Пришествие Рагнарека

"Сердце, полное чувств, может оказаться в плену у разума, который не позволяет ему свободно дышать. В такие моменты любовь и страх становятся двумя сторонами одной медали, обрекающими нас на бесконечные внутренние конфликты."

      — Связь была потеряна! — выкрикнула Пакура, явно переживая за Мито. Прошло не так много времени с того момента, как Наруто вытащил её из тюрьмы, однако этого времени хватило, чтобы куноичи доверилась Узумаки. Всё дело было в той правде, которую рассказала ей Мито.       Вообще, поверить в нечто подобное было невероятно сложно, однако у лидера Чёрной Руки был железный аргумент, пойти против которого было невозможно. Пакура была вынуждена согласиться с доводами бывшей джинчурики и принять её предложение о вступлении в Чёрную Руку, потому что, если правда вскроется, то у девушки могут быть реальные проблемы.       — Почему вы так спокойны? — Пакура перевела озадаченный взгляд на Катарину, которая, закинув ноги на панель, сложила руки на груди и откинулась на спинку стула.       — Потому что мы ничего не сможем сделать, даже если окажемся там. — Дю Кюто взглядом указала на портал, после чего кивнула, поймав недоумевающий взгляд Пакуры. — Броня “Вечный Хранитель” предназначена для стабилизации клеток Мито во время уничтожения пределов. Вкупе с тем, что она является ниндзя-медиком S-ранга, это даёт ей невероятное преимущество для развития. Потенциал Мито с этой броней возрастает на тридцать-сорок процентов. Именно поэтому нам нельзя вмешиваться — мы будем лишь обузой для неё в этой битве. — объяснила спокойным голосом Проклятая.       Пусть на лице Катарина не дрогнул ни единый мускул, однако в голосе читались нотки волнения. Она переживала за свою лучшую подругу — это было закономерно. Но Дю Кюто уже смирилась с тем, что есть ситуации, в которых её силы просто недостаточно.       — Вот оно как… — пробубнила себе под нос Пакура. Она ещё минуту стояла на своём месте, обдумывая все детали сказанного Проклятой, после чего всё же вернулась на своё место.

***

      — Не стоило тебе приходить. — тихо прошептал Наруто. Прошло несколько дней с инцидента на секретной базе Орочимару. Пепельноволосый всё обдумал, полностью оценил ситуацию с разных сторон и пришёл к весьма неутешительным выводам.       Сейчас и он, и Карин являлись заложниками ситуации. Они двигались вперёд всей группы — это было необходимо. Орочимару ни в коей степени не доверял Наруто и даже опасался его, поэтому Змей предпочитал держать парня в зоне своей видимости постоянно.       — Знаешь, ты частенько стал ныть в последнее время. Тебе стоит действовать в зависимости от ситуации, а не раздумывать о прошлом. — Карин не могла пропустить эти слова мимо ушей и заговорила, бросив на парня недовольный взгляд.       — Ныть? — Наруто скрипнул зубами и посмотрел на Узумаки с явной злобой. — Я лишь трезво оцениваю ситуацию — вот и всё. Твоё появление привело к ряду осложнений. Ни больше, ни меньше. — стиснув зубы, пепельноволосый подавил всплеск ярости и постарался всё объяснить. Он сказал именно то, к чему пришёл.       — Значит, для тебя я — проблема? М? — девушка резко остановилась, опустив голову. Наруто тоже остановился, развернувшись к Карин. Он собирался сделать шаг к девушке, однако поморщился.       — Эй! Чего встали? — Саске недовольным взглядом посмотрел на парочку. Он хотел ещё что-то сказать, явно высказав своё недовольство, однако на его плечо упала нежная женская ручка.       — Не стоит мешать им. — подчеркнула Серас, сверкая алыми глазами от нетерпения. Она, как никто другой, знала, что сейчас происходит между Наруто и Карин. Более того, она, зная характер первого, предполагала, что этот конфликт не закончится ничем хорошим для них.       — Безумие… — подумал Учиха, припав на колени. Виктория явно не прикладывала все силы для подавления парня, однако оказанного на него давления было более чем достаточно, чтобы приструнить. Саске был прикован к земле, не в силах даже пошевелиться.       — Да, я считаю, что ты создала мне лишних проблем. — всё же собравшись с мыслями, Наруто честно ответил. Ему нечего было скрывать. Он — далеко не идеальный человек. Быть может, в боевых навыках у него и было мало пробелов, но, когда речь заходит о человеческих чувствах, он оставался тем ещё профаном. Да, психология других людей ему была понятна в какой-то степени, однако, когда что-либо сводилось к абстрактным эмоциям и чувствам, парень переставал что-либо понимать.       — Наруто, а как ты решаешь проблемы? — Карин медленно подняла голову. На её лице была печальная улыбка. Девушка расставила руки в разные стороны. Орочимару и Виктория обменялись непонимающими взглядами. — Не колеблись! Ну же! Давай! — взгляд Узумаки был наполнен решимостью.       — Ты… издеваешься что ли? — глаз Наруто от всей этой сцены задёргался. Он не был идиотом и прекрасно понимал, что хочет получить эта наглая и нетерпеливая девушка от него.       — Ты не подпускаешь меня к себе… Я тебе мешаю, стала проблемной… Так реши проблему! Я не сопротивляюсь! Давай же! — по щекам Карин стекали дорожки слёз. Она была в отчаянии, и Наруто наконец-то понял это.       Наруто стиснул зубы. Подул холодный ветер, и вместе с ним парень исчез со своего места. Через мгновение он оказался за спиной девушки, подобно миражу в пустыне, что появляется лишь тогда, когда захочет.       — Хватит. Ты же знаешь, что на мне такое не сработает. — Наруто прислонился спиной к спине девушки и заговорил холодным, ничего не выражающим голосом. — Да, ты умеешь создавать проблемы, но и пользы от тебя немало. — пепельноволосый аккуратно взял алые локоны Карин и убрал их в сторону, обнажая шею, на которой до сих пор оставались следы от укуса.       — Так я жива, только потому что полезна тебе? — Узумаки заговорила таким опечаленным голосом, будто бы все её мечты рухнули в одно мгновение. Наруто почувствовал странный укол на сердце, будто бы он сделал что-то не так.       — Ты… Ты… — парень замялся от таких резких слов, отвёл взгляд в сторону и отпустил волосы девушки. — Я не могу сказать ей правду. — поймал он себя на мысли. Ему было плевать на лишние уши в эти секунды. Он думал лишь о последствиях своих слов, и не более того. — Так и есть. Если тебя не устраивает — можешь уходить. — холодно отрезал парень, после чего прошёл мимо девушки.       — Ну и ладно! Хорошо! Раз так, я могу высказать тебе всё в лицо! — Карин покраснела от злобы. Её губы задрожали, а глаза засверкали обидой. — Ты — грёбанный маньяк, убийца, который печётся только о своей шкуре! Скольких ты убил? Ты считал? Для тебя человеческая жизнь ничего не значит, поэтому ты и не можешь понять других! Ты даже себя не можешь понять, иначе бы не вёл себя так! — выпалила куноичи на одном дыхании, после чего начала жадно глотать ртом воздух.       Наруто остановился, но так и не повернулся лицом к Карин. Он слушал её, не издав ни единого звука. Он слегка опустил голову, а в его сознании крутилось много неприятных мыслей. Быть может, три года назад он бы и не понял, чего добивалась Карин в эти секунды, но сейчас, проведя несколько лет в компании жителей Канзецу, он стал совершенно другим человеком.       Он понимал, что она жаждала услышать признание. И, наверное, если бы Наруто произнёс три заветных слова прямо сейчас, в эту секунду, их отношения сразу же перевернулись бы с ног на голову, но он не мог так поступить.       — И даже так, ты спас меня, заботился обо мне. Пусть это было и неправильно, но я полюбила тебя… Полюбила тебя таким, какой ты есть. Наверное, это была ошибка… — Узумаки прожигала спину парня слезливым взглядом. Её щеки налились румянцем, а сердце разрывалось от боли.       — Якумо тоже любила меня. — это были единственные слова, слетевшие с уст Наруто перед тем, как он продолжил двигаться дальше. Малиновые глаза расширились. Карин застыла на месте, пытаясь понять, при чём тут вообще Якумо.       — Так он знал о моих чувствах? Тогда почему ничего не говорил раньше? У него нет ко мне чувств? И при чём тут она? — голова девушки готова была взорваться от вопросов.       — Не забивай себе голову лишним. — из раздумий девушку вывел голос Виктории, которая, мило улыбнувшись, подтолкнула Узумаки вперёд. Карин покачала головой в отрицании, приходя в себя.       — А? Ладно. — девушка медленно зашагала, будучи далеко не уверенной в том смысле, который Наруто заложил в свои последние слова. У неё было несколько догадок, но дать точный ответ она не могла.

