Ведьмина тропа

Утро выдалось знойным, даже для июня. Солнце палило нещадно, пробиваясь сквозь неплотные шторы и окрашивая комнату в янтарные тона. Виктория проснулась с тяжелой головой и неприятным ощущением липкости на коже. Вздохнув, она откинула одеяло и поднялась с кровати. Прежде чем начать свой обычный утренний ритуал, она, словно ведомая каким-то внутренним порывом, направилась на кухню. Но, проходя мимо гостиной, не удержалась и заглянула внутрь. Там, на стареньком диване, всё ещё спала Марьяна. Она свернулась калачиком, и одеяло, которым ее накрыла Виктория, сползло на пол. Юное лицо, беззащитное во сне, было бледным и осунувшимся. Виктория отметила про себя, что ей явно нездоровится. Она поморщилась. Заботиться о ком-то ей не хотелось совсем. Но что-то внутри, какая-то смутная ответственность, не позволяло ей просто оставить девушку на произвол судьбы. Не говоря ни слова, Виктория вернулась на кухню. Достала из шкафчика стакан, наполнила его прохладной водой из-под крана. Затем нашла в аптечке таблетку аспирина - единственное обезболивающее, которое у нее было. Вернувшись в гостиную, она аккуратно поставила стакан с водой и таблетку на небольшой столик рядом с диваном, стараясь не разбудить Марьяну. Покончив с этим, Виктория быстро покинула комнату, словно опасаясь, что ее увидят за этим проявлением заботы. На кухне она налила себе чашку крепкого кофе и присела к окну, наблюдая за пробуждающимся лесом. Ей нужно было время, чтобы прийти в себя и решить, что делать дальше. С этим неожиданным гостем и с тем странным чувством, которое зародилось в ее душе. Через какое-то время, когда солнце уже основательно прогрело воздух, проснулась и Марьяна. Веки словно налиты свинцом, голова раскалывается на части, во рту пересохло, как в пустыне. Девушка сначала не поняла, где находится. Незнакомая комната, старая мебель, тишина... что она вообще здесь делает и что произошло вчера? Обрывки воспоминаний проносились в голове, словно кадры из плохого фильма: дискотека, алкоголь, озеро... Всё было смутным и туманным. Она выпалила стакан воды лежащий рядом на тумбе. Потом она почувствовала очень вкусный запах крепкого кофе, доносящийся из кухни. Собрав остатки сил, Марьяна решила пойти туда и выяснить, как она здесь оказалась. Картина, представшая ее взору, заставила девушку замереть на пороге. В кухне, у окна, сидела Виктория. Ведьма. В обычной обстановке, с чашкой кофе в руках, она казалась менее зловещей, чем у озера. Но ее взгляд, всё такой же пронзительный и холодный, заставил Марьяну поежиться. Их взгляды пересеклись. -Доброе утро, алкошня, - сказала Вика, едва тронув уголки губ в подобии улыбки. -Доброе... а что я тут делаю? - пробормотала Марьяна, не до конца веря происходящему. Она огляделась вокруг, пытаясь понять, где находится. -Присаживайся, - махнула рукой Вика, указывая на стул у стола. - Чай или кофе? -Давайте чай, - ответила Марьяна, решив не огрызаться с хозяйкой. Сейчас ей нужна была информация, а не конфликт. Виктория молча заварила чай, достала из шкафчика чашку и поставила перед Марьяной. Затем, не дожидаясь вопросов, начала рассказывать, как увидела ее тонущей в нетрезвом состоянии в озере, как вытащила, и как, не зная, куда ее отнести, ей пришлось притащить ее к себе. -В общем, можешь считать, что тебе повезло, - закончила Вика, сделав глоток кофе. - Могла бы сейчас лежать на дне озера, рыб кормить. Марьяна молча слушала рассказ Виктории, то и дело поглядывая на нее с подозрением. Чашка в ее руках дрожала. Она с трудом верила в то, что произошло. Но запах кофе, уютная кухня и живая, хоть и хмурая, Виктория казались вполне реальными. -П-почему вы меня спасли? - наконец спросила Марьяна, чувствуя, как в горле пересохло. - Зачем вам это нужно было? Виктория пожала плечами, словно это был пустяк. -Не люблю, когда люди тонут, - коротко ответила она. - Тем более летом, когда бабушки ждут внучек в гости. Не хотелось бы, чтоб бабушка твоя потом у сельсовета скандал закатывала, мол, ведьма внучку утопила. Хлопот не оберешься. Марьяна нахмурилась. Она все еще пыталась осознать, что происходит. Приезд к бабушке в деревню на летние каникулы обернулись одними загадками. -Вы меня ненавидите, да? - выпалила Марьяна, не выдержав. - Вы же