Му Цин ужасается

Му Цин проснулся рано утром разбитым и уничтоженным. Будто в нём сломалось то, на чём он выстраивал свою защиту. Он сначала провалился в странный сон на границе сна и яви, где видел огорченного его изменой Пэй Мина. Тот растворился в темноте, качая головой, и Му Цин остался один, ощущая тотальное одиночество. Ему было очень плохо. Он начал задыхаться. И проснулся. Комната тонула в рассветных сумерках. Фэн Синь лежал рядом, у него спящего было очень умиротворённое лицо, вечная складка между бровей разгладилась. Он был красивый, но Му Цин не хотел на него смотреть, не хотел любоваться и не хотел чувствовать к нему что-либо. Он слишком глубоко раскрылся вчера, и теперь чувствовал себя отвратительно. Пусть Фэн Синь не сделал ничего, что бы ему навредило, но Му Цин не стал доверять ему больше. Он вообще не понимал, с чего вдруг так раскрылся. Наговорил всякого, рассказал об этих ужасных моментах в его жизни, которые до сих пор вспоминает с содроганием, расплакался после секса, а уж в постели себя вел ну просто как шлюха. Он посмотрел время на телефоне, было около семи утра, он быстро оделся и позорно сбежал, не оглядываясь. Красный конверт так и остался лежать на тумбочке. На улице было холодно. Он торопливо шел по тротуару и оглядывался на дорогу в надежде поймать такси, потому что топать через город ему не хотелось. Ему повезло, когда машина с шашечками оказалась поблизости, он махнул рукой. Забравшись в теплый салон, он поздоровался с водителем и назвал адрес. Мама ещё спала, в квартире было тихо. Му Цин сразу прошел в ванную, стащил с себя одежду и уставился на себя в зеркало, ожидая увидеть нечто ужасное. Повсюду на белой коже цвели следы чужой безудержной страсти. На шее и вдоль ключиц пятна оказались особенно шедевральными. Словно ожерелье. Му Цин скривился, потрогав особо большой засос. Как собака, подумал он негодующе, большой собачий член, мать его, вот он кто. Он забрался под душ, тщательно смывая под обжигающе горячей водой последствия прошлой ночи. Три раза намылился с гелем для душа, поскрабился. Вымыл голову и намазал бальзамом. Всё это он проделал практически на автомате, потому что его психика была в глубоком ахуе. Закончив отмываться, Му Цин завернулся в полотенце, кинул одежду в стиральную машинку. Оскалился себе в зеркало. Что я сделал вообще. Он вышел из ванной и тихо проскочил в комнату, переоделся в домашний костюм из трикотажных штанов и свитшота темно-бордового цвета. Потом вернулся в прихожую и вытащил из куртки телефон. Фэн Синь звонил ему пять раз. Му Цин погасил экран, вернулся в комнату, упал на кровать и положил телефон экраном вверх. Он не хотел перезванивать. Он хотел вычеркнуть Фэн Синя из своей жизни. Снова и навсегда. Экран засветился. Фэн Синь звонил в шестой раз. Му Цин сбросил и написал в чат: Не звони и не пиши мне и не пытайся встретиться. Я больше не хочу тебя видеть. Да что я опять сделал не так??? Просто перестань что-либо делать. У нас ничего не получится. Ты можешь нормально объяснить? Мне надоело объяснять, ты меня не слышишь. Я говорю тебе нет, а ты снова лезешь. Хватит. Всё, что между нами было, это ошибка, одна чудовищная нелепая ошибка. Он заблокировал Фэн Синя. Перевернулся и уставился в потолок. Он услышал, как мама ходит по квартире, стук дверей и звук шагов, которые затихли под его дверью. — Цин-эр, ты дома? — Да, мам, — отозвался он, и мама заглянула к нему в комнату. — Всё хорошо? — Да, — привычно соврал он. И вздрогнул, услышав звонок в дверь. Этого следовало ожидать. — Мам, открой, пожалуйста, — попросил Му Цин, — это Фэн Синь. Скажи ему, что я не хочу его видеть. И говорить с ним тоже не хочу. — Ты уверен? — мама изрядно удивилась. Ну ещё бы, вчера ушли вместе радостные и довольные. А сегодня