Теория обратимых реакций

      Когда Энжин приехал за Занкой, то и словом не обмолвился в чём причина такого внезапного звонка. Он просто написал ему сообщение, чтобы тот выходил – даже в общежитие заходить не хотел.       – Я сегодня ещё не доделал некоторые дела в офисе, – хриплый голос Энжина разнёсся по салону, Занка же всё время не спускал взгляд с мужчины, – поэтому сначала заедем туда, а потом все вместе пойдём домой, – Энжин остановился на светофоре и закурил. – Если конечно сможем дойти до дома сегодня.       – Там настолько много работы в этот раз? – Удивлённо похлопал глазами Занка. Энжин только тихо кивнул, выпуская струю дыма, словно разговор на этом был закрыт.       Энжин молчал, что-то скрывая. И эта тишина давила особенно сильно, контрастируя с его обычным шумным поведением.        Занка не против помочь, ему нравился офис юридической фирмы, в которой работал Энжин. Фирма в большей степени занималась адвокатской деятельностью, изредка консультировали по правовым вопросам и всему остальному, поэтому постоянно грызлись с прокуратурой.       Грызлись они, впрочем, за одно и то же – за справедливое решение суда, находясь по разные стороны одного и того же дела. Прокуроры с обостренным чувством справедливости очень не любят адвокатов, в особенности хороших адвокатов, которыми и являлись фирма "Акута".       Занка невольно представил, как скрипела зубами его сестрица Кьёка Ниджику, окружной прокурор, когда братец, сам того не осознавая, перешёл на сторону их непрямого противника. В стране и даже в городе много адвокатских фирм, но почему-то Кьёка Ниджику точила зуб именно на "Акуту" и всегда старалась им помешать, воздействуя через Федерацию адвокатских палат, она давила через отчётность, банкротство, но босс "Акуты" быстро решал все проблемы, что очень бесило девушку.       Кьёка Ниджику была очень известным человеком. Она же из семьи Ниджику, где каждый занимал какой-то важный пост в госструктурах. И Занка – её непутёвый братец, который задыхался при тренировках и рыдал, отказываясь от уготовленной ему судьбы.       По спине пробежала дрожь от воспоминаний о тех ужасных днях, когда сестрица и брат возлагали на Занку большие надежды и заставляли сутками проводить на тренировках. Всё его расписание было загружено. Утром и днём – школа, вечером – репетитор, а потом тяжёлая тренировка. Иногда в спарринге участвовала Кьёка, прошедшая серьёзную военную подготовку. Занка помнил её тяжёлый холодный взгляд после каждого его проигрыша. А мальчишка с болью поднимался на локтях и корил себя за слабость.       Он не понимал за что ему это и в один прекрасный день просто сбежал.       Тогда же маленького и изнуренного вечными соревнованиями ребёнка нашёл Энжин. Занка был благодарен ему. Энжин одарил самой тёплой улыбкой мальчишку и забрал с собой. Энжин намучился тогда со всеми процедурами для временного попечительства над мальчиком. Непонятно как он уговорил родителей Занки собственно подписать этот документ. Но восхищало, что Энжин не отказался от Занки ни из-за влиятельности его родни, ни из-за бюрократического ада. Тогда Занка впервые за много лет расслабленно выдохнул.       И вот сейчас он вырвался из воспоминаний, смотря на толстую папку, на обложке которой было написано имя его сестры. Занка тяжело сглотнул и посмотрел в сторону Энжина, который выглядел слегка виновато.       То есть этот засранец понимал, куда он позвал Занку и для чего? Ещё и специально так расплывчато попросил о помощи?       – И что это? – В голосе Занки Ниджику чувствовались стальные нотки. По спине всех в офисе пробежали мурашки, вспомнив ту жуткую женщину с короткими красными волосами, которая привезла им лично эту папку. Окружной прокурор.       – Просто взгляни, – Энжин попытался выглядеть уверенно, но было заметно как с его лба спускается капля пота от стресса.       