дай мне разгадать тебя

***

— Ты же мальчик, Чуя. Это как-то по-гейски испытывать интерес к этому ботанику. Юан накрутила тогда розовую прядь себе на палец, с отвращением проговаривая эти слова. Она ненавидела всех, кто отличался от «нормальных» людей. Её парень Ширасу тогда засмеялся, обняв её за плечи. — Чуя точно не из таких, Ю, иначе мы бы давно это заметили. Двенадцатилетнему мальчику тогда нечего было сказать на это. Он слышал угрозу в этих словах, знал, что его друзья в случае подобного расклада просто изобьют его до полусмерти. Им было по двенадцать, но жестокость не имеет возраста и границ. Поэтому Накахара лишь молча кивнул на это, больше не затрагивая тему странного мальчика в бинтах, с которым он очень хочет дружить. С тех пор его друзья стали относится к Дазаю со злобой, они толкали его «случайно», могли оскорбить или спрятать вещи парня. Было удивительным смотреть на равнодушие со стороны парня, которого в открытую задирали. Казалось, что тому вообще было плевать, он лишь пожимал плечами и даже не отвечал ничего в ответ. Когда издевки его друзей становились все жестче, Чуя решил, что хватит с него. Он сказал своим друзьям, чтоб они не лезли к Дазаю, но он знал, что его так не послушают, поэтому добавил, что сам хочет стать причиной чужих слез. Это было неправдой, которую скрепя сердце он произнес. С того дня только он лез к мальчику в бинтах, друзья могли лишь крикнуть что-то в поддержку, но не более. И каким приятным открытием стало то, что нелюдимый и молчаливый одноклассник стал отвечать ему на реплики, стал спорить с ним и разговаривать. Это стало точкой невозврата для рыжего подростка, который кажется, растворялся в этой насмешливой интонации в чужом голосе.

***

Дазай не ответил на эту реплику, хоть его брови и взметнули вверх, прячась под темными волосами. Это было странно слышать. Кто-то хочет разгадать его? Это как? Что этот мальчишка хочет разгадать в нем? Вопросов много, а ответы получать сейчас желания нет. Он достает телефон из заднего кармана джинс и набирает номер. — Пап, я приду с другом. Скоро будем. Сегодня у Мори выходной, но это не будет проблемой. Так что подростки просто продолжили путь. *** У Мори Огая была самая настоящая паника - его сын ведет домой друга. У него нет друзей. Он сам говорил, что все его одноклассники безвольное стадо идиотов, зацикленные на новых телефонах и модных шмотках. Поэтому услышав, что сын идет с другом, врач удивился в спешке заказывая доставку пиццы, потому что дома есть особо ничего не было, а для готовки оставалось слишком мало времени, а мальчики наверное придут голодные или проголодаются вскоре. Мори, даже будучи опытном психиатром, сейчас бегал по дому к каждому окну, что высмотреть идущих Дазая с его другом. Увидев их, он принял самый непринужденный вид, скрывая нервозность за напускным спокойствием. Дазай открыл дверь, запуская внутрь Чую, что неловко стал на пороге, оглядываясь. Обстановка в доме была интересной. Было много книжных полок с мини версиями манекенов с внутренними органами, а в углу стоял скелет. Это был какой-то усовершенствованный кабинет биологии. Однако выглядело это круто. Накахара, не испытывающий особой любви к биологии, с восторгом рассматривал вещицы. — Пап, это Накахара Чуя, мой одноклассник, – Дазай указал рукой на парня позади себя, снимая ботинки. — Приятно познакомиться, Чуя, зови меня Огай или Мори-сан, как тебе будет удобнее, – мужчина протянул ему руку, которую вежливо пожали в ответ. — Я заказал пиццу, но она прибудет только через полчаса. Вы не сильно голодные? — отец Осаму улыбался, не упомянув о том, что о Накахаре он наслышан от своего же сына, который иногда мог рассказать о своей школьной жизни и о «рыжем дебиле», что пристает к нему. Интересно, каким образом они оказались вместе в его доме. — Потом, мы не голодны. Дазай быстро кинул ответ, даже не стал спрашивать своего одноклассника, взяв его за руку и потащив на второй этаж в свою комнату. Зайдя внутрь и закрыв дверь на замок, он плюхнулся на кровать, оставляя место для Чуи. Он понятия не имел, что сейчас ему делать. Но и разбираться не сильно хотелось. — Ты так и будешь лежать? — рыжий пнул его по ноге, после чего сел рядом с интересом оглядывая чужое жилище. Комната была простой, но довольно темной. На стенах висели страницы