Маленький синий мальчик

      — Так это и есть дворец Зубной феи, да? — Совсем не похоже на то, о чём он читал в книгах. Что-то вроде Тадж-Махала, только больше красок и меньше притяжения.       — Это он, — согласился Пасхальный Кролик. Он огляделся, затем указал… вперёд и вверх. — Туда.       Джек неторопливо шёл, перекинув посох через плечо. Влажность в этом месте была поразительной, казалось, он мог вызвать снег из самого воздуха, не требуя облаков. Ведь это было бы мучительно, потому что адская жара, Джека об этом не предупредили.       — Поторопись, — рявкнул говорящий кенгуру.       Джек ухмыльнулся. — Вечеринка не начнётся, пока я не войду, — сказал он. — Ничего не взрывается, никто не кричит…       — Шевели своей задницей Фрост!       — Я двигаюсь, двигаюсь… — Летать было легче. Ветер помог, и даже смог понизить температуру на несколько градусов.       Кенгуру пробежал по разным комнатам и коридорам. В этом месте не было ни дверей, ни лестниц, но Джеку пришлось признать, что сумчатое животное умеет прыгать.       Комнаты были странно пусты. Казалось, что в них должны были быть какие-то вещи, стены были увешаны полками, но они были пусты, и повсюду была пыль, и это начинало его немного пугать. Он старался держаться поближе к Пасхальному Кролику, и не только потому, что иначе заблудился бы.       Пасхальный Кролик привёл его в помещение, похожее на командный пункт Зубной феи. Оно было полностью открыто всем стихиям, очень зелёное, и там собрались три Хранителя.       — Я просто не знаю, что случилось, — сказала Зубная фея. Она резко обернулась, когда Пасхальный Кролик вошёл в комнату. — Ты их видел?       — Видел… кого?       Джек ухмыльнулся, увидев, как Пасхальный Кролик замер, слегка подёргивая ухом, затем подплыл поближе и подул кенгуру на уши.       Кенгуру взвизгнул и подпрыгнул, затем развернулся, размахивая лапами.       Джек подплыл к нему достаточно быстро, чтобы Пасхальный Кролик, надеюсь, не бросился на него. Это может быть болезненно. В конце концов он оказался рядом с Песочным Человеком, прежде чем огромный кролик перестал отплевываться.       В какой-то момент ему пришлось бы задуматься над тем фактом, что Пасхальный Кролик и Десмонд, вероятно, на 99,999% принадлежат к одному и тому же виду. Это раздражало. Ему нужно было больше прозвищ для более крупного и раздражающего из них двоих.       — Эй, — пробормотал он Песочному Человечку. — Можно я буду называть тебя Песочник?       Песочный Человечек показал ему два больших пальца и повернулся к Зубной фее.       — Они просто… испугались, — сказала она.       Кто-то ждал своей очереди, подумал Джек. Тени сразу же стали темнее, удлиняясь. На секунду ему показалось, что он услышал сердитых лошадей и стук копыт.       Затем тени изогнулись, поднялись и рассеялись, открывая мужчину. Он был почти таким же высоким, как Санта, но стройным. Его тёмные волосы были коротко подстрижены, глаза - жёлтые, а зубы выглядели так, словно он украл их у акулы. Он ухмылялся, сложив руки перед собой, как типичный злодей.       — Он одет в платье? — Спросил Джек.       Мужчина тут же перестал улыбаться и уставился на Джека. — О, это ты.       — Питч! — Санта, нахмурившись, шагнул вперёд. — Что ты здесь натворил?       — Натворил? — Мужчина - Питч Блэк, предположил Джек, если, конечно, это не был другой Питч, снова ухмыльнулся. — Просто… удовлетворил своё любопытство. На сколько фей ты разделилась? — Спросил он Зубную фею. — У меня есть… О, четыреста двадцать три… но я вижу, что кое-кого упустил.       Зубная фея и её семь миниатюр сначала ахнули, а потом ощетинились. — Ты… отдашь их обратно!       — Или что, ты дашь мне четвертак?       Джек удивлённо поднял брови, когда трое мужчин-хранителей начали издавать различные сердитые звуки, ну, Песочник молчал, и двинулся вперёд. Он не присоединился к ним.       — О, и что вы трое собираетесь делать? — Питч рассмеялся и развёл руками.       С ним были… лошади. Джек, конечно, видел лошадей, но те смертные клячи, которых он видел, совсем не походили на этих животных. Во-первых, у лошадей не было красных глаз. Или рогов. Или когтей.       — Мои кошмары готовы, — сказал Питч. — А вы готовы?       Ух ты, у Санты были мечи, кто бы мог подумать?       — Не собираешься драться, Джек? — Бугимен подошёл на шаг ближе. — Что ж, полагаю, я был прав. Ты действительно придерживаешься нейтралитета. Было бы вполне безопасно не обращать на вас внимания, хотя, похоже, ты к этому привык.       Джек схватил Пасхального Кролика за шиворот, прежде чем тот успел сделать больше половины выпада. Его протащили вперёд на три шага, прежде чем этот идиот сообразил, что кто-то пытается его остановить. И когда кролик повернулся и уставился на него, Джек едва сдержался, чтобы не рассмеяться.       — Что ж, он прав, — сказал Джек. — Я привык, что на меня не обращают внимания.       Питч рассмеялся, отступил на шаг, и поскользнулся на льду, образования которого не заметил.       Джек хихикнул и взмахнул посохом. — Смотри под ноги!       — Ты! — Прорычал Питч, а затем указал на своих так называемых лошадей-кошмаров. — Хватайте их!       Снежки не были эффективным оружием против лошадей. Особенно против тех, которые летали.       Джек ударил одну из них посохом по морде, что, по крайней мере, заставило её отступить. Ему потребовалась секунда, но затем он увидел, как одна из лошадей погналась за миниатюрной феей и проглотила её.       Его затошнило. Он последовал за лошадью, Ветер завывал в колоннах и арках, и подлетел ближе. Достаточно близко, чтобы, если бы он захотел, он мог бы протянуть руку и коснуться её вздымающегося бока.       Он этого не сделал. Он уставился на живот существа. Был ли это намёк на синий и фиолетовый цвета?       Лошади не ели фей, они захватывали их в ловушку. Зачем?       Джек зашипел и заметил следующую цель лошади. Ну нет. Он прибавил скорость и сумел настичь фею на полсекунды раньше лошади. Он откатился в сторону, едва не врезавшись головой в стену, и проверил фею в своей руке.       — Привет, малышка, — сказал он и улыбнулся бедному растрёпанному созданию. — Всё в порядке, я с тобой.       Она что-то пискнула ему, затем повернулась и пискнула снова. О, да, там была драка, не так ли?       Джек бросился обратно в гущу событий, но табун уже редел. Ему удалось схватить последнюю лошадь, и он всерьёз задумался о том, чтобы последовать за ней… Но нет. Он медленно поплыл обратно к Хранителям. Если бы он был обычным человеком, его сердце бешено колотилось бы, и он хватал бы ртом воздух, возможно, даже дрожал бы. Учитывая его физиологию и то, сколько усилий потребовалось, чтобы лететь в жарком и влажном воздухе, он был рад, что не чувствует себя готовым ко сну.       Это было бы трудновато объяснить.       — Эй, эм, Туф? — Они вместе воевали. Если вы вместе воевали, то должны были называть людей по имени, верно? Если только вы не были военными. Он протянул руку, на ладони у него лежал малышка. — Мне жаль твоих фей.       Туф взяла на руки малышку и прижал её к себе. Были ли феи похожи на её детей? Во всяком случае, от этого ему стало ещё хуже. — С ними всё будет в порядке. Они напуганы, а не ранены. Но Питч забрал зубы!       Зубы? — Зачем ему это делать?       Крылья Зубной феи поникли. Санта положила свою большую руку ей на плечо. — Он хотел не сами зубы, а воспоминания, — сказала она. — Вот почему мы их собираем. В них собраны самые важные воспоминания детства. Позже, когда они станут взрослыми? Мы помогаем им вспомнить.       — Тогда нам придётся вернуть их, — сказал Джек. Он оглядел дворец и нахмурился. — Что произойдёт, если… если ты пропустишь один вечер?       — Дети перестанут верить, — сказал Санта. — И мы ослабнем.       Да, это было бы плохо. Может, ему и не нравились эти люди, но он не хотел, чтобы они пострадали. Или погибли. Умереть было бы… плохо. — Хорошо, — сказал он. — Итак, сначала нам нужно убедиться, что зубы собраны, верно? Затем нам нужно вернуть твоих фей и зубы.       Туф кивнула и оживился. — Ты… предлагаешь свою помощь?       — Мы все готовы, — сказал Санта и ухмыльнулся. — Ха! Вместе мы соберём зубы. А потом найдём Питча и заставим его пожалеть, что он вообще родился на свет!       — Думаю, он уже это сделал, приятель, — пробормотал Пасхальный Кролик, но при этом улыбался.       Над головой у Песочника вспыхнул золотой фейерверк. Джек улыбнулся ему. Одна ночью. Десмонд будет спать. Всё будет хорошо это всего одна ночь.

