Заговор чувств

Я резко отвернула голову, чтобы не видеть больше этих фото. В груди сжалось. Словно всё внутри меня рухнуло. Это неправда. Это подделка. Это ловушка. Я не позволю себе верить в это… Но картинка уже врезалась в память. Хенджин. С другой. Смеётся. — Что ты пытаешься этим доказать? — выдавила я, не глядя на Юнджуна. — Я ничего не доказываю, Айли. Я показываю тебе правду, — он говорил спокойно, словно учитель, объясняющий что-то глупому ребёнку. — У него своя жизнь. А у нас будет своя. Он кивнул мужчинам, те кивнули в ответ и молча вышли из комнаты, оставив нас вдвоём. Я резко встала с матраса и отступила к стене. — Даже если ты закроешь меня тут навсегда, я не поверю тебе. — Я уже кричала. — Он не такой! Он бы не… — Он бы не что? — перебил Юнджун и тоже встал. — Не оставил тебя? Он подошёл ближе, медленно, с тем самым безумным спокойствием, от которого у меня по коже пробежали мурашки. — Айли. Открой глаза. Ты никогда не была ему важна. Он просто игрался. Я молчала. Я сжимала руки в кулаки, чтобы не разреветься. Юнджун подошёл почти вплотную, я едва могла дышать. — Ты будешь со мной, — прошипел он. — Ты будешь моей, хочешь ты этого или нет. Мы улетим, и ты забудешь его. Я подняла на него глаза, полные огня. — Никогда. Ты можешь запереть меня. Ломать. Пугать. Но ты никогда не заставишь меня тебя полюбить. Никуда я с тобой не поеду. Он ухмыльнулся. — Знаешь, Айли, ты говоришь так… красиво. А на деле — дрожишь, как ребёнок, — Он вдруг ударил кулаком в стену рядом с моей головой. Я вздрогнула, — Хочешь, чтобы я показал тебе, на что способен, когда терпение кончается? Я вздрогнула, но не отступила. Пусть сердце билось так сильно, что казалось, его можно было услышать в полной тишине, я не позволила себе дрогнуть. Ни шагу назад. Ни одного. — Делай что хочешь, — хрипло прошептала я, не отрывая взгляда от его лица. — Но знай: даже если я умру здесь, я не сломаюсь. Не стану твоей. Я сжала кулаки до боли. Голову словно сдавливало от напряжения и страха, но я продолжала смотреть прямо в его глаза. Юнджун молчал. Его лицо оставалось холодным, но в глазах металось что-то тёмное. Он сжал челюсти, потом отступил на шаг, как будто взял себя в руки. — Ты играешь не с тем человеком, Айлина, — тихо сказал он. — Но ничего. Мы ведь скоро уезжаем. И вот тогда у меня будет всё время мира, чтобы научить тебя послушанию. Он посмотрел на меня долгим, зловещим взглядом, потом развернулся и ушёл, громко захлопнув дверь за собой. Я осталась в тишине. Стояла, тяжело дыша. Грудь сжалась от ужаса, но я не позволила слезам вырваться. Не сейчас. Я медленно подошла к матрасу и села. Слёзы всё же выступили на глазах, но я смахнула их рукой. В голове звучал только один голос — голос Хенджина. “Я не отпущу тебя. Никогда.” Я крепко зажмурилась. Пусть всё указывает на то, что он мог предать… Но сердце не верит. Он найдёт меня. Он ищет. Он не остановится. Я должна держаться. Хоть ещё немного. Я опустила голову. Фотографии перед глазами будто застыли навечно. Он… с другой. Улыбается. Смотрит на неё. Рядом. Так близко. Моё дыхание сбилось, я сжала колени руками, уткнувшись в них лбом. — Нет… — прошептала я, еле слышно, — нет, он бы не… Но картинки продолжали всплывать в голове. Его рука на спине той девушки, как он что-то говорит ей на ухо, как она смеётся, а он — улыбается ей. Не мне. Не мне. Я разрыдалась. Не тихо. Не в подушку. Громко, срываясь на судорожные всхлипы, будто из меня вырывали всё изнутри. Слёзы катились по щекам, и я не могла остановиться. Сердце словно сжали в кулак. — Почему, Хенджин?.. — шептала я сквозь слёзы, — я всё ещё верю… я хочу верить… но ты… ты же не мог… Я чувствовала, как рушится всё. Надежда. Сила. Моя вера в него. Всё, что удерживало меня. — Неужели всё это было ложью?.. — голос сорвался. — Неужели ты… уже отпустил меня?.. Я сжалась на матрасе, пытаясь заткнуть себе рот, чтобы не слышать себя саму. Чтобы не слышать, как кричит внутри душа. А вдруг я правда ему была не нужна? А вдруг он просто… забыл? Мир вокруг снова стал пустым. Холодным. Я знала, что он мог быть моим единственным шансом. Но если даже он больше не ищет… Что тогда?

