Жена инспектора Тиа Тха

Секс – это естественно, но всё же вызывает беспокойство. Мангкорн не мог выбросить из головы слова Лукплаба. Он понимал, что любовь неизбежно ведёт к более близким отношениям, и рано или поздно этот момент настанет. Чтобы не быть застигнутым врасплох, сержант полиции начал углубляться в изучение темы: просматривал статьи, смотрел видео и даже консультировался с более "опытными" знакомыми. В последнее время Лукплаб и Мангкорн стали подозрительно близки, что не осталось незамеченным для двух инспекторов, которые наблюдая за ними, часто переглядывались, но вмешиваться не решались. – Пи Мангкорн, вы когда-нибудь, эээ... пробовали справляться сами? – спросил Лукплаб. – Ч-что? О чём ты говоришь, Нонг Плаб? – растерянно ответил старший, стараясь скрыть смущение. Он оглянулся по сторонам, убедившись, что никто не подслушивает, и осторожно коснулся руки младшего. – Ну, вы не замечали, как инспектор Тиа Тха смотрит на вас? Его взгляд... он полон любви и... страсти, – продолжил Лукплаб, опустив глаза. – Ты это серьёзно? – нахмурился Мангкорн, чувствуя, как внутри всё смешалось. – Кажется, он хочет стать вашим, Пи Мангкорн, всем сердцем, – тихо добавил Плаб, слегка улыбнувшись. – Ты просто выдумываешь, – ответил Мангкорн, пытаясь разрядить обстановку. Их тихий разговор сопровождался лёгким смехом, звучавшим так непринуждённо, что человек, наблюдавший за ними издалека, почувствовал, как внутри закипает раздражение. – Почему Лукплаб и Мангкорн так улыбаются, а, Пху? – спросил Тиа Тха, в голосе которого сквозила ревность. – Я сижу здесь с тобой. Откуда мне знать, Тиа? – ответил инспектор, пожав плечами. – Почему он не улыбается так же широко, когда рядом я? – продолжил Тиа Тха, явно показывая своё недовольство. Даже Лукплаб оказался под ударом его ревности. Чтобы успокоиться, инспектор решил выйти на улицу и немного прогуляться. Этот день был странным. Сколько бы Тиа Тха ни пытался найти момент, чтобы поговорить с Мангкорном, у него ничего не выходило. То один его отвлекал, то другой. В итоге он так и не смог провести время с любимым. Чёрт, это раздражает. Его раздражение длилось до самого вечера и даже перешло в ночь. Редко можно было увидеть подполковника таким недовольным, и, возможно, это был первый случай, когда его эмоции были так очевидны. Когда он вернулся домой, его лицо оставалось мрачным и сердитым. Это заставило Мангкорна обеспокоиться: – Что случилось, Пи Тиа? – Ничего. Я лучше приму душ, – коротко ответил он, надеясь, что прохладная вода поможет успокоить сердце, разрываемое ревностью. Он пообещал себе, что больше не позволит эмоциям взять верх над разумом, что не будет кричать или повышать голос. Но всё же мысли о том, что его жена слишком милая и все хотят быть рядом с ней, не давали ему покоя. Мысли так и не упорядочились. Высокий мужчина с обнажённым торсом вышел из ванной, небрежно накинув на плечо ночную рубашку. Это заставило младшего удивиться. – П-почему ты не надел рубашку нормально? – смущённо пробормотал Мангкорн, краснея. Его взгляд невольно задержался на идеально очерченных формах тела с загорелой кожей, гладкой и упругой, с рельефными мышцами и шестикубиковым прессом, который притягивал внимание. С ума сойти. – Мангкорн, сегодня ты был с Плабом весь день, – начал Тиа Тха, пристально глядя на него. – Э-это к чему ты ведёшь? – пробормотал младший, чувствуя, как сердце начинает биться быстрее. – Неважно, – коротко ответил Тиа Тха. – Сегодня я почти не разговаривал с тобой. А ты смеялся и веселился с Плабом. Я ревную. Он больше не мог сдерживаться и решил высказать это вслух. Тиа Тха даже не обратил внимания на предыдущий разговор о рубашке. Ему захотелось немного покапризничать перед любимым. С этими мыслями он сел на кровать и притянул Мангкорна к себе на колени. – Тиа Тха, ты... – начал было младший. – Я ревную тебя, – серьёзно произнёс он. – И что мне теперь делать? – спросил Мангкорн, слегка растерянно. – Хм, как