Маленький синий мальчик

      Джек переключил несколько каналов и растянулся на диване. Фил отлично поработал над медиа-залом Норта: он был не только полностью оборудован для просмотра фильмов, но и имел отличный пакет кабельного телевидения. Иногда Джек задавался вопросом, как всё это оплачивается, но, вероятно, так же, как и он сам получает деньги. В его случае Ветер находил деньги, которые люди роняли, и, если это были банкноты, приносил их ему. Если же сумма была значительной, Ветер бросал его лицом вниз на деньги.       До встречи с Алексией и Илмари он не мог обменять деньги из одной страны на другую, не мог хранить их в актуальном виде и даже не имел подходящего места для их хранения. Однако эти двое могли делать… вещи, благодаря которым Джек получал банкноты текущего номинала для любой страны, которую он хотел посетить.       В основном это были американские или канадские доллары, иногда мексиканские песо, если он собирался принести в эту часть страны холодную погоду.       Он покачал головой и нахмурился, глядя на передачу, которая шла по телевизору. Кулинарный канал? Какой смысл в таких вещах? Насколько драматичным и захватывающим можно сделать приготовление еды? И это даже не то, что в конце можно было бы съесть приготовленную еду, если только ты сам не был супер-шефом и не смог точно скопировать рецепт.       Джек закатил глаза и переключил на следующий канал.       Десмонд прижал уши к голове. — Только не CSI. Это нервирует Лютика.        — Лютика?       Мальчик понюхал шляпу своего питомца. — Не подходит?       Джек переключил на следующий канал. — Продолжай пробовать.       — Но ты уже отверг «Тюльпан», «Чернику», «Вишневый фриз» и «Джордж».       — Эта штука не Джордж. — Канал «Дискавери». Дискавери - хорошее название.       Кролик снова пробежал мимо открытой двери, всё ещё крича во всю мощь своих лёгких. Что-то про лучший контроль над поводком. Джек вытянул шею, чтобы снова увидеть раздражённого кролика. Синий и оранжевый - не его цвета. Но абсолютно смешные.       Десмонд хихикнул, когда реклама закончилась и возобновилась трансляция программы. — Оставь здесь, — сказал он.       — Конечно, конечно. — Джек нахмурился, глядя на дверь. Закрыть её?       — А как насчет Тори?       — Нет, Дес.       — Растяпа?       — Ты что, только что сослался на фильм «Железный Человек»? Потому что я горжусь. Очень горжусь.       Десмонд снова хихикнул.       — Круто, мы будем мучить йогурт!       — Что? — Джек так быстро обернулся, чтобы посмотреть на телевизор, что упал с дивана и приземлился животом на Десмонда и Растяпу. Ребёнок и эльф вскрикнули и выскользнули из-под него.       Норт появился в дверном проёме и приподнял брови, увидев эту сцену. — Десмонд, сегодня твой счастливый день. Кролик согласился, что ты можешь оставить эльфа.       — Его зовут Растяпа, — сказал Десмонд и улыбнулся. — Если я найду ещё двух, у меня будет полноценная лаборатория.       — Тебе понадобится йети для Джарвиса, — сказал Джек и встал. — Почему они мучают йогурт? Кто они?       Санта покачал головой. — Может, тебе стоит меньше смотреть телевизор. Мозг загнивает. Пойдём, нам нужно поговорить. Других уже позвали.       — Думаю, не из-за нового питомца Деса.       Они прошли по коридору в гостиную, которую Джек про себя прозвал «залом заседаний номер один», поскольку именно там происходило большинство разговоров. Не то чтобы им нужно было много говорить о своих обязанностях после того, как Питч был заморожен в пруду Джека. Даже после того, как Бугимен оттаял, он держался подальше от посторонних глаз.       В большинстве случаев их двухнедельные встречи, проводимые перед киновечером, превращались в сплетни старушек. После киновечера иногда начиналась игра в покер с выпивкой. Джек никогда не участвовал: во-первых, ему нужно было уложить маленького ребёнка спать, а во-вторых, его алкогольная выносливость убила бы любого другого.       Можно ли говорить о выносливости, если алкоголь на него не действует?       Джек покачал головой и нахмурился. — Норт. Десмонд должен это услышать?       Норт махнул им рукой, приглашая войти в комнату. — Неприятно, но не страшно, я думаю. Решать отцу.       Он колебался, но в конце концов указал Десмонду на одно из мягких кресел. Тот запрыгнул на подоконник… скорее, на выступ под окном, забитый подушками, и уставился на окно, на стекле которого от его тепла образовался иней.       Через минуту к ним присоединился Кролик и замер, увидев эльфа. — Десмонд, — сказал он тихо и раздражённо.       — Его зовут Растяпа. — Десмонд обхватил эльфа за шею и прижал его уши к своей шее. — Папа и Дедушка сказали, что всё в порядке.       Джек поднял брови. — Норт - дедушка?       — Мой. — Десмонд сумел выглядеть угрюмым, упрямым и милым, как только может маленький ребёнок. Он крепче обхватил эльфа и посмотрел на Кролика. Он широко раскрыл глаза, глядя на старшего Пуку. — Тоже мой?       Кролик открыл и закрыл рот, затем зажмурил глаза и зарычал. — Ладно. Но держи его подальше от яиц, понял?       — Но… но это Пасхальный Эльф. Он должен помочь тебе подготовиться к Пасхе.       — Это не Пасхальный Эльф, и он будет держаться подальше от яиц, понял?       — Но посмотри на него! Ты его огорчаешь!       Кролик запнулся, его глаза выпучились, и он выглядел как сумасшедший.       — Ох, перестань, сэр Очень-много-пуха, — сказал Джек. — Ты знаешь, о чём хочет поговорить Норт?       Кролик почесал одно плечо, и куски высохшей краски упали на ковёр. — Понятия не имею, но он использовал аврору.       А это означало, что дело было довольно серьёзным, учитывая, что обычно Норт собирал всех вместе с помощью порталов, банды эльфов, которым приказывали быть как можно более надоедливыми, а иногда и фруктового пирога.       — Ох, отлично, — пробормотал Джек.       Вскоре появились два оставшихся Хранителя. Джек помахал им рукой. Кролик не отрывал взгляда от Пасхального Эльфа. Ещё немного задержки, и он бы бросал на бедняжку убийственный взгляд.       Туф и Песочник ответили на приветствие, а затем оба повернулись к Кролику с вопросительными выражениями на лицах.       — Оставьте беднягу в покое, у него есть талисман. Или у Десмонда есть домашнее животное. И то, и другое. — Джек поднял ноги на вертикальную часть оконной рамы. — И то, и другое.       — Эта штука - не талисман, — пробормотал Кролик.       — Похоже, отрицание - это не только река в Египте.       — Что за… Почему ты всё время это повторяешь? Что это вообще значит? В Египте есть Нил. А не «отрицание». Ты что, не внимательно слушал на географии?       Джек закатил глаза. — Пустыня. Жара. Да, мне абсолютно не всё равно, о Хранитель Смятения.       Кролик встал, взъерошив шерсть на плечах. — Я не Хранитель Смятения!       Джек посмотрел на дверь и улыбнулся Норту. — Заставляет тебя никогда не выходить из комнаты, да?       Норт улыбнулся в ответ и сел рядом с камином. Он указал на Кролика, затем на его стул и наклонил голову.       Кролик щёлкнул зубами, но сел.       — Я собрал всех здесь по двум причинам. Во-первых, Джек, не знаю, в курсе ли ты, но обычно мы имеем дело с… — Норт махнул рукой, как будто ища нужные слова. — Есть духи, которые не очень-то добры к взрослым и детям. Очень дикие, очень…       — Каннибальские? — Спросил Джек. — Вендиго, Йотун… — Он вздрогнул. Если бы он больше никогда не встретил Йотуна, было бы очень хорошо. — Да, я имел дело с несколькими такими. Логично, что вы, ребята, тоже.       Кролик пробормотал что-то, что прозвучало как «Дженни Гринэйс», с убийственным выражением лица.       Норт кивнул. — Да, она тоже. Итак, сначала я просто скажу, что погода в России странная. Если бы ты, Джек, бродил больше, я бы мог подумать, что ты проказничаешь. Ночью идёт… снег.       — Сейчас… май.       — Да, но есть снег. Он не остаётся, он тает, но всё равно есть.       Джек покачал головой. — Я поговорю со Снежной Королевой… Она следит за всеми зимними духами.       Туф наклонилась вперёд на своём сиденье. — Джек, а чем на самом деле занимается Снежная Королева? Есть всевозможные истории…       Песочник кивнул, и над его головой разыгралась быстрая пантомима. Джек не стал смотреть, он знал, какие истории распространяются.       — Ух, Алексия вроде как… третья или четвертая? — Он пожал плечами. — Она… в основном наблюдает. За другими зимними духами. За чем-то, что она называет дверями… между прочим? Волшебные бобы? По-видимому, это реально существующая вещь, и тебе не стоит сажать эти цветы, Кролик. У меня есть строгий приказ мгновенно замораживать все, которые я найду, так что… — Он снова пожал плечами. — Раньше ей приходилось похищать людей. В основном мужчин. Из маленьких деревень или небольших городков. Типа потенциальных серийных убийц, которые расчленяли своих соседей и пытались… сделать из них что-то.       Он не мог сдержать дрожь. Через мгновение он посмотрел на Десмонда, но тот был полностью сосредоточен на Пасхальном Эльфе. Ну, Десмонд проводил с Алексией по крайней мере одну неделю в году. Вероятно, он уже знал всё, о чём говорил Джек. Но всё же не нужно было вдаваться в подробности.       — В любом случае, она… Она их исправляла, можно так сказать. Чтобы они научились… человечности. А если их нельзя было исправить? Она… разбиралась с ними. Генерал Зима, вы его знаете?       Норт кивнул и сделал гримасу. — Очень спорный.       — Алексия была новичком. Он сбежал и стал Генералом. В любом случае, вот чем она в основном занимается. Другие были, ну, не такими милыми. Они пронзали людям сердца льдом, чтобы заморозить их души или что-то в этом роде, втыкали им в глаза стекло, чтобы они видели только зло в мире. Вроде того. Алексия гораздо лучше.       Четверо Хранителей кивнули. — Тогда не могли бы вы поговорить со Снежной Королевой в ближайшее время? — Спросил Норт. — Я бы сам пошёл, но ты её знаешь лучше.       — Конечно, без проблем. Не позднее конца этой недели, в зависимости от второй новости.       Норт кивнул и вздохнул. — Ну. Ты слышал о Синей Бороде?       Джек не слышал. И, честно говоря, он хотел бы остаться в неведении. На середине рассказа Десмонд залез ему на колени, но, по крайней мере, ребёнок не дрожал.       Синяя Борода, по-видимому, был духом, у которого было особое увлечение: он женился на человеческих женщинах, заманивал их в запретную комнату, заполненную, надо сказать, трупами его предыдущих невест, а затем убивал их, как только они входили в комнату. Его «убивали» несколько раз, но каждый раз он возвращался в другом облике. Однажды он был королём, затем дворянином, затем богатым купцом --- на этот раз, по-видимому, он был актёром.       — Когда его убивают, он уходит на одно или два десятилетия. Иногда даже на четыре. — Норт потянул себя за бороду и вздохнул. — Но что бы его ни убивало, когда он возвращается, он становится неуязвимым к этому, его даже не поцарапать. Сначала это были ножи, затем дубинки, затем утопление… Прошло много времени, список стал длинным.       — И его нельзя просто запереть, — сказал Кролик. Он фыркнул и скрестил лапы. — Каждый из нас пробовал это на протяжении многих лет.       Вероятно, веков. Джек медленно кивнул. — Я… Как вы его заперли раньше? Веревками, в комнатах?       Они кивнули. Ну, это было понятно. — А как насчет замораживания?       — Комната из льда… — начал Норт, но Джек поднял руку, чтобы прервать его.       — Я имею в виду запереть его в блоке льда. Совершенно твёрдом.       Все уставились на него, даже эльф. Джек опустил голову и почесал иней, покрывавший его лицо.       — Нет, — медленно сказала Туф. — Нет, мы никогда этого не делали. Я не думаю, что это убьёт его…       Песочник постучал пальцем по подлокотнику кресла и показал человека, замерзающего насмерть, задушенного, а затем кивнул, когда фигура человека встала и ушла.       — Не сможет умереть, будет заперт, — пробормотал Норт.       Кролик продолжал смотреть на Джека. — Обмороженный… Ты же понимаешь, что предлагаешь…       Джек погладил Десмонда по ушам. Мальчик посмотрел на него и вздохнул.       — Всё в порядке, Папа, — пробормотал он. — Я понимаю.       Чёрт, как же ему повезло, что у него есть этот ребёнок. — Я уже делал такое раньше, — сказал Джек и поднял глаза. — Некоторым людям не следует позволять жить. Их не привлекут к ответственности. А потом они идут гулять по зимнему лесу. — В его улыбке не было ни радости, ни удовольствия.       В последнее время такого не происходило, с тех пор как полиция улучшила свои методы работы. Так что… сорок лет? Тридцать пять? Примерно так.       Ему это не нравилось. Но кто-то должен был это делать.       Через несколько минут кто-то прокашлялся. Он поднял глаза и понял, что это был Кролик.       — Ладно, ты можешь надёжно запереть Синюю Бороду, и он, возможно, пробудет запертым достаточно долго, чтобы мы придумали что-то постоянное.       — Ледники довольно постоянны, если всё сделать правильно, — пробормотал Джек. Особенно на Антарктиде. Прямо на южном полюсе, нет возможности уйти на восток или запад… И глубина около полутора миль.       — Глобальное потепление.       — Пожалуйста, не напоминай мне об этом.       На этот раз Норт прочистил горло. — Но как мы вообще поймаем Синюю Бороду? Он знает все наши уловки.       — Но не Папины, — заметил Десмонд. — Правда?       Джек улыбнулся и потрепал мальчика по шерсти на голове. — Так ты знаешь привычки этого парня? Потому что у меня есть идея для оружия. О. А у кого-нибудь из вас есть пушка?       — Как фотоаппарат?       — Как полевая мортира.       — Да, — сказал Норт. Он прищурился. — Но пушечных ядер нет.       — Ничего страшного. На самом деле, это даже хорошо. А ещё, кто-нибудь из вас знает, где можно найти старый сыр Эдам?