***

Я не мог ждать. Я подключил всех. Всех своих людей. Каждый, кому я доверяю, сейчас ищет Юнджуна. Где он. Кто его видел. Где его следы. Но пока — ничего. Будто он исчез вместе с ней. С моей Айли. Я провёл рукой по лицу, чувствуя, как снова всё внутри сжимается. — Где ты?.. — прошептал я, почти теряя голос. Я не ел. Не спал. Плевать. Каждая минута без неё — как пытка. Я готов был перевернуть всю страну, сжечь всё к чёртовой матери, лишь бы вернуть её. Живой. Стук в дверь. Я резко поднял взгляд. — Что? — голос сорвался. Охранник заглянул и кивнул: — Небольшой след. Возможно, его машина была замечена за городом три дня назад. Я вскочил с кресла. — Где? — Мы отправили туда людей. Уже едем. Если подтвердится — я сообщу. Я кивнул. Сердце забилось быстрее. Надежда. Маленькая, хрупкая искра — но живая. — Найдите его, — хрипло сказал я. — Найдите Айли. Пока не поздно. Я влетел в машину, захлопнув за собой дверь так, что от удара задребезжали стёкла. Никаких охранников. Никаких камер. Пусто. Но мне доложили — он был здесь. Юнджун, ублюдок, ты оставил след. А это значит — ты ошибся. Я сжал руль до белых костяшек. Сделал глубокий вдох. И направил машину в сторону его территории. Это здание я знал — старый склад, который он когда-то выкупил под «деловой проект». Плевать, что он там держал. Я был уверен — если она была здесь, я это почувствую. Дорога выдалась короткой. Или просто я несся, игнорируя всё — знаки, красные сигналы, страх. Когда я остановился у здания, вокруг царила тишина. Ни одного автомобиля. Ни одного окна со светом. Как вымершее место. Я взял пистолет. Холодный металл в руке вернул фокус. Открыл дверь. Сделал шаг внутрь. Пыль. Пустые комнаты. Старая мебель, кое-где валяется сломанный инвентарь. Никаких камер. Ни одного монитора. Ни единого признака того, что здесь кого-то держали. Я обошёл всё. Каждый угол, каждый чердак, даже вентиляционные шахты. Ничего. Чёрт. Я резко оттолкнул какую-то тумбу, с грохотом перевернув её о стену. — Блять! — крик вырвался сам по себе, грубый, хриплый, яростный, — Где ты её держишь, Юнджун? Где?! Сердце колотилось как бешеное. Руки дрожали. Я вбил кулак в стену, ощущая тупую боль, но даже не глядя. Это неважно. Я вышел наружу и с силой захлопнул дверь машины. Сел. Бросил пистолет на пассажирское сиденье. Наклонился, уткнувшись лбом в руль. — Только держись, Айли… — прошептал я. — Я найду тебя. Я клянусь… Но внутри всё разрывалось от беспомощности. Они были где-то рядом. И я не мог до неё добраться. Пока. Телефон завибрировал. Я даже не поднял головы. Но вибрация не прекращалась. Я сжал челюсть, вытер лицо и ответил. — Да? — Хенджин, мы осмотрели два других объекта. Один — старый пансионат, второй — территория у вокзала. — И? Пауза. Глухая, раздражающая пауза. — Пусто. Ни камеры, ни следов. Никого. Простите… Я медленно опустил руку с телефоном. Глаза остекленели. Всё внутри обрушилось. Я не просто злился. Я ломался. Айли… Моя Айли… Где ты? Я чувствовал, как моё тело буквально сжимается от боли. Каждая живая клетка во мне — будто разрывалась. Без неё всё переставало существовать. Мир больше не дышал. Я больше не дышал. Грудная клетка будто заполнялась цементом. Я откинулся на спинку сиденья и закрыл глаза. — Прости меня… — выдохнул я. — Я должен был тебя спасти раньше. Я должен был догадаться… раньше… Я протянул руку к её кольцу, которое до сих пор висело у меня на цепочке. Зажал его в кулаке, стиснув так сильно, что металл впился в кожу. — Айли… пожалуйста, держись. Я всё равно тебя найду. Даже если весь этот чёртов мир встанет против меня… Я не остановлюсь. Тишина. Холод. И пустота. Пока её не станет рядом.

