Время ведьм

      Если бы подкова приносила счастье, конь был бы самым счастливым из всех.       Это было самое восхитительное утро на памяти Гермионы. Она проснулась в объятиях любимого и это был не сон, хотя вначале после пробуждения ей так казалось. Но поцелуи Гарри, его шепот и нежные ласки казались такими реальными. Ей было страшно лишний раз пошевелиться, боясь разрушить прекрасное мгновение. Хотя пришлось активно действовать в ответ на на его прикосновения, так как он пошел в атаку. Она даже забылась в его объятиях, наплевав на все вокруг. Пусть это лишь сон, но такой приятный сон. Однако, даже потом Гарри не растаял, он лежал рядом с ней и счастливо улыбался. — Значит, это не сон. — Гермиона прошептала уткнувшись ему в грудь. — Нет, не сон. — усмехнулся довольный Гарри, поцеловав её в макушку. — Мне тоже это все кажется сном, но это реально. Мы с тобой вместе. — Я люблю тебя. И всегда любила. — прошептала она удивляясь собственной смелости. — Просто не могла набраться смелости, чтобы признаться тебе. Тебе ведь нравились яркие спортивные девушки, а во мне ты видел лишь друга. И я не хотела разрушать нашу дружбу. Ведь ты самый дорогой для меня человек, не считая моих родителей. — Я действительно долго видел в тебе друга. — Поттер задумчиво взлохматил себе волосы. — Но тогда в больнице ты была такой хрупкой и беззащитной… — … и страшной… — усмехнулась Грейнджер. — Ну, не очень… — издевательски протянул парень. — Точнее, ты совсем не была страшной, как раз наоборот. Мы и раньше попадали в различные неприятности, но ты всегда казалась мне стойкой. А тут в тебе, как будто что-то надломилось. Нет, я понимаю, что ты потеряла своего парня и ребенка, но все равно мне было странно видеть тебя такой. И тогда я поклялся себе, что больше никогда тебе не придется пережить подобное, что отныне я буду защищать тебя. Но я облажался. — Нет, Гарри, ты сделал все, что сумел и это не твоя вина. Сейчас все позади и мы вместе. — Только ты стала убийцей из-за меня. Я не оправдываю Джинни, она сама виновата, хоть и запуталась. Она предала нас потому что подозревала в измене, хотя сама спала с другими. — Мне очень жаль. — А мне жаль, что я не узнал об этом раньше, может, тогда бы она осталась жива. Мне больнее не то, что Джинни спала с другими, хотя и противно. Мне больно, что она клялась мне в любви, а сама без зазрения совести отдала меня Дамблдору зная, что я умру. Ей было плевать на меня. Да, мы расстались, но я думал, что мы сможем сохранить более менее хорошие отношения. А сейчас я не знаю, что и думать… Плохо, что нам не поверят и у Министерства оказался ещё один повод запереть тебя в Азкабан, тем более, что теперь у них больше доказательств. — А вот и нет. Джинни же убила молния и трудно доказать, что её выпустила я. Ведь они не умеют отслеживать нашу магию. Как бы это цинично не звучало, можно подстроить несчастный случай. Мол, гуляла во время грозы и на неё спустилась кара с небес. — Ага, за супружескую измену. — Поттер был настроен скептически. — Значит придумай вариант получше.       Было видно, что лучшего варианта у него нет. И идей тоже. Несмотря на предательство, юноша чувствовал себя виноватым в смерти жены и то, что любимой пришлось стать убийцей. Он чувствовал, что не сумел дать Джинни то, что ей хотелось, хотя по мнению Грейнджер, Уизли просто эгоистка. Ей не секса не хватало, а адреналина и порядочности. Вместо того, чтобы попытаться исправить отношения или расстаться, если не получится, рыженькая просто решила пойти налево. Мол, муж виноват, а я просто жалею его и не хочу бросать. Ведь я люблю его. Конечно, любит… Так любит, что отдала Дамблдору зная о его планах. Это не любовь.       