же быть? – протянул инспектор и тут же с хитрой улыбкой предложил: – Успокой меня, Мангкорн. Изначально он хотел лишь обнять и поцеловать младшего, но, почувствовав свежий аромат его кожи, его руки сами потянулись к нежной поверхности. После долгого воздержания желание вспыхнуло мгновенно, но он понимал: такие вещи требуют времени. – Как мне тебя успокоить? – смущённо спросил Мангкорн. Однако он тоже ощутил жар прикосновений Тиа Тха, когда тот прижался носом к его шее. Кто в такой ситуации остался бы равнодушным? – Успокой меня так, как это делают влюблённые, – прошептал Тиа Тха, голосом полным страсти. Руки мужчины начали скользить под рубашку младшего, лаская нежную кожу. – Ах, Тиа Тха... – выдохнул Мангкорн. – Можно мне? – мягко прошептал тот на ухо. Слова Тиа Тха, его глубокий, полный желания голос, заставили сердце молодого полицейского учащённо биться. Он не ожидал, что всё зайдёт так далеко. Но разве это имело значение? Он был готов. – Ты... ты вообще умеешь это делать? – с лёгкой ноткой сомнения спросил Мангкорн. – Умею или нет, дай мне попробовать, – ответил Тиа Тха. – Пожалуйста, дай... Его мольба звучала настолько искренне, что даже самый строгий человек не смог бы устоять. Тиа Тха превратился в преданную собачку, которая только и ждёт ласки и любви. Его глаза светились любопытством и страстью. Мангкорн, не уступая в эмоциях, тихо ответил: – Только не будь слишком грубым, хорошо? – Я буду максимально нежным, – пообещал Тиа Тха. – Ах... хорошо... Как только слова сорвались с губ, свободная рука инспектора нежно подняла подбородок младшего, повернув его лицо, чтобы найти идеальный угол. Затем он медленно приблизился и мягко коснулся губ Мангкорна своими. В искусстве поцелуя Тиа Тха был непревзойдённым. Его утончённость, ритм и чувственность всегда погружали Мангкорна в состояние сладкой эйфории. Широкая ладонь аккуратно обхватила нежные щеки, наслаждаясь каждой секундой близости. Он нежно посасывал и слегка покусывал губы младшего, а затем игриво проник языком, словно прося разрешения исследовать внутреннюю сладость. Та же сладость, что и раньше, только теперь она казалась ещё более опьяняющей. Горячий язык медленно исследовал, их дыхания сливались в единое целое. Тиа Тха продолжал одаривать любимого поцелуями, одновременно поддерживая его тонкую талию. Незаметно младший оказался лежащим на кровати. Его округлое лицо раскраснелось, а уши горели ярким румянцем. Хитрый взгляд инспектора скользил по нему, полный желания и восхищения. – Ч-что вы так смотрите? – пробормотал Мангкорн, смущённо отводя взгляд. – Когда ты смущаешься, ты такой милый, – с улыбкой ответил Тиа Тха. – Мне хочется увидеть больше. Можно я исследую тебя? – Ты... сумасшедший! – голос младшего дрогнул. – Можно мне попробовать твое молоко? – его манера произносить такие нежные и в то же время смущающие слова заставляла сердце молодого полицейского трепетать. Тело становилось слабым, а каждое прикосновение ощущалось особенно остро. Тонкая белая рубашка была слегка приподнята, открывая белоснежную кожу с лёгким розовым оттенком, который отражался в пристальном взгляде инспектора. – Ты сумасшедший! Посмотри, какое у тебя выражение лица! – попытался возразить младший, но голос его звучал слабо. – Ты такой белоснежный, Мангкорн, – прошептал Тиа Тха, не отводя взгляда. – Ты такой пошлый! – воскликнул младший, чувствуя, как его смущение нарастает. Как можно быть таким привлекательным и таким развратным одновременно? – Я могу быть ещё более пошлым, – тихо ответил он, голос его стал бархатным и манящим. Младший невольно сглотнул, заметив, как взгляд инспектора упал на его розовые соски, которые выглядели слишком соблазнительно. Не успев осознать, он почувствовал, как длинные пальцы Тиа Тха начали нежно массировать его плоскую грудь. Хотя она и не была полной, как у девушки, возбуждала не меньше. Инспектор Пханле слегка касался сладких вишнёвых горошин, вызывая тихие стоны Мангкорна. Большие