один не хочет видеть другого. — Уверен. Избавься от него, пожалуйста. Я правда не могу его видеть. — Он тебя обидел? — Я… не знаю… Просто пусть он уйдет. — Хорошо, — мама не стала спорить и пошла открывать. Му Цин прокрался следом и встал за углом прихожей, прислушиваясь к разговору. — Прости, сяо Синь, но он не хочет тебя видеть. Я не знаю, что у вас произошло, и мне грустно, ведь ты такой славный мальчик. Но ты же знаешь Цин-эра, он если что решил, то не передумает. — Мне тоже очень жаль, что он так решил. Я очень хотел быть ему другом, но видимо не получилось. Спасибо, тётя, вы так добры ко мне. Они распрощались. Мама закрыла дверь и печально посмотрела на Му Цина. — Сынок, ты можешь рассказать мне, что произошло? Вы поссорились? — Он думает, что любит меня, — с трудом сказал Му Цин, — но он ошибается. — Почему ты так думаешь? Он хороший мальчик, видно, что ты ему не безразличен. Приехал, чтобы встретить с тобой новый год, это же не просто так. — Я не могу с ним быть. — Ты его не любишь? — Я люблю другого. Я тебе его показывал. Мы встречаемся, и у нас все хорошо. А Фэн Синь хочет меня завоевать, вот и совершает подвиги. Но он мне не нужен. — Странно, мне показалось, что у вас хорошие отношения. Вы так гармонично смотритесь вместе. — Нет, у нас плохие отношения. Ужасные отношения. Мам, прости, я не хочу больше об этом говорить, пойду к себе, полежу. — Хорошо, сыночек. Сделать тебе чай? — Да, мам, сделай, пожалуйста, с лавандой. Он лег на кровать и уткнулся лицом в подушку. Его била дрожь, он чувствовал слабость и разбитость, словно у него поднималась температура. Потом он снова взял телефон. *Котёнок, я могу приехать сегодня вечером* Му Цин ответил не сразу, провалившись в самобичевание. Он очень хотел видеть Пэй Мина, поплакаться ему, пожаловаться на мерзавца Цзюйяна, который снова его домогался. И ведь не скажешь, что принудил. Му Цин и сам был не против. *Прости я тебе изменил*, написал Му Цин и занес палец над кнопкой отправки. Быстро нажал, пока не передумал. Сообщение отправлено. Оно висело непрочитанным несколько минут, в течение которых Му Цин гипнотизировал экран, ожидая ответа. Потом, словив приступ паники, удалил сообщение у обоих. Пожалуй, о таких вещах лучше говорить при личной встрече. *Конечно, я очень тебя жду.* Написал он и выдохнул. Мама принесла чай, но он не смог встать, и она села рядом, положив его голову себе на колени. Му Цин теребил подол ее платья, слушая как она напевает песенку, которой всегда в детстве утешала его. — Всё будет хорошо, сыночек. Всё будет хорошо у такого славного мальчика как ты. Му Цин весь день провалялся в постели, то засыпал и ему снились неприятные сны, которых он не помнил, но после которых оставалось тягостное ощущение. То просыпался и лежал, блуждая взглядом по стенам и потолку. Вспоминал свое прошлое, о котором обмолвился Фэн Синю и мучился ощущением стыда и ужаса. Он отказался от завтрака и обеда, его подташнивало от волнения, и ничего не лезло. Вечером приехал Пэй Мин. Му Цин открыл дверь с видом обречённого на казнь. Пэй Мин шагнул в квартиру, опустил на пол дорожную сумку и протянул к Му Цину руки. — Котёнок! Му Цин упал ему на грудь и разревелся. — Малыш, ты чего? — испугался Пэй Мин, — так соскучился? Или что-то случилось? В прихожую вышла мама и поздоровалась. — Здравствуйте, госпожа Фань. С новым годом, благополучия вам и вашему дому. — Спасибо, сынок, и тебе того же, зови меня тётей. — Хорошо. Скажите, что с ним такое? Мама неопределенно пожала плечами. — Тебе лучше спросить у него. Вот там его комната, идите туда. Пэй Мин отстранил Му Цина, снял ботинки и куртку. Тот смотрел на него, вытирая лицо рукавом водолазки. И понимал, что сейчас будет пиздец. Он хотел бы промолчать, скрыть, утаить, надел