Занка помассировал виски, но спорить не стал. К чёрту это. Ему просто нужно как обычно всё отсортировать, прибрать и разложить, чтобы адвокатам было удобнее работать с этим делом. А потом просто заглянуть к боссу Архе Корвусу и доложить о проделанной работе, чтобы получить свои гроши и свалить спать или заниматься учёбой. Но по одному только взгляду можно было понять, что "Акута" столкнулись с чем-то тяжёлым. Даже Семиу, секретарша, бегала туда-сюда и отвечала на звонки, тяжело вздыхая.       Занка пожал плечами, смотря на всю эту суматоху, и ушёл в отдельный кабинет, где уже сидели такие же несчастные, как и он.       Погребённые под тонной дел, уставшие и полностью изнеможённые , Фолло, Рудо и Рийю сидели, уткнувшись лицом в стол. Они что-то мямлили, бредили, но услышав шаги, синхронно повернули головы. На лицах всех троих вылезли кривые радостные улыбки.       "Ещё одна жертва старшего поколения".       – Как я рада тебя видеть, – промямлила Рийю. Её длинные красные волосы растрепались из очередной сложной причёски, которую Рийю успела соорудить утром.       – И тебе привет, – тепло поприветствовал девушку Занка и указал подбородком в сторону Рудо, который даже не шевелился, – а он жив вообще?       Рийю повернулась к Рудо, который был ни жив ни мёртв и просто залипал в одну точку на столе.       – Сейчас и узнаем, – она коварно улыбнулась и ущипнула мальчика за бок, тот подпрыгнул на месте и сердито свёл брови.       – Вам весело?! Мы тут сидим практически с самого утра, как уроки закончились.       – Не бузи, – вставил свои пять копеек такой же измученный Фолло.       – А ты тут как давно? Вроде вчера на парах виделись, – спросил Занка, присаживаясь за стол рядом с Фолло.       – У нас пары вчера отменили, препода вызвали куда-то, – Фолло потёр глаза.       – Понятно, – сказал Занка и взял первую попавшуюся папку на столе.       Всё перебрать, рассортировать, разобрать по папкам. Эта муторная работа слишком выматывала. Несмотря на то, что сегодня пятница и Занка на пары не ходил, то к концу разбора документов он уже был без рук. Выполз он из-за стола вместе с остальными только в одиннадцать вечера.       Занка размял спину и уставился на часы, пытаясь сообразить сколько времени он потратил. Ему же сказали только в субботу и частично в воскресенье поработать, так какого чёрта?       И почему эта свалка из документов такая большая? А это Фолло, Рийю и Рудо ещё разобрали какую-то часть до прихода Занки. Что за дело подкинули "Акуте"?       – Почему так много? – Громко сказал Занка, чтобы все в офисе его услышали. И сотрудники все как один повернули головы в его сторону и растерянно моргали.       Первым решил высказаться Энжин, так как он Занку сюда и позвал.       – Понимаешь, это, – Энжин почесал затылок, – завтра всё и узнаешь, если ты ещё не наткнулся на документы именно с того дела, что нам подкинули, и за которое взялась Кьёка, наша мисс Окружной Прокурор.       Занка больше не стал расспрашивать, как только речь зашла о сестре. Он устало потянулся.       – Тогда пойдёмте домой быстрее, – Занка указал куда-то за спину, – а не то придётся оставить их прямо здесь, – за Занкой сидели, наклонившись друг на друга, уже знакомая троица, которые клевали носом и почти уже заснули.       Грис, стоящий рядом с Энжином, тоже начал всех поторапливать и пошёл к Фолло, чтобы забрать его домой. Высокий мужчина тихонько разбудил почти заснувшего сына и быстро попрощался, параллельно хватая Фолло за воротник, когда тот чуть не навернулся на ровном месте.       Рудо и Рийю продолжали сидеть на том же месте, но слегка покачнулись, потеряв дополнительную опору в виде Фолло. Занка и Энжин тяжело вздохнули. Тащить этих двоих в планы не входило, но всё равно пришлось взять Рудо и Рийю на руки, чтобы отнести к машине.       