Жена инспектора Тиа Тха

Казалось, кто-то был занят чем-то крайне важным. Саминг всё ещё не отходил от Мангкорна, словно хищник, терпеливо наблюдающий за добычей. Его действия были слишком очевидны, чтобы остаться незамеченными, но он не пытался скрыть свои намерения. Сегодня всё повторялось. Полицейский, который только что оправился после ранения, собирался отправиться на патрулирование территории. Однако Саминг, инспектор из Лампанга, следовал за ним, словно его собственная тень. – Пи, вы уверены, что это не помешает вашей работе? – Мангкорн бросил на него взгляд, в котором читалась вежливость, но и скрытая настороженность. – Я здесь исключительно по работе, Мангкорн, – ответил Саминг, не меняя выражения лица. – Что? – Брови Мангкорна нахмурились. Он явно был единственным, кто ещё ничего не знал. Инспектор из Лампанг остановился, дожидаясь, пока Мангкорн догонит его. Его голос звучал сдержанно, но в нём слышались нотки напряжения. – Приказ о переводе "Чёрных быков" в Лампанг. – Что? Правда? Почему? – Это приказ национального управления полиции. Причины мне неизвестны. Саминг говорил спокойно, но его взгляд выдавал, что он знает гораздо больше, чем готов озвучить. Мангкорн на мгновение замер. До этого момента он был уверен, что дело остаётся в ведении полиции Чиангмая. Однако неожиданный приказ изменил всё. Теперь он не мог избавиться от ощущения, что за этим стоит что-то большее. – Инспектор Тиа Тха согласен с этим решением? – В Лампанге, уверен, будут работать так же эффективно, как здесь, – уклончиво ответил Саминг. – Но всё же, Пи, ваша цель – поймать их главаря, верно? – Конечно, – Саминг улыбнулся, но эта улыбка была столь же искусственной, как и его спокойствие. – Такое дело нельзя провалить, – добавил Мангкорн, пристально глядя на него. Почему старший выглядит таким спокойным и расслабленным? Круглые глаза Мангкорна изучали его лицо, пытаясь найти ответы. Если он действительно намерен продолжить расследование, почему до сих пор не вернулся в Лампанг? Что-то здесь не сходилось. – Что ж, может, пойдём пообедаем? – неожиданно предложил Саминг, словно хотел отвлечь внимание. – Да, я уже немного проголодался, – ответил Мангкорн, хотя мысли его были заняты совсем другим. Весь день кто-то настойчиво проявлял интерес к младшему напарнику, задавая вопросы, которые сначала казались безобидными, но с каждым разом становились всё более личными: – У Мангкорна есть девушка? – Он ведь не женат, верно? – Какие девушки нравятся Мангкорну? – А Мангкорн хотел бы стать женой полицейского? Все вопросы воспринимались в шутку, но инспектор Лампанга, казалось, думал иначе. В этих словах явно скрывался определённый смысл. Работа в поле шла своим чередом. Саминг и Мангкорн быстро нашли общий язык с местными жителями, хотя старшего сержанта явно любили и уважали больше. Куда бы он ни пошёл, его встречали с улыбкой, особенно пожилые люди. – Мангкорн, с кем ты сегодня пришёл? Инспектор Тиа Тха не с тобой, дитя? – Нет, сегодня не с ним, тетя. – Я Саминг, тетя. Инспектор полиции из Лампанга. – Такой красивый! Интересно, у него есть девушка? – спросила одна из женщин, и её слова заставили Саминга усмехнуться. Он бросил взгляд на Мангкорна, прежде чем ответить с лёгкой шуткой, явно намереваясь произвести впечатление: – Если кто-то здесь примет мою любовь, конечно. – Ага, ты, похоже, тайно влюблен в этого юного сержанта, верно? – Мангкорн, ты уже вышел на улицу, сынок? Но прежде чем разговор смог продолжиться, в воздухе прозвучал резкий голос. Мангкорн чуть испуганно, от неожиданности, повернул голову, а на лице Саминга появилась лёгкая улыбка – он сразу узнал этот тон. Это была кхун Пхарада, жена генерал полиции Приньи и мать Тиа Тха. – Здравствуйте, кхун Пхарада. – О, Саминг, как ты здесь оказался? – Получил срочный приказ. Женщина, расспрашивая друга своего сына, невольно задержала взгляд на его безымянном пальце, где не было обручального кольца. Её лицо оставалось благородным, но внутри неё росло недовольство – Саминг явно проявлял излишнюю симпатию к Мангкорну. Тем не менее она сохранила улыбку и предложила: – Саминг, приходи на ужин к нам домой. Мангкорн, пригласи инспектора. – Домой? – вопрос заставил густые брови Саминга нахмуриться. – Мангкорн, сынок, приводи инспектора. Я приготовлю ужин. Думаю, Тиа Тха будет рад