водолазку, замазал засосы и синяки тональником. Но знал, что не сможет удержаться. Уже не смог. — Что случилось у моего котёнка? — Пэй Мин сел на кровать и усадил Му Цина к себе на колени. Тот сел будто деревянный. Пэй Мин обнимал его за талию, второй рукой гладил щеку. Фиалковые глаза смотрели на Му Цина с неподдельным беспокойством. — Прости, — прошептал Му Цин и тремя словами вырыл путь в свой личный ад, — я тебе изменил. Он закрыл лицо руками и снова начал всхлипывать. Ему давно не было так страшно. Всё кончено, теперь всё кончено! Пэй Мин не простит измены! Какой же он дурак, что отдался Фэн Синю, теперь Пэй Мин его бросит! А Фэн Синь решит, что у него теперь нет препятствий и снова начнет кружить вокруг как акула возле неосторожного пловца. Фэн Синь, наверное за этим и приехал, запутать его, запудрить мозги, приболтать раздвинуть ноги, столкнуть Му Цина на путь измены. А он как дурачок поддался! Пэй Мин погладил его по голове. — Малыш, — ласково сказал он, — расскажи мне, что случилось. Му Цин, не услышав угрозы в его голосе, убрал руки, вытер глаза рукавом и недоверчиво посмотрел на него. — Это Фэн Синь, — промямлил он и отвёл взгляд, уставившись на манжет водолазки, который стал теребить, — он приехал перед самым новым годом. И мы встретили его вместе, — он издал судорожный вздох, — он зажигал фейерверк и наливал мне шампанское. Подружился с моей мамой. Подарил нам цветы. Он сделал мне минет. И потом… я… я… ему отдался! Прости! — взвыл Му Цин, бросил быстрый взгляд на Пэй Мина и снова отвёл, — я не хотел тебе изменять, правда, но я не смог ему отказать. Я не знаю, что со мной происходит, когда он ко мне прикасается, это какое-то безумие! — он наклонил голову, пряди распущенных волос прикрыли лицо. Пэй Мин молча слушал, гладя его по спине, лицо стало жёстким. Будто он прямо сейчас собрался залить Фэн Синя в бетон. Он резко притянул Му Цина к себе и крепко обнял. Му Цин не был уверен, что правильно понял, но привычно обнял его за шею и уткнулся лицом в плечо. Пэй Мин заговорил не сразу, голос его звучал отчужденно. — Прости меня, малыш, это моя вина. — Почему твоя? — удивлённо прошелестел Му Цин, меньше всего он ожидал такой реакции. Он ждал, что Пэй Мин будет кричать, обвинять его в измене и предательстве, а Фэн Синя в подлости. — Я был далеко и не смог тебя защитить от этого урода. У него, похоже, совсем крыша поехала от страсти к тебе. Надо же додуматься поехать к чужому парню через полстраны. Он же к родителям собирался. — Да, отвёз Цоцо и приехал. Пэй Мин покачал головой, демонстрируя свое отношение к безумному поступку Фэн Синя. — Котёнок, а ты почему мне сразу не сказал? Значит, когда ты мне долго не отвечал, ты был с ним? Му Цин похолодел. У него онемели пальцы и все тело застыло. Пэй Мин отнял его голову от своего плеча и удерживая, заглянул в глаза. Му Цин моргнул, чувствуя себя на грани обморока. — Почему ты мне не сказал, малыш? — Пэй Мин взглядывался в его заплаканные глаза, — ты же мог написать мне или позвонить. — И что бы ты сделал? — прошептал Му Цин едва слышно, — ты бы приехал? Пэй Мин неуверенно ответил: — Я бы попытался. — Я не хотел тебя отвлекать, — так же неуверенно сказал Му Цин, — ты был там со своей семьёй, а я тут один. Я думал, что справлюсь. Что смогу его остановить. Но я не смог. Он как бульдозер. Просто смял меня и всё. — Котёнок мой, — вздохнул Пэй Мин, сделав виноватое лицо, — прости. Ты прав, я бы не смог приехать. Меня бы не отпустили, да и билетов уже было бы не купить. Мне пришлось бы ехать на машине с южного побережья, и я все равно бы не успел. Прости, что оставил тебя одного. Прости, что не смог тебя защитить. Он принялся целовать Му Цину лицо, бережно и нежно обхватив его ладонями. Му Цин закрыл глаза. Он чувствовал себя