Любила ли Джинни на самом деле Поттера или же тот образ, который создала у себя в голове? Скорее всего второе. Ей нужен был герой, прекрасный принц, а не сломленный герой со своими проблемами. Слава парня и его деньги были слишком лакомым кусочком, чтобы от них отказаться. Ведь, если верить слухам, в команду её взяли без испытательного срока лишь из-за того, что она была девушкой, а потом и женой национального героя. Вначале Уизли действительно играла неплохо и старалась, коллеги её мало на руках не носили. Однако, потом девушка возгордилась, стала отлынивать от тренировок, больше проводить время на вечеринках, а по возможности таскать туда с собой супруга, чтобы их вместе больше фотографировали, хотя он ненавидит подобные мероприятия.       Гермиона поймала себя на мысли, что всячески пытается оправдаться, а ведь Джинни тоже человек со своими ошибками, к тому же когда-то они были подругами. Она ведь и сама не лучше, пыталась с помощью Рона забыть Гарри и поднять самооценку, не попыталась понять Уизли, а просто бросила его. А сейчас, ведёт себя отвратительно, не остыл ещё труп Джинни, как она переспала с её мужем, теперь уже вдовцом. Как бы девушка себя не оправдывала, с точки зрения морали, она ведёт себя неподобающим образом. Возможно, это на самом деле она эгоистка… Только отказываться от любимого ей не хотелось, даже если на первый взгляд её действия аморальны.       Джинни и Рон сделали свой выбор, почему же они с Гарри должны хранить верность им? Почему они должны жертвовать своей любовью ради принципов общества, которое показало на них. Одни убили её жениха и обвинили её в его убийстве, которое она не совершала, убили её ребенка, смешали её имя с грязью и продолжают это делать. Другие слепо верят всему, что им говорят. А ведь часть этих людей, в том числе и Уизли, знакомы с ней, большинство обязано ей жизнью, ведь она помогала уничтожить Волдеморта. И за все за это они оплатили ей неблагодарностью. Никто даже не пытался воззвать к справедливому суду. Магический мир показал, что, несмотря на все её усилия, Грейнджер так и осталась там чужой. Зря она тогда послушалась Макгонагалл и пошла в Хогвартс. Но тогда они бы с Гарри не встретились.       Гермионе не хотелось разрывать объятий, даже когда у неё заурчал желудок от голода. Жутко хотелось есть, особенно после того, что было вчера. К её удивлению, перед ними материализовался поднос с английским завтраком. Рядом с кроватью появился довольный Кикимер, который даже соизволил поклониться. Судя по ошеломленному лицу парня, у домового эльфа это не входит в привычку. Ладно хозяин, но зачем кланяться магглокровке, которая спит с его хозяином. Да, ещё и без брака. Вальбурга бы даже на порог своего дома её не пустила бы, только облила бы помоями в прямом и переносном смысле.       Не успела ведьма удивиться, как эльф исчез, оставив их наедине. Аромат был таким соблазнительным, что парочка сразу же взялась завтракать, благо приборы Кикимер не забыл положить. Оставалось надеяться, что домовой не решил устроить им «сюрприз», испортив блюда… Но нет, все оказалось очень вкусным и не было никаких последствий. Все было очень хорошо, пока они не вспомнили об остальном мире. Кажется, вчера вечером она послала родителям записку с предупреждениям, что у неё всё в порядке и из-за неожиданных обстоятельств она вынуждена остаться у друга.       Девушка боялась их реакции, учитывая сложившуюся ситуацию, хотя они ведь неплохо относятся к Гарри. Несмотря на некоторые опасения и нежелание расставаться с парнем, ей пришлось одеться и отправиться домой, чтобы родители не начали поиски, ведь сейчас опасное время, во всяком случае для неё. Поттер прекрасно её понял и обещал с помощью Кикимера заняться телом Джинни и замести следы. Зная старого эльфа, тот скорее выбросит труп на помойку, предварительно потоптавшись по нему. Хотя, его поведение в последнее время улучшилось. Конечно, может, это ей так кажется, вон Гарри говорил, что эльф с радостью выбросил чемоданы Джинни и больше не хотел считать её своей хозяйкой. Что с ним такое творится в последнее время вообще не понятно.       