Сто дней принятия

      То, что с ней что-то не так, Эвна поняла далеко не сразу. Поначалу всё было хорошо, она чувствовала себя спокойной и счастливой, теперь, когда её прекрасный ангельский возлюбленный воссоединился с ней. Открыл своё сердце и принял чувства самой Эвны — и они проводили вместе свободное время, и ни для кого не стала тайной большая любовь между командором и герольдом богини. Они были красивой парой, величественной и возвышенной, и рядом с Дланью Наследницы Эвна чувствовала себя в безопасности.       Он обнимал её крыльями, пряча от всего мира, от тягот крестового похода, от ужасов борьбы с демонами и от сложностей преодоления последствий войны. Твёрдый, тёплый и надёжный — ей было хорошо в его сильных руках, и Эвна с радостью отдавала собственное тепло и заботу так, как могла. Отвечала на многочисленные вопросы ангела и рассказывала про смертных, ведь они строили робкие планы, когда всё закончится, сойтись официально, перед ликом богинь. И Длань Наследницы хотел взять передышку и остаться с любимой, изучая и постигая такой удивительный и интересный ему мир смертных.       Это были согревающие и приятные планы, наполняющие Эвну надеждой и радостью. И она охотно разделяла их, окружая ангела своей приязнью. И они были близки — не только духовно, но и вполне осязаемо физически. Тёплые поцелуи согревали; нежные руки расслабляли. Они занимались любовью, возносившей на вершины блаженства, и никто никогда не был так нежен и чуток с Эвной как её возлюбленный. Единение сердец и душ — и наверно, им не стоило забывать, что как-то аазимары среди смертных всё-таки появились.       Но изменения Эвна ощутила не сразу. Длань Наследницы ненадолго покинул Дрезен, и командор осталась решать насущные дела. В городе пришлось засесть крепко, так что на вылазки в окрестности ходили отряды разведчиков и соратники. Сама командор зарылась в бумажки донесений и отчётов, разгребая завалы снабжения, рекрутинга и внутренних разборок в войсках. И оттого первичное недомогание списывала просто на усталость.       Однако усталость росла, и Эвна стала замечать несвойственное себе бессилие. Вялость, апатию и тошноту — так ещё и в зеркале случайно обратила внимание, что как-то набухла грудь, отзываясь неприятными ощущениями, если к ней прикоснуться. Для дней менструальных было ещё рано — или подождите, когда они вообще в последний раз были? Со всем стрессом и трудностями военной жизни цикл сбился, и кажется, менструации не было уже давно.       Эвна поморщилась, растирая пальцами виски — мало ей было букета недомоганий, так ещё и ко всему прочему добавилась мигрень. И командор оказалась искренне растеряна, не сразу понимая, что с ней случилось. Неужто проклял кто или отравил?.. Но нет, это она ощутила бы раньше, проблема точно была в чём-то другом.       Быстрая мысль мелькнула стрелой, заставив замереть, а сердце пропустить удар. В конце концов, аазимары ведь как-то среди смертных появились, даже если не все они, как и сама Эвна, имели непосредственным родителем кого-то из небожителей. А она и её возлюбленный были близки — могли ли богини благословить их своим даром? Пусть даже в такое время, но ведь это была надежда, то, ради чего стоило жить и бороться. Дар, свидетельство большой любви — и Эвна осторожно накрыла ладонями низ живота, действительно убеждаясь в этом.       Она была беременна. Понесла под сердцем благословенное, желанное дитя, и слёзы радости затрепетали на золотых ресницах.       Ей не терпелось рассказать чудесную новость своему любимому, но Длань Наследницы вернулся чуть больше, чем неделю спустя. Эвна сразу же побежала его встречать, расплакавшись, едва ей стоило увидеть ангела и оказаться в его объятиях. И он легко подхватил её, позволяя шлему исчезнуть, тут же потянувшись за желанным поцелуем, когда любимая обхватила ладонями его лицо. А после прошептала самые чудесные, самые удивительные слова: — Я тяжёлая, мой свет. У нас будет маленький.       Удивление пробежало по красивому ангельскому лицу, когда Длань Наследницы прислушался, действительно улавливая тёплое согревающее дыхание новой жизни под женским сердцем. Бесформенный, но различимый комок пульсировал золотистым светом, дышал благодатью и благословением Небес. И ангел поставил женщину на ноги, опустившись перед ней на колени, трепетно обнимая, широкой ладонью накрыв живот. Улыбаясь — и прозрачные слёзы сами собой сорвались с его ресниц, когда он посмотрел в светлое, счастливое лицо своей избранницы. — Наше сокровище, — прошептал тихо, пряча Эвну своими крыльями. — Мы, создания Верхних Планов, редко можем иметь потомство, особенно со смертными. Оно для нас — акт высочайшей любви и творения. Воистину достойная ты, моя душа, и благодать откликнулась, даруя нам надежду. Наше дитя, наша малютка — о, радостен будет день, когда мы впервые возьмём тебя на руки!       Эвна рассмеялась сквозь слёзы, прижимаясь к ангелу и обнимая его. Возможно, рождение ребёнка сейчас и не было полностью своевременно, но его родители оказались полны надежды и радости, искренне желая его появления и ожидая, когда это случится. А до тех пор они были друг у друга и были готовы вместе преодолевать все трудности.