***

      "Кхе-кхе…" — парень закашлялся. Сидя на кровати, он испытывал страшные боли во всём теле. Простыня была покрыта алыми пятнами, но в ужас приводил вовсе не вид крови, а внешний вид молодого человека. Все вены проступили на его коже. Они были необычного, чёрного цвета, что на фоне мертвецки бледной кожи создавали весьма неприятное впечатление о здоровье парня.       — Итачи, держись! Лекарство скоро подействует! — Шисуи влетел в комнату, заговорив с явным беспокойством в голосе. Учиха взял своего названного брата за руку и присел на край кровати, демонстрируя, что будет с ним до самого конца.       — Он скоро придёт… — прошептал Итачи, начав подниматься с кровати. Его взгляд был замыленным, будто бы он и вовсе ничего не видел. Он стал медленно одеваться под ошарашенным взглядом Шисуи.       — Итачи, я знаю, что тебе нелегко, но ты должен воспользоваться тем методом. Я не хочу видеть, как ты умираешь… — взволнованно заговорил Шисуи. Ему было больно наблюдать за близким, который медленно умирал. Лекарства Микото и сотрудничество с Мадарой дали свою пользу — Итачи протянул целых три года с этой болезнью, однако никаким выздоровлением и не пахло.       Более того, создавалось впечатление, что, чем усерднее пытались вылечить болезнь, тем более мощный эффект она выдавала. Шисуи знал, что ещё месяц, в лучшем случае, и его названый брат уже не сможет ходить, а остальное было лишь вопросом нескольких дней.       — Метод? — лицо Итачи смягчилось. Боль наконец-то стала отходить. Он перевёл взгляд на Шисуи. — Ты про то, что предложила Мито? — уточнил он и продолжил, получив одобрительный кивок. — Нет. Если я сделаю нечто подобное, то не смогу смотреть в свои глаза потом. — отрицательно качая головой, высказался брюнет.       — Итачи, я знаю, что ты хочешь помочь Саске, однако… Ты подумал о моих чувствах? Подумал, что я сделаю, когда ты умрёшь? — Шисуи навис над ослабшим другом. Он уже не мог сдерживать рвущиеся из глубин его сердца негодование.       — Я знаю, что ты поступишь правильно, Шисуи. — Итачи поднялся с кровати, натянуто улыбнулся и одобрительно похлопал собеседника по плечу. И всё бы ничего, если бы это было не на фоне окровавленной постели.       — Ты подумал об Изуми? Она ведь любит тебя! И ты к ней что-то да и испытываешь, раз вытащил из Конохи! Она же будет страдать из-за твоей смерти. — Шисуи решил напомнить Итачи о важных вещах, ведь где-то там, вдали, брюнета дожидалась возлюбленная.       — Эх, Шисуи-Шисуи… — Итачи покачал головой, продолжая печально улыбаться. — Неважно, какой путь я выберу, для Изуми я всё равно умру. — загадочный ответ сына Фугака поставил Шисуи в неудобное положение. — Но тебе лучше заботиться не обо мне. За дверью тебя уже ждёт Конан. Не буду вам мешать. — в голосе Итачи слышались нотки радости. Взглянув в глаза Шисуи, он двинулся к двери.       — Итачи. — схватившись за ручку двери, он был остановлен голосом Шисуи.       — Что, Шисуи? — Итачи обернулся, его взгляд был полон усталости и печали. Этот разговор неприятно давил на него, хотя парень старался и не показывать этого.       — Ты не можешь просто так уйти. — сказал Шисуи, его голос был полон настойчивости. — Ты не понимаешь, что ты значишь для Изуми? Она не просто ждёт тебя. Она надеется. Надежда — это то, что держит её в жизни, даже когда ты сам уже почти сдался. — высказался Шисуи. Итачи вздохнул, его плечи слегка опустились.       — Надежда… — он повторил это слово, словно оно было чем-то новым для него. — Я всегда думал, что надежда — это бремя. Бремя, которое я не могу разделить с другими. Я не хочу, чтобы она страдала из-за меня. — Итачи постарался спокойным голосом всё объяснить, однако голос всё же дрогнул на последних словах.       Шисуи шагнул ближе, его глаза горели решимостью. Он будто бы почувствовал, что это его шанс — шанс достучаться до упёртого товарища.       — Но ты не можешь решить за неё! Ты не имеешь права лишать её возможности любить и быть любимой. Ты — часть её жизни, и даже если ты уйдёшь, она будет помнить тебя. Она будет страдать, но также будет хранить в сердце все те моменты, которые вы разделили. — весьма эмоционально выдал Шисуи.       