Только уже у выхода Занка опомнился и повернулся к остальным, чтобы попрощаться. Но заметив стоящего в дверях кабинета босса, Ниджику слегка опешил, но быстро кивнул головой и ушёл вслед за Энжином, нёсшим Рийю.       Закинув сонных ребят на заднее сиденье, Занка сел на переднее. Как только Энжин завёл машину и снова закурил, Ниджику решился задать вопрос.       – Что ты имел ввиду?       Энжин медленно повернулся, пытаясь сообразить о чём говорит Занка, но когда понял, только выдал короткое "А" и снова затянулся.       – Завтра узнаешь. Думаю, ты всё поймёшь, как только начнёшь сортировать документы по новому делу от твоей...       Энжин сбился на полуслове, но Занка только мотнул головой, чтобы мужчина не продолжал.       Машина погрузилась в тишину. На небе уже виднелись звёзды, а яркий красно-оранжевый закат уже давно потерял свои краски и стал иссиня чёрным. Занка рассматривал небо сквозь окно, собирая мысли в кучу. Понимая, что он что-то упускает, он начинал беситься и хмуриться, чтобы не выказывать свои эмоции напрямую. Энжин, заметив это, даже не стал подшучивать как обычно.       – Кстати, – подал голос Энжин, и Занка повернулся к нему, – а ты не знаешь, что там у Фолло происходит? Вроде он оживился после того инцидента, но продолжает молчать. И пар нет. Грис переживает, – Энжин сделал очередную затяжку и потушил окурок.       – Не знаю, – Занка покачал головой, – он и мне ни о чём не говорит. Пусть раньше мы особо и не общались так близко, но даже сейчас он не болтлив. Ещё и этот придурок-сосед пропадает куда-то, – Занка задумался, – знаю теперь, что у Фолло расписание совпадает с расписанием этого мудилы, – парень скрипнул зубами. А Энжин удивлённо на него уставился, словно узнал такую вещь, что изменит всю его жизнь, и даже закашлялся. Мужчина рукой развеял дым и поехал домой, выдавив хриплое "Понятно".       Занке же больше нечего было добавить.       По приезде домой они раскидали сонных подростков по комнатам и сами ушли спать.

***

      Утро прошло чересчур молчаливо. Занка с трудом продрал глаза и вышел на кухню, где собирались такие же мученики как и он сам. Словно не документы вчера разбирали, а дрались несколько часов подряд не на жизнь, а на смерть. Страшнее всего было смотреть на Рудо, который лениво ковырялся в еде, хмуро смотря куда-то перед собой. Энжин с бесстрастным лицом пил кофе, залипая в одну точку. Только Рийю что-то лениво печатала в телефоне и изредка улыбалась, когда приходило новое уведомление.       В таком же состоянии они выехали в офис фирмы, где ситуация была не лучше: Семиу, секретарша, лежала головой на столе и что-то бредила себе под нос, Фолло был в таком же состоянии как и Семиу, только умудрялся ещё что-то черкать ручкой, лёжа головой на столе, только Грис, который единственный выглядел как обычно, еле тащил себя с отчётом к Боссу. Остальной офисный планктон зевал, заваривал одну кружку кофе за другой, спотыкался об стоящие на полу папки с документами, разбирали почту и с неохотой клацали по клавиатуре компьютера.       Заходя в офис, Энжин кивнул в знак приветствия и поплёлся ко всем заваривать ещё один кофе. А Занка с Рийю и Рудо тащились в уже привычный отдельный кабинет, где их уже ждала ещё одна куча бумаг. Они втроём нервно сглотнули, смотря на это, пальцы онемели. Занка скривился, смотря на количество работы, Рудо даже головы не поднимал и тупо смотрел на пол, не забывая только моргать. Самой бодрой из них была Рийю, которая оживилась после очередного уведомления на телефон. Она что-то наклацала на клавиатуре и посмотрела на парней.       – Давайте быстрее начнём, – девушка легко толкнула их в спину, но даже от этого двое парней покачнулись, – сегодня слишком много дел, – она хлопнула в ладоши и расплылась в улыбке.       