Долгая Тоска

Сян Лю отправился с людьми за травами, но часть лекарств уже была перевезена, и они попали в засаду. Поздно ночью Сян Лю вошёл в комнату Сяо Лю. Сяо Лю ещё не спал и заметил, что белая одежда Сян Лю была растрепана, а его дыхание было неровным. Сяо Лю вздохнул. понимая, что в поселке Циншуй действительно полно опасностей, и по привычке спросил Сян Лю: — «Ты снова ранен?» Он сел на край кровати и сам стянул воротник одежды. Сян Лю, не церемонясь, обнял Сяо Лю и наклонился, чтобы выпить кровь из его шеи. Сяо Лю поддразнил: — «Тебе повезло, что у тебя есть я, этот пакет с крови, который лечит все болезни… Подожди, ты не забрал лекарство?» Сян Лю поднял голову и спокойно ответил: «Кто-то из семьи Тушань раскрыл местонахождение спрятанных лекарственных трав». — «Не может быть, чтобы это был Тушань Цзин», - предположил Сяо Лю, основываясь на своем понимании Е Шици. — «Я знаю, что это был не он. Я убеждён, что нападение было совершено теми же лицами, которые ранили меня ранее. Их внезапное появление и столь же стремительное исчезновение вызывало у меня серьёзное подозрение насчёт наличия предателя в наших рядах. К сожалению, нам удалось ликвидировать лишь одного из нападавших, остальные же сумели скрыться». Выражение лица Сяо Лю изменилось, он с удивлением заметил, насколько же оказывается тесен этот мир на самом деле. Сян Лю, будучи чрезвычайно проницательным человеком, сразу заметил что-то неладное: — «Неужели ты знаешь, кто это?» — «Сюань из винного магазина, у него по-видимому очень знатное происхождение», — сказал Сяо Лю. Сяо Лю немного подумал, а затем добавил: — «Я знаю, что он хотел убить тебя. Но таких людей, желающих тебе смерти, бесчисленное множество.. В конце концов, награда за твою голову просто заоблачная. Я не могу понять, на чьей он стороне, поэтому и не сказал тебе». Сян Лю не стал спорить, просто отпустил его и повернулся, чтобы уйти. Сяо Лю крепко схватил его за руку, чтобы остановить: — «Нельзя действовать силой у него много могущественных подчиненных, и вероятно они, должно быть, тесно связаны с кланом Тушань». Сян Лю оттолкнул его руку и холодно начал удаляться. Сяо Лю вдруг сказал: — «У меня есть способ вернуть травы без кровопролития». Сян Лю остановился и обернулся. — «Нацелиться на Сюаня было бы непросто, но у него есть наивная младшая сестра по имени А Нянь. По какой-то причине Сюань очень привязан к ней. Почему бы не использовать её для того чтобы обменять её на травы?». — «Ты уже давно присматриваешься к Сюаню?» — «Ничего не поделаешь, его происхождение слишком странное, и он еще и настроил меня против себя, так что мне приходится прибегать к любым средствам, чтобы попытаться его усмирить». Сян Лю одобрительно сказал: — «Хорошо». Выйдя за пределы двора, Сян Лю сказал: — «У меня не так много людей, поэтому я могу дать вам только четверых». — «Ты же не собираешься отдать мне всех своих людей, правда? В этом Нет необходимости, я справлюсь и с двумя. Ты ранен, а с Сюанем непросто будет иметь дело». Сян Лю проигнорировал его и приказал четырем мужчинам в масках: — «Пока я не вернусь, подчиняйтесь приказам Вэнь Сяо Лю». Когда Сян Лю забрался на Мао Цю, Сяо Лю закричал: — «Девятиглавый демон, не смей умирать!». Сяо Лю посмотрел на четверых человек рядом с собой. Их лица были скрыты масками, не выражая никаких эмоций, за исключением пары решительных глаз, которые смотрели на него с ожиданием. Сяо Лю спросил: — «Вы хорошо знаете местность?» — «Очень хорошо». Сяо Лю начал отдавать приказы, жестикулируя в воздухе руками: — «Понятно?» — «Поняли». — «Хорошо, увидимся позже». Сяо Лю подошел к задней двери винного магазина, постучал и крикнул: — «Брат Сюань, Сюань…» Он знал, что Сюаня там нет. Сян Лю уже отвлек его внимание, просто его задачей было разбудить тех, кто внутри. Вышла Хай Тан: — «Почему ты так поздно не спишь? Что-то случилось?» Сяо Лю пренебрежительно сказал: — «Убирайся, я ищу Сюаня, а не тебя». А Нянь, находившаяся внутри дома, пришла в ярость. Она выбежала и закричала: — «Ты, ничтожная