Прервав сладкий поцелуй с Гарри она вышла на улицу и аппарировала домой, благо допуск к неё есть. Несмотря на лёгкую внутреннюю напряжённость, у девушки было отличное настроение, она была готова летать и петь о том, как прекрасен этот мир. Гарри любит её и они провели прекрасную ночь. Ведьма ощущала себя девушкой подростком, которая познала свой первый поцелуй. Гарри смотрел на неё глазами любви, ему было наплевать на то, что у неё неидеальная фигура и волосы торчат с утра. Что она не веселая и страстная, хотя секс ему понравился, как и ей. Хотя, понравилось слишком мало сказано это был самый лучший в её жизни акт любви… Гермиона надеялась, что он лишь первый и повториться не раз.       Грейнджер почти влетела в гостиную на крыльях радости и любви, как вдруг застыла от удивления. Мама сидела в одном из кресел, а напротив неё на диване расположились незнакомые женщины. Они что-то обсуждали с миссис Грейнджер, причем с озабоченными выражениями лиц. Кое-кто выглядел напуганным. Кажется, что-то произошло серьезное. Судя по их магической ауре, это такие же ведьмы, как и они с мамой. Гермионе вдруг стало неловко, она вспомнила, что её одежда смятая, а волосы плохо причесаны. Ведьмы вон выглядят аккуратно и ухоженно, как будто бы только что вышли из салона красоты. Даже мама в строгом брючном костюме, с собранными в хвост волосами. Хорошо хоть она приняла душ и почистила зубы. — О, Гермиона, как хорошо, что ты пришла. — устало улыбнулась ей Джин. — Это мои коллеги по ковену: Линда Николсон и Барбара Грей. А это, уважаемые дамы, моя дочь — Гермиона Грейнджер. — Сильная ведьма. — кивнула женщина в белом, не больше лет сорока на вид. — Впрочем, нечему удивляться, в вашем роду всегда были сильные ведьмы. Когда-нибудь она сможет заменить тебя, Джин. — Не думаю, Барбара, что ей интересен ковен, Гермиона независимая девочка. — Грейнджер только покачала головой. — Кроме того, она столько пережила в последнее время… Гермиона, садись рядом, я хочу, чтобы ты послушала о чем речь. Случилось нечто серьезное, может, ты уже заметила… — Нет. — Гермиона с удивлением посмотрела на присутствующих, но все же села в кресло рядом с матерью. — А что? — Возможно, изменения были пока не слишком явные, поэтому ты и не почувствовала… Хотя, мы и сами в этом не уверены. — Я вот на что процентов уверена в наших наблюдениях, Барбара. Это произошло и мы должны быть во всеоружии. — А что случилось? — спросила Гермиона по очереди глядя на присутствующих. — Наконец в нашем мире появился Высший. — Линда ответила ей с благоговением в голосе. — Что? Как? — Мы точно не знаем, это всего лишь предположения. Но не только увеличился общий магический фон, по всему миру внезапно начали появляться новые источники. Сама магия как-то необъяснимо начала меняться. — Джин тяжело вздохнула. — Появление Высшего единственное более менее понятное объяснение. — Вот только пока никто ещё не объявил себя Высшим и это странно. Ни один ковен не взял на себя ответственность за создание Высшего. — Грей отхлебнула чаю с расписной чашки. — Может ковен не желает раньше времени распространяться о наличии у них Высшего, ведь тогда другие ковены попытаются вмешаться и перетянуть Высшего на свою сторону. — Или же все не так, как мы думаем. — Джин пыталась быть деликатной. — Или же нет никакого Высшего, а это все имеет другой