Занка дёрнулся.       – Ты куда-то спешишь после работы?       – Возможно, – она отвела взгляд, косясь в сторону кабинета Энжина. Оценив обстановку, она повернулась обратно к Занке и приложила палец к губам. – Меня позвала сегодня прогуляться Амо! Это та девочка, о которой я уже как-то говорила.       – Да, помню, – порывшись в воспоминаниях, ответил Занка. – А Энжину почему говорить нельзя?       – Он какой-то нервный в последнее время, – Рийю легко пожала плечами и села на своё место, утянув за собой и Рудо, который уже жевал конфету. Где он её только нашёл?       – Не заметил ничего такого, – Занка тоже уселся перебирать бумаги и раскладывать их по нужным папкам.       Рийю с интересом косилась в сторону названного брата. Что-то не давало ей покоя, но Занка решил это проигнорировать. Если пока ничего не говорит, значит это не так уж и важно.       Когда Рудо наконец раздуплился и начал осознавать себя, он взялся за толстый файл с документами. Быстро всё просмотрев, в глазах мальчишки блеснуло какое-то беспокойство и другая непонятная эмоция. Занка кивнул, таким образом спрашивая, что увидел Рудо.       Он же тянуть не стал, только бросил осторожный взгляд в сторону Рийю, но та пожала плечами, поэтому Рудо протянул несколько листков Занке.       Ниджику протёр глаза и быстро пробежался по буквам, но так ничего особого не заметил. Весь первый лист был исписан сведениями о кампании "Raiders", которых в народе прозвали обычными вандалами.       Скандальная кампания с боссом отбросом во главе. Испорченные судьбы сотрудников, которые надолго у них не задерживались и раскрывали многие секреты. За что Босс Вандалов судился с ними и успешно прикрывал свои изъяны. И это только немногое из всего, что известно. Долгое время их не могли схватить за жопу и привлечь к ответственности.       Увидев имя Босса вандалов и ещё нескольких сотрудников, Занка сначала подумал, что они обратились к адвокатской помощи снова, чтобы засудить очередного бывшего сотрудника. Но парень замер, увидев, что в этом деле эта компашка не жертвы, а подсудимые. Он торопливо прочитал ещё несколько листов и на последнем увидел уже знакомую эмблему. В памяти всплыл тот блядский браслет.       Занка откинулся на спинку стула и посмотрел ещё раз на эмблему. Это точно оно.       – Где остальное? – Занка Ниджику помахал листами у него в руках. Рудо любезно подвинул ему остальные файлы, перед этим сказав что-то непонятное.       Занка нервно взял и быстро прошёлся глазами по всему, что ему дали. Он сдавленно выдохнул. Не показалось.       – Я выйду подышать, – Ниджику вскочил со своего места и вышел, ощущая позади обеспокоенные взгляды Рийю и Рудо.       Занка молча проскочил мимо Энжина, который как раз шёл к ним в кабинет, и вынырнул на улицу.       Несмотря на время, снаружи было темнее, чем утром. Тучи затягивали небо, скрывая за своей серостью всю глубину и яркость синего неба. Редко падали крупные капли, глухо ударяясь о землю.       Занка сделал глубокий вдох, ощутив прохладу. По коже пробежали мурашки. Парень стал анализировать всё, что увидел.       "Незаконная разработка лекарственных препаратов, сбыт наркотических веществ, смерти множества людей из-за этого. Смерть главы семьи Ниджику и его семьи".       Занка сел на корточки и схватился за голову. Прошёл год с внезапной кончины родителей. Парень тогда даже не смог прийти на похороны. После церемонии он, конечно, заглянул на могилу. Он помнил как скатывались слёзы по горячим щекам, как перехватило дыхание и мысли спутались.       С того момента Занка ещё сильнее избегал сестру и брата. Он никогда и не узнавал точную причину. Помнил только, что у матери и отца было какое-то заболевание, но им быстро нашли лекарство, которое помогало. Родители быстро приходили в себя, но в один день на всех сайтах появилась эта ужасная статья про аварию, в которой разбились мать с отцом.       