, словно никакой войны и не было. Нетейам вспомнил, как он проводил время со своими братьями и сёстрами на родной земле. Воспоминания хлынули тёплые, радостные. Он был рад немного поностальгировать и просто «вернуться» на миг в их прошлую жизнь. Он легко улыбнулся и слегка пошевелился. Боль напомнила о себе сразу. Он тихо выдохнул и снова замер, позволяя ей утихнуть. Повязки плотно стягивали грудь. Ему было неприятно от осознания собственной беспомощности. Солнце поднялось выше, свет стал ярче и теплее. Неохотно открыв глаза, Нетейам прищурился. Ему хотелось прикрыть глаза руками, но боль давала о себе знать, поэтому он не стал себя мучить. Повернув голову, лесной на’ви заметил сидящего парня напротив себя. Он устало сопел во сне, что выглядело достаточно мило и… привлекательно, прикольно. Нетейам несколько секунд просто смотрел на него, медленно проводя по нему взглядом. Аонунг сидел, оперевшись спиной о деревянную опору, слегка наклонив голову вперёд. Руки были скрещены на груди, плечи напряжены даже во сне. Нетейам отметил, что тот, похоже, и не ложился. Он осторожно отвёл взгляд и снова посмотрел на свет, заполнявший хижину. Снаружи стало шумнее. Кто-то смеялся, плескались волны, по настилу прошли быстрые шаги. Всё это казалось таким обычным и знакомым, что на секунду рана и боль отступили на второй план. Он снова попытался пошевелиться, но уже осторожнее. Боль отозвалась, но не так резко. Было терпимо. Нетейам сжал челюсть и пытался не издавать никаких звуков. –Всё-таки ты не умеешь лежать спокойно. Прозвучал хриплый, сонный, но громкий голос. Нетейам широко открыл глаза и резко повернул голову на источник звука. Он не заметил, когда Аонунг успел проснуться. Парень сидел прямо и внимательно смотрел на Нетейама. –Так ты давно проснулся?– спросил он уже более бодро. –Недавно– соврал Нетейам. –Все-таки вы, лесные, плохо врёте. Он поднялся, подошёл ближе и опустился рядом, внимательно осматривая повязки. Он выглядел так уверенно, что казалось, будто Тсахик не его мать, а он сам. Его пальцы коснулись края бинтов, и Нетейам тут же напрягся. –Не болит?– коротко спросил Аонунг. –Терпимо.– ответил он сразу же. С недоверием водный на’ви посмотрел на лесного, но ничего не сказал. Он лишь взял стоящую рядом ёмкость с водой и подал больному. –Я уверен, что ты хочешь пить, но тебе пока не стоит двигаться самостоятельно. Я тебе помогу, и не пытайся отнекиваться– серьёзно сказал рифовый «принц». –Вау, как скажете, командир– с насмешкой ответил Нетейам и показал, что он не против помощи с его стороны. Он немного попил воды, после чего Аонунг убрал стакан и саму ёмкость. Для желтоглазого всё это было чем-то новым и странным. Он привык, как старший, брать на себя всю ответственность и помогать другим. А сейчас он был как беспомощный ребёнок, который нуждается в чужой заботе. Он вовсе не плохо относился к Аонунгу, нет. За всё то время, которое его семья провела здесь, проблем водный на’ви создавал только его младшему брату и сестре, а к самому Нетейаму он относился уважительно и хорошо, могло показаться, что моментами даже слишком. Они были хорошими друзьями, пусть Нунг и кажется чересчур колким и «проблемным». Но всё, что происходило сейчас, было чересчур. Он никогда не думал, что кто-то, как Аонунг, будет сидеть и поить его водой с руки. Нетейам собирался что-то сказать, но снаружи послышались знакомые, быстрые шаги. Аонунг тоже это услышал и немного отпрянул от лесного мальчика. Полотно у входа чуть приподнялось, и в хижину первой вошла Нейтири. Она на мгновение остановилась, как только увидела своего сына с открытыми глазами. Для неё будто