с Пэй Мином в безопасности. Его темная сторона личности спряталась. И он снова почувствовал себя хорошим правильным мальчиком Му Цином. Но само осознание того, что в нем есть и темная сторона, та, которую он не может контролировать, усилила его фоновую тревожность. — Иди ко мне, — Пэй Мин лег на кровать и потянул за собой Му Цина, тот устроился рядом, он осторожно отогнул ворот водолазки, увидел засос на шее, и его перекосило. — Уебище. Он, что, тебе пытался горло перегрызть? Как так можно делать? Это ты ещё его не видел, почему-то подумал Му Цин и трагически сморгнул слезинку. Он точно помнил, что след от его зубов на шее Фэн Синя был не менее впечатляющим. — Я плохой партнёр, — сказал Пэй Мин неожиданно, — я не могу дать тебе то, что ты заслуживаешь. Однажды нам придется расстаться, и ты снова останешься один. Му Цин вцепился в него с такой силой, что напряжённые пальцы скоро свело. Он чуть расслабил хватку. — Почему всё так по-дурацки, — вздохнул Пэй Мин. — Ты не бросишь меня из-за что я тебе изменил? — пропищал Му Цин. Вроде как поведение Пэй Мина говорило об обратном. — А ты этого хочешь? — напрягся Пэй Мин. — Нет. Я хочу быть с тобой! Но мне так стыдно. Ты наверняка считаешь меня предателем… шлюхой… Пэй Мин помолчал. — Конечно, мне неприятно узнать, что ты с кем-то спал, кроме меня. Но я знаю, насколько сложные у вас отношения. Насколько он пробит на всю голову, и как ты старался быть от него подальше. Если этого не повторится, я не вижу причины для расставания. Но я думаю, если бы ты хотел быть с ним, ты бы мне об этом сказал. — Я не хочу с ним быть! — выпалил Му Цин, — я уже устал от его преследований, он просто маньяк. — Настойчивость его действительно маниакальна. Му Цин успокоенно погладил его по груди. Провел рукой вниз и забрался под свитер, чтобы прикоснуться к голой коже. — Котёнок, — выдохнул Пэй Мин, — не дразни меня. Я очень тебя хочу, но давай не сейчас. Нам обоим нужно отдохнуть и придти в себя. — Хорошо. Ты голодный? Покормить тебя? В душ пойдешь? — Да, на все вопросы ответ да. Пэй Мин принял душ, Му Цин покормил его. Пока Пэй Мин ел, неторопливо рассказал, как встретил новый год в кругу родственников. Потом Му Цин постелил то же самое толстое одеяло на пол, и они легли спать. Но сон не шел. Му Цин прижимался к тёплому телу Пэй Мина и смотрел в темноту комнаты. — Котенок, ты не спишь? — тихо спросил Пэй Мин. — Нет. — Котенок, скажи только честно, тебе с ним больше нравится, чем со мной? — Нет, — Му Цин даже не моргнул. — Ты упомянул, что он сделал тебе минет. Ты расстраиваешься, что я тебе не делаю? — Нет, — сказал Му Цин честно. Но короткого ответа было явно недостаточно, и Му Цин добавил, — я не требую от тебя этого, ты и так много для меня делаешь. — Но тебе хочется. — Мне это нравится, да. Он не стал говорить, что ему нравится, как это делает Фэн Синь. Потому что сравнивать все равно было не с кем. — Прости, что я тебе не делаю. — Это не страшно. Ты делаешь многое другое. Мне грех жаловаться, а это всего лишь минет. Это не так уж важно. — Но мне кажется, для тебя это важно. — Это было бы неплохо, но я не настаиваю. Пэй Мин помолчал. — Общая неудовлетворённость складывается из отдельных деталей. Когда один человек долго оставляет другого неудовлетворенным, то такие отношения долго не продлятся. — Но ты же и не планировал длительные отношения. — Я с тобой встречаюсь три месяца. Для меня это критический срок. Обычно я ухожу после трёх месяцев, пока отношения ещё на взлете, пока нет разочарований и не накопились претензии. Понимаешь? — Наверное, сложно расставаться, пока есть интерес. Я думаю. — Да, но об этом я предупреждаю заранее, чтобы не было обид. Понятно, что обиды все равно могут быть. Я предпочитаю уходить красиво. Задариваю бывших