Чем мы заняты в Изнанке

Ну что ж, он снова Эдди-Изгнанник. Теперь еще и не-мертвый. Мюррей пару раз принес ему донорской крови. Человеческая кровь однозначно пришлась ему по душе. Эдди этот факт очень расстроил. Ему до последнего не хотелось верить, что он теперь вампир. Как же это было тупо. Бауман часто уезжал по делам, и Эдди приходилось подолгу сидеть в одиночестве. Хорошо хоть, у Баумана оказалась обширная библиотека. Вкус у мужика был что надо. Фантастика, фэнтези, подборка журналов по криптозоологии и паранормальным явлениям (уморительное чтиво!). Он пытался читать книги, но никак не мог сосредоточиться. Поэтому Эдди переключился на журналы и через некоторое время начал разговаривать с Бауманом исключительно громкими заголовками. — Брачные игры Йети в лесах штата Мэн! Скандал: на заправке в Кингстауне был замечен возбужденный самец! Ученые в панике! Кукла колдуна: зловещий некромант собрал армию марионеток в пабе на Мэйпл-Стрит, Индианаполис. Совпадение? Не думаю! — Эдди развлекал Мюррея чтением особенно захватывающих сюжетов по вечерам, пока тот готовил ужин. — Тайна раскрыта: Америкой правят инопланетные нацисты! — Дай угадаю, тебе двойную порцию первой отрицательной? Эдди кивнул. А еще он начал придумывать новую кампанию для «Подземелий и драконов». Только вот написанное казалось вторичным и надуманным. Эдди не покидало ощущение страха и опасности. Они шли за ним по пятам, тянули свои костлявые пальцы прямиком из Изнанки. Иногда его навещал дядя, периодически приезжал кто-то из ребят. Им приходилось дежурить то у Макс в больнице, то в общественном центре, помогать пострадавшим от землетрясения (которое, конечно, не было землетрясением в привычном смысле). Харрингтон тоже приезжал. Они общались как обычно, перебрасывались шуточками, смотрели вместе кино, чтобы немного отвлечься от реальности. Но ничего больше. Все в рамках дружеских отношений. Это расстраивало, но, в общем, было ожидаемо. — Ты слишком уж увлекся своими фантазиями, приятель, — Эдди сунул в рот прядку волос и открыл тетрадь с набросками новой истории. Вряд ли Стива Харрингтона привлекают патлатые ролевики-металлисты. Девчонки типа Нэнси или Робин — стопроцентно: яркие, красивые и интересные, с отличным чувством юмора. А вот фрики вроде Эдди… Ох, сомнительно. Эдди привык невзаимно влюбляться: это закономерно, если отличаешься от обычных людей примерно всем. Поэтому страдания в его планы не входили. И так хватало из-за чего запариться. И все же иногда он ловил себя на том, что скучает по Стиву — его мрачноватому юмору, застенчивой улыбке и непослушным волосам. Со Стивом было как-то… Спокойно что ли? Когда будто они знали друг друга много лет и уже миллион раз сражались с демоническими летунами в Изнанке. Было неплохо, что Стив просто существует с ним в одной реальности. Первое время он радовался, что Мюррей держится с ним настороженно, но потом Бауман вроде как узнал его получше. Нэнси и Джонотан предупреждали, что Бауман — тот еще фрукт и на досуге любит изображать из себя психоаналитика. Эдди совсем забыл про предостережение Байерса и Уилер, поэтому внезапный интерес Мюррея к его скромной персоне застал Эдди врасплох. Они как раз собирались отправиться на тайную базу — в домик Одиннадцать и Хоппера. — Что-то ты сегодня тихий. Нервничаешь, что наконец увидишь свою зазнобу, да? Эдди выругался себе под нос. — Ты это к чему вообще? — раздраженно уточнил он. — Да просто люблю разгадывать людей. Наблюдал за тобой и все никак не мог понять, в чем дело. Эдди наклонился, чтобы завязать шнурки на кроссовках. Порадовался, что Мюррей не видел его лица в этот момент. — И не поймешь. Я долбанный фрик. Теперь еще и вампир. Сомневаюсь, что кому-то захочется иметь со мной дело, — быстро проговорил Эдди, — так что заканчивай со своими диагнозами, Зигмунд, и уважай чужие личные границы. Мюррей рассмеялся самым неприятным образом. Влез в старые кеды и хлопнул Эдди по плечу. — Ну ты чего. Я же подбодрить тебя хотел! Зря ты так о себе. Ты симпатичный и интересный молодой человек с богатым воображением. Еще и