Stabbing stars through my back

— ...И именно поэтому, Боб, нам сейчас стоит делать максимальный упор на восстановление твоего организма. Здоровый сон, водный баланс и диета, включающая в себя все необходимые тебе вещества и витамины. Я молчу о регулярных медицинских процедурах, которые... Красный слушать дальше даже не пытается. Пришёл, называется, пожрать хлеба и похлестать воды, как алкаш после попойки, смотря в пустоту и думая о своём. Нет, блять, этой белой скотине обязательно надо было прийти на кухню именно сейчас и именно сейчас начать затирать какую-то хуйню на своём “боже-я-такой-умный-просто-обосраться” языке. Спасибо, Том. Чтобы мы, бляха, без тебя делали-то, без великого чудо-лекаря? И представить страшно! — Боб. Боб! Ты меня слушаешь? Блять, он заметил безучастный взгляд в пустоту. Что ж поделаешь. — Ага. — Что я только что сказал? — Э... – Давай, Номер Один, думай. Думай, седая голова, импровизация всегда была твоим коньком. — Здоровье, витамины, сон… — А после этого? — Да не ебу я. — Ясно. Учёный сипло вздыхает, устало потирая переносицу. Шрам отстранено пилит его взглядом, но решает, что если не говорить со сволочью – сволочь подумает, что тебя не существует и свалит. И сперва это даже работает: Том уходит куда-то в неизвестном направлении, к кухне. А потом возвращается. Да ну ебать вас всех спереди – хуй ртом измерите, как говорится. — Чего тебе? — Держи. — И чё это? Красный с недоверием косится на протянутую ему тарелку с неизвестным содержимым. Ровные, оранжевые куски чего-то очень странного на вид. — Апельсин. – Спокойно объясняют ему, садясь напротив. — Цитрусовый фрукт, содержащий огромное количество витамина С. Он способствует снижению артериального давления и уровня холестерина в крови, помогает предотвратить анемию, участвует в образовании коллагена в коже и… — Я понял. — Попробуй. – Том говорит спокойно, но сквозь очки во взгляде читается какое-то слишком странное ожидание. Шрам морщится. С другой стороны, его ещё ни разу не пытались отравить до этого. Через секунду слышится вскрик. — Блять! Непрожеванный кусок фрукта быстро сплевывается обратно на тарелку, пока Первый, шипя и морщась, закрывает рот рукой и громко ругается в воздух. Том подскакивает со стула, участливо предлагая воды, на которую клон накидывается без малейших пререканий, но всё равно продолжает болезненно скулить и смаргивать наступившие от внезапной боли слезы. — Ты долбоеб! Это че, кислота? Сука, я так и знал, блять, гандон, тебе нельзя верить! Том в замешательстве стоит рядом, не отвечая и боясь даже коснуться. Аллергия? Нет, вряд ли. Просто ноет из вредности? Маловероятно. Когда Шрам начинает успокаиваться и остаётся просто сбито дышать, опустив голову, учёный начинает. Совсем тихо. — Боль при попадании сока цитрусовых в полость рта может быть вызвана язвами и мелкими повреждениями внутри. Ты не ел ничего горячего недавно? Может, кусал щёки или прикусывал язык? Молчание. Шрам злобно косится на ублюдка исподлобья. — Позволь взглянуть? Я не буду ничего трогать. Пока. — Конечно, блять, не будешь. Ещё один неверный шаг – твоей сонной артерии пизда, поверь на слово. — Я тебя услышал. Ну? Первый неуверенно приоткрывает рот. Том достает из халата небольшой фонарик, мягко отодвигая чужую щёку и заглядывая внутрь. Помимо кариеса и скрошенных задних зубов он находит что-то... Страшнее. Гораздо страшнее, чем обычная язва. Профессиональный фасад трескается. Одна большая болячка по внутренней стороне щек и гортани, почти виднеющееся там мясо. Это всё его след. Симуляции никого не выпускали целым. Том никого не выпускал целым. — Боже мой. — Что там? — Там... Пара повреждений, Боб, но я не могу сейчас сходу подобрать тебе лечение. Завтра, ладно? — Ебать, всё плохо? Он потерянно отстраняется, не в силах смотреть клону в глаза. — Я объясню. Потом.