подарками, чтобы им было не так обидно. Обидно, когда тебя использовали и не дали ничего взамен. Я всегда старался осуществлять взаимовыгодный обмен. Ты доволен нашими отношениями? Считаешь ли ты, что я тебе что-то не додал? — Нет. Ты даёшь мне достаточно много. Скорее, это я тебе не додаю. Что ты с меня получаешь, только красивое тело? — Котёнок, ты всё ещё себя не дооцениваешь? Разве я относился к тебе только как к телу? Я вижу в тебе личность. Да, у тебя красивое тело. Умелое в постели. Но это не все. У тебя острый цепкий ум. Острый язык. У тебя есть цель, амбиции. И я никогда не считал, что ты просто игрушка для постели. Так что я полностью удовлетворен нашими отношениями. Кроме тех моментов, когда я ревную тебя к Цзюйяну. И осознаю, что мы скоро не сможем быть вместе. Он помолчал и медленно продолжил: — В общем, у меня с отцом состоялся неприятный разговор. Мой отец приверженец старых традиций. Ему показали фото, где мы с тобой вместе в ресторане. Сначала он думал, что ты девушка, и ничего мне не предъявлял. Но потом кто-то раскрыл ему глаза на то, кто ты есть на самом деле. Я не смог отвертеться и сказал, что встречаюсь с тобой. У Му Цина участился пульс. Но он понимал, что их отношения не существуют в вакууме, рядом всегда будут какие-то люди, которым не понравится их связь. — Он конечно разозлился, сказал, что не подозревал, что его сын ну… гей, сказал, что выгонит меня из дома и лишит средств. Я напомнил ему про наш договор, что я могу спать с кем хочу. Он стал орать, что женит меня прямо завтра, чтобы я не маялся всякой хренью. Я его знаю, наверняка он так и сделает. Уже перебирает невест, дочерей своих партнеров. Пальцы Му Цина сжались на его груди. — Зачем ты так рисковал? — спросил Му Цин, — Зачем сошелся со мной? — Захотел и сошелся, имею право сойтись с кем угодно. К сожалению, я не смогу порвать с ним отношения, как это сделал Цзюйян со своим отцом, у них другая ситуация. Я жёстко связан долгом перед семьёй. Му Цин уткнулся ему в плечо. — Я понимаю, — пробормотал он, — я всё понимаю. Пэй Мин погладил его по голове. — Я не позиционирую себя как гея или би. Я всё ещё считаю, что я гетеро. Мне нравятся женщины. И ты единственный парень, который меня привлекает. Не знаю, в чём тут дело. Но в этом случае я понимаю Цзюйяна, в тебе действительно есть нечто особенное. Я часто замечаю направленные на тебя чужие взгляды. На тебя смотрят все, и мужчины и женщины. С любопытством, с завистью, с досадой. — Я знаю, — сказал Му Цин, — с детства на меня смотрят как на куклу. — Ты очень привлекательная игрушка. Но я хотел сказать вот что. Если тебе хочется знать, почему я не делаю тебе минет, я скажу. Я не могу. Для меня отсосать другому мужчине, даже если это ты, единственный парень, с кем я вообще хочу спать, означает признать, что я гей. А я не хочу быть геем. Понимаешь? Му Цин испытал смешанные чувства. Но и сам никогда не думал, что Пэй Мин гей. Да он вообще об этом не думал. Ну спит и спит. Мало ли у кого какие вкусы. — Понимаю. Но руками ты же это делаешь. — Для меня это разные вещи. Руками я и себе делаю. — Зачем ты мне это говоришь? — Хочу, чтобы ты понимал ситуацию. Почему я не могу делать то, что ты хотел бы, чтобы я делал. Если бы ты спросил, я бы прояснил раньше этот момент. — Это не важно, — сказал Му Цин, — я не собираюсь тебя принуждать. Я прекрасно обходился без этого. — Хорошо. Без обид? — Без обид. — Но я могу компенсировать этот момент. Сделать для тебя что-то другое. — Ты и так делаешь достаточно. Но если я чего-то захочу, ты узнаешь первым. — Хорошо. Они снова замолчали. Му Цин крутил в голове их разговор. У него в самом деле не было претензий к Пэй Мину, его всё устраивало. Не устраивало его только одно — что это закончится. Он подсознательно