«Шутки, которые Ричи Тозиер боится сказать всерьёз»

Вечером в Дерри воздух становился другим. Тише. Холоднее. Ричи не любил вечера. Днём можно было болтать, кричать, смеяться — шум скрывал мысли. А вечером мысли начинали говорить. И говорили они вещи, над которыми нельзя было пошутить. К несчастью (или к счастью), именно вечером он оказался наедине с Эдди. ⸻ Остальные разошлись — кто по домам, кто «ещё ненадолго». Эдди задержался дольше обычного, потому что «мама думает, что я у Билла». Это уже само по себе было почти преступлением. Они сидели на старой качеле у пустыря. это было одно большое место, поэтому парни уселись вдвоем. Ричи раскачивался сильнее, чем нужно, будто хотел взлететь. Эдди сидел рядом, вцепившись пальцами в цепи. — Если я умру, — начал Ричи, — знай: это потому что твоя мама узнает, где ты был. — Ричи, — устало сказал Эдди, — ты можешь хоть пять минут не говорить про мою маму? — Нет, — честно ответил Ричи. — Это против моей природы. Эдди хмыкнул. Тишина повисла между ними — не неловкая, а какая-то… плотная. — Ты сегодня был странно серьёзный, — заметил Эдди. — Это потому что солнце садится, — тут же отозвался Ричи. — Я превращаюсь в трагического персонажа. — Я серьёзно. Ричи замедлил качели и спрыгнул. Встал перед Эдди. — Окей, — сказал он. — Секрет. Только никому. — Какой? — Я иногда думаю. — Это заметно. — Эй! — он ткнул его пальцем в плечо. — Я думаю о том, что если бы тебя не было… Он замолчал. Эдди поднял на него взгляд. — …то мне было бы скучно, — быстро закончил Ричи. — ОЧЕНЬ скучно. Катастрофически. Типа… мир без твоих панических атак — пустой. Эдди фыркнул, но в его взгляде мелькнуло что-то другое. — Ты ужасно выражаешься. — Знаю, — вздохнул Ричи. — Но ты всё равно со мной. Эдди медленно кивнул. — Потому что ты… — он запнулся. — Ты всегда рядом. Даже когда бесишь. — Особенно когда бешу, — поправил Ричи. Он сел рядом. Слишком близко. Их плечи соприкоснулись. — Эдс, — тихо сказал он, — если бы я вдруг перестал шутить… — Я бы испугался, — честно ответил Эдди. Ричи улыбнулся. Нервно. — Вот и я. ⸻ Эдди кашлянул — негромко, почти машинально. Ричи тут же выпрямился. — ИНГАЛЯТОР. — Я не— — ЭДДИ. Тот вздохнул и достал ингалятор. — Ты ведёшь себя как моя мама. — Я ЛУЧШЕ, — возразил Ричи. — Я хотя бы смешной. — Это спорно. Ричи рассмеялся. Настояще. Без надрыва. — Знаешь, — сказал он, глядя в небо, — если бы твоя мама была здесь, она бы уже вызвала полицию. — За что? — За то, что я сижу к тебе слишком близко. Эдди напрягся. — Ты… правда сидишь близко. — Хочешь, отодвинусь? Эдди помедлил. — Нет. Ричи почувствовал, как внутри всё сжимается и расширяется одновременно. — Окей, — сказал он хрипло. — Тогда… я остаюсь. И они остались. В тишине. В июльском вечере. В чём-то, что уже давно перестало быть просто дружбой. Ричи знал: если он сейчас пошутит — всё сохранится. если скажет правду — всё изменится. Поэтому он сделал то, что умел лучше всего. — Эдс, — ухмыльнулся он. — Если мы просидим тут ещё минут десять, твоя мама почувствует это на расстоянии. Эдди рассмеялся. И, не глядя, слегка придвинулся ближе. Почти признание. Почти поцелуй. Почти правда.