смысл. — Гермиона старалась не обращать внимания свирепые взгляды двух дам. — Ты многое не понимаешь, девочка. — наконец взяла себя в руки Барбара, пока Линда не попыталась проклясть девушку. — Ты только лишь недавно начала обучаться нашей магии и много времени провела рядом с этими… «чужаками». — Зато я понимаю, что каждый может ошибаться. Вот Альбус Дамблдор столько раз пытался стать Высшим, а в конце концов умер. Надеюсь, навсегда. — Альбус Дамблдор всегда был бракованным. Его сестра имела потенциал, а вот он нет и не хотел в это верить. Может, для полукровки он действительно имел неплохой потенциал, но для того, чтобы стать чем-то большим — нет. — Барбара презрительно отмахнулась. — Гермиона, прошу, прекрати. — решила вмешаться миссис Грейнджер, пока её дочь не нагрубила посетителям. — Думаю, тебе лучше пойти в свою комнату и отдохнуть, кажется, у тебя вчера был тяжёлый день. — Думаю, ты права, мама. Со мной вчера действительно многое случилось и, кажется, это плохо на меня повлияло. Прошу меня простить.       Девушка слегка склонила голову, скорее как дань этикету, чем уважения, поднялась с кресла и пошла к себе не оглядываясь. Её буквально колотило от негодования. Эти две… Она даже не знала как их назвать… Внутри ведьмы клокотала ярость, магия вновь начала бурлить. Она постаралась с помощью дыхательных упражнений успокоиться. Какая ей разница, что они там себе возомнили. Переубеждать их это все равно, что пытаться убедить волшебников освободить домовых эльфов. Ведьмы так зациклилась на этом Высшем, что ничего желают слушать. Пока им с Гарри нужна защита этих ведьм от Министерства, поэтому нужно молчать. Пусть грезят себе о Высшем, их это не касается.       Гермиона почувствовала себя маленькой девочкой, которая провинилась и теперь идёт в свою комнату. Впрочем, не время сейчас переживать по этому поводу. Она остановилась по дороге в свою спальню, чтобы прислушаться к своим ощущениям. Действительно магия как-то изменилась. Как будто бы одновременно заволновалась и замерла в ожидании. Неужели, действительно появился Высший? Даже если и так, ведьма не завидовала ему. Какое бы не было могущество, оно не стоило того, чтобы тебя рвали на части и переживать страшные ритуалы. Она бы ни за что не хотела бы такое себе и своим близким.       Погрузившись в размышления Гермиона пропустила момент, когда в коридоре появился её отец, держа в руках банку с колой. Она вздрогнула, но быстро взяла себя в руки пытаясь удержать магию. Не хватает еще случайно ранить отца. Он ведь не виноват, что в последнее время его дочь попадает в различные передряги. Кажется, ему тоже не очень нравится шабаш в гостиной, скорее всего этим ведьмам не нравиться присутствие того, кто не может пользоваться магией, хотя они выросли среди магглов и должны к ним относятся лучше. Но кто сказал, что даже среди таких ведьм нет расизма? Они ведь тоже считают себя выше остальных, как когда-то бабушка.       Также в его взгляде направленном на неё светилось любопытство. Девушка готова была отвесить себя подзатыльник за то, что расслабилась и забылась. Ведь она осталась ночевать у парня. Парень с которым они целовались, парень, к которому она неровно дышит и её родители подозревали об этом. Да, она уже большая девочка, у неё был другой парень с которым она раньше жила, поэтому поздно заботиться о её добродетели, которой уже давно нет. Вот только как объяснить это родителям? Ведь для них Гермиона все ещё остаётся её маленькой дочкой, которую нужно оберегать. Мама пока занята другими проблемами и не помнит о том, что дочь не ночевала дома, однако есть папа, который с радостью проведет допрос вместо него. Проклятие! — Очередные кошелки, которые старше самого времени, но