ждал конца их с Пэй Мином отношений. И ожидание разрыва казалось хуже самого разрыва. Они провели вместе два дня. Пэй Мин предложил снять номер в отеле, но Му Цин отказался. Он хотел остаться дома, пусть даже и приходилось спать на полу. Они также гуляли по городу, заходили в кафешки греться, возвращались домой ночевать, но секса в эти дни у них не было. Пэй Мину было неудобно перед мамой Му Цина. А Му Цину не хотелось ему показывать свои боевые ранения. И было стыдно за измену. После разговора Му Цин почувствовал себя лучше. Беспокойство отошло на дальний план. Конечно, он все равно ругал себя последними словами, когда в зеркале видел следы на своем теле. Но когда пятна сошли, он сумел избавиться от угрызений совести. Тем более, Пэй Мин не попрекал его изменой, он принял случившееся, простил Му Цина и больше к этому не возвращался. Они вернулись домой в нетерпении. Еле успели войти в квартиру, приняли душ и завалились в постель. Пэй Мин набросился на Му Цина будто голодный. С Пэй Мином Му Цину было настолько хорошо, что он благополучно забывал о Фэн Сине, будто его и не было. Каникулы продолжались, но на работе начались будние дни. Они оба пахали как проклятые, полностью погрузившись в рабочий процесс. Фэн Синь снова пропал с радаров. Му Цин выбросил его из головы, пока он его не видел, сделать это было легко. Как говорится, с глаз долой, из сердца вон. Он старался не вспоминать ничего, что произошло в праздник, а если вспоминал, безжалостно отбрасывал, переключаясь на другие мысли. Хорошо, что можно было сосредоточиться на работе, и Пэй Мин тоже хорошо умел отвлекать. Но, как обычно, всё его самообладание рухнуло в первый день учебы после каникул. Он его увидел, внутри болезненно дернулся какой-то нерв. Фэн Синь прошёл мимо, бросив на него быстрый взгляд: — Привет, Му Цин. Но на этом засранец не остановился, засунул язык за щеку и сделал пару движений. Му Цин разом вспыхнул и отвернулся. На него разом нахлынуло всё, что старался не вспоминать. Он покраснел ещё гуще. Ему стоило бы убить Фэн Синя и прикопать. Потому что тот слишком много знал и видел. Фэн Синь улучил момент, когда Пэй Мин отвлекся и был занят, прошел за Му Цином в туалет, запихнул его в кабинку. — Да ты опять что ли? Выпусти меня отсюда или я заору. — Выпущу. Не ори, я ничего делать не буду. Мне Линвэнь рассказала, что опухоли поспорили на тебя. Мингуан сказал, что соблазнит тебя за три недели, но в итоге ты лег с ним раньше. Потом они поспорили, что он продержится с тобой полгода, и прошло уже три месяца. Думаешь, чего он за тебя так держится, всё тебе прощает, всё разруливает, и характер твой сучный терпит. Даже измену твою простил, а ведь для него измены недопустимы. Там на кону немаленькая сумма. Му Цин побледнел. Фэн Синь гадко ухмыльнулся ему в лицо. — А ты думаешь, он тебя любит. Не любит он никого. Только пользуется другими и играет в любовь. — Пиздишь! — закричал Му Цин, в голове у него помутилось, он оттолкнул Фэн Синя. — Ты всё врешь, я тебе не верю! — Не верь. Но спроси у него сам. Фэн Синь открыл дверь и выскочил из кабинки. Му Цин рванул искать Пэй Мина. Едва они сели в машину, Му Цин вывалил на него всё, что сказал Фэн Синь. — Давай дома поговорим, — сказал тот, дрогнув лицом. Едва они вошли в квартиру, Му Цин повернулся к нему. — Так это правда? Пэй Мин прошел к бару, налил себе выпить. — Значит, Фэн Синь рассказал тебе это? А он откуда узнал? — Что типа ему рассказала Линвэнь. — Вот сучка, — зло рассмеялся Пэй Мин, — не ожидал от неё. Неужели так сильно нуждается в деньгах, что пошла на такой шаг? — Значит, правда? — Му Цин рухнул на диван. Его трясло. Неужели всё, что было между ними, было ложью? — Послушай меня. Не переживай и не делай поспешных выводов. Вот выпей. Это случилось