ведьма... Виктория усмехнулась, откинувшись на спинку стула. -Ведьма, - повторила она, словно пробуя слово на вкус. - И что с того? Ведьма не значит злая. Это в сказках все ведьмы лягушек в принцев превращают, да бородавки наводят. А в жизни... В жизни это просто женщины, которые немного лучше разбираются в травах и немного больше знают о мире, чем остальные. Виктория лукаво прищурилась, глядя на Марьяну. -Ну, и да, - добавила она с усмешкой. - Мы действительно можем превращать людей в лягушек. Но только очень вредных. И только по большим праздникам. Марьяна не знала, верить ей или нет. Она чувствовала, что Виктория играет с ней, пытается запутать. -Тогда зачем... - начала было Марьяна, но Виктория перебила ее. -Зачем я тебя спасла? - закончила она за нее. - Просто не люблю, когда молодые дурочки так бездарно растрачивают свою жизнь. В семнадцать лет еще столько всего можно увидеть, узнать, попробовать. Топиться всегда успеешь. Марьяна молча опустила взгляд. Она чувствовала себя растерянной и униженной. Ей хотелось провалиться сквозь землю. -Ну и что мне теперь делать? - спросила она. -Идти к своей бабушке, - ответила Вика, не поднимая на нее глаз. - Извиниться за то, что заставила ее волноваться. И больше не пить столько, чтобы не тонуть. И хорошо бы осознать, что заставило тебя напиться до такого состояния. И если надо, попросить о помощи. И тонуть в озере - не вариант решения проблем, поняла? -Поняла,- ответила Марьяна, вытирая слезу. Виктория резко вскинула голову, и ее взгляд, словно удар молнии, пронзил Марьяну насквозь. -Это не мой дом, - отрезала она. - Это лес. А лес ничей. Ты здесь гостья, как и я. И пока ты не будешь вести себя, как свинья, никто тебя не выгонит. Но и задерживаться здесь долго я бы не советовала. Бабушка ждет. Марьяна, с трудом поднявшись на ноги, поплелась домой, туда, где ее ждала бабушка. После разговора с Викторией она почувствовала странное облегчение, смешанное со стыдом и тревогой. Что-то в ее жизни явно пошло не так, и она должна была с этим разобраться. Но сейчас ей хотелось лишь одного - оказаться в объятиях родного человека. Зайдя во двор, она увидела бабушку, сидящую на лавочке у дома. Ее лицо было осунувшимся и встревоженным. -Марьяша, ты куда пропала? - запричитала бабушка, вскакивая со скамейки и бросаясь к ней навстречу. - Я знаешь, как переживала за тебя! Все хорошо? Где ты была всю ночь? -Да, бабуль, все нормально, - ответила Марьяна, стараясь говорить как можно спокойнее. - Просто у подруги осталась ночевать. Извини, что не предупредила. В следующий раз обязательно позвоню. Я просто... забыла телефон дома. Марьяна чувствовала, как ее лицо заливает краска. Она лгала бабушке, и ей было стыдно. Но она не знала, как объяснить ей, что произошло на самом деле. Как рассказать про дискотеку, про алкоголь, про озеро и про ведьму. Бабушка бы просто не поняла. -Ну слава Богу, - выдохнула бабушка, обнимая ее крепко-крепко. - А я уж чего только не надумала. Пойдем, я тебе хоть чайку налью, да пирожков дам. Ты, наверное, голодная, как волк. Марьяна послушно пошла за бабушкой в дом. Она чувствовала себя ужасно виноватой, но не могла заставить себя рассказать правду. Она знала, что бабушка переживает за нее, и не хотела добавлять ей лишних поводов для беспокойства. За чашкой чая и пирожками, Марьяна старалась вести себя как ни в чем не бывало. Она рассказывала бабушке о дискотеке, о компании, о музыке. Старалась улыбаться и смеяться, хотя на душе у нее было совсем не весело. Но бабушка была не дура. Она видела, что с Марьяной что-то не так. Ее взгляд был каким-то отсутствующим, а улыбка - натянутой. -Марьяша, милая, - сказала бабушка, положив свою руку поверх ее руки. - Я же вижу, что ты что-то скрываешь. Что-то случилось, да? Расскажи мне, не держи в себе. Вместе мы всё преодолеем. Марьяна посмотрела в добрые, любящие глаза бабушки и почувствовала, как слезы вновь подступают к горлу. Она знала, что ей нужно рассказать правду. Но она боялась. Боялась разочаровать бабушку, боялась показаться ей глупой и легкомысленной. Она молчала, не зная, что сказать. Марьяна опустила взгляд в чашку, словно пытаясь найти там ответ. -Не переживай, бабуль, - пробормотала она, стараясь, чтобы голос звучал уверенно, - просто я не