Итачи замер на мгновение, его сердце забилось быстрее. Он вспомнил о смехе Изуми, о том, как она смотрела на него с восхищением и нежностью.       — Я не могу позволить ей страдать из-за меня. — тихо произнёс он. Итачи всегда знал, что смерть приносит лишь боль и страдания, поэтому он старался отдалиться от всех своих близких.       Шисуи прекрасно это понимал, поэтому пытался воспользоваться той эмоциональной брешью, что Итачи неосознанно оставил у себя — он мог сколько угодно отдаляться от близких людей, однако это вовсе не значило, что они перестали быть для него дорогими.       — Ты не можешь контролировать всё в жизни, Итачи! — воскликнул Шисуи. — Иногда нужно просто довериться людям. Позволь им быть рядом с тобой, даже если это значит испытать боль. Ты сам не знаешь, что может произойти завтра. Может быть, ещё есть шанс всё изменить. — в глазах Шисуи горела надежда. Он искренне желал своему другу лишь счастья. Быть может, присутствие Изуми и не сможет повлиять на конечное решение Итачи, однако девушка точно сможет принести Итачи хоть капельку счастья.       Итачи снова взглянул в глаза друга. В них он увидел искреннюю заботу и поддержку.       — Шисуи… — начал он, но тот перебил его.       — Не отказывайся от своих чувств! Не закрывайся от людей, которые тебя любят. Это не делает тебя слабым — наоборот, это делает тебя человеком. — Шисуи, казалось, надавил на самое больное место.       Итачи закрыл глаза, борясь с внутренними демонами. Он знал, что Шисуи прав, но страх терять ещё больше переполнял его. Более того, присутствие Изуми в Амегакуре могло сыграть против него. Стоит ли идти на поводу у чувств? Стоит ли быть немного эгоистичным сейчас, когда финал уже так близок?       — Я… постараюсь подумать об этом. — наконец произнёс он, открывая глаза и встречая взгляд друга. Это был честный ответ, ведь, какими бы холодными Учихи ни казались окружающим, они переживали такие же чувства и эмоции, когда речь заходила о близких.       Шисуи облегчённо улыбнулся.       Итачи кивнул и открыл дверь. Перед ним стояла Конан. Лицо девушки ничего не выражало. Она не слышала их разговор, однако по лицу Шисуи практически сразу догадалась о примерной сути происходящего.       — Итачи… — произнесла она, — ты выглядишь не очень хорошо. Уверен, что хочешь пойти? — Ангел Амегакуре сосредоточила взгляд на Итачи и спросила. Пусть её голос и не выражал каких-то явных эмоций, однако во взгляде читалось беспокойство.       — Идём. — коротко отозвался Итачи. Он глубоко вдохнул и шагнул вперёд, оставляя за собой тень своих сомнений. Итачи был бы рад остаться в Амегакуре и ожидать прихода Саске, да вот только он прекрасно знал, что лежание на одном месте притупит его навыки, а если он потеряет свою форму и не сможет сражаться с младшим братом на более-менее приемлемом уровне, то у последнего могут возникнуть ненужные вопросы — а от них Итачи старался избавиться.       — С ним и вправду всё хорошо? — когда Итачи скрылся за поворотом, Конан посмотрела на Шисуи и задала вопрос. Итачи и вправду всегда выглядел мрачным и серьёзным, однако сегодня он был ещё бледнее, чем обычно.       — Приступ повторился. Лекарства практически не помогают. Если так и дальше продолжится… — Шисуи не смог договорить, но этого было и не нужно. Конан сблизилась с парнем и приобняла его.       — Не беспокойся, я позабочусь о нём на миссии, а вот тебе стоит придумать то, как решить проблему. Сидеть на одном месте сейчас — очень глупо. Я уверена, решение есть. Тебе просто нужно время, чтобы найти его. — с нежной улыбкой произнесла Конан.       Шисуи не смог сдержаться и печально улыбнулся в ответ. Глядя на это прекрасное лицо и чувствуя веру Конан в него, он невольно воспылал. На протяжении трёх лет он искал лекарство, пытался вылечить Итачи, однако месяц назад последний сдался, решив вступить на путь самопожертвования.       — Я сделаю всё, что в моих силах! — решительно заявил Шисуи и двинулся на выход. У него в голове сразу промелькнуло несколько мест, где может быть намёк на решение проблемы, но, если он не поспешит, то не успеет обойти все их.