Жена инспектора Тиа Тха

Апчхи! Чихание раздалось несколько раз подряд. Тиа Тха натянул одеяло повыше, стараясь согреться и укрыться от лёгкой простуды, которая начала брать над ним верх. Но он знал, что это стоило того – он вернул Мангкорна в свои объятия. – Ну что, господин инспектор, решили стать героем музыкального клипа под дождём? Теперь простудились? – с лёгкой насмешкой спросил Мангкорн. – Тогда ты мой главный герой, Мангкорн, – ответил Тиа Тха, улыбаясь. – Инспектор, вы это серьёзно? – парень нахмурился, но в его голосе звучал оттенок смущения. Он слегка покачал головой, усмехнувшись игривости собеседника. Но когда Мангкорн собирался повернуться и уйти, неожиданно почувствовал, как чья-то рука схватила его за запястье. Рывок – и он потерял равновесие, упав прямо на сильные колени Тиа Тха. В этот момент острый нос коснулся его щеки, оставляя лёгкий, почти неуловимый поцелуй. – Г-господин инспектор... – голос Мангкорна дрогнул. – Пи Тиа, – мягко поправил его Тиа Тха. – Ч-что? – молодой полицейский растерянно посмотрел на него. – Можно я буду для тебя просто Пи Тиа, Нонг Мангкорн? – Вы… вы с ума сошли?! – Мангкорн попытался вырваться, но его лицо мгновенно покраснело, а сердце забилось быстрее. – Я хочу быть твоим Пи Тиа, – прошептал инспектор, глядя на него с умоляющим взглядом. Мангкорн не смог выдержать этой неловкости и отвёл глаза, но его сердце продолжало биться как сумасшедшее. – Просто назови меня Пи Тиа. Неужели ты настолько жесток, чтобы отказать мне? – голос Тиа Тха звучал так искренне, что это сбивало с толку. Мангкорн попытался сохранить серьёзность, но в итоге тихо рассмеялся. – Перестану, – хитро улыбнулся Тиа. – Если ты назовёшь меня Пи Тиа, я остановлю всё... кроме своей любви к тебе. Молодой человек замер, услышав эти слова. Его взгляд встретился с полным надежды взглядом инспектора, и он понял, что не может устоять. – Пи Тиа… теперь вы довольны? – наконец произнёс он, стараясь скрыть смущение. – Очень доволен, – ответил Тиа Тха с широкой улыбкой. – Какое счастье просто слышать, как ты называешь меня Пи. Это возвращает смысл жизни. Такой милый... нужно тебя наградить. Чмок! Ещё один поцелуй на левую щёку. Мангкорн от неожиданности застыл, а Тиа Тха выглядел так, будто только что выиграл главный приз. – Вот почему девушки так без ума от тебя, – тихо пробормотал младший, отворачивая лицо. – Теперь у меня никого нет. Только ты, – мягко ответил Тиа Тха, его взгляд был полон нежности. – Не веришь? Тогда смотри. Он протянул дорогой телефон. Пароль – день рождения Мангкорна. Никаких секретов. Ни Гифт, ни Ай, ни кто-либо другой. Только Мангкорн. Когда всё изменилось, Тиа Тха не мог сказать точно. Но страх перед обязательствами исчез. Он всегда утверждал, что если полюбит, то всей душой. И это не были пустые слова. – Но у меня нет... – Мангкорн пытался сказать, что у нет пышных форм как у предыдущих девушек инспектора, да и не настолько он красив. – Мне всё равно, – перебил Тиа Тха. – Светлая кожа – это всё, что нужно. – Инспектор! – Пи Тиа. Черт возьми, этот человек! Его лицо всё ещё излучало магнетизм, а большие руки нежно скользили по гладкой коже. Высокий нос медленно касался изящной шеи, словно играя. – Ну, скажи, на что ты сердишься? Расскажи, своему Пи. Маленький человек замер, затем медленно поднял голову, чтобы встретиться взглядом. Его глаза, округлые и трепещущие, были переполнены эмоциями, которые заставили старшего понять: в сердце Мангкорна всё ещё есть скрытые чувства. – В тот день… ты накричал на меня, Тиа Тха. Его голос был тихим, но твёрдым, и эти слова заставили сердце инспектора сжаться. Он прекрасно знал, о каком дне идёт речь – он никогда раньше не повышал голос на Мангкорна. – Ты обиделся из-за этого? – Конечно, обиделся. В