всё перестало существовать. Она быстро подошла ближе, но сделала это осторожно, словно боялась, что резкое движение причинит ему боль. Немного опустившись, она начала проводить ладонью по его щеке и волосам. –Нетейам… ты проснулся…– её лицо расплылось в искренней и счастливой улыбке. В ответ Нетейам слабо улыбнулся. Нейтири внимательно осмотрела его лицо, повязки, грудь. Она не сказала ни слова, но её плечи заметно опустились и расслабились, будто она наконец позволила себе выдохнуть. Следом за ней вошёл Джейк. Он также подошёл к своему старшему сыну и озарил его улыбкой. –Как ты, сынок? –Нормально, папа. Ло’ак появился последним. Он выглядел уставшим и взволнованным одновременно. –Скаун! Ты нас напугал. Очень. Нетейам лишь неряшливо отшутился. Нейтири начала поправлять повязки, проверяя, удобно ли он лежит и не нуждается ли в чём-то. Аонунг всё это время стоял чуть в стороне. Он держался у стены, скрестив руки. Он чувствовал себя лишним, это можно было понять без слов. Нейтири, наконец обернувшись и обратив внимание на водного мальчика, мягко улыбнулась. –Спасибо тебе, Аонунг. Он лишь кивнул, предпочитая сохранять тишину. Ему было неловко, поэтому он развернулся и направился к выходу. Нетейам проводил его взглядом. Почему-то в груди что-то неприятно сжалось. Семья пробыла с ним недолго. Нейтири сказала, что ему нужен покой, и вскоре они вышли, пообещав вернуться позже. В хижине снова стало тихо. Нетейам продолжал лежать, глядя в потолок. Его не отпускало ощущение того, что он слишком зависим и слаб. Это раздражало. Он решился сесть. Боль дала о себе знать, но он, стиснув зубы, предпочёл терпеть. Ему хотелось хотя бы попытаться встать. Он опустил ноги на пол. Встать всё-таки не получилось — тело подвело. Ноги не удержали, и он рухнул вниз, успев лишь ухватиться за край лежанки. Боль ударила сильнее прежнего, в груди перехватило дыхание. –Чёрт… –Ты вообще головой не думаешь? Аонунг вбежал в хижину, услышав грохот. Он схватил Нетейама, не давая ему окончательно упасть, и помог обратно лечь. –В твою голову когда-нибудь приходят нормальные мысли? Почему ты так стремишься себе навредить? Ты же знаешь, что тебе нельзя вставать!– сказал он с претензией. –Мне хотелось просто попробовать. Я не хочу лежать вот так обузой для всех. Я должен пытаться. Аонунг посмотрел ему в глаза, потом раздражённо выдохнул и молча сел рядом. –Ради Эйвы, послушай меня. Ты проснулся только сегодня ночью. Тебя подстрелили. Скажи спасибо хотя бы за то, что ты выжил. Какого хрена ты вытворяешь, пытаясь встать сейчас и показаться сильным? Ни для кого ты не обуза. Все очень переживают за тебя. Никто тебя не винит. Поэтому будь хорошим ребёнком и послушай, что тебе говорят твои родные и близкие. Нетейам расплылся в улыбке и тихо усмехнулся. –Вот это ты у нас великий поддерживатель, вау, я в восторге!– он продолжал улыбаться.– Хорошо, сэр, на время я оставлю свои попытки перестать быть овощем и побуду, ради Эйвы, овощем. Аонунг закатил глаза, но промолчал. Они ещё немного поговорили, подшучивая друг над другом, и в какой-то момент в хижине снова стало по-домашнему спокойно. Тишину нарушили лёгкие, быстрые шаги и приглушённые голоса. –Нетейам?– раздался знакомый голос Тук. Полотно у входа снова приподнялось, и внутрь заглянули Тук и Кири. Увидев, что он бодрствует, Тук тут же заулыбалась и уже собиралась подбежать ближе.Аонунг резко поднялся. –Я, наверное… пойду.– тихо сказал он, бросив короткий взгляд на Нетейама. Он кивнул, провожая его взглядом до самого выхода.И почему-то, когда хижина наполнилась голосами семьи, отсутствие Аонунга ощущалось слишком отчётливо.