От воспоминаний закружилась голова, и Занка старался больше об этом не думать. Внезапно его мысли переключились на этого мудака с дредами. Получается этот мудила всё знал? Он знал кто такой Занка, что конкретно случилось с его родителями и кто в этом виноват? Но как этот мудачело вообще связан с этой блядской компашкой?       Одна мысль за другой сбивались в кучу, не давая нормально поразмышлять. Занке прямо сейчас нужно было сделать какой-то вывод. Даже если неправильный, даже если чересчур субъективный, даже если это наложит отпечаток на всё остальное. Ему просто нужно было хоть как-то успокоиться и прийти к любому выводу.       На плечо вдруг опустилась рука, а вокруг завитал знакомый горький дым.       – Ты что тут делаешь? Замёрзнешь, – хрипло выдал Энжин, делая очередную затяжку.       – Жарко стало, вышел проветриться, – ответил Занка, не поворачивая головы.       Энжин недоверчиво покосился на парня, но продолжать не стал.       – Ты всё-таки увидел, – Энжин опустил руку с сигаретой, выдохнув дым, – прости, – выдавил он, пытаясь держаться ровно и не выдавать лишние эмоции.       – Я всё равно когда-нибудь это узнал бы, – Занка опустил голову и глубоко вдохнул прохладный весенний воздух. – Но почему никто не предупредил. Ты знал и насчёт этого дредоголового?       – Нет, – Энжин потушил сигарету, – он не входит в список подозреваемых, но твоя сестра активно пытается вычислить всех виновных. Пока причастность этого молодого вандала не доказана, поэтому он будет проходить лишь свидетелем, если найдётся хоть одна зацепка.       Занка наконец повернулся к Энжину, словно не понимал о чём он говорит. Мужчина прочистил горло.       – У твоего соседа родители умерли несколько лет назад, это уже проверили, – Энжин запнулся, пытаясь не нести бессвязную чушь, – в общем, было установлено, что твой сосед является племянником босса вандалов, но напрямую с производством он не связан. Его уже вызывали на допрос, – мужчина достал ещё одну сигарету, на которую Занка с осуждением покосился, поэтому Энжин убрал её обратно. – Ты видел эти ужасные шрамы на его руках? Скорее всего видел, пусть он их и не особо показывает. Следователи повесили на дядю Вонгера ещё одну уголовку.       Занка пытался связать это воедино, но не получалось. Однако что-то всё-таки связалось. Эти ужасные шрамы, какие-то эксперименты, надоевшая эмблема.       – Твой сосед выдающийся химик, кстати, – без доли сарказма сказал Энжин, – высший балл на всех экзаменах и олимпиадах. Но пока это всё, что удалось нарыть. Он жестокий идиот, но скорее всего не виновный.       Но этот человек связан с преступниками, что поспособствовали смерти родителей. Занка давно ни с кем не общался из родственников, но смерти никому не желал, а вина за отсутствие даже на похоронах грызла его изнутри. Занка просто уже отказывался думать обо всём этом.       Хотелось просто забыть. Но ненависть к Джабберу всполыхнула ещё сильнее и стала более обоснованной. До этого она была будто притянута за уши. Избиение друга с работы и ежедневные подначивания, конечно, не делали из Джаббера ангелочка, но теперь он словно утонул во всех ярлыках и подозрениях Занки.       Поднявшись с земли, Занка принял решение прямо поговорить с этим мудаком, чтобы выяснить всё, что узнал за сегодня и что тревожило до этого. Присосался же этот идиот как пиявка.       Вернувшись в кабинет, Ниджику обнаружил, что к ним прибавился ещё и Фолло. Тот с хмурым лицом перечитал стопку документов, которую ему выдали "только рассортировать по таким-то критериям, а вот эту стопку всю надо будет отксерокопировать".       