выспалась немного. Она чувствовала, как дрожат ее руки. Врать бабушке было мучительно, но она не видела другого выхода. Ей нужно было время, чтобы все обдумать, чтобы решить, как поступить дальше. Рассказать бабушке всю правду было бы слишком рискованно. Кто знает, как она отреагирует на рассказ о ведьме и ночном купании в озере? -Может, ты простыла, Марьян? – обеспокоенно спросила бабушка, прищурив глаза. - Давай-ка температуру проверим. Что-то ты совсем бледная. И, не дожидаясь ответа, бабушка встала из-за стола и направилась к аптечке, висевшей на стене. Марьяна почувствовала, как к горлу подступает тошнота. Бабушка была права - она чувствовала себя ужасно, и знала, что это последствия ее ночного купания в ледяном озере. Ее знобило, болела голова, и каждый вдох причинял острую боль в груди. Она точно заболела. Бабушка, обеспокоенно покачав головой, уложила внучку в постель, заботливо укрыв теплым одеялом. Дала таблетку парацетамола, на всякий случай смазала виски бальзамом "Звёздочка". Градусник показывал 38.6. -Ох, внучка, как же ты в такую жару заболеть-то успела? Как же так, - причитала бабушка, поправляя подушку. -Бабуль, может, вчера же рано утром пошла на озеро купаться, - прохрипела Марьяна, чихнув. Голова гудела, а тело ломило так, словно ее переехал трактор. - Вода прохладная была, вот и подцепила. -Ну ты лежи, отдыхай, - вздохнула бабушка, накрывая Марьяну одеялом до подбородка. - Если совсем плохо станет, зови. Я рядом буду. И, оставив внучке стакан воды и таблетки на тумбочке, бабушка вышла из комнаты, тихо прикрыв дверь. Марьяна чувствовала себя ужасно. Ей хотелось лишь провалиться в сон и забыть обо всем. И как только она начала засыпать, раздался телефонный звонок. Это был Влад. Чего ему надо? - подумала Марьяна раздраженно. -Ало, что случилось? - спросила она, вновь чихнув. -Ой, Марьянка, ты чего, заболела что ли? - взволнованно произнес Влад. - Ты куда вчера делась? Я вообще-то переживал, взял и пропала. А если бы случилось что? -Влад, все нормально, - прохрипела Марьяна, закатывая глаза. - Простыла немного, таблетку выпила, посплю и всё будет хорошо. -Ладно, красотка, выздоравливай, - сказал Влад в своем репертуаре. -Спасибо, постараюсь. Попрощавшись с Владом, Марьяна отложила телефон и, наконец, провалилась в долгожданный сон. Но сон был какой-то странный, тревожный. Опять та же тропинка, туман, озеро... Она снова идет по этой тропинке и видит ту же женщину. Словно она вернулась на две недели назад, в тот самый сон в автобусе. Она опять пошла за ней, на этот раз настроенная решительно узнать, кто же это. И вот она опять касается ее плеча, пытается развернуть ее, но вдруг чувствует резкую, пронзительную боль в области сердца. Смотрит вниз и видит, как у нее из груди торчит кол, а кровь, густая и темная, растекается по одежде, падает на землю, окрашивая траву в багровый цвет. Поднимает голову, но незнакомки нет. Будто ее и не было. Марьяна осторожно касается раненного места, и ее белоснежная рука окрашивается темно-красной жидкостью. В ужасе она просыпается. Ее ужасно знобило, все тело горело от жара, голова раскалывалась на части. На тумбочке стояли таблетки и вода. Как только она попыталась сесть, резкая, колющая боль пронзила ее голову. Превозмогая боль, рыжеволосая выпила таблетки и легла обратно, опять проваливаясь в тревожный сон. В это же время, вдали от деревни, Виктория чувствовала какую-то непонятную тревогу, какое-то смутное беспокойство, которое не давало ей покоя. Она не могла понять, что происходит. Чувство тревожности не пропадало, а наоборот, усиливалось с каждой минутой. Она решила прогуляться к озеру, походить по лесу и просто успокоиться, привести мысли в порядок. Красивое ночное озеро, с его таинственной и манящей глубиной, всегда успокаивало ее, притягивало к себе, словно магнит. Теперь она даже немного понимала Марьяну. Марьяна... это имя плотно засело у нее в голове. Вроде обычная девчонка, как и все, но именно она, своим появлением, заставляла чувствовать какие-то новые, незнакомые эмоции, которые одновременно казались странными и пугающими. Это нечто, что она не могла объяснить, ни понять, ни контролировать, заставляло ее нервничать. Что-то явно шло не так. Виктория шла по лесной тропинке, стараясь не