Приручить лисёнка

      Миньярд замешкался — такой приказ застал его врасплох. Однако через мгновение он выпрямился и медленно опустился на колени. — Да, сэр, — произнёс он с мягкой решимостью. Нил удивлённо рассмеялся, не ожидав такого ответа: — Кто-то знает обращение? Приятно удивлён, молодец. Но вскоре его лицо снова стало серьёзным: — Теперь я буду задавать важные вопросы. Мне нужно понять, что тебе нравится, а что категорически нет. Очень важно отвечать честно — я не хочу причинять тебе боль или калечить тебя. Всё происходит по обоюдному согласию. Он нахмурился и осознал: прежде чем идти дальше, стоит узнать прошлое парня. — Эндрю, что привело тебя в клуб? Почему тебе нужен контроль? И почему, главное, тебе нужна боль — ведь это ключевая часть таких отношений? Расскажи честно, без прикрас. Мне важно понять, что сломало тебя, чтобы не повторить ошибок прошлого и не заставлять тебя возвращаться туда. Нил внимательно посмотрел на юношу. Эндрю поднял голову, тяжело вздохнул. Ему не хотелось говорить об этом, но понимал необходимость. — После моего рождения мать отказалась от меня. Я рос в интернатах и приёмных семьях. Меня брали, видели замкнутым и грубым — и снова возвращали. Наверное, взрослым хотелось, чтобы я был таким же милым, как моя внешность. Часто попадал в семьи, где родные дети начинали меня ненавидеть. Он замолчал на мгновение, глаза помутнели от воспоминаний. — Я всегда был маленьким и хрупким. Меня ломали морально и физически — били, заставляли верить, что я никчёмный и ни на что не способен. В школе меня травили за то, что у меня не было друзей, я был сам за себя. Парни из класса караулили меня возле школы, избивали, рвали мои тетради. Он глубоко вздохнул, сжимающийся в душе холод въедался в память. — Приёмные Родители не замечали синяков и ссадин, в порванной одежде я приходил домой. В детдомах смотрители лишь говорили: «Сам научись за себя постоять». Я рос одиноким, научился драться, наконец давать отпор, но это мало помогло — друзей у меня не было. Я разучился доверять. Эндрю глянул в пол, прикрыв лицо рукой. — Чтобы заглушить боль в душе́, я начал заглушать её физической. Сначала незначительные ранки, потом глубокие, беспорядочные порезы. Я стал скрывать шрамы под повязками перестал носить шорты — бёдра тоже израненны острым лезвием. Так продолжалось долго, пока однажды я не попал в больницу. Ему едва слышно дрогнул голос: — Там заметили шрамы, я прошёл терапию у психиатра. Мне назначили сильные препараты, от которых я перестал чувствовать эмоции. Мне не хочется больше повторять этот опыт — от отмены таблеток было невыносимо больно. Я просыпался каждую ночь мокрым от пота, меня мучили кошмары и приступы агрессии, мучила бессонница и постоянный страх перед панической атакой. Жил я словно в ожидании следующего приступа. Миньярд замолк, слова лились рекой — впервые он открывал свою душу, и ему стало немного легче. — Сейчас я мучаюсь от резких перепадов эмоций. У меня есть брат-близнец, он жил с матерью но ему пришлось не лучше чем мне. Мы так и не нашли контакт, мы абсолютно разные , лиш внешне идентичны , но мы играем вместе в команде «Лисы» — команда первого дивизиона Экси. Я начал играть когда поступил в университет, Я вратарь Эндрю опустил голову. — Мне нужен контроль, чтобы перестать чувствовать пустоту внутри. Мне нужен кто-то рядом, кто возьмёт на себя управление — в моменты, когда накатывает страх, кто-то, кто возьмёт ответственность. Я больше не хочу контролировать всё сам, мне нужен человек, который действительно контролирует мою жизнь. Мне нужна настоящая, правильная физическая боль, что спасает, а не калечит — я слишком устал от душевной боли. Он вздохнул глубоко и добавил: — Долгое время я не мог доверять людям. Возможно, я не научусь этому полностью, но буду пытаться. Джостен слушал внимательно. Он предполагал что парень многое прошёл, но не