пытаются это скрыть. — Дэвид почему-то начал издалека. — И не меняют своего мнения, даже если ткнуть их носом в правду… Твоей матери будет трудно справиться с ними. — Да, бедная мама, не хотелось бы быть на неё месте. — Гермиона тяжело вздохнула и покосилась на отца. — Теперь понимаю, почему она сбежала. Я вот не смогла долго выдержать их присутствия. — Они меня тоже не хотели терпеть. Хотя, как рассказала мне Джин, родители Николсон не пользовались магией и работали в шахте, а Греи были бедными, пока в их семье не появились ведьмы. Мне то плевать, но не нужно строить из себя магических аристократов. — Снобы, они везде снобы. Каждый хочет казаться лучше чем он есть и забыть позорное прошлое. — Грейнджер подала плечами. — Кстати, как там Гарри? — хитро прищурился мистер Грейнджер. — Ты ведь сегодня у него ночевала. — Нормально… То есть я хотела сказать… — ведьма не знала, как нормально выйти из этой ситуации, чтобы отец не имел претензий к Гарри. — Я понимаю. С одной стороны хочется его убить, как требует долг отца, с другой вспоминаю себя в молодости. Ведь мне было плевать на мнение родителей Джин, мы просто сбежали… Гарри неплохой парень, лучше чем твой Рональд. Гарри мне действительно нравится и он влюблен в тебя. Меня только смущает его брак. — Не волнуйся, с недавних пор Гарри стал вдовцом. — Только не говори, что он у этому как-то причастен. — Нет. Она сама виновата, пыталась его убить. И её настигла… кара небес. — Звучит жутко. — А зрелище было ещё то. — И все же ты должна быть осторожнее и так просто не поддаваться чувствам. Гарри, может, и хороший парень, но выдержит ли ваша любовь все испытания? — Я не знаю. Я одновременно счастлива и мне страшно. У меня такое чувство, что скоро должно что-то произойти. — Может этот Высший спуститься с небес и благословит вас? — Да, ну тебя, папа.       Дэвид подшучивал и смеялся на ней, хотя в глубине его глаз отображалось беспокойство. Она понимала, что он волнуется за неё. Ведь девушка уже пережила разрыв с парнем, его смерть и выкидыш. Мужчина помнил в каком состоянии была его дочь и как тяжело ей было прийти в себя. Не то, чтобы они с женой хотели, чтобы их дочь закрылась от мира и больше никогда не заводила отношений. Супруги просто волнуются за дочь. А она мечтает воссоединиться со своим любимым. Да, они ещё не обсуждали будущее, только признались друг другу в любви. Но это ведь начало. Она не собирается давить на него и торопить события. Для неё ведь все это слишком неожиданно.       Гермиона чуть было не улыбнулась, вспомнив сегодняшнее утро. Как Гарри нежно касался её волос и лица после пробуждения, как поцеловал и улыбнулся. Ей хотелось прыгать от эмоций, однако вместо этого она спокойно стояла. Почему она не может быть счастливой? Почему она должна оглядываться на других? Грейнджер уже делала то, что ожидали от неё другие. Спасла Англию, потому что так нужно было, завела отношения с Роном, потому что не хотела чувствовать себя одинокой. Ей хотелось доказать, что она тоже девушка. Получала лучшие оценки в школе, стала старостой и даже завела краткий роман с Крамом.       Только её порывов не оценили. А школе обзывали заучкой и страшилкой, смотрели как на выскочку. Даже говорили, что Грейнджер опоила Крама любовным зельем, ведь как могла всемирная звезда обратить внимание на лохматую бобриху? Особенно разговоры усилились, когда они с Виктором расстались и у неё долгое время не было парня. Наверное, поэтому она и вцепилась в Рона, чтобы доказать всем обратное. Однако, чтобы она не сделала, этого всегда будет недостаточно. А значит нужно жит так как ей нравится, не оглядываясь на других. Вот только ведьма и не подозревала, что судьба приготовила для неё сюрприз.