Жена инспектора Тиа Тха

Шлёп! Шлёп! Шлёп! Громкий звук удара подушки эхом разнесся по комнате, когда она столкнулась с неподвижно сидящим человеком. Тиа Тха получил удар прямо по плечу, но вместо боли ощутил лишь слабый толчок, напоминающий мягкое прикосновение кошачьей лапы. Эта нелепая атака вызвала у него тихий смех и насмешливый взгляд. Мангкорн, раздражённый, но удивительно милый в своём гневе, помог ему забыть недавнюю досаду на Саминга. – Ой, жена, мне больно! – притворно жаловался Тиа Тха, явно наслаждаясь ситуацией. – Инспектор! – не сдержавшись, Мангкорн снова ударил его длинной подушкой. На этот раз старший поднял руки, чтобы защититься. – Ну хватит уже, ну! – смеясь, попытался он остановить его. – Не притворяйся! Хорошо, что я тебя не сильно ударил! Сила, конечно, не лучший способ разрешить конфликт, но иногда с таким человеком иначе невозможно. Мангкорн решил усилить напор, чтобы заставить этого инспектора Пханле хоть немного осознать свои ошибки. Но результат оказался противоположным: вместо раскаяния он лишь громче смеялся, а его ухмылка становилась всё более раздражающей. – Если побои помогут моей жене перестать злиться, то я готов терпеть, – произнёс тот с хитрой улыбкой. "Кажется, с каждым днем я схожу с ума", – подумал Мангкорн, чувствуя, как его щеки начинают нежно розоветь от его поддразниваний. Смущение лишь усилило его удары, но в конечном итоге он попалась. Тиа Тха, воспользовавшись своим преимуществом в силе и размере, лёг на кровать, потянул его за запястье и крепко прижал к себе. Мангкорн оказался в крепких объятиях. – Ой, инспектор, опять вы!.. – возмутился он. – Просто ты такой милый, когда злишься, – ответил он, не скрывая своей улыбки. – Инспектор! – Ты что, интересуешься этим Мингом? Неожиданный вопрос заставил человека в объятиях замереть. Взгляд стал настороженным, а брови нахмурились – что именно инспектор имел в виду? – Я уважаю его как старшего брата, не больше, – голос был спокойным, но в нём чувствовалась твёрдость. – А он, кажется, смотрит на тебя иначе. – Инспектор, вам бы зрение проверить, – Мангкорн усмехнулся, не замечая ничего подозрительного в поведении инспектора Саминга. – Это у тебя зрение плохое! Он смотрит на тебя, не отводя глаз, – Тиа Тха ещё сильнее сжал объятия. Мангкорн ничего не знал. Этот инспектор из Лампанга смотрел на его жену так, словно он был единственным светом в его жизни – и это раздражало. – А почему ты сегодня без кольца? Мангкорн замер. Кольцо... С кольцом никогда не было проблем – дома он носит его как обычно, но, выходя на улицу, снимает и убирает. Однако на этот раз все было иначе. Если бы серебряное кольцо оказалось на его пальце, инспектор Саминг наверняка узнал бы, кто является женой инспектора Тиа Тха. – Так инспектор хочет, чтобы все узнали? – Если узнают – это их дело, – раздраженно бросил Тиа. – Тогда они перестанут смотреть на чужих жен. – Инспектор! Сердце Мангкорна забилось быстрее. Слово "жена" он ещё мог терпеть, но "чужая жена" – это уже слишком. Он ведь не его муж! Тот, кто оказался в крепких объятиях, судорожно искал способ вырваться. Даже если длинная подушка уже упала на пол, голые руки все еще могли стать оружием. Маленькие кулачки яростно ударяли по твердой груди, но это не приносило желаемого результата. Он не был в восторге от того, что инспектор его схватил, но странным образом чувствовал тепло, которое пробуждало его сердце... – Вы слышали, что банду Черных Быков скоро перевезут в Лампанг? – внезапно спросил Тиа Тха. – Да, мне уже сообщили, – замерев, спокойно ответил Мангкорн, но в глазах мелькнуло беспокойство. – У меня есть подозрения, – продолжил Тиа Тха, понижая голос. – Возможно, тот, кто за всем этим стоит, находится ближе, чем мы думаем. – У вас есть конкретные предположения, инспектор? – Кто-то связанный с полицией, кхун. Слова инспектора заставили маленький мозг включиться на полную мощность. Мысли метались, анализируя услышанное. Все указывает на то, что главарь банды – человек из полиции. Вспомнив утреннюю поездку с инспектором Самингом, он снова почувствовал странное беспокойство. Тогда он не был уверен, правильно ли понял обрывки разговоров. Но один момент остался в памяти четко: когда Саминг вел телефонный