Этому не бывать!

      Две недели спустя…

***

      День для Мэй’витэй выдался трудным, чего только стоила очередная тренировка по верховой езде с её нареченным… На этих тренировках Мэй’ви было крайне неловко и некомфортно. Ведь они проходили на общем тренировочном поле в присутствии других будущих охотников, которые обучались там же верховой езде и стрельбе из лука. А потому как ее с Нетейамом представление продолжалось, им приходилось крайне хорошо отыгрывать свои роли «влюбленных голубков», как их прозвал младший Салли из-за их постоянных нежностей, которые юные на’ви показушно проявляли друг к другу, дабы все думали, что они и впрямь пара. Кто такие эти «голуби» Мэй’ви до сих пор не знала, но не это главное. Главное то, что судя по тому как все смотрели на неё с Нетейамом и с лукавыми улыбками перешептывались, а также какие слухи о них ходили по клану, всё шло как надо и ни у кого сомнений в их «любви» не закрадывалось. Все верили, что у Мэй’ви и Нетейама всё закрутилось само собой и были только рады. А это значит что, юные на’ви прекрасно справлялись со своей задачей. Правда вот Мэй’ви стало казаться, что Салли стал чересчур вживаться в свою роль влюбленного принца Оматикайя. Он раньше был такой сердитый, несколько придирчивый, строгий, так раздражал её. А сейчас он так мил, не лезет больше в спор с ней. Даже когда никого рядом не было и сама Мэй’ви расслаблялась и вела себя как обычно, Нетейам так и оставался прежним. Был также нежен, внимателен и ласков как и при всех. Последнее время Нетейам вообще стал более мягок с ней, чем раньше, не понятно почему. Поведение и мотивы Салли были слишком непонятные, неоднозначные. Мэй’ви старалась не задумываться над этим, боясь что неправильно всё же всё воспринимает и ошибается. Поэтому главным и самым волнительным для Мэй’ви был теперь вопрос — что же именно он к ней чувствует? Ведь сама Мэй’витэй начинала испытывать к Нетейаму странные противоречивые чувства. Иногда она ненавидела каждое его слово, да вообще его в целом терпеть не могла. Иногда она хотела даже влепить ему пощечину. Но… В тоже время порой хотела его обнять так сильно и не отпускать больше никуда. Хотела почувствовать его тепло, прикосновения, хотела быть рядом. Он просто сводил ее с ума. Мэй’ви всё чаще спрашивала себя, что же это всё значит. Она всегда держала всё под контролем — так было всегда, так должно быть и сейчас. Но мысли о Салли заполонили её мозг, как маниакальное наваждение. Свалилась проблема, откуда не ждали! Как ей теперь от него избавиться? Как погасить это неуправляемое чувство? Сопротивляться и отрицать очевидное было бессмысленно — и так Мэй’ви понимала, что это не обыкновенная симпатия. Рядом с Нетейамом Мэй’ви наконец впервые за долгое время ощутила что-то кроме душевной боли и тоски, а это уже о многом говорило. В душе Мэй’ви вибрировало знакомое чувство рядом с Нетейамом. Мэй’витэй думала уже никогда его не почувствует. Оно поглощало, нагло вторгаясь в её жизнь, с каждым днём всё больше и больше. И от того, что Мэй’ви чувствует к парню ей не удавалось избавиться никак. Салли начал все больше заполнять её мысли, не оставляя место для других, а его образ преследовал, даже во снах. Пусть девушка внешне и показывала отстранённость и недовольство. С Мэй’витэй явно происходило что-то такое, очень знакомое. И это пугало её, злило, раздражало, это совершенно ей не нравилось. Ведь из-за этого она чувствовала себя совершенно другой — слабой, уязвимой. Как когда-то давно. Она знала что будет если открыть кому-то своё сердце и не собиралась этого делать. Сколько было у Мэй’ви вымотано нервов, сколько вечеров, бессонных ночей, проведённых в печали… И бесчисленное множество попыток убедить себя в том, что Нетейам для неё ничего не значит…. Внутренний голос настойчиво и неустанно требовал искоренить зарождающиеся чувства в душе. Но она не могла уже этого сделать и с ужасом признавалась себе, что кажется и впрямь влюбилась. Но Мэй’витэй не хотела хранить эту любовь, потому что понимала, сколько боли, слез и разочарований она принесёт. Она старалась убрать эти зарождающиеся чувство, обрубить на корню.       Была у неё когда-то любовь. Давно. И что это дало? Разбитое сердце. Вот и всё! Больше Мэй’ви не ступит на эту кривую дорожку. Не поддастся глупым чувствам. Побыла уже как-то наивной дурой. Хватило одного раза на всю жизнь! Мэй’витэй давно зареклась влюбляться и не думала что вообще будет способна снова искренне полюбить кого-то. Знаете, как больно любить кого-то, зная, что рано или поздно он разобьёт вам сердце? Зная, что ничего из этого не выйдет. Мэй’витэй прекрасно знала себя и свой характер, с которым никто почти поладить не мог. И потому прекрасно знала что её отношения с Салли с самого начала были обречены. Мэй’витэй была уверена, если они будут вместе это будет просто сущий кошмар для них обоих. Они как торнадо и вулкан, а что происходит, когда торнадо встречается с вулканом? Правильно — ничего хорошего. Катастрофа. Юные на’ви не будут, не смогут быть счастливы вместе. Даже у Салли есть ответные чувства, Мэй’ви боялась что-то начинать, зная что всё кончится весьма плачевно. Всё равно явно всё было без шансов и не зачем даже пытаться и страдать. Её сердце и так было разбито дважды — после смерти матери и расставания с первой любовью. Больше подобной боли сердце Мэй’ви не выдержит. Ей уже было больно осознавать, что скоро они должны будут отдалиться друг от друга, когда Салли выберет наконец себе пару. Но Мэй’витэй старалась не жалеть и не думать об этом. Любовь — это болезнь. Она преследует нас днём и мучает даже ночью. Любовь убила больше, чем любая болезнь. А потому Мэй’ви ни за что не впустит снова в своё сердце этот источник нескончаемой боли. Безусловно её восхищала любовь как чувство. Истинная любовь иногда обладает такой силой, которая способна перевернуть жизнь. Но любовь многолика. И есть совсем иной род любви — самый жестокий. К сожалению, Мэй’ви уже была научена опытом, испытав на себе все прелести этой любви. И теперь она боялась. Боялась что это вновь повторится. Что её вновь ранят, сделают очень больно. Потому она приняла решение беречь свое сердце от лишней боли и никому больше не отдавать его. Никому она больше не доверяла, после того что с ней было. Возможно это трусливо и эгоистично, но такого было её решение. А раз она приняла его то уже никто не переубедит её. Мэй’ви следовало поскорее избавиться от этой напасти под названием Любовь. Пока она до конца не захватила её душу и сердце как злой сорняк приносящий только вред.       Сегодняшний вечер будет не менее трудным чем день. Мэй’ви и её семье предстоит провести его за ужином с семейством Салли. Оло’эйктаны решили что их семьям нужно почаще устраивать такие посиделки, чтобы сблизиться, ведь в конце концов они скоро породнятся. Это значит Мэй’ви снова придется не только терпеть присутствие Нетейама, но и изображать влюбленных с ним. Это самое тяжёлое и ужасное испытание, которое ей предстоит вынести за последние дни. Девушка старалась как можно меньше пересекаться с женихом, даже в тайне ото всех ночевала уже не с ним, а в палатке Никиро. Да это было рискованно и если кто-то об этом узнает, то будет много вопросов и недопониманий. Но Мэй’витэй не могла и не хотела сейчас ни находится рядом с Салли, ни говорить с ним, а уж тем более спать в одном гамаке, пока окончательно не успокоит бурю в своей душе и не охладеет к нему снова. Она с трудом выносила их тренировки, стараясь изо всех сил сдерживать себя, не поддаваться чувствам и не показывать их. Это ужасно выматывало её душевно. А тут этот дурацкий ужин, который Мэй’витэй не вправе пропустить. Ведь он был ещё и в честь того, что Мэй’ви успешно совершила чистое убийство на вчерашней охоте и скоро сможет уже отправиться с другими юными охотниками к гнездовью икранов, дабы пройти обряд инициации Оматикайя — Икнимайа. Но даже тот факт, что Мэй’ви нужно будет взобраться на самую высокую гору и укротить летающего свирепого хищника, не пугал ее так сильно, как сегодняшний ужин. Впрочем, ничего страшного, ещё и не с таким справлялись. Мэй’ви ухитрилась сбежать от бдительного Нетейама на охоту в одиночку, которая к тому же прошла удачно, так что считай, боевое крещение прошла, теперь ей ничего не страшно и всё по плечу!