***

Прошла неделя. Семь чёртовых дней. Семь бессонных, пустых, выжженных дней. Я больше не чувствовал времени. Не помнил, каково это — просыпаться не с болью в груди. Я не знал, где сейчас Айли, что с ней, жива ли она… И это убивало. Медленно. Тихо. Жестоко. Каждое утро начиналось одинаково — с паники. С криков в голове. С её образа перед глазами. Я вставал и снова ехал. Снова искал. Снова надеялся. Я больше не заходил домой. Не ел как положено. Иногда просто сидел в машине всю ночь, уткнувшись лбом в руль. И в голове одно: где ты?… — Босс, — раздался голос за спиной. Я медленно обернулся. Это был Минджэ, мой человек. — Что? — Мы пробили все камеры в радиусе сорока километров от его дома. И… мы нашли машину. Не обычную. Это — Юнджун. Точнее… одна из тех, что на него оформлены. Я замер. Сердце сжалось. Глаза резко вспыхнули. — Где? — Старый особняк. Он давно не использовался, но мы подняли записи с дронов. Есть момент, где в день её исчезновения туда заехала чёрная машина. С тех пор — ни одной активности. Я встал. Медленно, уверенно. Пальцы сжались в кулак. — Собирай всех. Через двадцать минут выезжаем. — Понял. Я остался в комнате один. Подошёл к окну. Пальцы на автомате потянулись к кулону с кольцом. — Я еду, Айли. Просто дождись. Чуть-чуть. Мы подъехали к особняку молча. Машина остановилась на небольшом пригорке, скрывая нас от прямого обзора. Я вышел первым, не дожидаясь остальных. Сжимая в руке пистолет, с холодным лицом и бешенством внутри. В этот раз сердце билось чаще — она может быть там. — По сигналу, — коротко бросил я команде, и те сразу заняли позиции. На счёт три дверь была с грохотом выбита. Я ворвался первым. Крики. Металлический скрежет. Треск ботинок по полу. — Чисто! — крикнули с первого этажа. — Второй этаж чист, — долетел голос сверху. — Нашли кого-то! Подвал! — крикнул кто-то из моих. Я пулей рванул вниз. И там… Не Айли. Не Юнджун. А трое его людей. Они сидели за столом, как будто ничего не случилось. Как будто не похитили мою жизнь. — Где. Она. — я прошёл к ним, сжимая пистолет в руке так сильно, что костяшки побелели. Один из них усмехнулся, не поднимая глаз. — Мы не знаем, о чём ты. Я ударил кулаком по столу — тот дрогнул от силы. — Где Юнджун?! — я орал. — Где Айлина?! Вы хотите умереть здесь или сказать, куда он её увёз?! Они молчали. Как стена. Как будто бы тренированные. Как будто им было плевать. — Ты ведь знаешь, что я их всех похороню, если не скажешь. — Мы не знаем, — сказал один. — Мы правда не знаем, — добавил второй. — С самого начала нас не пускали к ней. Он сам всем занимался. Я смотрел на них, пытаясь не сломаться. Но боль разрывала грудную клетку. Я хотел стрелять. Хотел разбить всё к чёрту. Но это не вернёт её. И не даст ответов. Я развернулся, ударив по стене с такой силой, что кожа на костяшках лопнула. — Увести их. Запереть. Они нам ещё понадобятся, — процедил я. И вышел. На улице уже начинало темнеть. В глазах стоял только её образ. И голос: Где ты?.. Я еду, слышишь?.. Просто жди…”