разговор, он произнес: "Все готово, сэр. Не о чем беспокоиться". На первый взгляд это звучало как обычный диалог между начальником и подчиненным. Но каждый раз, когда Мангкорн пытался расспросить Саминга о деле, тот ловко уходил от темы, переводя разговор на что-то совершенно иное. Что-то явно не так. – И инспектор готов это принять? – Конечно нет. Кем ты меня считаешь? Я не сдамся так легко ****** Прошло три дня. Внезапный приказ отменить перевозку банды «Черных Быков» прозвучал как гром среди ясного неба. Это было прямое распоряжение от руководства национальной полиции, которое не подлежало обсуждению. Для полицейского участка Чиангмая это стало поводом для облегчения, но молодой инспектор из Лампанга, Саминг, явно не разделял радости коллег. Его недовольство было заметно даже на расстоянии. Саминг стремительно вошел в кабинет начальника полиции Асина, где уже находились Канин и Тиа Тха. Дверь распахнулась с такой силой, что все присутствующие мгновенно повернули головы. Лицо инспектора выражало ярость, словно его честь была оскорблена до предела. – Это вы отменили приказ? – громко спросил Саминг, разрывая тишину. – О чем вы говорите, инспектор? – спокойно ответил Асин. – Я уверен, что в Лампанге с этим справились бы лучше. Да и я способен сделать это лучше вас, Тиа Тха. Тиа Тха, не торопясь поднял взгляд от папки, и сдержанно ответил: – Вы сами придумали эти обвинения, кхун Саминг? – Я говорю, что это вы, Тиа Тха, использовали связи вашего отца, чтобы отменить приказ о переводе членов банды «Черный Бык», – Саминг похоже не собирался отступать. Тиа Тха нахмурил брови, но сохранял спокойствие. Что именно хотел донести Саминг? Почему он так разозлился? Слова Саминга казались ему не только необоснованными, но и провокационными. Он ответил мягким, но уверенным голосом: – Мне не нужно использовать связи. Начальство, думаю, самостоятельно может принять решение, кто лучше подходит для этого дела. Эти слова разозлили Саминга ещё больше. Его лицо покраснело, а голос стал громче: – Ты хочешь войны, Тиа Тха? – Инспектор Саминг! Это собрание, а не базар, – вмешался начальник Аасин, осуждающе глядя на подчинённого. Как человек с таким званием мог вести себя подобным образом? Саминг, стиснув зубы, резко хлопнул дверью и вышел, оставив всех в кабинете в недоумении. – Ты снова отнял у меня всё, Тиа, – пробормотал он, уходя. Атмосфера в комнате снова стала расслабленной. В этот момент заговорил другой сотрудник: – Инспектор Саминг странный человек, не так ли, инспектор Тиа Тха, начальник Асин? – Хм, Саминг интересный, не находите? – Асин слегка кивнул, как будто понимая, что хотел выразить его подчиненный, но не добавил ни слова. Сегодняшнее "детское" собрание подошло к концу, как и напряженный рабочий день. Вечер мягко опустился на город, но накопившаяся усталость и напряжение от множества обязанностей не отпускали Тиа Тха. Он задумался о коротком отдыхе, желая почувствовать свободу, даже если его статус не позволял считать себя холостым. Однако и он, и Мангкорн прекрасно осознавали свою реальность. "Я не стремлюсь ни к каким отношениям, кроме дружеских. Лишь мимолетные взгляды в сторону девушек, чтобы оживить сердце", – размышлял Тиа Тха. Супруги, как обычно, вернулись домой вместе. Но сегодня инспектор Пханле вел себя странно: он сослался на срочные дела и предупредил, что может вернуться поздно. Быстро приняв душ, он облачился в более элегантный наряд, чем обычно. Мангкорн хотел задать вопрос, но сдержался, уважая личное пространство. Вместо этого он лишь кивнул, выражая молчаливое согласие. – Можешь ложиться спать без меня сегодня, – спокойно сказал инспектор. – Хорошо, я и так никогда вас не жду. – Или я вообще могу не вернуться, – добавил Тиа Тха, поправляя прическу. Он говорил без задней мысли, но его слова кто-то истолковал неверно. Мангкорн понял, о каких делах идет речь. Его лицо омрачилось, хотя никто этого не заметил, и вышел из спальни, чувствуя, как острая боль пронзает тело и душу. "Ты не должен так чувствовать, Мангкорн", – уговаривал он себя. ***** Свет, звук и атмосфера ночного клуба у ворот Тха Пэ создавали настоящий вихрь эмоций. Громкая музыка заполняла пространство, а люди стекались сюда, чтобы забыть о заботах и