Занка мысленно пожалел Фолло, который явно страдал, выполняя это задание.       Спустя ещё несколько часов кабинет наконец опустел. Исчезли эти чудовищные стопки. Самые настоящие мусорные монстры. Занка мысленно похвалил себя, что всё-таки не пошёл по стопам своей семьи, иначе постоянно колупался бы в этом, упуская, что в психологии бумажная волокита тоже существует.       Рийю исчезла из кабинета вслед за стопками документов, ничего не сказав Энжину. Она легкомысленно пожала плечами и отмахнулась, когда Занка посоветовал всё-таки сказать "папаше" о её уходе. В голове этой девочки сейчас была только какая-то Амо, о которой Занка сегодня узнал много нового.       Не понимал зачем ему эта информация, но он узнал, что Амо учится в том же классе, что и Рийю, перевелась сюда только в этом году, у Амо есть старший брат, она посещает курсы совместно с Рийю и Рудо, и ещё множество ненужных деталей. Занка послушно кивал, выражая таким образом свою заинтересованность, но сам мысленно был явно не здесь. Рийю даже несколько раз пошутила на этот счёт, а Занка только недовольно отворачивался под громкий смех.       Несколько раз, безуспешно, Занка пытался разговорить Фолло, чтобы узнать о подробностях той драки перед деканатом, но парень продолжал отмалчиваться. В конце-концов Занка сдался. Просто до конца работы искоса посматривал в сторону черноволосого паренька, но только этим и ограничился.       Энжин освободился чутка пораньше, чтобы закинуть Занку обратно до общаги. Солнце уже медленно заходило за горизонт, вся серость дня к вечеру уже исчезла, небо окрасилось в ярко-оранжевый цвет, постепенно темнея.       – А сестра сама лично заходила? – Сказал Занка, пока они стояли на светофоре. Энжин кивнул.       – Мы тоже удивились. Хотя по факту ей так делать нельзя. Она ещё предоставила свои какие-то заключения по поводу этого дела, – Энжин устало провёл рукой по лицу, – и почему именно нас выбрали в качестве адвокатов, – пожаловался Энжин.       – Тоже непонятно почему, – согласился Занка и снова замолчал.       – Ты сегодня хорошо справился.       – Спасибо, – ответил Занка, стараясь не выдавать излишние эмоции.       Оставшийся путь они доехали в сопровождении музыки, которую скачала Рийю. Энжин несколько раз поворчал почему эти песни абсолютно противоположны вкусу Рийю, а отсутствие песен Ту Лили расстроило ещё больше.        Мужчина даже не стал заглушать мотор, высаживая Занку у общежития. Он лишь погрозил пальчиком, чтобы его "сынишка" не делал глупостей, и издал громкий смешок.       Занка помахал рукой Энжину и скрылся за стенами общежития.       Комендантша отсутствовала на своём привычном месте, что сразу бросилось в глаза. Занка решил проигнорировать это и двинулся дальше по тёмному коридору. Остановившись перед дверью в комнату, Занка замер. Только теперь дошло как это было тупо игнорировать столько важных моментов и столько же упускать из виду. Но парень поморщился и решительно открыл дверь, однако снова замер.       На кровати сидел Джаббер с полностью голым торсом, на его коленях лежали бинты; на руках красовались свежие уродские шрамы; в зубах Джаббер держал колпачок от какой-то бутылочки и обрабатывал раны на руках. Мудак с дредами морщился и шипел, прикладывая смоченную ватку к ране. Наслаждается этим что ли?       "Уродские".       Слово всплыло сразу, без раздумий, будто он всегда знал, что так их и надо называть.       Шрамы были свежие. Значит, он продолжал. Значит, не остановился. Значит, всё правда.       Услышав скрип двери, Вонгер поднял голову и встретился взглядом с ошарашенным Занкой. Бесстрастное лицо Джаббера в миг преобразилось. На губах заиграла улыбка, а глаза превратились в полумесяцы. Этот придурок всем видом показывал, что рад видеть Занку.       "Конечно, – подумал Занка, – как иначе".       – Зан-Зан, привет! – Бодро ответил дредоголовый.       От этого обращения внутри что-то дёрнулось — неприятно, почти болезненно.       Слишком фамильярно.       Слишком спокойно для человека, которого проверяют.       – Ты что делаешь? – Занка с отвращением поморщился.       Джаббер в непонятках перевёл взгляд сначала на свои руки, потом на Занку и так несколько раз, пока не выдал:       – Обрабатываю результат своих экспериментов.       – А почему на руках? – Занка всё-таки прошёл внутрь и захлопнул дверь.       Ниджику старался выглядеть спокойным, он не отводил взгляд, вернул прежнее выражение лица, не показывая открытого отвращения.       – Просто удобнее всего проверять на себе, – Джаббер пожал плечами, его розовые глаза сверкнули, – но если хочешь, могу пробовать и на тебе!       Занка не справился со сдерживанием эмоций, и отвращение снова проявилось, он сморщил нос и свёл брови.       – Я тебе руки оторву, – Занка сел напротив Джаббера.       Мудак с дредами хитро улыбнулся и продолжил заниматься своими делами. Он обрабатывал раны и лишь иногда что-то тихо шипел на португальском. Но Занка так и не сдвинулся. Он внимательно следил за каждым движением Джаббера. В голове Занки многое не укладывалось, также Ниджику не понимал Вонгера.       Драка с Фолло, о которой даже сам Фолло ничего не говорит, неожиданное соседство, подначивания и желание найти себе соперника, практически полное игнорирование почти неделю с перерывами на драки, неловкие ситуации с комендантшей, буйный характер, лень и скука одновременно, переделывание расписания и связь с преступниками – всё это было связано с Джаббером и не складывалось воедино.       Хаотичный и жестокий, в какой-то степени несчастный и даже гениальный. Занка ещё в первый же день заселения обратил внимание на шрамы Джаббера и его слова об экспериментах.       "Псих", – заключил Занка, наблюдая за мучениями Джаббера.       Взгляд внезапно зацепился за один-единственный палец без кольца, которое потерялось ещё неделю назад. Но Занка снова переключил своё внимание на Джаббера. Почему-то этот идиот не стремится всё растрепать, хотя при заселении показал свои шрамы, по-дружески предложил сделать такие же Занке, однако на людях всегда ходил в одежде с длинным рукавом.       Но за весь вечер ни Занка, ни Джаббер больше не проронили ни слова.       Утро понедельника началось спокойнее, чем обычно, по крайней мере так казалось. Занка ожидал, что проснётся от издевательств со стороны Джаббера, но тот лишь вяло собрался утром и выскочил из общаги раньше Занки.       Ниджику не пытался с ним заговорить. Голова его была пуста. Он не думал о вчерашнем, не задумывался что будет дальше. Его интересовало это дело, он начал понимать, почему сестра взялась за него, но не понимал, почему она всё ещё никак не связалась с Занкой.       Парень встряхнул голову, оказавшись в лекционном зале, где уже сидел и Джаббер. Он перебирал пальцами ручку и смотрел в одну точку. В аудитории было не так уж много людей, поэтому сохранялась приятная тишина.       Занка взглянул на время, его редкие брови взлетели вверх. И зачем так рано припёрся только? Ниджику обречённо вздохнул и сел позади Джаббера. Он положил голову на парту и стал дожидаться начала лекции.       Спустя около получаса Занку потрясли за плечо. Парень с неохотой раскрыл глаза и увидел рядом с собой Фолло и Фу.       – Ты чего так рано тут забыл? – Спросил Фу.       – Да не знаю, – Занка потёр глаза, – просто как-то рано вышел.       Фолло сменил тему.       – Я забронировал квест комнату сегодня на вечер на четверых, пойдёшь? – Фолло мило улыбнулся и склонил голову набок.       Занка похлопал глазами.       – Ну, можно. А кто четвёртый?       – Я, – отозвался мудак, сидящий впереди.       Занка ощутил предательство.