после того, как ты переспал с Цзюйяном. Мы втроём сидели, как обычно, пили и разговаривали, и разговор как-то свернул в вашу сторону. Речь шла о том, что вы оба не умеете строить отношения, и характеры у вас говно. Мы посмеялись над тем, как вы вообще оказались в постели, вышли оттуда живыми и даже не избили друг друга. И как-то слово за слово, и я сказал, что хочу попробовать с тобой повстречаться. Они, конечно, подняли меня на смех, сказали, что мне ничего не светит. И мы поспорили. Сначала, что я уложу тебя в постель за три недели. Потом, что я смогу пробыть с тобой в отношениях пять месяцев. — Значит, я был просто предметом спора? — Му Цин опустил взгляд. — Послушай, котёнок, — Пэй Мин встал перед ним на колени и взял его ладони в свои, — я никогда тебя не обманывал. То, что началось как просто попытка затащить тебя в постель, в самом деле превратилось в нечто серьезное и важное для меня. Му Цин с болью посмотрел на него. — Ты же понимаешь, что я теперь не смогу тебе верить, как бы ты не оправдывался? Пэй Мин сжал его ладони. — Пожалуйста, поверь. Я ведь никогда тебя не обманывал. Мне давно наплевать на это пари. Там не такая большая сумма, чтобы меня это беспокоило. Ты для меня важнее этого пари. Разве я давал тебе повод сомневаться во мне? — Не давал. Но это и вызывает больше всего подозрений. Му Цин вздохнул и обхватил Пэй Мина за шею. Тот обнял его за талию и притянул к себе. Му Цин не хотел расставаться с Пэй Мином, слишком привязался, поэтому простил. Пэй Мин же простил ему измену, так почему Му Цин не мог его простить? Ведь и его собственный мотив в начале их отношений тоже не был бескорыстен. Фэн Синь казался недовольным, когда на следующий день Му Цин и Пэй Мин появились в универе вместе, будто ничто не могло их разлучить. — Вот уж не думал, что ты позволишь так к себе относиться, — Фэн Синь снова улучил момент, когда Му Цин оказался один. — Так — это как? — Му Цин взглянул на него с холодом своей Арктики. — Как к шлюхе, — презрительно выплюнул Фэн Синь, — но видимо ты есть шлюха, которая не может решить, чей член лучше. Такого оскорбления Му Цин стерпеть не смог и врезал ему в лицо. От неожиданности Фэн Синь пропустил удар, но не упал, только пошатнулся. Закрыл лицо ладонью. Из-под пальцев закапала кровь. — Кто ещё из нас шлюха? — прошипел Му Цин, кипя от гнева, — это ты мне постоянно себя предлагаешь! Так и норовишь запрыгнуть сверху как кобель, едва я потеряю бдительность. Я тебя не звал, ты сам припёрся! Влез в мой дом, в мою постель, в мои трусы! А теперь обвиняешь меня в том, что я с тобой переспал? — Помочь? — Пэй Мин незаметно оказался рядом, Му Цин обернулся на него, чувствуя, как от его присутствия гнев испаряется, оставляя холодный расчет. Пэй Мин закрыл его спиной. Фэн Синь сплюнул на траву кровавую слюну и молча ушёл, прикрываясь ладонью. Пэй Мин повернулся к Му Цину и взял его руку, разглядывая кисть. — Ты в порядке? — он, не смущаясь зрителей в виде студентов, перецеловал каждую костяшку. — В порядке. Тело ещё потряхивало от адреналина, но в целом он уже успокоился. Кисть немного побаливала, у Фэн Синя были на редкость твердые кости. — Я поговорил с Линвэнь, — сказал Пэй Мин, губы скривились в жёсткой ухмылке. Му Цин с любопытством взглянул на него. Тот не выглядел недовольным или возмущенным. — И что она сказала? — поторопил его Му Цин. — Что ничего не рассказывала Цзюйяну. И что он подслушал их разговор с Ши-сюном. — Определенно, кто-то из них лжёт, — сказал Му Цин. — Определенно, — согласился Пэй Мин, в фиалковых глазах появился холодный блеск, — и мне очень интересно, что они оба задумали. — Мне тоже, — сказал Му Цин. А ещё у него возник новый повод для тревоги. Он жопой чувствовал, что что-то грядет, и ему это совсем не понравится.