думать о Марьяне. Но её образ упорно преследовал её, словно назойливая муха. Она чувствовала какую-то ответственность за эту девчонку, которую сама не могла объяснить. Это было странно и раздражающе. Она всегда старалась избегать любых эмоциональных привязанностей, считая их слабостью. А тут вдруг эта юная, пьяная девица, и, вот, пожалуйста, она не может выбросить ее из головы. Она остановилась на берегу озера, вдыхая свежий, ночной воздух. Луна отражалась в темной, бездонной глади воды, создавая жутковатое, но завораживающее зрелище. Обычно это место успокаивало её, дарило чувство гармонии и умиротворения. Но сегодня даже красота ночного озера не могла развеять ее тревогу. Ей казалось, что что-то надвигается, что в воздухе витает опасность. Она чувствовала чье-то присутствие, чье-то недоброе внимание. Инстинкты ведьмы обострились до предела, предупреждая о грядущих неприятностях. Виктория прикрыла глаза, пытаясь сосредоточиться, уловить источник опасности. Но все было тщетно. Чувство тревоги лишь усиливалось, сдавливая ее грудь, словно тисками. -Что происходит? - спросила она вслух, сама не зная, к кому обращается. Тишина ответила ей лишь эхом ее собственного голоса. Виктория открыла глаза и огляделась вокруг. Ничего подозрительного. Только лес, озеро и луна. Но она знала, что опасность где-то рядом. Она вспомнила о сне, который приснился ей прошлой ночью. Это был не просто сон, а предупреждение. Ее кто-то или что-то пыталось предупредить об угрозе. Виктория поморщилась. Ей не хотелось в это вмешиваться. Она хотела жить своей тихой, жизнью. Но что-то не позволяло ей остаться в стороне. Что-то тянуло ее к этой девчонке, словно магнитом. -Черт бы ее подрал! - пробормотала Виктория, раздраженно махнув рукой. Она понимала, что ей придется помочь Марьяне. Иначе она никогда себе этого не простит. Она чувствовала, что на ней лежит ответственность за ее безопасность. Но как ей это сделать, если она даже не знает, что ей угрожает? Как защитить Марьяну от чего-то, что она не видит, не слышит и не понимает? Виктория вздохнула и села на поваленное дерево, глядя на озеро. Ей нужно было подумать. Нужно было разработать план. Нужно было что-то предпринять. Но что? Она чувствовала себя бессильной и растерянной. Впервые за долгое время она не знала, что делать. И это пугало ее больше всего. …. Погрузившись в беспокойный сон, Виктория отдалась на волю сумбурным образам и тягостному предчувствию. За гранью яви и сновидений ее подсознание терзалось извечным вопросом: что есть жизнь? Не просто череда биологических процессов, поддерживающих бренное существование, а нечто большее, сокрытое в лабиринтах сознания и ускользающее от рационального познания. Ей, ведьме, избравшей путь отшельничества и отринувшей мирскую суету, казалось, что ответ на этот вопрос ей давно известен. Жизнь – это борьба за выживание, это самодостаточность, это умение противостоять ударам судьбы и не поддаваться на слабости. Но встреча с Марьяной, словно осколок зеркала, отразила в ней то, что она так тщательно скрывала от себя – потребность в сочувствии, в любви, в связи с другими людьми. И теперь, блуждая по лабиринтам сновидений, она осознавала, что ее прежнее представление о жизни было неполным, искаженным, словно увиденным сквозь кривое стекло. Что жизнь – это не только борьба, но и созидание, не только выживание, но и сострадание, не только одиночество, но и единение с миром. Но как обрести этот новый смысл, как переступить через свои страхи и сомнения, как научиться жить не только для себя, но и для других? Этот вопрос оставался без ответа, повиснув в темном пространстве ее подсознания. Просыпаясь, Виктория почувствовала, что что-то изменилось. Будто в ее душе произошел тихий переворот, словно зерно сомнения проросло сквозь броню отчуждения. Она все еще не знала, что ждет ее впереди, и боялась этого. Но теперь она знала, что не может оставаться в стороне, что должна помочь Марьяне. Не из жалости, не из чувства долга, а потому, что ее жизнь, ее судьба теперь неразрывно связана с этой юной девчонкой. И только вместе они смогут найти свой путь в этом темном, непредсказуемом лесу жизни. Ведь, как говаривал старый философ, "жизнь есть не что иное, как путь, а цель его - найти свою дорогу."