глаза младшего с трепетом следили за каждым движением. Его сердце колотилось, а душа наполнялась смешанными чувствами волнения и восторга. Обаяние и уверенность Тиа Тха заставляли его вновь и вновь влюбляться всё сильнее. – Можно я попробую, мой хороший? – прошептал Тиа Тха, склонившись ближе. – Если собираешься что-то делать, то делай быстрее. – Не будем спешить, хорошо? – хитрец снова использовал свои обворожительные слова. – А-а, П... Пиии... Мангкорн не успел договорить, как его чувствительная вершинка оказалась во власти губ Тиа Тха. Первое ощущение было подобно электрическому разряду, который усиливался с каждым движением. Слаженные действия вызывали стон, вырывающийся из глубины его горла. Но Тиа Тха не собирался останавливаться. Он продолжил, переключаясь между сосками, нежно лаская их языком – то слева, то справа, с жадностью облизывая и посасывая. Звуки, сопровождающие его действия, эхом разносились по спальне, смешиваясь с мелодией сладких стонов Мангкорна. – А-а... Это... слишком чувствительно... – Не так сильно, пожалуйста... Но чем больше Мангкорн пытался остановить его, тем сильнее разгорался огонь страсти в Тиа Тха. Волны наслаждения постепенно захватывали разум молодого полицейского, стирая границы сознания и погружая его в ослепляющее блаженство. Когда он взглянул вниз, то увидел, как инспектор с преданностью отдаётся процессу, а его собственное тело реагировало, становясь всё более напряжённым. – Ты такой сладкий... – поднимая взгляд произнёс Тиа Тха. – Можно мне пойти дальше? – Но я... я никогда... – Значит, сейчас попробуешь… Я много узнал и сделаю так, чтобы ты был счастлив. Мангкорн уловил смысл слов старшего. В его глазах было только восхищение, да и он сам уже не мог остановиться, поглощённый этим моментом. Тиа Тха медленно провёл рукой по гладкой коже юноши, мягко избавляя его от одежды. Щёки Мангкорна заливались румянцем, а его соски сохраняли розоватый оттенок от недавних прикосновений. Нижняя часть тела также заметно напряглась несмотря на смущение, усиливая общий трепет. – П... Пи Тиа Тха... – шептал Мангкорн. – Можно снять эти шорты? – Если ты тоже снимешь... – Хорошо, тогда вместе. Их взгляды встретились, и, словно по негласному сигналу, они одновременно избавились от оставшейся одежды. Белые трусы Мангкорна упали на пол, обнажая его тело, в то время как одежда Тиа Тха открыла его внушительное достоинство. Мангкорн невольно сглотнул, глядя на него. То, что он раньше называл "торпедой", теперь казалось ничтожным по сравнению с тем, что он видел перед собой. – Почему ты так смотришь на меня, малыш? – с хитрой улыбкой спросил Тиа Тха. – П-почему оно такое… большое? – Вероятно, потому что я хорошо за ним ухаживаю. Но теперь это всё твоё. Лицо Мангкорна моментально залила краска, его щеки стали алыми, как спелый помидор. – Мы снова встретились, маленький Мангкорнчик. – Пи Тиа, не смейся надо мной! – Я не смеюсь, просто… действительно маленький. Мангкорн нахмурился, чувствуя, как раздражение поднималось внутри. Конечно, кто еще мог быть таким самоуверенным, как этот старший. Но прежде чем обида успела захватить его, стройные ноги были приподняты и разведены в форме буквы «М». – Сначала нужно использовать пальцы, чтобы не было больно, – пробормотал он, краснея еще больше. – Хмм… У нас есть лубрикант? – Да, есть. В ящике. Брови Тиа Тха слегка нахмурились – почему у него в спальне есть смазка? Непроизвольное раздражение вспыхнуло, но, словно прочитав его мысли, младший поспешил объяснить: – Плаб сказал, что нужно быть готовым, – Мангкорн спрятал лицо в ладонях. – Что ты сказал? – удивленно воскликнул инспектор. – Ну… Плаб сказал купить такое… на всякий случай… Включая… – Что, презервативы? Младший смущенно улыбнулся и открыл ящик. Там обнаружились защитные средства разных размеров. Определить подходящий размер оказалось непросто, но это было необходимо, поэтому он купил разные. – У меня 58. – Что? 58? Мангкорн с недоверием снова