***

Я лежала, глядя в потолок. Просто… лежала. Не двигаясь. Не думая. Почти не дыша. Сколько дней прошло? Пять? Восемь? Месяц? Они слились в одно бесцветное пятно, как и стены этой комнаты. Такое чувство, будто я здесь целую вечность. Как будто другой жизни — той, где я ходила в университет, смеялась, гуляла по улицам, где был Хенджин — никогда и не было. Он ищет меня?.. Наверное. Хотелось бы в это верить. Но вдруг нет? Вдруг всё это уже забылось, как страшный сон, и он просто… живёт дальше? Я бы не смогла. Я ведь не живу. Я просто… существую. Вчера Юнджун закрыл мне глаза, связал запястья и куда-то увёз. Я чувствовала только ветер и резкий запах бензина. А когда он, наконец, снял повязку — я оказалась здесь. Комната, ничем не отличающаяся от прошлой, только в углу стояла лампа, и был старый диван, и тусклое зеркало в трещинах. Он сказал: — Можешь искупаться, но я буду рядом. Я отвернулась. Сжалась. — Нет. Я лучше останусь в этой грязной одежде… В этой футболке, которая когда-то была белой. С волосами, спутанными и пахнущими пылью и страхом. С телом, которое болит от холода, от сидения на полу, от постоянного напряжения. Я лучше останусь такой, чем буду чувствовать его взгляд на себе. Каждую ночь… Я тихо плачу. Чтобы он не слышал. Сжимая колени, прижимаясь к стене. Слёзы впитываются в ткань, оставляя мокрые пятна, а я просто повторяю про себя: “Хенджин… если ты ищешь меня… найди. Я здесь. Я жду.” Но с каждым днём становится всё тяжелее. Будто я тухну. Медленно и мучительно. И если это когда-нибудь закончится… Если я когда-нибудь выберусь отсюда… Я уже не буду прежней. Мои глаза всё ещё были устремлены в потолок, но теперь я уже думала. Хотя бы пыталась. А мысли — предательски возвращались к ним. К тем фотографиям. Хенджин… И она. Та девушка. В его объятиях. С его улыбкой, которую я так хорошо знала. С его руками, которые раньше держали меня. А если… он правда с ней? А если все эти дни, пока я гнию в этом помещении, он просто живёт дальше?.. Ходит на гонки, пьёт кофе в любимом кафе, спит… не один. Он же сильный, у него столько связей. Если бы хотел — давно бы нашёл. Разве не так? Разве не так?.. Почему тогда я всё ещё здесь? Почему он не приходит?.. Почему Юнджун каждый день появляется передо мной, а он — нет? Сердце кололо от обиды. Где-то внутри поднималась паника. Злость. Боль. Неужели он забыл меня? Заменил? Выбрал её? Разве это возможно?.. Я резко села, сжимая пальцы в кулаки. Глаза щипало, и я чувствовала, как по щекам снова бегут слёзы. Я пыталась их остановить, но не смогла. — Хенджин… — вырвалось с хрипом. — Ты же обещал… Ты говорил, что никому не позволишь отнять меня. А теперь? Теперь я принадлежу другому. Заброшенная. Забытая. Ломаюсь, тухну, умираю… А ты, может быть, в этот момент прикасаешься к ней. Неужели всё это было ложью?.. Я думаю, что фотографии фальшивые, но находясь в этом месте так долго, мои мысли не дают мне покоя. Они забили мне голову, из-за чего я начинаю думать о всяких мелочах и дурных вещах.