простолюдин! Если ты не уйдешь, я тебя изобью!» — «Неужели Сюаня здесь нет?» — спросил Сяо Лю. — «Отлично, никто за тебя сейчас не заступиться. Давно уже терпеть не могу твои мёртвые рыбьи глаза, а еще ты позволяешь себе грубить мне? Ты вообще кто такая?» Самой сильной чертой внешности А Нянь были её глаза, однако, этот неприметный мужчина по имени Вэнь Сяо Лю назвал её глаза рыбьими, что вызвало в ней неимоверный гнев и приказала Хай Тан проучить Сяо Лю. Сяо Лю, пытаясь скрыться, бросил ей вслед: «Эй ты, с глазами как у дохлой рыбы! Если ты такая крутая, чего ждешь помощи служанки? Сделай это сама, если смелости хватит!». А Нянь, надувшись от злости, попалась на удочку и бросилась в погоню за Сяо Лю, намереваясь лично ему преподать урок. Сяо Лю про себя подумал: — «Вот же напасть!» Он изо всех сил сыпал оскорблениями, которые, как ему казалось, могли её унизить, и бежал не слишком быстро, чтобы А Нянь не передумала на полпути и не повернула голову назад, а то иначе бы она обнаружила, что Хай Тан сзади неё уже нету. В схватке с таинственными противниками, чьи лица скрывались за масками, А Нянь была повержена. Превосходя её числом, враги без труда сломили её сопротивление, не оставив шанса на достойный отпор. Сяо Лю, заткнув рот А Нянь куском ткани, и пошёл к Сян Лю. В лесу, когда Хай Тан упала без сознания, четверо мужчин в масках рассредоточились и заняли позиции по сторонам света охраняя периметр. С другой стороны, Сян Лю сражался с Сюанем. После нескольких ходов Сюань был побежден, а лезвие Сян Лю зацепило, лишь марионетку Жуому. Эта вещь имела нешуточное происхождение. Сян Лю подавил сомнения в сердце и обернулся, увидев, что Сюань уже появился с более чем десятью людьми, готовясь окружить его. В небе вспыхнул сигнал. Не вступая в продолжительную схватку, Сян Лю рассмеялся и ловко ускользнул. Сюань был охвачен беспокойством. Сяо Лю поднял А Нянь и привязал её к дереву. А Нянь хотела отрубить Сяо Лю руку, но не могла издать ни звука и не могла найти никого, кто бы ей помог. Сяо Лю прекрасно осознавала, насколько важна для А Нянь её поддержка. В жизни Сяо Лю все события разворачивались в соответствии с её желаниями; всё, что она просила или в чем нуждалась, немедленно исполнялось. Мир А Нянь был свободен от забот и тёмных моментов. Она находилась в окружении внимания и любви, что делало её всё более капризной и надменной. Её окружали люди, искренне любящие её, создавшие для неё мир, наполненный светом, радужными моментами и цветами, что способствовало формированию её уникального характера. К сожалению, она — бесполезный кусок мусора. Теперь его можно использовать только в качестве заложника. Сяо Лю совсем не завидует; было бы ужасно, если бы человек не мог защитить себя. Вэнь Сяо Лю может попытаться защитить себя, но его другая сущность в основном зависит от других, и он не способен справиться с этой сущностью, поэтому он предпочитает просто быть Вэнь Сяо Лю. Даже если бы жизнь была безоблачной и все желания исполнялись, невзгоды, трудности и равнодушие мира закалили Сяо Лю, сделав его редко испытывающим страх и не боящимся препятствий. Сяо Лю вытащил ткань из рта А Нянь и долго ждал, пока она перестанет ругаться. Наконец, когда А Нянь больше не могла ругаться, Сяо Лю сел на землю и тихо спросил: — «А Нянь, какие у тебя родители?» А Нянь, не говоря ни слова, сердито посмотрела на Сяо Лю, но из-за своей внутренней гордости ей захотелось сказать: — «Мой отец — самый красивый и влиятельный мужчина в мире». Сяо Лю подумал про себя: — «Похоже, мы можем немного сузить круг поисков». Затем Сяо Лю спросила её: — «А что насчёт твоего брата?» — «Мой двоюродный брат тоже из их числа». Сяо Лю подумал, что мужчин, которые могли бы быть красивее Сюаня и при этом занимать высокое положение, было очень мало, и ему казалось, что он близок к разгадке. Сяо Лю в шутку спросил: — «Если оба лучшие, то кто же номер один?» — «Ты дурак! Отец – это прошлое, двоюродный брат – это будущее!» – сердито сказала А Нянь. В этот момент Сян