визиту друга. Её слова прозвучали как очередная загадка, словно в воздухе повисло напряжение от недосказанности. Но прежде чем кто-либо успел осмыслить её намерения, она добавила ещё одну неожиданную фразу: – Мама пойдет, дети. ***** Дом Пиромсомрон Саминг сдерживал свои вопросы, решив пока не озвучивать их. Гостиная была наполнена смехом двух друзей, ожидавших хозяйку дома, которая готовила особенный ужин. Тиа Тха, который должен был вернуться с работы, всё ещё отсутствовал. – Мангкорн, ты собираешься остаться в Чиангмае навсегда? – спросил Саминг, удобно расположившись на диване. – Нет, Пи. Через два месяца я вернусь. Да, всего несколько месяцев осталось до развода. – Я думал, ты останешься здесь навсегда. Но если переедешь в Лампанг, добро пожаловать! Слова Саминга заставили младшего офицера тихо рассмеяться. Но прежде чем он успел ответить, в комнате раздался низкий, уверенный голос: – Кто сказал, что ты куда-то уедешь? Разговор мгновенно оборвался. Саминг и Мангкорн одновременно повернули головы к источнику звука. В дверях стоял Тиа Тха, сын хозяйки дома, только что вернувшийся с работы. Молодой инспектор стоял, опираясь на дверной косяк, его острый взгляд неотрывно следил за двумя людьми. Казалось, весь день он сражался с ветром и усталостью: растрепанные волосы, куртка небрежно перекинута через плечо, а в глазах – напряжение. Раздражение копилось в Тиа Тха весь день, пока Мангкорн находился рядом с этим человеком. И теперь судьба, словно насмехаясь, привела его прямо к порогу дома. С утра Тиа Тха узнал от Надона, что сегодня младший работает вне территории. Он тайно следил за ним издалека, но неожиданная встреча с тем, кого он меньше всего хотел видеть, заставила его внутренний мир содрогнуться. И этот гад крутился рядом весь день, не отходя ни на шаг. Что за чертовщина? – О, инспектор, вы вернулись? – смущённо произнес Мангкорн, заметив тень раздражения на лице собеседника. – Угу, – коротко ответил Тиа Тха, явно не в настроении для разговоров. – Кстати, госпожа пригласила старшего поесть вместе, – добавил Мангкорн, словно пытаясь разрядить атмосферу. – Правда? – прозвучал саркастический вопрос. – У тебя сегодня было много работы, Тиа Тха? Ты поэтому в таком настроении? – осведомился Саминг, пытаясь вернуть разговор в нормальное русло. – Да! – резко бросил тот, и, не дожидаясь ответа, быстрыми шагами направился прочь. Внутри него всё кипело. Саминг вмешался в дело, которое он вел, да ещё и проявлял интерес к Мангкорну. Невыносимо. Почему именно он? Сначала Тиа Тха решил подняться в свою комнату и закрыться там, избегая любых контактов. Но приказ матери был неоспорим: он должен присоединиться к ужину с гостями. Стиснув зубы, он сел за стол, где царила оживленная атмосфера — смех, разговоры, воспоминания. Всё это раздражало его ещё больше. – Саминг, ешь побольше, сынок, – сказала мать, обращаясь к незваному гостю как к родному. Зачем ей считать его сыном? – Спасибо, госпожа, – ответил тот, улыбаясь. За столом разговоры становились всё более оживленными. Саминг вспоминал прошлое, а Пхарада поддерживал его, добавляя детали к рассказам. – Раньше, когда мы тренировались, старший был таким крутым, – с энтузиазмом произнёс Мангкорн. – Хм, Мангкорн, ты хвалишь меня? – с улыбкой ответил Саминг, явно наслаждаясь моментом. – Я отлично помню, как во время тренировки с вами появился бандит с оружием, чтобы ограбить местных жителей. Вы справились с ним так мастерски, – добавил сержант, с теплотой вспоминая события. – Мангкорн ведь тоже хвалил меня за то, что я крутой, разве нет? – наконец вмешался Тиа Тха, который до этого долго молчал. – Инспектор всегда крут, разве нет? – спокойно ответил Мангкорн, явно не желая разжигать конфликт. – Хм, пытаешься угодить? – с вызовом бросил Тиа Тха. – Нет, совсем нет, – уверенно возразил Мангкорн, сохраняя спокойствие. Эта фраза вызвала улыбку у слушателя, и он слегка усмехнулся с удовлетворением. Однако Саминг не собирался уступать. Он решил сменить тему, избегая упоминания имени Тиа Тха. – Мангкорн, сколько тебе исполнилось в этом году? – Двадцать восемь, Пи. – Двадцать восемь – отличный возраст, самое время задуматься о свадьбе. Что он опять несёт?! Сын хозяйки дома пытался сохранить спокойное выражение лица. – А я ведь тоже холост, маленький проказник. Вот оно что. Пхарада