***

Дверь офиса захлопнулась с грохотом. Глухой, как в гробнице. Я стоял посреди пустого холла, ночь за окном резала стекло синим светом, а внутри… внутри всё уже было мёртвым. Очередной день — и опять впустую. Я прошёл в свой кабинет, не включая свет, но рука сама потянулась, и настольная лампа резко вспыхнула, осветив груду бумаг, телефонов, сигаретных пачек, раскиданных по столу. Я ударил кулаком по дереву. — Где ты, чёрт возьми?! — вырвалось сквозь зубы. Мгновение — и всё, что попадалось под руку, полетело на пол. Лампа разбилась с оглушающим звоном, папки с бумагами разлетелись, вместе с пепельницей, чашкой кофе, телефонами. — Чёрт! — рыкнул я, вбивая кулак в стену. Треск. Боль. Но хоть какая-то отдача. Я опустился на пол. Просто сел среди всего этого хаоса. В беспорядке, отражающем мою собственную голову. Мою жизнь. Моё сердце. Подняв руки к лицу, я сцепил пальцы в волосах. Пальцы дрожали. — Это всё моя вина, — хрипло. — Твоя вина, Хенджин. Ты дал Юнджуну подойти. Ты отвлёкся. Ты не уберёг. А теперь её нет. Сколько бы я ни искал — эта пустота не заполняется. Я не спал уже чёрт знает сколько ночей. Я не могу есть. Я не могу жить. Потому что она — где-то одна. Может быть, боится. Может, плачет. Может, думает, что я её бросил… И от этой мысли всё внутри меня умирало. — Айли… — прошептал я, и голос сорвался, так, как будто я его не узнавал. Я найду тебя. Обещаю. Даже если за это мне придётся уничтожить весь этот мир. Даже если мне придется убить всех. Тишина в офисе была оглушающей. Где-то в углу тихо трещал провод оборванной лампы, но я его даже не слышал. Перед глазами стояло её лицо. Айли. Моя Айли. Та, что хмурила брови, когда делала вид, что сердится. Та, что говорила «не надо», но смотрела на меня, будто ждала прикосновения. Та, что смеётся, запрокинув голову, а потом тут же прикрывает рот рукой, стесняясь. Та, что смотрела на меня по-особенному. Будто… будто только я был её домом. Её выбором. Я провёл ладонью по лицу, но не смог стереть это чувство — будто меня вывернули изнутри. Как будто всё моё тело состоит из дырок, а через них выходит воздух, сила, душа… всё вытекло вместе с её отсутствием. — Почему, Айли… — хрипло, еле слышно. — Почему ты не рядом… Я выдохнул. И этот выдох был тяжелее тонны. Я вспомнил, как она впервые заснула у меня на груди. Как я тогда боялся пошевелиться, чтобы не потревожить её покой. Как её ресницы дрожали, когда она дышала, и как сердце моё тогда билось — не от страха, а от любви. Я любил её. Не просто влюбился — а всё своё существо отдал ей. Я хотел для неё всё. Я готов был стоять перед её домом хоть каждый день, если бы она только улыбнулась. Я бы отдал своё имя, бизнес, будущее — если бы это значило, что она будет в безопасности. И сейчас… Сейчас я просто умирал без неё. Ни деньги, ни власть, ни связи, ни имя, ничего из этого не имело смысла, если в моей жизни не было её. Каждый день без неё — это пытка. Это ад. Это что-то между агонией и бесконечной виной. — Где ты, Айли, — выдохнул я, и в груди что-то дрогнуло. Я найду тебя. Я отыщу тебя, даже если весь этот чёртов мир станет мне врагом. Я не сдамся. Никогда. Ты выше всего. Выше меня. Выше моих принципов, страха, гордости. Выше моего мира. Ты — мой смысл.