представлял, что насколько. Нилу резко захотелось показать что теперь Эндрю в безопасности, он понял что сделал правильный выбор когда подошёл к парню в клубе и заговорил с ним, если бы Миньярд согласился пойти с одним из доминантов, его бы это окончательно сломало. Мужчина поджал губы внимательно посмотрел на опущенную голову парня и подал голос: — Иди сюда. Эндрю встал на дрожащих ногах и подошёл к нему. — Сядь рядом со мной. Голос оставался по прежнему приказным и не терпящим возражения, но при этом в нём скользила нотка заботы, он хотел успокоить этого мальчишку. Миньярд опустился на диван и почувствовал, как широкая ладонь легла ему на спину, медленно поглаживая, вторая рука прошлась по щеке заставляя поднять взгляд. Нил пытался хоть немного забрать боль этого парнишки. — послушай, ты теперь не один и я не дам тебе упасть на дно, я наоборот вытащу тебя, я покажу тебе что теперь ты свободен, теперь в моих руках твоё эмоциональное и физические состояния, я не допущу того чтобы ты испытывал те эмоции которые когда-то пережил — Эндрю, ты уверен, что готов продолжить разговор? Мы можем отложить, если хочешь. Мужчина улыбнулся с лёгкой обеспокоенностью, глядя на парня. Миньярд поднял голову и посмотрел на Нила, ему сразу стало легче — он хмыкнул: — Всё в порядке, можем продолжать. Мне вернуться на пол? Нил улыбнулся: Нет просто сядь прямо и слушай меня. Эндрю поёрзал и выпрямил спину. Рыжий кивнул: — Тогда обсудим, к чему ты готов, а к чему — нет. Это важно. Я не буду делать ничего против твоей воли, так что отвечай честно и чётко. Эндрю кивнул: — Хорошо. Доминант взял листок, чтобы отмечать варианты, которые парень отвергнет. — Начнём с простого. Шлепки, порка, плётки? Эндрю , чуть склонил голову внимательно слушая, и ответил: — Да. Нил кивнул и продолжил: — Игры с температурой — лёд, воск? Парень задумался на мгновение, затем: — Да. Мужчина внимательно посмотрел на юношу, убеждаясь в искренности слов: — Связывание, обездвиживание, бондаж? Юноша мгновенно ответил согласием: — Да. Нил улыбнулся: — Хорошо, есть ли что-то, чего ты категорически не хочешь? Эндрю опустил голову: — Унижение и удушение. Дом нахмурился: — Лисёнок, не опускай глаз, мы просто обсуждаем то, что тебе не нравится. Не стоит чувствовать вину за свои желания. Повторяю ещё раз, я не собираюсь делать что-то против твоей воли. У меня тоже есть запреты, которые я тебе озвучу. Но сначала ты скажи, что ты категорически не приемлешь. Джостен взял парня за лицо, глядя ему в глаза, убеждая искренностью слов. Эндрю кивнул: — Понял. Я против удушья, унижения, крови, не хочу, чтобы меня калечили, подвешивания тоже нет. Он был серьёзным — понял важность этого разговора. Нил улыбнулся и кивнул: — Молодец. В любой момент ты можешь добавить или убрать пункты из списка. Сейчас я расскажу о своих правилах, которые нужно соблюдать. Нил глубоко вдохнул и продолжил: — Во-первых, уважение — главная наша опора. Любые действия возможны только с твоего согласия. — Во-вторых, мы пользуемся стоп словом — если ты его произнесёшь, я сразу остановлюсь. — Третье — честность и открытость. Если что-то вызывает дискомфорт — говори сразу, без страха и стеснения. — Четвёртое — никаких травм и болезненных последствий. Ты должен всегда оставаться в безопасности. Нил посмотрел на Эндрю с уверенностью: —Такой подход поможет построить доверие и взаимное понимание, без давления и страха. — Я не буду на тебя давить или торопить, — сказал Нил спокойно, глядя прямо в глаза. — Ты должен сам осознать, что готов, а пока будешь привыкать ко мне. Он сделал паузу, внимательно следя за реакцией, затем продолжил более строго и уверенно: — Есть несколько правил. Когда я приказываю — ты выполняешь. Глаза не опускаешь, пока я не скажу. Взгляд всегда на мне, если я разговариваю с тобой. Во время секса или сессии ты не называешь меня по имени. Он слегка улыбнулся