из книг, личные заметки написанные от руки. Где-то виднелись рисунки разного характера, от милых животных до человеческих органов или черепов. Разнообразно. Возле стены стоял книжный шкаф, полностью заполненный книгами. Видимо, чтение в этом доме уважают и безумно обожают. — Чего ты хочешь? Сейчас? – Осаму медленно поднимается на локтях, поворачивая голову на звук. — Объясни мне физику. Вряд ли ты готов исполнить свои слова. — Ты правда хочешь, чтоб я объяснял тебе физику? Дазай искренне удивляется, не ожидавший такого. — Нет. Еще информатику, математику, биологию и всю школьную программу. Ну нихуя себе запросы. Дазаю всего пятнадцать, а не тридцать, и репетитором он не нанимался, о чем сказал сразу же. — Да ладно тебе, я хочу учится, а ты отличный вариант, чтоб я подтянул учебу. – Чуя задумчиво кусает губы, но готов принять любой ответ, все-таки запросы у него правда огромные. Но почему-то, он уверен, что ему не откажут. — Тебе нужно отказаться от своих друзей, они тянут тебя на дно и ты знаешь об этом. Ширасу вообще тебя презирает, а ты делаешь вид, что вы друзья. Отвратительно. — Ты сдурел? Они мои друзья, ты их даже не знаешь! Чуя был в бешенстве от такого запроса, этот парень вывел его из себя за долю секунды, он угрожающе вскинул указательный палец, тыча им в лежащего парня. — Они тебе не друзья, не хочешь отказываться сейчас? Окей. Это лишь дело времени. Но я не очень хочу скрываться от них и делать вид, что мы не знакомы или ненавидим друг друга. — Послушай.. Чужая рука метнулась вверх останавливая его следующие слова. — Я не буду прятаться, Чуя. Ты либо хочешь заниматься и разгадать меня, либо можешь уходить. Он молча вышел из комнаты, идя в ванную и оставив опешившего Накахару в своей комнате. Но это было честно. Он не хочет прятаться и делать вид, что их ничего не связывает. Не хочет притворяться. Дазай хочет, чтоб с ним считались, а не скрывали от жалких подростков, что даже учиться не пытались. Если Чуя откажется, что ж, его право. Вернувшись обратно, он увидел, что его одноклассник особо не сменил позу. Чуя задумчиво сидел на его кровати, сложив ноги по-турецки. Услышав шум, он поднял взгляд, выглядя очень серьезно. — Я согласен на твои условия. Но заниматься мы будем через день. Сначала уделим время тем предметам, которые я вообще не понимаю, а потом решишь сам, что делаем дальше. — По рукам. Они посидели в комнате еще минут пятнадцать обсуждая предметы и с чего начать. Составили список того, что Чуе нужно и определились со временем. После они спустились, чтоб пообедать заказанной Мори пиццей и на этом распрощались, договорившись встретиться завтра. *** Прошла неделя с момента их договора о дополнительных занятиях. Они занимались каждый день после школы, в планах этого не было. Иногда Чуя ждал Осаму после его дополнительных занятий или других секций, каждый раз придумывая очередную ложь, почему он не идет гулять с овцами. Они шли домой сначала молча, а после разговоры сами полились рекой. Они обменялись контактами, начав общаться по сети, Дазай всегда отправлял дурацкие смайлики, а Чуя шутливо бесился с таких глупостей. Накахара старался учится, он записывал все, что ему говорил одноклассник, выполнял задания и вслушивался в объяснения. У Дазая был странный подход к учебе, не такой, как представлял себе рыжий. Они могли послушать любимые английские песни Чуи, а после дословно разбирали каждое слово и фразу. Так за прошедшую неделю они переслушали столько разных песен, Чуя может самостоятельно разобрать целый текст на английском языке и не допустит ни единой ошибки. Это были странные методы, но рабочие. С физикой и математикой было сложнее, но Дазай показывал все буквально, приводя примеры в деньгах или их отсутствии. Оказалось, учится — довольно весело, когда находишь того, кто интересно объясняет. Благодаря их вынужденному и тесному общению, они стали общаться и в школе. Им было интересно вместе и хоть они все же не часто общались, но перекидывались парой фраз во время учебы. Поначалу на них косо смотрели, когда откровенные издевательства перешли в шутливые оскорбления. И хоть Чуя переживал по этому поводу, полное безразличие Осаму к такому вниманию, его успокаивало. К тому же у них был уговор и прятаться не получится никак. В этом были свои плюсы. Накахара мог проболтать