оглядел тело инспектора. Сейчас оно было возбуждено, и, похоже, размер действительно соответствовал словам его владельца. – Будет больно? – Не буду лгать, это может быть неприятно, но я сделаю всё, чтобы тебе было хорошо. Процесс получения удовольствия начался. Лубрикант был осторожно нанесён на пока еще закрытый вход. Сердце старшего билось быстрее. То, что он видел в порнофильмах, казалось красивым, но реальность с любимым человеком была куда более завораживающей. Нежный розовый цвет бутона притягивал взгляд, не позволяя отвести его. – Я введу палец, хорошо? – Пожалуйста, аккуратно. – Как скажешь, мой дорогой. Младший глубоко вдохнул, готовясь к волне новых ощущений. Его разум твердил о необходимости расслабиться, но тело противилось, особенно когда первый палец осторожно скользнул внутрь, вызывая странное, непривычное чувство. – Ай, больно, – выдохнул он, сдавленно. – Прости… вынуть? – голос старшего звучал мягко, почти шепотом. Если младший не готов, старший прекратит. Мангкорн замер, его мысли метались. Он закрыл глаза, пытаясь понять свои ощущения, и спустя мгновение покачал головой, давая знак продолжать. – Я двигаюсь, – предупредил старший. – Да… – короткий ответ прозвучал дрожащим эхом. Легкие движения вызывали напряжение, словно электрический ток пробегал по всему телу. Руки младшего судорожно сжимали простыню, пока он пытался привыкнуть к длине пальца, который осторожно двигался внутри, изучая каждую чувствительную точку. Вскоре волна удовольствия сменила первые неприятные ощущения. – Это… приятно, – прошептал он, едва слышно. – Уже не больно? – Тиа Тха наклонился ближе, его голос был полон заботы. – Немного… но больше приятно, – признался Мангкорн, краснея. – Ты всегда так честен, жена, – с легкой усмешкой заметил инспектор. Когда тело младшего привыкло к одному пальцу, добавился второй. Два пальца двигались синхронно, глубже, находя те самые точки, которые заставляли Мангкорна содрогаться от удовольствия. – Там… – его голос сорвался на стон. – Здесь? Почему? – Тиа Тха замер, внимательно наблюдая за реакцией. – Щекотно… но хорошо, – младший прикрыл глаза, позволяя ощущениям захватить его полностью. Слова совпадали с тем, как его тело отозвалось, легкое напряжение пробежало по телу, а прозрачная капля появилась на кончике "маленького Мангкорна". Тиа Тха, заметив это, больше не мог сдерживаться. Его желание, словно буря, захватывало всё вокруг, и он не хотел ограничиваться только проникновением пальцев. – Если я войду сам, тебе будет нормально, Мангкорн? – Тиа Тха уже хочет, да? Почему он делает такое невинное лицо, будто ничего не понимает? Обычно Тиа Тха был человеком с довольно высоким уровнем сексуального желания, и часто ему приходилось сдерживаться, но рядом с Мангкорном все его барьеры рушились. – Когда я с тобой, я всегда хочу этого, Мангкорн. – Ты сумасшедший… что ты говоришь? – Тогда подожди, я докажу, насколько сильно хочу быть с тобой. – Говоришь – делай! Хватит болтать! – Ты провоцируешь меня! Пальцы тут же покинули горячее нутро, оставляя после себя пустоту и лёгкое покалывание. Желание захлестнуло инспектора, и, слегка шлёпнув Мангкорна по бедру, он быстро подготовился. Его решимость была непоколебима – он хотел быть с ним полностью. Хотел владеть своей женой. – Тиа Тха… – Что, красавчик? – Почему ты так меня называешь? – А как иначе? Если не ты красавец, то кто тогда? Его лицо, его тело – всё было настолько прекрасным, что Тиа Тха не мог устоять. Вся его прежняя сдержанность казалась теперь лишь тенью прошлого. – Ты готов стать женой инспектора Тиа Тха? – хриплый голос мужчины звучал напряжённо, словно он с трудом сдерживал свои эмоции. – Что за бред ты несёшь? – младший вспыхнул краской смущения, его голос дрожал, но взгляд пытался оставаться твёрдым. – Я говорю это только тебе, Мангкорн. Только тебе. Мангкорн замер, его сердце забилось быстрее. Он отвёл взгляд, но затем, собравшись с духом, прошептал: – Входи уже… я хочу быть