хороший друг. Оставь эту скромность. Никакой ты не фрик. Просто те, кто тебя таким считает — унылые посредственности со скучной, серой жизнью. — Ага, и поэтому я сижу тут с тобой. Снова изгнанный, да еще и мертвый. — Ну не совсем. В каком-то смысле, живой. Жизнь это дар, все-таки. Даже если такая экзотическая. Эдди страдальчески закатил глаза. — Пойдем уже. Они с Бауманом вышли из дома и загрузились в машину. Эдди поразмышлял пару мгновений и все-таки рискнул признаться: — Ну, допустим, мне повезло — действительно повезло сбежать от смерти. На некоторое время. Но представь, все будут стареть, а я таким и останусь. Если мои познания о вампирах верны. Бауман хмыкнул и вырулил на дорогу. — О вымышленных вампирах — да. Но мы же не знаем, как работают способности вампиров из Изнанки. Так что я на твоем месте пока не переживал бы на этот счет. Для начала надо разобраться с Векной. И вообще, может никто из нас не не состарится, хехе. Если понимаешь, о чем я. — Да вы прям умеете успокоить! — Эдди улыбнулся. Бауман пожал плечами. — Ну, все мы рано или поздно умрем. Пока лучше сконцентрироваться на настоящем. *** Сборище в лесу напоминало лагерь. Эдди иногда ходил в походы с дядей и с ребятами из Адского клуба. Тогда было проще: костёр, они поют песни под гитару, рассказывают страшилки и планируют новые приключения для своих героев. У Эдди была не самая простая жизнь, но она была вполне терпимой. Сейчас происходило вообще не пойми что. Школу никак не мог закончить. Сосредоточиться сложно, денег на репетиторов нет, дядюшка явно не профессор. А может быть он боялся того, что будет потом. Возможно, если бы дядя отвел его к психиатру, то ему поставили бы какой-нибудь диагноз. Но дядя не догадывался, что проблемы с обучением могут быть как-то связаны с его ментальным здоровьем. Эдди вычитал это в одном из журналов Баумана — нормальном, серьезном научном издании. Нет, если он ударится в эти мыслительные дебри, то окончательно слетит с катушек. Может, он научился не убегать от опасности в реале, но в своей голове он может позволить себе сколько угодно игнорировать проблемы. Убегать так далеко за пределы собственного воображения, как только можно. Его не позвали на обсуждение самых ключевых моментов. Он сидел у костра в гордом одиночестве, наблюдая, как с неба падает черный пепел. Эдди понимал такое отношение, но в глубине души все равно чувствовал себя изгоем. Он справлялся с этим в школе, пока был жив, но теперь это уже было… обидно. С ним обращались как с бомбой замедленного действия (как вообще обращались в бомбами замедленного действия?!). Извечная настороженность Дастина так вообще сводила с ума. Конечно, ребята пытались разобраться, как и почему ему удалось вернуться, но без особых успехов. Собственная память по-прежнему предавала его. Эл даже просканировала его с помощью своей суперсилы: сказала, что не чувствует в нем Изнанки. Но ответить на вопрос, опасен ли Эдди, она так и не смогла. Эдди пришлось просто принять правила игры. — Как же до-о-олго! — Эдди бродил среди деревьев, не находя себе места. Собрал грибочков, шишек, покормил белку и обследовал скворечник. Эдди радовался, что дядя привез ему часть вещей, а то гардероб Дастина начинал бесить. А еще Стив отдал ему свою джинсовую куртку. Куртка хорошего мальчика из хорошей семьи. Эдди не решился ее модифицировать, хоть руки и чесались добавить как минимум булавок. Некоторое время спустя на крыльце показался Стив. Поискал глазами Эдди, и, заметив, устремился к нему уверенным шагом. — Решил составить тебе компанию. От Стива пахло чем-то алкогольным. Он что, выпил для храбрости? — Как мило, — Эдди фыркнул. — Ну, не очень-то красиво оставлять тебя тут одного. — Ага, или вдруг я тут пока сигналы SOS Векне посылаю. — Извини, чувак. Мы тут все на нервах. Я, эм, можно я тут упаду? Он кивнул на корягу, на которой Эдди оставил свой рюкзак. — Милости прошу, — Эдди развел руками в своей наигранно-театральной манере. Стив нервно улыбнулся и сел у костра. Эдди опустился на корягу рядом с ним. Стив обхватил колени руками и уставился на