всю перемену перед контрольной с Дазаем, повторяя итак наизусть выученные термины и задачи, но проговаривая их другу в сотый раз, ему становилось лучше. Уверенности добавляла еще ободряющая, мягкая и искренняя улыбка напротив. Ради такого можно и постараться. Спустя три месяца их занятий у Чуи заметно улучшились оценки. Учителя стали его хвалить и радоваться, что он взялся за голову. Одноклассники были удивлены такому резкому успеху, теперь с интересом поглядывая на дружбу между заядлым двоечником и мальчиком-отличником. Никто особо не решался узнать как так вышло, потому что если кто-то пытался открыто выступить против Осаму Дазая, рядом с ним слишком быстро оказывался рыжий пацан, который одним ударом в челюсть отбивал все желание спрашивать. К местному фрику больше никто не лез, к Чуе боялись даже подойти. И в целом все было бы прекрасно, оценки стали лучше, учеба даваться легче, а еще бинтованный одноклассник под боком, только вот одно «но». Овцы, видя его странную дружбу с Дазаем, постоянно пытались узнать, как так получилось. Ширасу кидал язвительные фразочки, а Юан хихикала над ними, обнимая своего парня за руку. Накахара правда пытался игнорировать эту тему, все эти странные намеки и косые взгляды. Но в голове то и дело, всплывали слова Дазая, который насмешливо говорит ему о том, что вся его компашка ему не друзья. Чуя не верит ему и не будет. Сейчас они сидят дома у Юан, играют в настолки и распивают вишневую газировку. Ширасу и Намико ушли вниз забрать доставку, а Мисо расположился на подоконнике, куря сигарету. Ребята возвращаются с пиццей через десять минут, они рассаживаются на полу, начиная трапезу. Чуя был рад находится тут, начиная думать, что они снова большая семья и нет между ними никакого холода и обидных шуток. — Эй, Чуя, может пригласим фрика на нашу тусовку? – Ширасу опирается на руки, ухмыляясь. — Это будет лишним. — Чуя хмурится на такое обращение к его новому другу. Он бы никогда не притащил сюда Дазая, зная своих друзей и то, что Осаму может втоптать их всех в грязь парой фраз. — Чууууя, мы тоже хотим посмотреть, что ты нашел в этом ботанике. – Юан театрально дует губы, обиженно сверкая глазами. Накахара начинает чувствовать неладное от такого напора. Он не дурак, чтоб притащить одноклассника к людям, которые его ненавидят, свято поверив в то, что они изменились и хотят подружится. — Я же сказал. Нет. Намико прыскает в кулак и расслабленно пьет свою газировку, с явным презрением смотря на члена их школьной банды. — Чуя, ты его так рьяно защищаешь от нас, боясь, что он обидеться и перестанет трахать тебя в зад? – Намико злиться и это видно по его бешеному взгляду. — Что ты несешь.. – Накахара теряется от такого выпада, начиная выходить из себя за подобные вещи в сторону Осаму. — Заткнись нахуй. — Да ладно тебе, мы уже поняли, что ты любишь, когда тебя дерут как сучку. Что еще ты ему позволяешь, чтоб он за тебя домашку делал? – Юан складывает руки на груди, язвительно улыбаясь, ее поза кричит о том, как её друг пал в её глазах. — Юан, думаю, что Чуя острый на язык не только в словах. Компания, за исключением Чуи, начинает смеяться, не замечая бури в голубых глазах. Он сжимает руки в кулаки, медленно оглядывая всю компанию и наконец понимая, про что ему говорил Дазай. Какой же он дурак, что не верил. — Не переживайте, ребята. Вы тоже найдете себе кого-то, кто сможет помочь вам перестать быть жалкими моральными уродами. Сомневаюсь, что у вас это получится даже через постель, но вы не теряйте надежду! Чуя встает со своего места и подлетает к двери из комнаты, он почти вышел, но оборачивается в последний раз. — И его зовут Дазай Осаму. Запомните имя человека, который затмил вас всех одним своим существованием. Он уходит, хлопая дверью и быстро выбегая из дома уже бывшей подруги. Нельзя было описать какие эмоции он ощущал. Злость и обида сковывали всего его тело, мешая нормально думать. Предательские горячие слезы текли по щекам, агрессивно стираемые кулаками. В голове туман от неверия в то, что его друзья оказались просто кучкой сброда с комплексом бога. Он набирает номер из недавних, уже пройдя достаточное количество пути. Ему отвечают спустя три гудка. — Чуя? — Дазай, можно я приду к тебе? Голос на том конце становится серьезным, когда отвечает. — Я заварю чай. ***