Лю спрыгнул с неба, в серебристой маске, в белых одеждах и с белыми волосами, безупречно чистый, словно снежинка, неспешно падающая вниз, прекрасный без малейшего намека на мирскую суету. Человек в маске подошел и тихо доложил. Выслушав, Сян Лю отдал несколько распоряжений, и они, забрав Хай Тан, ушли. А Нянь с любопытством уставилась на Сян Лю в маске, так завороженно, что забыла про свой гнев. Сяо Лю усмехнулся про себя и спросил АНянь: — «Хочешь узнать, как выглядит лицо под маской? Его лицо ничем не хуже, чем лицо твоего двоюродного брата». Сян Лю не заинтересовала столь скучная тема, он просто сел в сторону погрузившись в медитацию. Спустя короткое время Сян Лю открыл глаза: — «Ты знаешь истинную личность Сюаня?» Сяо Лю покачал головой. Сюань, в отличие от прямых потомков аристократических семей, производил впечатление простолюдина, но при этом был очень силен. Его тщательная подготовка была весьма необычной. У Сао Лю возникла определенная догадка, однако она была столь необычной, что он считал невероятным такое стечение обстоятельств. Сян Лю, словно одержавший победу в соревновании, рассмеялся и сказал: — «Мне кажется я уже догадался». — «Кто он?» — «Мне нужно ещё кое проверить». — «Если это действительно тот, кого я подозреваю, тебе, вероятно, не поздоровится. Говорят, он очень предан своим близким и ненавидит тех, кто причиняет им вред. Ты похитил его сестру, совершив непростительную ошибку, и он наверняка захочет тебя убить. На этот раз я стал причиной твоих бед. Пока я не разберусь с ним, оставайся рядом со мной». Сяо Лю рассмеялся и сказал: — «Если ты хочешь, чтобы я остался рядом, можешь сказать об этом прямо. Если же тебе нужно просто защитить меня, то нет необходимости». — «Ты мне не веришь?» — Сян Лю поднял бровь. Сяо Лю с улыбкой сказал: — «Если ты думаешь, что мне угрожает опасность, значит, мне угрожает большая опасность. Но почему ты считаешь, что я из тех, кто предпочитает прятаться за спинами других и ждать, пока буря утихнет? У меня есть способ уйти от Сюаня невредимым, и я могу тебе это доказать». Сян Лю слегка улыбнулся и небрежно сказал: — «Как угодно. Но…» — «Не смей умирать». Мао Цю приземлившись и зачирикал в ухо Сян Лю. Сян Лю погладил его по голове и сказал Сяо Лю: — «Лекарственные травы получены, отступление прошло благополучно». Сяо Лю встал, лениво потянулся и сказал: — «Я провожу кое-кого домой. До новых встреч. Если мы больше не встретимся, не зацикливайся на этом. Но у тебя не будет такой возможности». Сян Лю слабо улыбнулся: — «Меня интересует твоя кровь, а не ты сам». Сяо Лю усмехнулся, не желая разоблачать Сян Лю, и ушел, неся на спине А Нянь. Сюань носит маску, настолько плотно прилегающую к его лицу, что она кажется продолжением его кожи. Он обладает острым умом и проницательностью. Единственное, что может его сбить с толку, — это чрезмерная забота о сестре. Он ждет, что все будут уступать ей во всем. Сяо Лю не испытывал страха перед Сюанем. Ведь, как правило, люди, испытавшие трудности, именно таковы. В этот раз он слишком сильно задел безжалостного человека, поэтому ему оставалось лишь прибегнуть к самым суровым мерам. Сяо Лю опустил А Нянь на землю, достал из сумки разнообразные пилюли и порошки, внимательно их просмотрел и затем засунул А Нянь в рот. — «Это все яды», – с улыбкой сказал Сяо Лю. Несмотря на попытки А Нянь возразить, ей вновь заткнули рот кляпом. Все еще не совсем успокоившись, Сяо Лю обработал раны А Нянь медикаментом, после чего ввёл иглы в ключевые акупунктурные точки, чтобы временно заблокировать её духовную силу. Кроме того, он дал А Нянь средство, вызывающее симптомы отравления, что бы А Нянь поняла, что стала жертвой отравления. Прибывший Сюань потребовал А Нянь, и Сяо Лю, сдержав данное обещание, передал её. Наконец, когда платок, завязывавший рот А Нянь, был снят, она заплакала при виде Сюаня. Сяо Лю схватили люди Сюаня, который с яростью смотрел на него, желая немедленно расправиться. Тем не менее, Сяо Лю сохранял безупречное спокойствие. Сяо Лю