внимательно наблюдала за реакцией сына, которая была настолько очевидной, что её невозможно было не заметить, и задумалась, о том, что следует предпринять. Однако прежде чем хозяйка дома успела сказать хоть слово, крупная рука Тиа Тха поднялась, а другой рукой он начал вертеть кольцо на безымянном пальце левой руки. Это действие заставило круглые глаза Мангкорна широко раскрыться. Что? Инспектор носит кольцо? Почему? – Ты женат, Тиа Тха? Почему кольцо на безымянном пальце? И это сработало – вопрос прозвучал мгновенно, как только особый гость заметил кольцо. – Может быть. Отвечая, Тиа Тха мельком взглянул на свою супругу, которая сидела напротив. – Где же твоя жена? Я ее не вижу, – Симинг закрутил головой, хотя за столом сидели только они четверо. – Неужели такой ловелас, как ты, способен остановиться? Не могу поверить. А кто просил его верить? Тиа Тха не стал отвечать на вопрос, но его острый взгляд остановился на пальце младшего, на котором не было никакого обручального кольца. Согласно правилам, кольцо следовало носить только дома, а за его пределами это было строго запрещено. Однако сейчас здесь находился Саминг, не подозревающий об их отношениях, поэтому Мангкорн продолжал следовать установленному правилу: "Не позволяй никому узнать, что мы женаты." Ему хотелось проглотить свои же слова прямо сейчас. Раздражение и беспокойство нарастали до такой степени, что он уже не мог оставаться в этом месте. Его красивое лицо слегка нахмурилось, он мельком взглянул на супругу, а затем резко поднялся со стула и ровным голосом произнес: – Сегодня я не особо голоден, мама. Я пойду к себе в комнату. – Что с тобой, сын? – спросила женщина, но вопрос так и остался без ответа. Если это не ревность, сдерживать которую он уже не мог, то что же еще? После ужина все разошлись по своим делам. Мангкорн стоял у ворот, провожая гостя и махая рукой, пока машина Саминга не скрылась из виду. Но всё происходящее не ускользнуло от взгляда кого-то, кто тайно наблюдал за ним из окна второго этажа. Выражение лица гостя и улыбка Мангкорна вызвали у наблюдателя усмешку, в которой смешались раздражение и недовольство. – Они совершенно не подходят друг другу, – пробормотал он себе под нос. Через мгновение раздался тихий стук в дверь, за ним несколько раз прозвучало его имя. – Инспектор, откройте дверь. – Почему вы заперли дверь, инспектор? Обычно вы её не закрываете. – Разве ты не хочешь быть с ним? С этим демоном? – голос с обратной стороны звучал с нарастающим раздражением. – Серьезно? – Почему бы тебе не переночевать у него дома? Ты же так хочешь быть рядом с ним! Мангкорн, прислонившись к двери, услышал свист настолько отчетливо, что сразу понял – его дразнят. Раздался очередной громкий крик: – Что? Как я могу пойти с старшим? – Хм, как я могу пойти со старшим? – губы слегка шевелились, издавая тихий звук раздражения. Хотелось отомстить за шутку. Сегодня Мангкорн общался с Самингом весь день, поэтому Тиа Тха хотелось, чтобы младший уделил внимание и ему. – Я не открою, если ты такой умный, найди способ сам. – Инспектор, я не... Поторопись, открой. Хватит играть. – Кто сказал, что я играю с вами? – Хорошо, хочешь так, да? Проклятый инспектор! Сержант начал немного злиться. Сейчас уже было 10 вечера. Взрослый человек, а занимается ерундой. Думает, что он так просто сдастся? Развернувшись, он поспешно направился вниз. Большое манговое дерево перед домом стало объектом его пристального внимания. Ты у меня дождешься, инспектор! Собравшись с духом, он глубоко вдохнул и начал осторожно карабкаться. Белая фигура медленно двигалась, стараясь не оступиться. Крепкие ветки, тянущиеся к окну спальни, стали мостом, приближающим его к цели. Только попадись мне инспектор! И наконец, младший добрался до цели. Раздался громкий крик, сопровождаемый резким толчком ветки, которая ударилась о оконную раму. – Открой окно, инспектор! – Что ты делаешь? Спускайся! Ой, пистолет что ли вырос на дереве? Глаза цвета индиго распахнулись от шока. Улыбка, которая еще недавно играла на лице, теперь сменилась выражением крайней обеспокоенности. – Спускайся немедленно! – приказал он строго. – Если я спущусь, можно я ударю тебя? – спросил младший с не меньшей серьезностью, судя по тому, как он засучил рукава, явно готовясь к драке. – Сначала слезай, а потом бей меня.