уголками губ, на мгновение. Вернувь серьёзность и добавляя твердости своим словам: — Я займусь твоим здоровьем, учитывая, что ты спортсмен. Тебе нужно правильное питание — количество сахара однозначно уменьшаем, и даже не думай спорить. Нил вскинул бровь видя что Эндрю хотел возразить,глаза блеснули уверенностью: — Мне понадобится расписание твоих тренировок, чтобы я мог забирать тебя, когда могу. Если у тебя есть права — выделю машину. Если хочешь куда-то сходить, погулять или поехать с командой — просто предупреди меня. Я не собираюсь тебя ограничивать, но должен знать, где ты. Он немного приблизился, голос стал ниже и чуть мягче: — Теперь я отвечаю за тебя, и надеюсь, ты не будешь проверять мои границы. Я не всегда такой милый... На этих словах на его губах появилась хищная, предупреждающая улыбка, а глаза заискрились: — За невыполнение и непослушание я наказываю, лисёнок. Эндрю слушал внимательно, он впитывал все правила, он не хотел облажаться. — я всё понял На лице появилась лёгкая улыбка. Джостен погладил парня по волосам. — Лисёнок, ты готов ходить в клуб? Мы не будем там устраивать сцены, мы будем посетителями,ты сможешь посмотреть, на других Самбисивов и может список твоих хотелок пополнится или наоборот, это опыт милый, но если ты откажешься, то мы не будем туда ходить, подумай и дай ответ. Миньярд ответил согласием — да я хочу туда ходить, мне интересно. Нил кивнул — хорошо, думаю на сегодня хватит, у тебя есть сегодня тренировка? Парень помотал головой — нет сегодня выходной Джостен решил пригласить парня — может сходим куда-нибудь пообедать подышим воздухом? Они сидели в ресторане за небольшим столиком, свет был приглушён, и атмосфера казалась расслабленной. Эндрю вёл себя сдержанно и осторожно, но в его взгляде проглядывала лёгкая наглость. Он тонко флиртовал, не переходя границ, каждый раз слегка касаясь руки Нила, внимательно наблюдая за реакцией, делая лёгкие, почти невинные комментарии с едва заметным подтекстом. Нил сначала продолжал играть роль спокойного — как будто не замечал мягких провокаций Эндрю. Однако внутри росло напряжение. В какой-то момент, когда Эндрю чуть дерзко улыбнулся и позволил себе более откровенное прикосновение, Нил вдруг резко изменился. Он медленно поднял глаза, холодно встряхнул головой и заговорил низким, твёрдым голосом: — Эндрю, я предупреждал — меня не испытывать. Ты слишком много себе позволяешь. В этом тоне почувствовалась твёрдость и власть, которая моментально переключила ситуацию. Нил наклонился чуть вперёд, его взгляд стал пронзительным и властным. Эндрю на секунду замер от неожиданности, но затем улыбнулся, чувствуя возбуждение от такой реакции. напряжение между ними усилилось, Нил хищно улыбнулся. — Лисёнок, — сказал Нил строго, — если ты чего-то хочешь, просто попроси. Не бесстыдно заигрывай со мной. Эндрю кивнул, слегка улыбаясь: — Угу. Нил нахмурился, голос стал твёрже: — Эндрю, мне нужен полноценный ответ. Без ухищрений. Миньярд пристально смотрел в небестно голубые глаза мужчины в которых можно было утонуть и был заворожен. Рыжие кудри у него были зачёсаны назад, но несколько прядей выбивались, обрамляя лицо. На нём была винного цвета рубашка, расстёгнутая на пару пуговиц, и чёрные классические брюки. На левом запястье мерцали часы. Длинные пальцы Нила нервно барабанили по столу. Эндрю невольно обратил внимание на шрам, который тянулся по щеке мужчины, и ещё один — на нижней губе. Сердце словно ёкнуло — как же он хотел поцеловать этот недостаток, почувствовать прикосновение кожи, наполнить губы нежностью тех, кто так уверенно отдаёт приказы. Он сглотнул, чувствуя, как в груди растёт желание. — Хочу, чтобы ты меня поцеловал... — тихо проговорил Эндрю. — И ещё чего-то хочу, но не знаю, что именно... Юноша озадаченно прикусил нижнюю губу — он действительно не знал, чего хочет. Но теперь это не казалось страшным.