пламя, нервно кусая губу. Эдди чувствовал, что Стив не знает, с чего начать разговор, поэтому решил облегчить задачу. Он достал из рюкзака фляжку и протянул Стиву. — У Баумана классная коллекция. — Ох, спасибо. Харрингтон выглядел каким-то совсем потерянным. — Ты как сам? — спросил Эдди. Стив пожал плечами. — Не знаю. Паршиво, если честно. Мы волонтерим в общественном центре, работать тоже кто-то должен. — Да уж, выглядишь неважно. — На себя посмотри. Кстати, у тебя изнаночный пепел в волосах. Стив протянул руку и коснулся волос Эдди, вытряхнул оттуда мерзкие черные частицы. Все было каким-то нереальным. — Кстати, я тут начал читать «Властелина колец». Хотелось отвлечься. И чего я раньше до этой книжки не добрался… — Почетно, почетно. Кто тебе из персонажей больше всего нравится? — Ну, Фродо наверное. И Сэм. Вообще нравится, как хоббиты заботятся друг о друге. — Ого, неожиданно! А я пока там бродил, все думал, за кого бы ты хотел поиграть в моей новой кампании. Когда все закончится. — О, ты предлагаешь мне поучаствовать? — Ну да. — Ох. Даже не знаю. Подожди, ты правда об этом думал? За кого я бы играл? — Я же должен обращать в свою веру новых адептов дьявольского культа. Ты идеальный кандидат. Стив почему-то покраснел. Наверное, считал интонации в голосе Эдди. — Я тоже думал как мы… Мы бы все поехали в Калифорнию. Мечтал о нормальной жизни. Выходит, мы оба думали друг о друге? — хотелось сказать Эдди, но он прикусил язык, чтобы не ляпнуть это ненароком. Между ними разливалась ужасная неловкость. — Вообще я не очень в этом всем разбираюсь, и мне потребовалась бы твоя помощь. И Дастина… Что он несет, господи. Он взял палку, чтобы поворошить угли в костре. Стив задел его плечом. — Извини. — Ничего. Стив подвинулся ближе. — Не замерз? — Нет, я же теперь вампир, забыл? Ледяной и дохлый. — А ты можешь чувствовать тепло? — Понятия не имею. Не знаю. Почему ты спрашиваешь? Стив обнял его за плечи одной рукой, прижал к себе. Эдди не шевелился. — Не против? — еле слышно спросил Стив. — Определенно нет, — так же тихо отозвался Эдди. Рука Стива переместилась ему на талию. Эдди вздрогнул, инстинктивно попытался прижаться еще ближе. Стив перевел дыхание. Кажется, это был ключевой момент. Эдди тоже обнял Стива, на мгновение уткнулся носом в его плечо. — Что же такое происходит, а, Харрингтон? — пробормотал он. — Понятия не имею, — шепнул Стив. А потом его ладонь скользнула под одежду Эдди: куртка, рубашка, футболка, все эти чертовы слои ткани, и он почувствовал теплые пальцы Стива на своей коже. Они скользнули по талии, чуть ниже, вернулись обратно. Эдди понял, что дрожит от прикосновений, одновременно боясь и желая этой внезапной близости. — Докладываю: определенно чувствую тепло, — пробормотал Эдди. — Это хорошо… Они потянулись друг к другу; он успел почувствовать теплое дыхание Стива на щеке, а потом вдруг все исчезло. Стив поспешно убрал руку и отодвинулся на безопасное расстояние. Эдди покосился на Стива. Тот казался растерянным и старательно отводил взгляд. Это уязвило Эдди, он не сразу понял, почему. Здорово было бы не прятаться. — Эдди, нам надо вытащить из тебя воспоминания. — заявила Одиннадцать. — Так, звучит не очень. — Эдди автоматически скрестил руки на груди, словно защищаясь от остального мира. Эл серьезно посмотрела на него. — Я уже проходила через это. Подавленные воспоминания. Я могу помочь тебе вспомнить, если разрешишь. Я загляну в твой разум и найду там правду. — Ну, разумеется разрешу, пока это единственный вариант. Одиннадцать отвела его в хижину. Усадила на диван в гостиной и села напротив. Она взяла его за руки и закрыла глаза, медленно погружаясь в транс. Эдди ерзал, наблюдая одновременно и за девушкой, и за окружающей обстановкой. Но вскоре ему передалось спокойствие Эл: он тоже закрыл глаза и… Оказался во тьме. Под ногами хлюпала вода. Эл крепко держала его за руку. Эдди прищурился, пытаясь различить хотя бы силуэт своей проводницы. Постепенно он смог разглядеть Эл, а еще заметил короткий всполох света. Эдди махнул рукой, указывая направление. — Ну