расслабиться. Особенно в субботний вечер, когда клуб был переполнен, разговоры становились громкими, и приходилось повышать голос. – Инспектор, у нас сегодня новенькие? – прокричал Надон, почти сорвав голос. Но начальник, кажется, не услышал его или сделал вид, что не реагирует. – Он тебя не слышит, – усмехнулся Канин, стоявший рядом. – Посмотри, он занят тем, что разглядывает девушек. Не ожидал, что такой порядочный человек, как ты, будет ходить по клубам. – Отодвинься, Канин. Зачем ты так близко ко мне? – недовольно ответил Надон. – Если я отойду, ты меня не услышишь, – Канин хитро улыбнулся. Чем больше Надон старался отодвинуться, тем ближе Канин склонялся к нему, словно нарушая личное пространство с нарочитой непринужденностью. Взгляд Канина выдавал неподдельное удивление: как человек с таким чистосердечным выражением лица мог оказаться здесь, среди этой шумной толпы? Его представления о людях явно нуждались в пересмотре. – Канин, отойдите, – Надон попытался снова, но голос его звучал скорее растерянно, чем строго. – Можно я просто посижу рядом, Нонг? – с улыбкой спросил Канин, будто не замечая недовольства. – Кто вам тут Нонг? – возмутился Надон. – Ну, ты младше меня, – парировал Канин. Тиа Тха, наблюдавший за их словесной перепалкой, лишь покачал головой. Ему было ясно, что остановить Канина невозможно – тот обожал подшучивать над окружающими, превращая любое взаимодействие в игру. – Инспектор, сделаем фото? – неожиданно предложил один из полицейских, прерывая напряженный момент. Начальник согласился, даже не раздумывая. Это была небольшая встреча сотрудников полицейского участка Чиангмая, собравшая восемь человек. Один из них, всегда готовый взять инициативу в свои руки, поднял руку, чтобы позвать официанта для помощи с фотографией. Когда все расселись и выбрали позы, снимок был сделан и тут же отправлен в общую переписку. – Я уже отправил фото в группу. Смотрите, рядом с инспектором, как обычно, сидит красивая девушка, – заметил сотрудник, подмигнув. – Спасибо, Джа Сэм, – коротко ответил начальник. – Кстати, инспектор, Нонг Мангкорн спрашивает, почему его не пригласили, – добавил Джа Сэм, сверяясь с экраном телефона. – Что? Что ты сказал, Джа Сэм? – Тиа Тха нахмурился, явно не ожидая такого вопроса. – Вот, смотрите, Нонг Мангкорн ответил, – Джа Сэм протянул телефон, показывая сообщение. Тиа Тха вздрогнул, услышав имя Мангкорна, и поспешно схватил свой телефон. Он совершенно забыл, что тот тоже состоит в группе. – Чёрт! – вырвалось у него, привлекая внимание окружающих. – Что-то случилось, сэр? – спросил кто-то из коллег. Тиа Тха действительно оказался в сложной ситуации. Он не собирался никого обманывать, но ночной визит в клуб был его личным делом. Сердце его забилось быстрее, чем ритм музыки, когда он увидел фотографию, опубликованную сержантом. На снимке он стоял рядом с привлекательной сотрудницей, слишком близко, так что казалось, их тела соприкасаются. Хотя на самом деле это она сама наклонилась ближе. Его взгляд застыл на экране телефона, а в голове крутилась одна мысль: что делать, если Мангкорн решит написать? – Сэр, вы так внимательно смотрите в телефон, что-то важное? – спросил один из присутствующих. – О, Мангкорн ответил, – раздался чей-то голос. "Кажется, вы прекрасно проводите время, особенно инспектор Тиа Тха", – гласило сообщение. Казалось, простое, на первый взгляд безобидное сообщение ударило молнией прямо в сердце Тиа Тха. Его пальцы нервно сжимали телефон, а взгляд раз за разом перечитывал текст. Он пришел в клуб, чтобы расслабиться, но теперь всё обернулось совсем иначе. Может, он неправильно понял? Ведь он ни с кем не имеет никаких отношений. – Давайте выпьем, сэр! – предложил кто-то, поднимая бокал. Но лицо Тиа Тха оставалось напряженным, как будто он оказался в ловушке. Решив, что нужно действовать, он открыл личный чат и начал набирать короткое сообщение. "У меня нет никого, Мангкорн", – написал он, сосредоточившись на экране. И спустя три минуты пришёл ответ: "Это ваше дело, кхун" "Нет, правда, у меня никого нет", – добавил он, чувствуя, как страх сковывает его изнутри. Что это за странное чувство? Почему его так беспокоит реакция Мангкорна? Ему оставалось только одно: вернуться домой.