потерял сознание, а когда очнувшись, обнаружил себя в потайной комнате. Естественного света не было, горели только две масляные лампы на каменной стене. Сяо Лю догадался, что находится под землей, и должен был признать, что это самое подходящее место для пыток. Двое мужчин, которые собирались пытать Сяо Лю, были удивлены, что он так быстро очнулся, и поспешно пошли за орудиями пыток. — «Неужели это та самая казнь личинками, о которой пишут в книгах?» — подумал про себя Сяо Лю. Среди тех, кого пытали, был один высокий и один низкий. Высокий сказал: — «В коробке находятся личинки трупных мух, которые любят поедать плоть мертвых». Низкий добавил: — «Масло, которым я намазал тебе руки, — это очищенное трупное масло, чтобы дать им понять, что твои руки съедобны». Высокий продолжил: — «Они будут постепенно вгрызаться в вашу плоть, пожирая кожу на вашей руке». Низкий закончил: — «Они позволят тебе отчетливо ощущать, как тебя пожирают». Высокий сказал: — «Десять пальцев соединены с сердцем. Они грызут кости и плоть, причиняя невыносимую боль. Некоторые даже пытаются откусить себе запястья, чтобы положить конец такой боли». — «Поэтому мы должны тебе заткнуть рот». Высокий мужчина сказал: — «Через пять дней, когда откроют крышку, ты увидишь две руки, состоящие лишь из костей, чистые, как белый нефрит». Невысокий мужчина медленно произнес: — «Надо погасить керосиновую лампу». Высокий мужчина сказал: — «Верно, в темноте его ощущения обострятся. К тому же, темнота продлит время, и страдания удвоятся». Сяо Лю вспомнил, как много лет назад ему сломали обе ноги, и он был в клетке, где его грызли черви и муравьи. На самом деле, сделать яд для девятихвостой лисы было не так уж сложно. Труднее было залечить собственные ноги и избавиться от этих насекомых. Иначе зачем бы ему понадобилось тридцать лет, чтобы сбежать? На самом деле, на этот раз другая сторона могла бы легко отрезать ему ногу. Сюань ведь не собирался его есть, так что не было нужды заботиться о сохранности пищи. Если бы Сюань намеревалась это сделать, у Сяо Лю всё ещё был запасной план: А Нянь. Препараты, которые он дал А Нянь, представляли собой безопасную смесь, не обладающую токсичными свойствами. Тем не менее, Сяо Лю имел определенные знания о Гу. Прежде чем ему сломали ногу, в теле А Нянь уже находился жук Гу. Этот жук мог спровоцировать мгновенное отравление и смерть, воздействуя на лекарства в ее организме. Если бы противник намеревался отрубить ему ноги, он бы именно этим и угрожал. Теперь, когда противник не стал отрубать ему ноги, его план удался. Высокий и низкий погасили масляную лампу и вышли, неся фонари. Когда последний свет погас, наступила полная тьма, и постепенно накатывающая боль стала привычной для Сяо Лю. Сяо Лю не любил темноту, поскольку она, казалось, гасила всякую надежду в жизни. Он вспомнил глаза Сян Лю, которые часто были холодны как лед, но всегда тайно сияли светом. От скуки Сяо Лю начал вспоминать о многом. Добрый и красивый отец, прекрасная, но печальная мать, биологический отец, которого она никогда не видела, и ее лучший брат. Огненно-красные цветы феникса расцвели по всем ветвям, а под деревом были установлены качели. Она обожала кататься на качелях, в то время как её брат увлекался боевыми искусствами. Хотя она могла легко защитить его, он всё равно испытывал страх. Их матери ушли из жизни: одна покончила с собой, другая погибла в бою и так и не вернулась. Ночами брат часто плакал, завернувшись в одеяло, а она обнимала его и утешала. Перед поездкой в Юшань её брат сказал: — «Я обязательно приеду за тобой». В кромешной тьме, не обращая внимания на течение времени, Сяо Лю осознавал, что люди не могут оставаться бездействующими. Бездействие неизменно приводит к тому, что эмоции начинают преобладать над разумом. У него была отличная память, он помнил всё, но не собирался зацикливаться на прошлом. Пусть прошлое останется в прошлом. Теперь он полагался исключительно на себя, следуя своим желаниям. Сяо Лю чувствовал, что эти трудности закалили