что, погнали? — он хотел, чтобы голос звучал уверенно, — Только не пугайся, некоторые воспоминания могут оказаться шокирующими. Заранее прошу прощения за неподобающий контент. Одиннадцать усмехнулась. — Я видела много всякого травмирующего дерьма. Так что не волнуйся. Чтобы там ни было, никакого осуждения. — Спасибо, невозможная девочка. Они пошли вперед, сквозь туман памяти, ориентируясь только на призрачное свечение. Вскоре они набрели на сцену, которая разыгралась в лесу за школой. Короткий разговор с Крисси. В одной из параллельных реальностей он мог бы в нее влюбиться. Они были бы странной, но немного стереотипной парой. Раздолбай и примерная девчонка. Смотреть на живую Крисси было невыносимо. А еще это тягостное чувство власти несбывшегося. Ведь все могло быть иначе. Он мог бы выжить? И никогда не познакомиться со Стивом и остальными ребятами? — Не то, — покачала головой Одиннадцать и они пошли дальше. Следующее воспоминание было заурядным, но ужасно теплым. Дядя Уэйн готовил завтрак субботним утром. Кофе, омлет с жареным беконом и салат. Пища богов! — Вечно ешь всякую гадость… Вот приготовил тебе нормальный завтрак. И никуда не уходи, пока не доешь, — проворчал дядя. Эдди и не собирался. Он попробовал еду. — Ого, обалдеть, как вкусно! — А я тебе о чем, — Уэйн усмехнулся и сделал глоток кофе. — Хорошее утро… Можем съездить порыбачить на озеро. — Почему бы и нет. Новый кадр. — Никогда не меняйся, Дастин Хендерсон! — Да я и не собирался… Как же он любил этого мелкого гениального говнюка! А потом они набрели на нечто странное. Эдди попытался увести Эл подальше, но она все равно успела увидеть. Он ошарашенный и почти оглохший вывалился на улицу после концерта «Металлики» в Индианаполисе. Какой-то высокий длинноволосый парень затащил его в подворотню, прижал к стене и поцеловал. Ловкими пальцами расстегнул ремень и молнию на джинсах Эдди. Когда незнакомец коснулся его, Эдди запрокинул голову, зажмурился и едва слышно перевел дыхание. Одиннадцать тактично отвернулась. — Пойдем дальше, — нервно сказал Эдди. И почему это воспоминание вообще всплыло? Уходя, он все-таки еще раз взглянул на полузабытую сцену из прошлого. У парня были родинки на лице и шее. Россыпь черных точек, как у Стива. Ах да, у Стива родинки и на спине, и на плечах. Эдди вспомнил, как пялился на них, желая перецеловать каждую. Вот черт. Одиннадцать крепче сжала его ладонь. — Все хорошо. Но нам надо идти. Домик для лодок у Рика. Он плохо помнил, как добрался туда. Сидел в темноте и сырости, его трясло. Эдди хотелось исчезнуть; темнота и плеск воды как будто стирали его из реальности. В какой-то момент он отрубился, скорчившись в три погибели на дне старой лодки. Зло его здесь не найдет, правда? Спрятаться под старым брезентом — все равно что накрыться с головой одеялом. Еще несколько шагов вперед. Вокруг них начала сгущаться красная муть. Он увидел себя — мертвого. Залитого кровью. Дастин закрыл ему глаза, оттащил в безопасное место. К нему тянулись лозы — пульсирующие мерзкие щупальца. Вот оно. — Нашли, — сказала Одиннадцать. Он чувствовал, что растворяется. Его «я» исчезало, стиралось. В разум проникал яд, извращенное коллективное сознание Изнанки. — Кажется, ты пережил клиническую смерть, — шепнула Эл. — Векна это почувствовал и решил сделать тебя своим. Но тут случилось то, чего никто из них не ожидал. Из красного марева показался знакомый силуэт. Это была Макс! Растрепанные волосы, кровавые потеки на лице, бледная кожа. Она села на корточки рядом с Эдди. Лозы отпрянули. — Эдди, ни в коем случае не поддавайся Изнанке. Оставайся собой! Ты должен выбраться отсюда! Она шептала ему успокаивающие слова и держала за руку, в надежде, что он очнется. Но внезапно девушка встрепенулась. Что-то испугало ее, она резко вскочила на ноги и метнулась в сторону, исчезая в красном тумане. Воспоминание оборвалось, и Эдди в настоящем увидел, как очнулся в прошлом. «Воскресший» Эдди в ужасе метался по округе, пытаясь отыскать портал, уворачивался от демомышей, которые, кажется, просто хотели пообщаться… Пока его ни