тот день я ушёл гулять, а потом увидел тебя с Белль. Тогда я пошёл есть сябу один, – немного сумбурно Мангкорн пытался рассказать события того дня. – Ты накричал на меня, хотя я ничего плохого не сделал. Это было неприятно. Слова вырвались наружу, обнажив давно скрытые чувства. Всё это усилилось… после просьбы о разводе. – Мне не нравится, когда ты кричишь. Совсем не нравится. – Прости, это была моя ошибка. – Объятия старшего стали крепче. Тиа Тха вспомнил тот день, осознав свою неправоту. Он тогда просто переживал, но не думал, что это так ранит Мангкорна. – Прости меня. Я больше так не сделаю. Если бы я мог вернуться в прошлое, я бы всё исправил. – Я просто боялся за тебя, Мангкорн. Боялся, что с тобой что-то случится. – Прости, это моя вина. – Ты можешь простить меня? Я обещаю больше не повышать голос. Глаза Тиа Тха отражали искренность, и он смотрел прямо, не отводя взгляда. Мангкорн не мог найти причин для отказа. Это была лишь обида, а не настоящая злость. – Хорошо, я прощаю, – сказал он и тут же добавил: – Но если это повторится, я перестану с тобой разговаривать. – Если ты не будешь говорить со мной неделю, я этого не выдержу. – Тогда тебе стоит быть осторожнее. – Вот здесь, вот здесь боль, которую я едва могу вынести. Тиа Тха взял маленькие ладони Мангкорна и приложил их к своей груди, где сердце билось быстро и сильно. В этот момент инспектор полиции заставлял сердце младшего биться в унисон, и тот никак не мог привыкнуть к этому трепету. – А теперь иди спать. Тебе нужно отдохнуть, – Чтобы скрыть свое смущение, Мангкорн почувствовал, что нужно что-то сделать, и поэтому, шутя, попросил Тиа Тха уйти. – Нет, я останусь спать с тобой. – Я ещё не разрешил. – Тогда я сам себе разрешу. Не дожидаясь ответа, Тиа Тха поднял Мангкорна на руки и уверенно направился к спальне на втором этаже. Был ли шанс, что он согласится ночевать в доме Пху? Тот мирно спал, обнимая жену, а Тиа Тха хотел обнимать свою. Даже если его прогонят, он всё равно останется. Инспектор был упрям и настойчив, больше, чем можно было представить. – Пи Тиа, отпустите меня! – Сейчас же отпущу. Сержант пытался вырваться из крепких объятий, но тщетно. Казалось, старший наслаждался моментом, дразня его ещё больше. Тёмные глаза инспектора блестели хитростью и нежностью, заставляя лицо Мангкорна вспыхнуть. – П-Пи Тиа, вам мало, что ли? – Мало. Я хочу больше. – Сумасшедший! Мангкорн взорвался громким криком, но его возмущение лишь забавляло старшего. Тиа Тха сильнее сжал его в объятиях, так что тот перестал двигаться, опасаясь упасть. Когда они добрались до спальни, высокий мужчина осторожно положил хозяина дома на кровать. Но прежде чем тот успел встать и уйти, сильная рука мягко схватила его за запястье и притянула обратно, усаживая рядом. – Я не шучу, Манг, – серьёзно произнёс Тиа Тха, его чёрные глаза проникали в самую глубину души младшего, встречаясь с его большими круглыми глазами. – Я хочу быть с тобой, заботиться о тебе, хочу, чтобы ты знал, как сильно я тебя люблю. Сумасшедший. Я и так это знаю. Слово "люблю" эхом отозвалось в сердце Мангкорна, заставив его биться так сильно, что казалось, оно готово вырваться из груди. Обида, которая недавно терзала его, испарилась, оставив после себя лишь тепло и волнение. – Я знаю, – тихо прошептал он. – А ты меня любишь? – голос Тиа Тха дрогнул, но в нём всё ещё слышалась надежда. – Если бы не любил, разве сидел бы сейчас здесь? – Мангкорн взглянул на него с лёгкой усмешкой. – Нет, так не пойдёт. Скажи прямо. Ты же знаешь, я тупой. "Тупой? Скорее хитрый", – подумал Мангкорн, но вслух ничего не сказал. Тиа Тха, не дождавшись ответа, придвинулся ближе, его голос стал мягче, почти шёпотом: – Ты совсем-совсем меня не любишь? – Если бы не любил, разве