твоей женой, инспектор Тиа Тха. – Сейчас станешь. На всю ночь и навсегда, красавчик. Сладкие слова обволакивали, заставляя сердце Мангкорна трепетать, а душу парить. Его тело напряжённо дрожало, когда он почувствовал первое вторжение. – Это… больно, – выдохнул он, сжимая кулаки. – Очень больно? – Тиа Тха наклонился ближе, его голос был полон заботы. – Да, но… не так, как я думал, – Мангкорн стиснул зубы, в уголках глаз выступили прозрачные слезы, но желание во взгляде не угасло. – Можно ещё? – голос инспектора звучал тихо, почти умоляюще. – Ты уже привыкаешь? Это может быть больно, – Тиа Тха старался быть предельно нежным, но его собственное терпение было на грани. – Пожалуйста, продолжай, Пи Тиа, – прошептал Мангкорн, его голос дрожал от смеси боли и удовольствия. Инспектор не мог устоять перед этим взглядом. Он двинулся вперёд, позволяя своему телу слиться с телом любимого. – А-а, Тиа Тха… – голос младшего был полон чувств. – Что, красавец? – Тиа Тха улыбнулся, его взгляд был полон нежности и желания. – Чувствую… давление. Оно словно заполняет меня полностью. – Я могу начать двигаться? – Да… пожалуйста, двигайся, – Мангкорн с трудом сдерживал дыхание. – Как скажешь, – Тиа Тха наклонился ближе, обняв его крепче, и прижался губами к его шее, оставляя там лёгкий след своих поцелуев. – Ах, это так глубоко… – Тебе приятно, Мангкорн? – Очень… – его голос дрожал, а сердце готово было разорваться от переполняющих эмоций. Тепло разливалось по всему телу, смешиваясь с лёгкой болью и нарастающим наслаждением. Это чувство невозможно было описать словами, но оно захватывало полностью, заставляя забыть обо всём вокруг. Внушительные размеры Тиа Тха вновь и вновь касались самых чувствительных точек Мангкорна. Инспектор едва сдерживался, опьянённый страстью, он почти терял контроль над собой. – Мангкорн, почему ты так крепко обнимаешь меня? – Я... ничего не делал... Хик... Не... Тонкая талия продолжала двигаться, не останавливаясь, руки нежно ласкали маленькие соски. Звуки соприкосновения тел смешивались с тихими стонами, наполняя комнату атмосферой страсти. Так как это был их первый раз, он не хотел пробовать много поз, но накопленная за долгое время страсть заставляла мужчину двигаться всё быстрее. Их тела идеально сливались друг с другом. – Пи Тиа, я... почти... – Я тоже... почти... – Быстро заканчиваешь? – прозвучал смешок, словно лёгкая насмешка. Такой шутник заслуживал наказания! Старший выпрямил спину, поднял стройные ноги партнёра на свои плечи. Это был лучший вид за весь вечер. Лицо Мангкорна покраснело от смущения, он выглядел так мило, что устоять было невозможно. – Пи Тиа... – Ты сказал, что я быстро заканчиваю? Тогда вот тебе наказание! – Ах... Пожалуйста, осторожнее... Но осторожности уже не было. Тонкая талия прижалась ближе, сильные бёдра двигались с напором. Сознание Мангкорна затуманилось, его тело поддавалось хаотичным движениям. Чувствительные точки внутри подвергались интенсивным, частым толчкам. Всё было мощно и стремительно. Волны удовольствия накрывали их обоих, даря ощущение, которого ни один из них прежде не испытывал. Крепкие бедра продолжали двигаться ритмично и уверенно, не останавливаясь ни на мгновение. Младший едва справлялся с нахлынувшими эмоциями, его глаза заблестели от слёз, вызванных переполняющим наслаждением. Прежде чем его разум окутала пелена, а тело задрожало, он выплеснул всю накопившуюся энергию. – Ах... Я… закончил... Пи Тиа... – Можно еще разок, пожалуйста? Старший совершил последнее движение, прежде чем тепло разлилось внутри защитного барьера. – Ах, это было великолепно. – Да, мне тоже очень понравилось. – Тогда, может, начнем второй раунд, Мангкорн? – Нет, хватит! Убирайся прямо сейчас! Теперь он точно знал, что Тиа Тха был слишком искусен в подобных делах. Однако этим вечером он твёрдо решил больше не попадаться в ловушку инспектора хитреца. – Но я всё ещё обижен. – Немедленно отправляйся в ванную и займись собой сам!