нашел Векна. Он шагнул к нему: жуткий, потерявший человеческий облик. Эдди замер. Векна не пугал его: наоборот, он злился, что по вине этого парня огреб столько проблем. — Присоединяйся ко мне, Эдди, — начал Векна, — сама Изнанка хочет, чтобы ты жил. — Какой же ты все-таки пафосный мудак, невозможно просто, — Эдди раздраженно тряхнул головой. — С чего бы мне хотеть перейти на твою сторону? — Ты никому не нужный неудачник, — отозвался Первый, — Тебя не зря называют фриком и извращенцем. Я вижу твои грязные мысли о Стиве Харрингтоне. — Ой, да что ты говоришь. И что с того? — В городе тебя все ненавидят, но будут ненавидеть еще больше. — Тоже мне новость. — Ты ничтожество и клоун. — Чел, у тебя закончились оскорбления? Векна издал странный звук — возможно, хмыкнул. — Ты все равно вернешься ко мне. У тебя нет другого выбора. Даже если сейчас ты сбежишь, — Эдди показалось, что в голосе Первого промелькнули нотки нетерпения. — Если бы у тебя было побольше волос, я бы еще подумал. Но извини, ты не в моем вкусе. — Ты просто жалок. Прячешь за сарказмом свой страх. — А то я сам не догадался. Это ж надо, сам великий и ужасный Векна сейчас тратит время, уговаривая какого-то неудачника. Значит, Эдди ему все-таки нужен живым? Векна наверняка хочет использовать его, как шпиона. Конечно, это удобно. Первый не дурак, чтобы отказываться от новых адептов. Векна не выдержал и протянул когтистую руку, притянул Эдди к себе. Вцепился в его шею и слегка приподнял над землей. — Отвали! — прохрипел Эдди. — Не хочу на темную сторону, у тебя даже печенек нет! Одна плесень и хтонь! — он всеми силами пытался вырваться, но Векна крепко держал его. — Эдди, — вкрадчиво продолжил Первый, — Ты должен понять. Он никогда тебя не полюбит. Как бы ты ни старался. И в этот момент острая боль пронзила его сердце. Векна все же подобрал к нему ключ. Он поймал его сердце на крючок и дернул за леску. Эдди не нашел, что ответить. Эта мысль пульсировала в голове, расползалась по сознанию черной плесенью. Он. Никогда. Тебя. Не. Полюбит. Векна ослабил хватку и Эдди рухнул на землю. В голове гудело. Эдди поднял взгляд и увидел, что Векна исчез. А потом его воспоминания вновь затянуло красной мутью. — Эл, давай обратно. Голова сейчас взорвется, — взмолился Эдди. Одиннадцать сжала его руку. А потом все закончилось. Из носа у него хлестала кровь, впрочем, не только у него. Одиннадцать вытерла нос рукой и ободряюще улыбнулась. — Что вы выяснили? Что там было? — Дастин вцепился в плечи Эдди и хорошенько встряхнул. — Похоже, что Эдди пережил клиническую смерть. Изнанка пыталась прибрать его к рукам, но ему помогла Макс! — ответила Одиннадцать. — Что?! — Лукас и Эрика заорали одновременно. — Ну, она была вроде призрачной, выглядела жутковато, — пробормотал Эдди. — Возможно, она все еще там. Блуждает во тьме, — с болью в голосе проговорил Лукас. — Эдс, ты как? В норме? — Одиннадцать тронула его за плечо и Эдди вздрогнул. — Бывало и лучше, но да, — пробормотал он себе под нос, — ты не против, если я пойду кину кости на твоей кровати? Башка кружится. — Конечно нет, я как раз хотела предложить. — Я помогу, — Стив протянул Эдди руку. — Пойдем. Ребята пошли вместе с ними: наперебой спрашивали, как он, все ли в порядке, но их голоса смешались в голове Эдди. Стив помог ему добраться до койки. Эдди скинул кроссовки, лег на кровать, по привычке положив руку под голову. Как же паршиво. — Мы будем тут, в соседней комнате, — пообещал Стив. Он накинул на него плед, от которого пахло пылью и плесенью. — Угу. Ему хотелось, чтобы Стив лег рядом. Чтобы обнял его. Вместе не страшно. Ему так хотелось этого, что было почти физически больно. Он никогда тебя не полюбит. Этот страх вернулся; липкий туман прямиком с Изнанки. Не полюбит, не полюбит, не полюбит. Слова пульсировали у него в мозгу. Ну правда, кому он нужен? Эдди закрыл глаза. Скорее бы отключиться. Тьма нашла его быстро: он соскользнул в пропасть; падал и падал в спасительную черноту, но где-то там, на периферии сознания звучала песня Кейт Буш — Running Up The Hill. Любимая песня Макс.