его до такой степени, что он стал несколько ненормальным, упрямым настолько, что не мог смириться с тем, кем он был ранее — человеком, которым манипулировали другие. Сюань поручил лучшим врачам тщательно осмотреть А Нянь, однако они не выявили никаких отклонений в её состоянии. Его переполняли сомнения и неуверенность, но он не мог позволить А Нянь испытывать страх, поэтому ограничился утешением и попросил отправить кого-либо за императорским врачом. А Нянь продолжала плакать, и Сюань нежно гладил её по спине, когда внезапно ощутил резкую боль в руке. Сюань чуть не потерял сознание, чувствуя, будто его руки грызут тысячи насекомых. Он упал на землю и крикнул своим подчиненным, чтобы тот привел Вэнь Сяо Лю. Дверь скрипнула и распахнулась, свет от фонаря внезапно озарил комнату. Сяо Лю улыбнулся, словно говоря, что даже в самой густой тьме всегда найдется свет. Высокий и низкий, глядя на бесстрастное лицо Сяо Лю, были так потрясены, что не могли вымолвить ни слова. Сяо Лю и Сюань встретились. Сюань испытывал такую сильную боль, что голова его покрылась потом, а вены вздулись, но руки остались совершенно невредимы. Он подозревал, что его отравили, но врачи ничего не нашли . — «Что ты мне дал?» — спросил Сюань, подавляя гнев и боль. — «Что ж, если ты перестанешь меня мучить, отпустишь и больше не будешь доставлять мне хлопот, твоя рука заживёт через несколько дней». Об общей боли никто не слышал, поэтому Сяо Лю не беспокоился, что Сюань узнает об этом. Это Гу из племени Байли является реликвией биологического отца Сяо Лю. Хотя Сяо Лю не имеет представления о названии этого Гу и условиях его совершенствования, он осознает, что оно способно заставить Сюаня испытывать страдания вместе с ним. Первоначально он планировал использовать его против Сян Лю, так как тот его опередил, но впоследствии Сян Лю всегда сдерживал свои обещания и не доставлял ему дальнейших неудобств, что заставило Сяо Лю отказаться от этой идеи. Теперь, применив его к такому человеку, как Сюань, он считает это решение оправданным. — «Так, это ты сделал, охранники…» Сюань собирался отрубить ему ноги, но Сяо Лю незаметно ударил себя по руке, и Сюань от боли не мог говорить. — «Если ты пообещаешь, что мы с этого момента квиты, я не буду создавать вам трудностей. Но если вы продолжите так со мной обращаться, мне просто придется позволить вам и дальше страдать». Сколько времени потребуется, чтобы боль утихла? — «Хм, полмесяца». Сюань хотел убить Сяо Лю, но боль не давала ему ничего сделать, и в итоге он согласился. Е Шици ждавший снаружи особняка Сюаня, увидев Сяо Лю, испытал мгновенный прилив счастья, который тут же оборвался. Его взгляд зацепился за безмолвно свисающие окровавленные руки Сяо Лю. Сяо Лю не знал, что двумя часами ранее Цзин уже нашел Сян Лю и попросил его о помощи в спасении. Поскольку особняк Сюаня был под усиленной охраной, только Сян Лю мог возглавить спасательную группу, что и побудило его отправиться туда. После того, как Цзин озвучил свои условия, Сян Лю лишь улыбнулась и сказала: — «Если он сказал, что сможет вернуться целым и невредимым, значит, сможет. Даже если ему придется немного пострадать, это его собственное дело». Цзин сказал: «Если ты поможешь мне спасти его, я готов выполнить любое твое условие». Сян Лю насмешливо спросил: — «Господин Цинцю, вы слишком самоуверенны. Не боитесь, что я запрошу непомерную плату?» Цзин твердо ответил: — «Принимать сделку или нет – твое дело, а смогу ли я заплатить – уже мое». — «Говорят, что Цзю Мин – Сян Лю никогда не отказывается от денег». Это очень заманчивое предложение, пугающе заманчивое. Сян Лю спокойно сказал: — «Ты прав, я никогда не отказываюсь от денег, но…» Он с легкой насмешкой неторопливо продолжил: — «Даже если мне и придётся получить плату, я должен попросить её у Вэнь Сяо Лю. Кто вы такой для Вэнь Сяо Лю? Молодой господин Цинцю». Холодное выражение лица Сян Лю наконец смягчилось после долгого молчания Тушань Цзина. Он одарил его довольной, насмешливой улыбкой и грациозно удалился.