Сто дней принятия

      Возвращаться домой всегда было волнительно и приятно, так что Эргрегори зажмурился в предвкушении, довольно улыбаясь. Он не был в родных краях несколько лет вместе со своей очаровательной возлюбленной путешествуя по миру, познавая новое и помогая Арушалай лучше узнать смертных и научиться жить и взаимодействовать с ними. Они объездили весь Авистан и даже были в нескольких странах на соседних континентах; повидали много интересных, а иногда диковинных культур и ввязались далеко не в одно приключение. И всё это вместе, как напарники, партнёры, возлюбленные и, в конце концов, супруги — от этого слова Арушалай до сих пор мило розовела, а Эргрегори чувствовал себя глупым влюблённым мальчишкой, каким, в общем-то, и был — ему было всего двадцать пять, и у него впереди ещё была вся жизнь, которую он твёрдо намеревался провести со своей любимой.       Путешествие затянулось, и в какой-то момент они вдвоём почувствовали тоску, зовущую обратно — пусть Арушалай ещё не успела познать, как выглядит дом, она успела соприкоснуться с тем, что смертные называли «семьёй». Даже создать собственную и стать частью семьи Эргрегори, которая вполне могла научить её «дому». К тому же был ещё один повод для возвращения, и мило розовея, с большим трепетом Арушалай снова и снова прикасалась к с каждым днём увеличивающемуся животу.       Путешествовать беременной стало тяжко, да и никто из будущих родителей не хотел, чтобы ребёнок родился в дороге. Время пришло остепениться и осесть, но прежде чем обзавестись собственным домом, им предстояло вернуться в дом детства Эргрегори. К его родителям, которые наверняка будут рады не только возвращению сына, но и появлению малыша, и смогут поддержать и помочь с приобретением собственного дома. А также — Арушалай было немного стыдно в этом признаться — опыт и знания Кассии пойдут на пользу в заботе и воспитании ребёнка, ведь ни у Эргрегори, ни у Арушалай ещё не было такого опыта.       Да, вернуться домой было хорошо, и супруги не узнавали некогда разоренные пустоши Мировой Язвы, которые теперь цвели и возрождались. Жизнь возвращалась в этот край, и было нечто трепетное и вызывающее гордость в осознании, что всё это стало возможным благодаря их борьбе и стараниям. И на глаза Арушалай наворачиваются слёзы радости, и Эргрегори обнимает её за плечи, нежно улыбаясь.       Даже несмотря на догорающее лето, родной лес, некогда больной, почти полностью усохший, теперь тоже было не узнать. Отравляющий яд Бездны оставил землю и корни здешних деревьев, позволяя им снова расти и процветать благодаря друидам и шаманам, которые помогали природе вновь наполниться силами и восторжествовать на этих территориях. Так что неудивительно, что родной дом, некогда одинокий и спрятанный в глуши подальше от чужих глаз и опасностей, теперь стал окраиной уверенно разросшегося городка.       Эргрегори с улыбкой и удивлением вертел головой, осматривая поселение. Он пропустил его становление, так что теперь всё здесь было для него в новинку. Но несколько знакомых лиц он с удивлением увидел, наблюдая за тем как одна из марилит, пошедших за Уголёк, несла куда-то несколько связок дров, в то время как за её хвостом, силясь поймать, бежало несколько детей. Арушалай издала тихий смешок, с умилением и удивлением наблюдая за этой картиной, и Эргрегори улыбнулся ей. Что ж, кажется, появление бывшей суккубы здесь точно никого не удивит.       До дома они добрались без приключений, лишь изредка ловя на себе заинтересованные взгляды местных. В них не было враждебности, но Арушалай всё ещё было немного некомфортно впервые показываться в новом месте. Тем более она беспокоилась из-за своей беременности, нервно обнимая и поглаживая живот. Поэтому Эргрегори с нежной поддержкой держал её за руку, давая понять, что он рядом и не покинет её.       Родной дом за годы отсутствия практически не изменился, разве что посвежел так же, как и окружающий его лес. Скромная калитка, ограждающая небольшой сад от диких кустов и лесных обитателей, была открыта, так что Эргрегори уверенно шагнул на ухоженную дорожку. Сердце в груди сжалось в предвкушении, и он широко улыбнулся, думая о том, какой удивительный сюрприз сделает родителям. Однако прежде чем успел подойти к двери, та отворилась, и наружу вышел отец.       Он совсем не изменился, что было ожидаемо, хотя видеть его в простой повседневной одежде было немного непривычно. Его тёмные глаза мгновенно зацепились за сына, и тот улыбнулся шире, и широко раскинув в стороны руки, подбежал к родителю, тут же стиснув его в крепких объятиях. — Папа! Я так скучал! — он посмотрел на удивлённого отца блестящим взглядом, замечая, как постепенно суровое выражение смягчается. Жизнь среди смертных и окончательная победа над своей природой определённо пошли ему на пользу, так что он обнял сына за плечи, взлохматив ему волосы. — Вернулся, — Сфорзац одобрительно усмехнулся, окинув отпрыска оценивающим взглядом. — Возмужал. Хорошо. Полагаю, нам не хватало тебя. — Ну, в ближайшее время мы точно никуда не денемся, — Эргрегори хитро прищурился, и отступил в сторону, открывая вид на застенчиво стоящую за ним Арушалай. Та приветливо улыбнулась, приветственно кивнув, чувствуя на себе чужое мимолётное удивление. — Как ты понимаешь, мы здесь теперь надолго. — Ещё один потомок, — Сфорзац задумчиво почесал подбородок, не заметив вопрос в глазах сына. — Потомок потомка. Надо расширять дом, получается. — Мы думали съехать куда-нибудь к вам по соседству, — машинально ответил Эргрегори. — Но ты сказал «ещё один потомок?..» — закончить вопрос он не успел, так как дверь снова отворилась, и до его слуха донёсся взволнованный голос матери: — Я слышу голос Грега? — сама она тоже показалась на пороге... вместе со спящим в перевязи на груди младенцем. — Мой мальчик! — Эргрегори не успел удивиться, как мать споро подбежала к нему, умудряясь крепко обнять и не побеспокоить дитя. — Я тоже по тебе скучал, мама, — он осторожно обнял её, а затем с нескрываемым интересом и волнением посмотрел на малыша, которому, кажется, было всего несколько месяцев отроду. — Это?.. — он с какой-то надеждой вскинул брови, на что Кассия нежно улыбнулась: — Познакомься со своей сестричкой, милый.       Волна тепла и умиления затопила Эргрегори, и он аккуратно погладил малышку по пухленькой щёчке. Повернулся к Арушалай, чтобы она тоже подошла ближе, и Кассия с интересом посмотрела на неё. Смягчилась ещё больше и протянула руку, погладив её по локтю. — Я так за вас рада, — от переизбытка эмоций Кассия всхлипнула, и Сфорзац со спины мягко накрыл её плечи ладонями. — Пойдёмте в дом, чего вы как не родные топчетесь на пороге, — мило засуетилась, утягивая детей за собой.       Эргрегори последовал за матерью с глупой счастливой улыбкой. После долгих лет разлуки воссоединение было особенным и очень тёплым. И как им удалось сделать сюрприз родителям, так и у родителей получилось удивить детей. Но это определённо были самые лучшие и желанные новости.