согласился бы остаться с вами навсегда? Потому что… люблю, – наконец признался Мангкорн. Слова, которые он так ждал, заставили инспектора широко улыбнуться. Его глаза засияли от счастья, а в следующий момент он крепко обнял Мангкорна, словно боялся, что тот исчезнет. – Я люблю тебя, Мангкорн, – прошептал он, словно клятву, которую никогда не нарушит. ***** Атмосфера в полицейском участке МэсаЙ снова стала оживлённой, как никогда ранее. Утром инспектор полиции Тиа Тха снова следовал за сержантом Мангкорном, как его тень. Но теперь на лице младшего сияла нежная улыбка, а не угрюмость. Все полицейские знали, что произошло прошлой ночью: кто-то так сильно хотел вернуть свою "жену", что прямо под дождём признался ей в любви. – Сегодня вечером пойдём поужинаем вместе, хорошо, нонг? – предложил Тиа Тха, протягивая ладонь, чтобы взять Мангкорна за руку. Его мягкий голос заставил младшего замереть, но затем на его лице появилась едва заметная улыбка и он кивнул. Однако рядом стоящий инспектор Пхувин нахмурился. – Нонг? – переспросил Пхувин, словно, не веря своим ушам. – Что такое, капитан Пху? – Ничего, просто странно... Обычно ты так говоришь только девушкам. – Но теперь я хочу говорить это только Манкорну. Прости. Уууу! Звук удивления разнесся по всему полицейскому участку. Лицо Мангкорна покраснело, и он поспешил отвести взгляд от множества пар глаз, направленных на него. В смятении он не нашел лучшего способа справиться с неловкостью, как слегка ударить Тиа Тха по плечу. – Ай, Мангкорн! Ты что, совсем? Это больно! – возмутился инспектор, потирая место удара. – Конечно, больно, вот это хорошо, – буркнул Мангкорн. – Перестань уже дурачится. – Пи Тиа... – голос Мангкорна дрогнул, и он замер. Лукплаб, наблюдавший за этой сценой издалека, тихо улыбнулся. Он заметил, как эти двое начали называть друг друга по-новому. Это было странно, неожиданно, но... так естественно. Кажется, Мангкорн наконец-то нашел свое счастье. Но сам Мангкорн, не выдержав пристальных взглядов и поддразниваний коллег, поспешил подняться на второй этаж, в архив. Он шел, терзаясь сомнениями: правильно ли он поступил, поддавшись этому хитрому человеку? – Ты смущен, Мангкорн? – раздался голос Лукплаба, который вдруг оказался рядом. – Ч-что? – Мангкорн вздрогнул. – Инспектор Тиа Тха, похоже, действительно любит тебя. Разве не так? – Лукплаб прищурился, словно пытался прочитать мысли старшего. – Я... я не знаю. Может быть... – пробормотал Мангкорн, но уголки его губ предательски дрогнули в улыбке. – Ты улыбаешься, – заметил Лукплаб. – Значит, знаешь. Счастье, которое Мангкорн так долго скрывал, теперь переполняло его. Сердце билось так быстро, что казалось, оно вот-вот вырвется наружу. Он даже не мог поверить, что его чувства взаимны. – Мангкорн, ты готов? – внезапно спросил Лукплаб, прерывая его мысли. – Готов? К чему? – насторожился тот. Лукплаб посмотрел на него с легким недоумением, но в его взгляде проскользнула тень озорства. – К таким вещам, – спокойно ответил он. – Ч-что? Нонг Плаб! – Мангкорн покраснел еще сильнее, и его голос сорвался. – Не стесняйся, – Лукплаб усмехнулся и мягко похлопал друга по плечу. – Это естественно. Все будет хорошо. – Но я... я никогда... – голос Мангкорна стал тише, почти шепотом. Он не мог заставить себя произнести это вслух. Как мужчина с мужчиной... он никогда не... – Да ничего сложного, Пи Мангкорн. Первый раз будет немного больно. Слюна стала густой, и он сглотнул. Внезапно в голове всплыла сцена в ванной в тот день. Даже прикосновения инспектора ощущались лучше, чем то, что он сделал сам. А что, если бы они действительно зашли дальше? – Пожалуй, я научу тебя, Пи Мангкорн. – Да что ты такое говоришь, Нонг Плаб... – Плаб говорит правду. – Э-э... и что я должен делать?