***

      Всё было не хорошо. Абсолютно не хорошо.       Джек тяжело опустился на подоконник. Песочник… Нет. Не может быть, не может быть, чтобы там не было тела. Ни тела, ни доказательств смерти, следовательно, он не собирался присоединяться к поминкам, которые устраивали три оставшихся Хранителя. Он будет надеяться, и когда его правота подтвердится, он будет держать это над их головами до конца вечности.       — Очень на тебя надеюсь, приятель.       Джек не поднял головы, даже когда в поле зрения появились две огромные кроличьи лапки. — Он не умер.       Он услышал, как Пасхальный Кролик вздохнул, и почувствовал, как тот привалился к стене. — Да. Настоящая злая надежда.       — Он Песочный Человек. Он превратился в песок, вот и всё. Он вернётся. Он не может быть мёртв, Кролик.       Ой, упс. Джек взглянул на кролика, чтобы убедиться, что это так… Нет, очевидно, он не заметил, что Джек назвал его по имени. По крайней мере, это было что-то.       — Джек… не теряй надежду. Для всех нас. — Усы Кролика дёрнулись, когда он попытался улыбнуться.       — Да, — прошептал Джек. А что ещё он мог сделать? Питч не мог просто победить. Нет. Он не победил. Это была война, не так ли? Война за веру и за безопасность детей. Одно-единственное сражение не решало исход войны, по крайней мере, не на таком раннем этапе игры, и то, что один из их людей… попал в плен, а не погиб, не означало, что они просто лягут и сдадутся!       Он поднял глаза, когда подошёл Санта. — Джек? Пойдём, нам нужно поговорить.       Джек взглянул на Кролика, но тот кивнул. Что ж, тогда ладно. Пора поговорить с Санта-Клаусом. — О чём мы говорим?       Мужчина жестом пригласил его в помещение, похожее на нечто среднее между студией по вырезанию из льда и офисом, и закрыл дверь. — Я думаю, детям будут сниться кошмары. — Он вздохнул.       — Если это из-за Десмонда, то у него они уже есть. — Редко, с тех пор как Джек нашёл его, и малыш никогда не просыпался с криком или что-то в этом роде… Просто в такие ночи ему хотелось свернуться калачиком у Джека на коленях и, чтобы ему пели всю ночь напролёт.       — Нет. Речь идёт о борьбе с Питчем. Он станет сильнее, а мы ослабеем.       — Ээ, не хочу вдаваться в подробности, но в меня никто не верит. Это не… — Джек взмахнул посохом. — Не похоже, что я могу стать сильнее или слабее.       — Нет, — согласился Санта. — Если только ты не найдёшь центр.       — Ну, я ничего не понимаю.       Сумасшедший протянул ему одну из тех русских матрешек. Она была раскрашена в виде сумасшедшего Санты с широко раскрытым ртом и горящими глазами. — Кто я, Джек?       Что ж, если он просто собирался дать Джеку такую возможность… — Толстяк.       — Эй! — Санта сверкнул глазами и постучал по кукле пальцем. — Веселый.       — Это что, превратится в философию? Терпеть не могу всё это. — Джек отложил куклу в сторону. — Скажи мне, что ты хочешь сказать, без всяких этих… самокопаний.       Санта фыркнул, затем разобрал куклу на части и выбрал самую маленькую из них, рыженькую малышку с огромными голубыми глазами. — Ты видишь это? Большие глаза, расширенные от удивления. Это я. Я охраняю чудо детства.       — Хорошо… — Джек изучал куклу. Ну, он предполагал, что сможет это увидеть.       — Кролик, он - надежда. Туф - память, а Песочник… — Он замолчал и сглотнул. — Песочник был мечтой.       — Есть. Он и есть мечты. — Джек отпустил куклу-младенца.       Через мгновение Санта кивнул. — Да, это так, а теперь ты. Что бы ты ни думал, Человек на Луне выбрал тебя следующим Хранителем. Так что же ты охраняешь? Это, — он ткнул Джека в грудь, — твой центр. Когда ты поймёшь это, ты станешь сильнее, чем когда-либо.       — Единственное, что во мне есть особенного - это Десмонд. — Который всё ещё был в Уоррене и, вероятно, недоумевал, почему они так долго. По крайней мере, там было много травы, так что малыш не проголодается. Конечно, Джеку нравилось, когда Десмонд ел яблоки, груши, капусту и прочее, но от травы его не тошнило. Очевидно, она была просто пресной на вкус.       — Почему ты вообще стал духом? — Спросил Санта. Джек мысленно вернулся к разговору.       — Я не знаю. Я ничего не помню из того, что было до… до.       — Ничего? — Санта потянулся к Джеку. Тот невольно отпрянул.       Он и раньше встречался с другими духами. За исключением очень небольшой группы, всего троих, включая его сына, они начинали с того, что нападали на него. На самом деле, соблюдение разумной дистанции было просто… инстинктом.       Поэтому, Санте не обязательно было выглядеть таким подавленным.       — Ничего особенного, если не считать всей этой истории с духом, — согласился он. — Я подумаю о том, каким мог бы быть мой центр, но… не задерживай дыхание, Санта.       — Ник. Пожалуйста? В формальностях нет необходимости, ты согласен?       Джек вздохнул и потёр переносицу. — Пойдём на компромисс Норт?       — Да. Давай поговорим с остальными. Через два дня Пасха, и Питч попытается её сорвать. — Санта остановился в дверях. — Не говори Кролику, но в этом году Пасха может оказаться важнее Рождества.       Джек последовал за великаном, затем обогнул его, чтобы первым войти в глобусную комнату. — Эй Кролик! Угадай, что сказал Норт! Пасха важнее Рождества!       Норт сверкнул глазами. Банни просиял. А Туф захихикала.       Они ещё не побеждены.