***

На Пандору опустились сумерки. Мэй’ви готовилась к ужину. После тренировки по верховой езде ей необходимо было привести себя в порядок и переодеться — вся одежда была как обычно в грязи, после нескольких падений с па’ли.       Местом для переодеваний ей служила палатка Никиро, которую тот любезно предоставил ей. Хотя учитывая, как часто девушка здесь бывала за последние две недели, это наполовину уже было её жилище. Даже некоторые свои вещи Мэй’ви принесла сюда. К счастью лучший друг сильно не донимал её вопросами, на тему — почему Мэй’ви не хочет больше ночевать с Нетейамом. Он вообще не часто интересовался их отношениями. Это радовало. Ведь Мэй’ви совсем не хотелось говорить на эту тему. В тот момент, когда Мэй’ви как раз закончила одеваться, по деревянной балке палатки неожиданно постучал кто-то. Девушка дернулась невольно и навострила уши.       — Можно? — раздался вдруг знакомый баритон. Мэй’ви поёжилась, прижимая от волнения уши. Может показалось? — Мэй’витэй! Не показалось. Девушка замерла, в голове вновь и вновь слышала повторяющиеся слова и такой приятный и рвущий сердце на части голос. Только Нетейама ей сейчас не хватало! Опять поговорить хочет? За эти дни он несколько раз пытался это сделать, да только Мэй’витэй умело избегала этих разговоров, предполагая на какую тему они будут беседовать. Мэй’ви помотала головой, прогоняя навязчивые мысли, глубоко вздохнула, изо всех сил пытаясь изобразить спокойствие и безмятежность, чтобы не выдать внутреннее напряжение и злость.       — Что тебе нужно? — обречённо вздохнула Мэй’ви, нервно приглаживая волосы пальцами.       — Поговорить с тобой наконец, — сурово отозвался юноша, продолжая стоять за пологом жилища. Мэй’ви раздраженно вильнула хвостом. Так и знала. — Мне кажется нам нужно многое обсудить. Мэй’ви тяжело вздохнула. На тренировках она обменивалась с ним лишь парой фраз и то касаемо обучения, а сразу после поскорее сбегала от него подальше и на все его попытки поговорить отвечала отказом, ссылаясь на то, что ей якобы некогда и нужно уже куда-то торопиться или кому-то помочь. Отчасти так и было, но правда не каждый раз за две прошедшие недели. Конечно у неё выдавалась минутка, а то и больше, чтобы поговорить с ним. Поговорить… Но к разговору она пока что морально не была готова, рядом с Нетейамом голова вмиг пустела, она никак не могла придумать, что сказать, с чего начать разговор, как подобрать слова, чтобы донести до него всё. И сейчас она тоже всё ещё не была готова. Или же к своему стыду, просто трусила.       — А мне кажется нет. Мне не о чем больше с тобой говорить. Уходи! — прорычала нарочито громко и злостно Мэй’ви, желая чтобы Салли поскорее убрался отсюда. Лучше было бы всё конечно обсудить, а не морозиться и бегать от Нетейама по всей деревне. Конечно она уже устала от беготни и постоянного страха. Но пока в ней бушует ураган, а мысли не собраны, нужно отложить. Лучше так. Однако Салли был другого мнения. Его терпение лопнуло. И разрешение Мэй’ви, как оказалось, ему и не требовалось. Он откинув полог шатра решительно шагнул внутрь. Мэй’витэй вздрогнула, но не повернулась. Сердце пропустило удар. Мэй’ви спиной чувствовала обжигающий кожу взгляд, от чего все тело начало покрываться мурашками. Нарастающая тревожность внизу живота начала усиливаться. У девушки впервые не было сил повернуться, не хватало духа это сделать именно сейчас. Ведь она знала, кто стоит за ее спиной, чувстовала его запах, слышала тяжелое дыхание и взмахи хвоста. Она знала и совершенно не желала поворачиваться. Вот только Мэй’витэй не может всю жизнь простоять так здесь, потому, собрав всю храбрость в кулак, девушка развернулась и уставилась на Нетейама недовольным взглядом.       — Я не разрешала тебе войти, — придерживаясь своей привычной манеры общения с ним, немного резко заметила девушка. Он приблизился к ней за пару шагов и навис грозовой тучей, учащенно дыша. Девушка заволновалась, но виду не подала, смотря уверенно прямо на него. А взгляд-то какой злой… Мэй’ви отчётливо видела, как поджаты в недовольстве его губы, как недобро хмурятся брови, как резко дёргается хвост, выдавая раздражительность.       Мэй’ви невольно сжалась, отступая на несколько шагов, сложила руки на груди, отводя взгляд. Нетейам окинул её строгим взглядом, плотно сжимая губы.       — Нет мы поговорим. Мне есть что сказать тебе, — сурово выдохнул Салли, медленно подходя ближе. — Я вот уже несколько дней пытаюсь это сделать. Но ты все время сбегаешь от меня! Я не уйду пока не поговорим!       — Поговорим позже! Мне некогда сейчас!       — Старая отговорка. — заметил недовольно юноша, недобро улыбаясь. — Сноровку растеряла? Мэй’витэй грозно глянула на него. Салли не собирался уходить всё равно и прожигая её взглядом, сказал, но сквозь стиснутые зубы и немножко зло:       — Я не могу так больше. Я пытаюсь с тобой поговорить уже две недели! Сколько можно меня избегать? Так трудно поговорить со мной?       — Что если я не хочу разговаривать? — выгнув бровь, проговорила с вызовом во взгляде Мэй’ви. Юноша на это втянул воздух сквозь стиснутые зубы, раздраженно мотая хвостом, показывая явное недовольство ответом. — И когда это я тебя избегала? Виделись недавно только. Что уже успел соскучится по мне? Польщена, — она наигранно улыбнулась, приложив руку к груди.       — Перестань паясничать. — понизил голос юноша, что не предвещало ничего хорошего.       — Хорошо. Перестану. Если ты уйдешь наконец, — и с фальшивой улыбкой притворно ласково добавила: — Пожалуйста, — но заметив, что Салли не торопится уходить и после этого, она увереннее и громче произнесла, неосознанно сжав ладони в кулаки от раздражения: — Я попросила вежливо. А могу грубо!       — Знаю что можешь. Но не прогоняй меня, я все равно не уйду.       — Нет уйдешь! — приказным тоном сказала она. — Я не буду сейчас с тобой ни о чем говорить! Сейчас не время, — но и после этих слов юноша не сдвинулся. — Ты выйдешь или мне тебя за косу вытащить отсюда? — нетерпеливо виляя хвостом, поинтересовалась Мэй’ви. Но он продолжал стоять как вкопанный. — У-хо-ди! — по слогам проговорила чётко и сердито Мэй’ви. Голос ее от напряжения и злости вибрировал, а хвост метался туда сюда. — А то недолго осталось. — предупредила она с угрозой во взгляде пламенном.       — До чего?       — До твоей сломанной челюсти! Салли недовольно вздохнул, закрыв глаза и прижимая пальцы руки ко лбу.       — Ну почему с тобой так тяжело? — прозвучало не строго, не в упрёк, а как-то даже грустно. Он посмотрел ей четко в глаза. — Я надеялся остаться с тобой наедине на охоте и поговорить наконец, но ты просто взяла и сбежала от меня, стоило мне заикнуться о разговоре. Как это называется по-твоему? — он устало вздохнул и потер переносицу. Вид у него был не самый лучший. Кто-то явно последнее время плохо спал и ел, судя по бледному лицу и темноватым кругам под глазами. — Простой разговор. Это что так трудно? Или тебе просто нравится издеваться надо мной? Тебе приносит это особое удовольствие? Мэй’ви хотело было оправдаться, но не стала. Она ощутила вдруг вину перед ним и стыдливо поджала губы, отрицательно качая головой. Разумеется ей не нравилось издеваться над ним, вообще над кем либо. Да, наверное пора бы все же поговорить и не мучить его больше.       — Я так понимаю ты не отступишь и не отвяжешься от меня, пока я не соглашусь поговорить.       — Правильно понимаешь. Девушка несколько секунд помолчала, раздумывая.       — Ладно, — смилостивилась Мэй’ви, глядя на него уже более спокойно. — Давай поговорим. О чём ты хотел поговорить?       — А ты будто не догадываешься. О тебе, конечно. — вздохнул Салли. — Что с тобой происходит? Ты стала совсем другой? Игнорируешь меня, избегаешь. В чем причина? Объясни, пожалуйста, — уже более требовательно просил юноша, не смотря на вежливую формулировку. Мэй’ви дёрнула желваками. Чего она не хотела, так именно этих вопросов. Где-то в глубине сознания она надеялась, что ей удастся избежать разговора на эту тему.       — Я не понимаю тебя. Со мной всё нормально. Я такая же как прежде, — с невозмутимым равнодушием ответила девушка, делая вид что не понимает, оглядывая его ледяным взглядом.       — Тогда долго ещё ты будешь от меня бегать? — он непрерывно смотрел ей в глаза, и она пыталась отвечать тем же. А что говорить-то? Она не знала.       — Я не бегаю… Просто… — она на ходу пыталась придумать оправдания, но так ничего и не смогла выдумать.       — Я заметил, — скептически хмыкнул юноша. Он приблизился к ней. Она попятилась назад, противореча собственным словам, пока не упёрлась в плетёную стену. Чем ближе он подходил к ней тем напряжённее становились оба. Уперевшись ладонями в ткань хижины, по обе стороны от ее головы, Салли наклонился к ней так близко, что жаркое дыхание его касалось её лица. Мэй’витэй с трудом выдержала его суровый взгляд и всё же опустила глаза ниже. Взгляд девушки упал на губы, которые все никак не давали покоя ей уже давно. Хотелось дотронуться до них пальцами, а лучше собственными губами и, возможно, слегка прикусить их и… «Стоп!» — воскликнул внутренний голос Мэй’ви. Мысли её снова ушли не в то русло… Нужно успокоиться, но это так сложно! Встряхнув головой, девушка попыталась таким образом прогнать неуместные мысли из разума, однако взгляд свой все равно не отвела.       — Почему ты меня избегаешь? — наконец прервал молчание Салли. — В чем дело? Почему почти совсем перестала контактировать со мной? — глубоко вздохнул, взъерошив волосы, губы дрогнули, растягиваясь в обречённой улыбке, — ты злишься на меня, да? Я тебя обидел чем-то? Что-то не так сделал?       — Нет. Нет! — запротестовала Мэй’ви, хмурясь. — Успокойся. Ничего такого. С чего ты это взял?       — А что ещё мне думать? — отчаянно спросил Нетейам. — Я чувствую что ты отдалилась от меня. И это действительно так. Ты стала вечно убегать от меня куда-то. Не хочешь разговаривать, спишь теперь не пойми где, шугаешься от меня, как от какого-то монстра, а когда мы наедине остаёмся, всё время молчишь и сторонишься меня, — на одном дыхании быстро выговорил он. — Мэй’ви. Расскажи мне, в чём причина. Девушка вздохнула обречённо. Внятная причина у неё есть, только Мэй’витэй не может и слова вымолвить. Как сказать-то? Он терпеливо ждал, а она пыталась собраться с мыслями. Сейчас бы не отказалась от передышки. Снова опустела голова, снова руки начали мелко подрагивать, снова чаще забилось сердце. Вопреки надеждам, нужная мысль так и не пришла и она медленно спросила:       — Чего ты хочешь от меня? Вцепился так — не оторвёшь. Почему тебя всё это так волнует? — искренне не понимала девушка. — Главное, чтобы всё шло сейчас по нашему плану. Тебя не должно беспокоить то, как я к тебе отношусь. Это неважно.       — Для меня это важно! — возразил Салли, чуть повысив голос. — И меня это беспокоит. Меня это очень беспокоит. И я хочу наконец понять в чем причина такого твоего поведения. Получить ответы на свои вопросы. Мэй’ви раздраженно рыкнув, нервно пожевала губы, не зная как уже отделаться от него.       — Обязательно отвечать прямо сейчас?       — Да! — Салли резко отпрянул от неё, сердито виляя хвостом, и девушка наконец смогла облегчённо вздохнуть. Салли недовольно смотрел на нее, а она, глядя на него, чуть наклонила голову в бок, не понимая почему он так сердится. — Издеваешься?! Ты будешь долго делать вид, что ничего не изменилось? Притворяешься будто ничего не понимаешь! — Салли повысил голос, срываясь с цепи.       — А что изменилось? — с наигранным недоумением спросила Мэй’ви.       — Всё! Всё изменилось. После нашего поцелуя наши отношения… «О, нет, нет, нет. Начинается.» Мэй’витэй тут же почувствовала как внутри нарастает недовольство.       — Ты хочешь именно сейчас об этом поговорить? — зло спросила она.       — А когда? Ты меня то избегаешь, то игнорируешь!       — Зачем мне вообще это обсуждать с тобой? Думай, что хочешь мне плевать. Это твое право.       — Ну конечно, — закивал Салли, зло сжимая губы. — Удобная позиция.       — Да какая позиция?! — вспылила Мэй’ви. — Оставь меня в покое! Это не повод для обсуждения. Тем более что обсуждать здесь нечего. Ничего не изменилось.       — А, то есть ты так к этому относишься, — сделал вывод Салли.       — Странно, что ты относишься по-другому, — парировала Мэй’витэй. — Это был просто поцелуй, который ничего не значил. Это было одноразово…просто ради нашего с тобой спектакля и ничего не меняет в наших отношениях.       — Я знаю, ты придерживаешься совсем другого мнения, но только не говори снова, что ничего не почувствовала тогда. Тебе ведь даже понравилось, — неожиданно абсолютно твердо сказал Нетейам. Мэй’ви ошарашенно вскинула брови.       — Ты…да ты… — всё что смогла промолвить девушка, задыхаясь от возмущения. — Ты-то откуда знаешь? — быстро задала вопрос, стискивая зубы до скрипа, Хотелось развернуться и уйти, но лишь сильнее сжала кулаки, пряча их за спину.       — Несложно было догадаться. — спокойно ответил юноша. — По глазам твоим увидел ты хотела, чтобы это повторилось. И я понимаю тебя. Это было потрясающе, — с искорками в глазах и предыханием ответил Салли. Эти обворожительные кошачьи глаза, казалось смотрели прямо в душу.       — Это было чудовищно, — нарочно соврала Мэй’ви, чтобы он ничего себе не напридумывал.       — Чудовищно?! — изумлённо воскликнул он. — Это единственное что приходит тебе на ум?       — А что по-твоему я должна сказать? Говорю как есть, — пожала плечами девушка.       — Это ты, просто так говоришь, потому что злишься, — покачал головой Салли, убежденный в своей правоте.       — Ничего подобного. Нетейам несколько взволнованно посмотрел на неё. Сказанное ею, недолго беспокоило его, но вскоре он снова воспрянул духом.       — Ты просто бесишься. Честно, у меня нет опыта по части поцелуев, но мне понравилось. Мэй’витэй застонала от возмущения.       — Ну поздравляю! А мне нет! Ты меня не интересуешь в этом плане соответственно я ничего и не чувствую. Я к тебе абсолютно равнодушна, — нагло врала Мэй’ви, придерживаясь своего решения, искоренить свои чувства.       — Ты всё врёшь, — спокойно но твёрдо произнес он. — Я чувствую это. Только не понимаю почему ты это делаешь. Почему ты врёшь мне и самой себе? — не сбавляя обороты, продолжал он, стоя уже непозволительно близко к ней. Она была словно загипнотизирована пылающим взглядом Салли и не обратила внимание как его рука тянется к ней. — Я ведь вижу, что ты на самом деле чувствуешь рядом со мной. — Его пальцы нежно погладили ее щеку, и кровь девушки закипела под ними. Пульс её резко подскочил, и Мэй’ви почувствовала, как земля начала уходить из-под ног. — Ты бы не испытывала этого, если бы я был тебе безразличен, — приглушенно сказал он, взяв ее за подбородок, выбивая этим остатки воздуха из лёгких. Но Мэй’витэй быстро придя в себя, резко ударила его по руке, отстраняясь.       — Ты что себе позволяешь?! — зарычала Мэй’ви.       — Видишь. Твоя реакция подтверждает мои слова. Я давно уже научился понимать, что ты чувствуешь на самом деле. И я точно знаю, что небезразличен тебе, — сказал твердо Салли. Нетейам не хотел сдаваться, Мэйви это видела; он слишком переживал и чересчур серьезно был настроен, из-за чего слабо хмурился.       — О, Великая Мать, дай мне терпение! — воскликнула, закатывая глаза, девушка.       — Если я не прав. Скажи тогда, что я тебе противен. Скажи мне это прямо, глядя в глаза! — уже с явным давлением потребовал юноша, шагнув к ней. Девушка поёжилась инстинктивно отступая назад. Он что насквозь её видит? Она бы и рада сказать, что он противен ей да только силы духа на это уже не было. Язык не поворачивался сказать это. Да и нет смысла это говорить, если он не верит.       — Хорошо, допустим я что-то и чувствую к тебе, — поддалась Мэй’ви, яростно скрипнув зубами, не зная уже что делать, — но самую малость. И уверяю тебя. Это не имеет никакого отношения к любви, как и то, что ты чувствуешь ко мне! Просто лёгкая, небольшая симпатия!       — Хочешь сказать, что между нами всё было не всерьез, да? — Нетейам прижал уши и испытующе смотрел на неё скептическим взглядом.       — Но это так.       — Говорить такое после того что было просто… — начал было причитать Салли.        — Хватит! — оборвала она. Надоело. — Это то что должно быть. Мы заключили договор — вот и придерживайся его! У нас у каждого своя жизнь! Понял, уяснил? Юноша старался не показывать свои эмоции, однако выглядел немного поникшим.       — Уяснил, — сухо отозвался он. — Хорошо. Больше я не стану поднимать эту тему.       — Отлично, — выдохнула Мэй’ви.       — Теперь, когда мы объяснились, …можно сосредоточиться на главном. На нашем плане, — его голос стал уж больно безжизненным. Это напрягло девушку.       — Я с тобой полностью согласна. Давай не будем все портить, — всё сложилось как нельзя лучше. А Мэй’ви так боялась. Но только почему в груди так болело у неё, словно сердце пронзила стрела? — Идём. Не будем заставлять других ждать. — не обращая внимания на эту боль, она направилась к выходу, но Салли вдруг позвал:       — Подожди.       — Ну что ещё? — буркнула недовольно Мэй’ви, разворачиваясь.       — Это не займет много времени, — проговорил Салли, неожиданно доставая из-за пазухи большое ожерелье из бусин. Мэй’витэй не сдержала восторженный вздох, округлив глаза, увидев прекрасное плетение из бусин на ладони юноши. И к тому же она знала, что это за ожерелье. Это непростое украшение. Такие ожерелья из бусин, являются символом глубокой привязанности между членами клана Оматикайя, ибо связывающие его бусины нити столь же крепки, как и узы между соплеменниками. И так как это особое украшение, то и дарят его по особому. Ритуал дарения ожерелья довольно прост, но очень красив: изготовитель украшения, он же дарящий, сперва надевает его на себя, после чего вместе с тем, кому предназначен подарок, они встают рядом, соприкасаясь лбами, и, размотав ожерелье, дарящий надевает его на шею нового владельца. Этот ритуал и провернули юные на’ви. В момент, когда они соприкоснулись лбами и Салли стал разматывать ожерелье и надевать его на шею Мэй’ви, девушка вдруг осознала что в наглую опять самозабвенно смотрит на его губы. Дыхание юноши оседало на её губах, вызывая лёгкое приятное покалывание в них. Сердце её гулко билось в груди, а дыхание участилось. Мэй’ви упустила тот момент, когда близость Салли стала вызывать такую бурную реакцию. Хотя… Наверное, ещё с первого поцелуя, который все не шел из её головы. Она всё вспоминала прикосновения юноши, жар тела, губы. Такие манящие, бархатистые, мягкие, немножко розовые.       Мэй’витэй дёрнула плечами и часто заморгала, пытаясь собраться с мыслями и перевела взгляд с губ юноши на его глаза. Она чуть не ахнула и напряглась, когда увидела как потемнели радужки его, а зрачки расширились. На дне их словно плясало темное и жгучее пламя. Салли вдруг закусил губу. Мэй’ви тяжело сглотнув, нервно дёрнула хвостом, задев случайно ногу юноши.       — Не волнуйся, — томно выдохнул сын оло’эйктана. От его тембра мурашки пошли по спине Мэй’ви. — Я не поцелую тебя… пока сама не попросишь, — уголки его губ чуть подрагивали в попытке сдержать лёгкую улыбку. Девушка закатила глаза.       — Надеюсь ты сдержишь своё обещание, будущий вождь, — изо всех сил пытаясь не показывать свое смущение, привычно ответила Мэй’ви, чувствуя как скрутило низ живота, а в груди поднялась жаркая волна трепета от прикосновений пальцев юноши к её шее, пока он завязывал шнурки ожерелья. Мэй’витэй только вздохнула, силясь унять разбушевавшееся сердце. Закончив с завязками, Нетейам на удивление Мэй’ви не спешил от неё отходить, всё стоя в опасной близости. Сама она стояла на месте, словно вкопанная и не сводила с него глаз, будто чего-то ожидая.       — Оно было моим. Теперь пусть будет всегда с тобой. Ожерелья могут передаваться от одного члена клана другому, таким образом формируя бесконечную взаимосвязь внутри клана, — проговорил бесстрастно Салли, смотря на то как хорошо ожерелье подчеркнуло тонкую и длинную шею девушки. Мэй’ви кивнула. Она понимала что это лишь обычай и ничего более. Но это действительно вызывало волну странных, но таких приятных чувств. На’ви действительно была благодарна Нетейаму за подарок, но сказать вслух сил не нашла. Особенно когда дыхание перехватило, когда почувствовала, как его ладони осторожно, случайно касаясь кожи шеи, поправили все её косы назад, чтобы можно было без проблем любоваться ожерельем. Мэй’ви сама не поняла, почему дышать стало как-то тяжелее, и просто очень надеялась, что её гулкое бешеное сердцебиение Салли не услышит. Оправдать это она бы не смогла, даже если бы очень захотела.       — Красивое, — на выдохе произнесла Мэй’витэй, опуская взгляд ниже, чтобы полюбоваться на ожерелье. Нетейам же сначала ничего ей не ответил, будто пытаясь осмыслить что-то в голове, глядя куда-то сквозь неё. Салли, сделав глубокий вдох, неожиданно коснулся пальцами её спины, на уровне талии. Осторожно, но нежно, будто боясь, что девушка отстраниться, обжигая кожу своим касанием. Мэй’ви показалось, что в этот момент она перестала дышать, пока глаза стали нервно смотреть перед собой, куда угодно, но только не на юношу.       — Знаешь, — подавив хрип в голосе, Нетейам, точно сам не понимая, что делает, стал рисовать пальцами какой-то узор на ее спине, и каждое такое движение пальцев отдавало жаром, который Мэй’ви испытывала. Его прикосновения всколыхнули внутри те самые чувства, которые упорна она пыталась погасить. — Я всё же должен сказать тебе ещё кое-что, — шёпотом сказал он, пододвигаясь ближе. Салли несравненно нервничал сейчас, но не знал наберётся ли смелости в следующий раз. Лучше сейчас. Медлить опасно. Мэй’ви замерла в недоумении, смотря на него словно загипнотизированная. Что же он?. Похоже он смущен, судя по тому как дёргаются уши и нервно бегают глаза. О, как ласковы эти глаза. Он посмотрел на её губы, быстро облизал свои и склонил голову, словно намереваясь поцеловать. С каждой секундой дыхание юноши становилось все чаще и глубже.       — Что сказать? — Мэй’ви сдавленно сглотнула, понимая, что вот-вот потеряет над собой контроль. Как бы ей не хотелось это признавать, но она так давно желала вновь прильнуть к его устам своими. Но вместо того, чтобы отбросить все сомнения и поцеловать его, она просто стояла и смотрела в его, казалось, бездонные глаза, зрачки которых максимально расширились. Девушка сама не заметила как расстояние между ними совсем сгинуло. Она непроизвольно прикрыла глаза, чувствуя дыхание юноши на губах, и самозабвенно наклонилась к нему. Ещё немного, вот-вот и…       — Нетейам! Мэй’ви! Вы здесь? Мэй’витэй резко отстранилась от Салли, обращая взволнованный взгляд ко входу. Юноша недовольно нахмурился и тоже повернл голову в сторону, откуда донёсся звук.       — Ло’ак? — громко сказала Мэй’ви, растерянно глядя на младшего, который неожиданно показался на пороге.       — Вот вы где, влюбленные голубки! Вас долго ждать? Заканчивайте миловаться и идите к нам! — запричитал сурово юноша и затем спешно ушел из жилища, хмурясь.       — Нам пора, — подытожила Мэй’ви, обращая взгляд вновь к Нетейаму.       — Да, — коротко ответил он. Однако оба не сдвинулись и с места, смотря друг другу в глаза честным прямым и открытым взглядом, наполненным знакомым обоим чувствами.       — И-идем. Нас ждут, — запинаясь от неловкости пробормотала девушка. Она на ватных ногах направилась к выходу, но Салли вдруг резко схватил ее за руку, не давая уйти.       — Подождут, — и притянул обратно к себе. От подобной наглости у Мэй’ви приоткрылся рот, что не укрылось от томного взгляда Салли. Он опустил глаза на её губы, фактически переставая рассуждать логически. Разума нет, остались одни эмоции.       Мэй’ви замерла, когда теплая ладонь юноши обвила её талию, а другая запуталась в мягких волосах. Салли прижал ее к себе, выбивая весь дух своим поцелуем, вопреки своему обещанию. Тепло её тела расползается по его рукам приятной, колкой дрожью, заставляя вздрогнуть. Сладко прикрывая глаза от удовольствия он нежно и осторожно сминал губы девушки своими. Мэй’ви растерялась окончательно, вздрогнула, размыкая от неожиданности губы, чтобы сделать глоток воздуха, которого вмиг стало слишком мало. Но её растерянностью бессовестно воспользовались. Салли стал целовать ее более настойчиво и горячо, прижимая ее к своей груди. Она отвечала на поцелуй поначалу довольно вяло и нехотя, немного злясь на Салли, за его поступок, изо всех сил пытаясь сопротивляться самой себе и оттолкнуть его, но вскоре чувства взяли над ней верх. Разум казалось растворился. Мэй’ви растаяла в объятиях Нетейама от этого поцелуя, сладкого вкуса его губ и уже просто не могла сердиться на него. Ну почему он всегда так на нее влияет? Почему она не может воспротивиться ему? Наверное, потому что сама не очень то хотела этого. Голову туманила нахлынувшая, опьяняющая волна ощущений и эмоций и они оба наконец дали волю своим чувствам, которые так долго томились в сердце. Юные на’ви вложили их в свой томный поцелуй. Мэй’ви прикрыла глаза позволяя блаженной неге растекаться внутри. Салли немного отстранился, как будто позволяя ей отпрянуть, но вместо этого она сильнее зажмурила глаза, запрокидывая голову. Сил оттолкнуть его у неё уже не нашлось. Она не нашла ничего лучше, чем зарыться пальцами в его волосы, слегка оттягивая их. Ее слуха в туже секунду коснулся едва слышный стон. Его стон. Самый чарующий и прекрасный звук в мире. От него её желание лишь разгорелось пуще прежнего. Мэй’ви целует Нетейама в ответ с пылающей как огонь страстью. Она положила руки на широкие плечи Салли, чтобы не упасть, когда ее колени откажут. Сердце Нетейама воспарило от счастья в груди. Как же долго он ждал этого дня. Нетейам целует ее трепетно тёплыми слегка дрожащими губами. Ласкает её губы настолько нежно, что Мэй’ви полностью растворяется в этом моменте, теряя всякий контроль. Девушка готова была задохнуться от переизбытка чувств. В груди бушевало пламя.       Когда от неё наконец оторвались, напоследок несильно прикусив нижнюю губу, получив в ответ томный стон, она боялась на него смотреть. Но едва его пальцы сжали подбородок, побуждая поднять голову, встретилась с серьёзным взглядом темно-янтарных глаз, по щекам прокатилась ещё одна волна жара.       — Ещё один поцелуй, и больше я тебя не побеспокою, — сказал Салли с придыханием, снова наклоняясь к ней, — всего один… — жарко прошептал он, невесомо касаясь губами подбородка, прильнул всем телом и её губы снова накрыли поцелуем, но теперь уже настойчивым, с языком… А девушка к своему негодованию, вовсе не противилась. Поцелуй в губы и вправду был ещё всего один. Такой же страстный и пылкий. Но после вопреки ожиданиям Мэй’ви, Нетейам не отпустил её из объятий, а лишь притянули ближе и стал покрывать поцелуями шею.       С её губ сорвался неслышный сладкий стон который не хотелось скрывать. Мэй’ви вздрагивала каждый раз, когда его губы касались кожи, и пыталась выровнять сбившееся дыхание, а он всё целовал и целовал. Его губы оставляли поцелуи на шее девушки, переходя к ключицам. Руками он касался её талии немного сжимая. Душа юноши взрывается от наслаждения. Нетейам бы все отдал лишь бы это длилось вечно. Но этот приятный и долгожданный момент продлился всего несколько секунд.       — Нет…нет… — вдруг запротестовала Мэй’ви, пытаясь вырваться из словно наркотической пелены желания и вернуть рассудку ясность. Так нельзя. Она не может давать ему ложную надежду.       — Пожалуйста, — бормотал Салли в перерывах между короткими пылкими поцелуями, не в силах отпустить её, вопреки своим словам.       — Я не могу… — делая слабые попытки отстраниться, бормотала Мэй’ви, пытаясь совладать с собой и прекратить всё это. Она должна остановить его, что очень не хотелось делать. — Хватит! Мэй’ви резко оттолкнула Нетейама от себя. Он отшатнулся ошарашенным взглядом смотря на неё, тяжело дыша. В его глазах было ясно видно удовольствие и желание, одновременно блеснувшие в глазах, когда в глазах Мэй’ви был лишь холод, равнодушие и злость.       — Ненавижу! — гневно выкрикнула Мэй’витэй, облизывая губы, на которых остался томный вкус поцелуя. Она смотрит безотрывно и зло. — Какого черта?! Что ты себе возомнил?! Ты!.. Ты просто… — её возмущению не было придела.       — Мэй’ви… — Нетейам в растерянности шагнул к ней, желая успокоить и всё объяснить.       — Не смей приближаться ко мне! Стой где стоишь! — выкрикнула Мэй’ви, и голос её на этот раз наполнился твёрдостью, решительностью. — Ты что вообще вытворяешь?! Зачем? Что на тебя нашло? Гневные слова девушки окончательно привели Салли в чувства. Лицо стало в миг серьезным и немного мрачным.       — Ты так злишься, потому что настолько сильно ненавидишь меня или потому что испугалась того, что поддалась собственным чувствам? — вдруг выдал он, серьезно глядя на неё.       — Что?! — расверипела Мэй’ви, чувствуя как внутри всё сжалось от его проницательных слов. Как он все сразу понял? — Да ты кто такой вообще?! Мы с тобой знакомы всего ничего, а ты уже возомнил себе, что я влюбилась в тебя?! Неслыханно! — возмутилась девушка, строя оскорбленный вид, будто он не прав. Юноша, потрясенный её внезапной вспышкой гнева, вдруг почувствовал себя виноватым. Его уши опустились. Мэй’ви сорвалась с места и хотела уже уйти, но он ее остановил поймав за руку.       — Подожди, — мягко попросил юноша, направив на неё извиняющийся взгляд. — Прости. Прости мне мою вольность, — хрипло прошептал Нетейам, осторожно приближаясь к ней снова. — Я просто…не смог устоять. Но… Выслушай меня, пожалуйста. Я всё должен объяснить.       — Нет, нет, нет! Пусти! Дай мне уйти! — вытягивая ладонь из его хватки, простонала Мэй’ви, предчувствуя неладное. Не нужны ей были его слова. Она не хотела, не готова его слушать.       — Нет! Даже не думай сбежать от меня снова. Я не позволю тебе больше это сделать! — Сердито проговорил он. Мэй’ви боязливо взглянула на него. Черный огонь в его глазах не оставлял места сомнениям, что он был зол и настроен решительно. — Довольно, Мэй’ви. Мы должны наконец поговорить. Сейчас!       — Я не буду с тобой разговаривать! — девушка всё пыталась вырваться, сопротивляясь его попыткам поговорить.       — Придется, — с нажимом произнес Салли. Выражение его лица и взгляд говорили лучше любых слов о том, что он не отпустит её так легко. — Я все равно от тебя не отстану. Мне нужно высказаться, чтобы ты все знала. Я не хочу, чтобы между нами была какая-то недосказанность.       — Я… — она всё не сдавалась, хмуря брови.       — Мэй’витэй, — стиснув зубы, предупреждающе прорычал он. Девушка прижала уши, глядя на него взволнованно. Видимо убежать в этот раз не получится. Мэй’витэй глубоко вздохнула и попыталась угомонить внутри себя подступающую дрожь, а затем громко выдала:       — Хорошо! — нехотя согласилась она. Салли удовлетворённо вздохнул, успокаиваясь и отпустил руку девушки. Обнимая себя за плечи, она щедро разрешила: — начинай. Мэй’ви начала кусать губы от волнения, пока юноша собирался с мыслями.       — Понимаешь, — начал Салли. — Планировалось все немного иначе. Я хотел, чтобы все прошло гладко, — добавил он. — Всё распланировал, но… — он взглянул вверх. — У меня нет времени, чтобы все сделать правильно. Ты вынуждаешь меня торопиться.       — О чем ты говоришь? — потребовала Мэй’ви объяснений, беспокойно хвостом крутя туда-сюда. Прежде чем ответить, он глубоко вздохнул.       — Я хочу, кое-что тебе сказать. Ты и так это наверное уже знаешь… но, думаю, я должен сказать это вслух. Просто, чтобы не было никаких сомнений, насчет этого. Она скрестила руки на груди. Внезапно, Мэй’ви поняла, что совсем не желала знать, что он хотел сказать. Брови Салли сошлись, накрыв тенью его темные глаза, пока он сверлил её взглядом.       — Я больше не хочу играть с тобой пару перед всеми, а при этом быть для тебя не пойми кем на самом деле. Но и друзьями мы тоже не сможем быть. Я не хочу быть для тебя просто другом. — Неожиданно для себя, Нетейам не хотел отдаляться от Мэй’ви. Ему хотелось ещё ближе узнать её. Стать кем-то большим, чем просто другом. Теперь он хотел совершенно другого, чем раньше.       — Что ты хочешь всем этим сказать? Говори уже, — раздраженно потребовала Мэй’ви, не в силах больше ждать, злясь и волнуясь одновременно. — Хватит ходить вокруг да около. Ты что хочешь загубить наш план? С чего вдруг?       — С того что я понял что неравнодушен к тебе, — неожиданно громко и уверенно выдал Салли наконец. Мэй’ви чуть воздухом не поперхнулась, от удивления приоткрыв рот.       — Даже так, — прошептала неверяще она. Девушка лишь таращила глаза и подыскивала нужные слова, но оказалось это не всё ещё.       — Вообщем. — Салли взволнованно провёл ладонью по волосам и глубоко вздохнул. Он смотрел на неё, и в его взгляде она увидела едва заметный страх и волнение. Он сглотнул комок в горле. — Мэй’ви, я люблю тебя, — продолжает он, и его лицо лучится чистой, неразбавленной искренностью. От шока с лица Мэй’ви все краски сошли. Широко раскрыв глаза, она смотрела на него. Можно ли в это поверить? Как-то она уже доверилась этим словам и пожалела потом. У неё даже голова заболела от попыток осмыслить все это, а глубоко внутри она почувствовала… онемение. Нет. Этого просто не может быть!       — Это не смешно. Более подходящего момента ты…не мог найти для своих шуток? — она глядела на него, не в силах подыскать нужные слова. Это всё очень тревожно.       — Это не шутка, — убеждал Нетейам настойчиво, несколько задетый её словами. — Я устал от игр, я хочу, чтоб ты была со мной. По-настоящему. Я правда люблю тебя, Мэй’ви! Я не знаю как так вышло…но то, что чувствую к тебе ещё ни к кому не испытывал. — Его слова вызвали неожиданно у неё мурашки приятные будоражещие. Это была чистой воды правда. Нетейам сам не знал как так получилось. Но за такой короткий срок Мэй’ви успела проникнуть в его душу и накрепко вцепиться в нее, казалось, не собираясь уже вовсе отпускать. Быть может он в суждениях скор, но как иначе объяснить почему его сердце пылало от чувств, которые он испытывал рядом с ней. Почему у него горит душа в агонии когда ее нет рядом. Почему кровь закипает от её прикосновений, а аромат так сильно будоражит. При виде неё он просто задыхался и чувствовал, что между ними есть какая-то связь, хоть и не мог объяснить её. Его просто тянуло к ней как магнитом. Все его мысли были только лишь о Мэй’ви. В душе словно затмение, а разум ослеплён. Желание просто быть рядом с ней, оберегать и любить её забирало весь его разум. Вывод напрашивался сам собой. Нетейам по уши влюбился, как мальчишка. Сошел с ума по ней. Влюбился так неосторожно. И это чувство уже так легко не отпустит его. А он и не возражал.       — А ты значит уже разбираешься в любви? Не слишком ли ты молод для этого? — недоверчиво смотря на него, колко спросила Мэй’ви. Хотя сама как будто много понимала в любви.       — Может я не хорошо разбираюсь в любви, — согласился юноша. — Но одно знаю наверняка: это то, что я люблю тебя слишком сильно, чтобы отказаться, — в его словах как никогда звучала твердая уверенность, а глаза Нетейама были направлены прямо на девушку.       — Ты ведь ненавидел меня с первого дня, — напомнила она, отводя взгляд.       — Сейчас я испытываю совсем противоположное чувство к тебе, чем раньше. Я почувствовал что-то сильное и прекрасное в груди, то, что я никогда не испытывал. Любовь. Разве ты не слышишь искренность в моем голосе, когда я говорю? — Мэй’ви вздохнула. Не только в голосе, но и в янтарных глазах парня она видела чистую искренность. Это весомый довод поверить ему. Но вдруг снова она ошибается? Не любовь это, а обычная влюбленность, которая скоро пройдет у него, а ей снова будет больно? Салли не сводил с неё глаз пока девушка размышляла. — Ты все еще здесь. Я думал, что ты сразу уйдешь после моих слов, — шепчет он робко, дёрнув уголком губ в полуулыбке.       — Почему? Потому что я могла подумать, что ты свихнулся? — язвительно вопросила девушка, не сдержавшись случайно. Но глядя в его печальные глаза, она тут же пожалела о своей выходке и нахмурилась, чувствуя свою вину. Что же делать? Она смотрела на него; он выглядит понурым и… уязвленным. Вот ведь чёрт! Поражённо уставившись на Нетейама, до конца не осознавая, Мэй’ви рассеянно спросила, не в силах сдержать любопытство:       — Интересно, и как ты это… Понял?       — Не понять это было трудно, — Салли покачал головой, изменившись в лице: меж бровей залегла едва видная морщинка, уголки губ опустились, — Да, признаюсь честно. Поначалу мне хотелось, чтобы ты исчезла из моей жизни поскорее и навсегда. Но, когда я узнал тебя ближе, моё мнение кардинально изменилось о тебе и сейчас при одной мысли о том, что ты можешь уйти меня в дрожь бросает. Да…раньше ты меня раздражала. А сейчас всё наоборот. Я люблю твой голос. Каждое твоё слово отдаётся теплом в моём сердце. И я люблю твои глаза. Обычно у тебя суровый взгляд, но, когда ты проявляешь доброту, мне нравится их мягкость. Мне нравится все в тебе. Теперь я не понимаю совершено, почему сначала всё было по-другому. Я рад, что всё случилось так, как случилось и мы встретились с тобой. — Он сделал паузу, выдохнул словно сбросил груз с плеч. — После нашего поцелуя, я не мог перестать думать о тебе. Все эти дни я маялся и пытался убедить себя в том, что это лишь умопомешательство, ерунда. Но когда я тебя видел чувствовал себя таким счастливым, наверное, впервые за долгое время. Потом я перестал есть, перестал спать. Моё сердце стало биться чаще, каждый раз, когда я смотрел на тебя… Я постоянно искал тебя взглядом и расстраивался, когда не находил. Я никогда не думал, что кто-то сможет так действовать на меня… Долго отрицал свои чувства… И не мог признаться самому себе, — слушала девушка внимательно, не перебивала, уже закрыв рот ладонью от удивления. Нет! Не может такого быть! Вот это поворот. Она и подумать не могла, что всё так серьёзно. Хотя, его туманные намёки и странное поведение невозможно понять, да и намёки то были вообще? И разве она могла предположить, что он к ней неравнодушен? Он! К ней! Учитывая то, как они общались с самого начала и как она грубо вела себя с ним. А если бы и могла… То, вероятно, ничего не изменилось бы. Она бы по-прежнему его избегала, страшась своих чувств и того, что он к ней испытывает.       — Мне потребовалось много времени, чтобы смириться с тем, что я чувствую. Понять и принять это. Не скажу, что это было просто, но теперь я полностью уверен в том что чувствую к тебе, — он будто извиняясь, посмотрел ей в глаза, — Я старался это скрывать как мог ради тебя. Но больше так не могу, пойми. Это меня сильней, — И Мэй’ви понимала. Невысказанная любовь — тяжкое бремя. — Ты только мне поверь. Я со всей серьёзностью и ответственностью говорю тебе, что сделал выбор сам. Я хочу быть с тобой и только с тобой. Теперь без тебя я чувствую себя каким-то…неполноценным. Мне так мало тебя стало. Я не хочу отпускать тебя ни днём ни ночью. Мне…плохо без тебя. Мэй’витэй скептически нахмурилась и хмыкнула:       — Мне казалось тебе плохо со мной. Салли тяжело вздохнул.       — Я ошибался. Теперь я это понял. Я ни к кому ничего подобного не испытывал. Как ни старался отринуть эти чувства и переключить внимание на другую, ничего не получалось. Всякий раз, когда смотрю на других, понимаю что все они — не ты. С тобой всё по-другому. С тобой я хочу делиться всем. С тобой я чувствую себя другим…настоящим. Я не могу заставить себя полюбить другую. Никто не заменит мне тебя.       — То есть ты присмотрелся ко всем и решил вернуться к первому варианту? Понял что лучше уже не найдешь? — снова съязвила Мэй’ви. Как-то во всё это ей не верилось.       — Перестань! — сурово произнес юноша. Он закрыл глаза и зажал переносицу правой рукой. Из его груди вырвалось рычание, но выражение лица не изменилось: так и осталось спокойным. — Пожалуйста, можешь хоть раз быть со мной не такой вредной, — потребовал он строго, таким тоном, что она невольно напряглась. — Услышь меня. Или ты ко всему будешь придираться?       — Нет. Я просто пытаюсь понять где правда!       — Я говорю правду! — вспылил юноша, а после понуро опустил уши, смотря ей в глаза. — Неужели ты такого мнения обо мне? Думаешь я бы стал лгать насчёт своих чувств, чтобы сделать тебе больно? Девушка призадумалась.       — Нет. Ты не такой, — признала Мэй’ви. Но кто знает? Вдруг вновь она ошибается? В прошлый раз она тоже думала что хорошо знает того кого любила.       — Вот именно. И сейчас я со всей душой к тебе обращаюсь. Искренне. Мэй’ви сжимая челюсти, тяжело вздохнула, отводя взгляд. Почему-то не верилось во всю эту внезапную любовь. Хотя может она просто подсознательно хотела, чтобы это была ложь вот и не верила. Так было бы проще для неё со всем этим справиться и отринуть собственные чувства, зная что он равнодушен к ней.       — Мэй’ви, — вырвал её из раздумий тихий нежный голос. Она взглянула на Нетейама, который уже оказался слишком близко. — У нас с самого начала всё как-то не заладилось. Но возможно, наши отношения могут быть не такими сумасшедшими, как кажется. Дай мне второй шанс. Давай начнем всё заново, — осторожно начал он. — Все хотят обручить нас. Но может это наша судьба? Мы должны…мы можем быть вместе. Зачем всё усложнять, когда и так все хотят, чтобы мы стали парой? Может быть не стоит противиться? Это к тому же бы очень многое в нашей жизни упростило. И этого все и так хотят и ждут от нас.       — К чему ты ведёшь? — поторопила нетерпеливо Мэй’ви, хмурясь из-за волнения. Это всё не к добру. Она чувствовала как от него исходит напряжение. Душное напряжение заполнило помещение. Тишина сжирала, но наконец прервалась тихими словами юноши:       — Возможно я тороплюсь. Но всё же… — он нервно сглотнул. — Я прошу тебя выйти за меня замуж, — немного робко, но уверенно шепчет он и устремил на неё взгляд. Его глаза светились надеждой. Мэй’ви таращилась на него с изумлением в глазах, купаясь в жаре, исходящем от его тела и тоже вся горела. «Что? Неужели он в самом деле…» — пронеслось у неё в голове, пока она внимательно смотрела на его лицо пытаясь разглядеть насмешку. Но её и близко не было. Во второй раз за эти полчаса мир Мэй’ви замер в ожидании, а сама она впала в замешательство. Черт побери! Она не могла поверить тому, что он только что произнес. Брак? Он предлагает вступить с ним в брак? Он шутит или издевается? Мэй’витэй ничего не могла с собой поделать — из её груди вырвалось нервное недоверчивое хихиканье. Нетейам растерянно смотрел на нее.       — Ты с ума сошел?! — в миг приняв суровый вид, воскликнула Мэй’ви, перестав смеяться. — Хватит издеваться надо мной! В её глазах Нетейам совершенно не ожидал увидеть ярость, словно он только что предложил нечто поистине ужасное.       — Я не издеваюсь! И знаю, что говорю. Я серьезно!       — Зачем тебе это? Зачем ты это делаешь? Мы ведь договаривались, что ты выполнишь свой долг с другой, той что достойна быть твоей женой и тсахик. А я буду одна жить обычной жизнью.       — Я делаю это, потому что наконец-то встретил ту, с которой хотел бы провести остаток жизни! — вдруг выпалил решительно он, без тени сомнения. — Я клянусь тебе. Ты единственная, с кем я хотел бы связать свою жизнь. Я серьезно говорю о браке.       — Ты говорил иные слова, когда впервые встретил меня. Ты с самого начала сказал, что мы не подходим друг другу, — напомнила мрачновато Мэй’ви.       — Ты до сих пор это помнишь?       — Помню, — обняв себя руками буркнула Мэй’ви. — И думаю ты был прав. — В её груди неприятно кольнуло от собственных слов, но она постаралась не обращать на это внимание.       — Нет. Я был не прав, говоря тогда это и был не прав на счёт тебя. — уверял старший сын оло’эйктана. — Прости. Я не хотел тебя обидеть. Но тогда я не знал тебя совсем. Теперь всё изменилось. — Салли замолчал, отсчитывая про себя каждый удар сердца, пытаясь успокоить волнение, чтобы нежно и с чувством произнести: — Мэй’витэй, я тебя Вижу. — Мэй’ви изумлённо воскликнула брови, подняв взгляд на него. Сердце её вновь бешено застучало, не собираясь сбавлять обороты, а он продолжил: — Ты в моём сердце. Я правда полюбил тебя. По-настоящему, — еле слышно проговорил Нетейам, делая осторожно ещё шаг, словно чтобы не спугнуть ее. Мэй’витэй постаралась глубоко вздохнуть, чтобы унять колотящееся в груди сердце, но тщетно.       — Какой ответ ты хочешь на это услышать? — сиплым голосом задала она вопрос. Салли осторожно взял её ладони, как будто боялся, что она руки одёрнет. Это лёгкое касание отозвалось теплой блажью в её груди. Его прикосновения не вызывали раздражения у Мэй’ви, поэтому, чувствуя, как по щекам идёт волна жара, она позволила ему переплести их пальцы под его восторженный взгляд.       — Могу я надеяться, что ты согласишься на моё предложение? — с ноткой беспокойства в голосе, которую старательно пытался подавить, спросил Нетейам, глядя ей прямо в глаза. — Я не давлю. Ты можешь подумать. Только прошу, не убегай больше от ответа и…от меня. Затаив дыхание, ожидал Нетейам слова девушки, что последуют после. Молчание Мэй’витэй вызвало неприятное ощущение внутри. Словами не передать как он волновался в тот момент. Девушка вздыхает.       — Мой ответ нет, — холодно ответила наконец Мэй’ви. От её слов внутри у Нетейама что-то больно сжалось. Опустив печально уши он отпустил ее руки и отошёл назад. Его лицо в миг стало серьезным, а взгляд тяжёлым       — Почему? — расстроено спросил Нетейам, понуро глядя на неё. — Ты уже кого-то выбрала? — неожиданно выпалил он, первое что пришло на ум.       — Что за бред? — усмехнулась натянуто Мэй’ви.       — Да или нет? — его тон заметно стал твёрже и напористее. Салли вдруг почувствовал жгучее чувство в груди, от мысли что у нее кто-то есть. Ему до ужаса не хотелось видеть Мэй’ви рядом с другим. Девушка сглотнула нервно от того как прозвучал его голос.       — Нет, — твердо ответила Мэй’ви. — У меня нет никого. Дело в другом.       — В чем же?       — Между нами нет любви. Я тебя не люблю. И ты меня тоже не любишь, — уверенно ответила Мэй’ви, от чего брови Нетейама свелись к переносице.       — Что?       — Ты ошибся в чувствах. Всё это самообман. Это не любовь, — сохраняя хладнокровие в голосе и выражении лица, выдала она, уверенная в своей правоте. — Ты просто запутался. Вся эта ситуация одно сплошное недоразумение!       — Вовсе нет! — яро запротестовал Салли. — Я знаю что чувствую. И в своей любви ни капли не сомневаюсь. Так говорит мне сердце.       — Хорошо, — вздохнула Мэй’ви, немного зардевшись от его слов. — Называй как хочешь. Влюбленность, страсть, любовь. Неважно. Чтобы это ни было. Это пройдет. Поверь я знаю.       — Я не допущу этого! — категорически заявил Салли.       — Но только всё равно. — Мэй’ви до боли закусила губу. — Я не выйду за тебя. Давай ты поиграешь в любовь с кем-то другим. Это всё без меня.       — Как ты можешь говорить так после того, что было между нами? Ты не думаешь что сейчас совершаешь ошибку? Ведь то, что я чувствую к тебе оно настоящее. Честно. Ты ведь чувствуешь тоже самое. Я знаю точно, — уверенно произнес Салли. Сердце Мэй’ви упало в пятки. В её взгляде промелькнул испуг и волнение, она учащённо задышала, чувствуя что в горле будто камень застрял. Неужели её чувства действительно настолько хорошо видно? Неважно. Главное она не должна виду подавать.       — Нет. Не чувствую, — произнесла Мэй’ви абсолютно спокойно и уверенно, даже не поведя бровью. — И ошибкой будет, если я соглашусь выйти за тебя.       — Мэй’ви, хотя бы подумай над моим предложением, — он смотрел на нее с отчаянием. Взгляд который рвал сердце на куски.       — Нет. — Её душа разрывалась от боли, но она верила что так будет лучше для них обоих. Что ей оставалось ещё делать? Она уже проходила такое и знала чем всё кончится. Однажды и он бросит её, не успеют они ещё связать себя узами брака. Ей снова будет больно. Это неизбежно. Мэй’витэй не хотела, чтобы история, произошедшая четыре года назад, повторилась.       — У нас всё равно ничего не получится. Я не умею любить ТАК, — Как вообще можно любить кого-то, как можно предлагать кому-то своё сердце, если оно до сих пор кровоточит? — Всё что было между нами — это ведь сплошное притворство. Это всё одна игра, ложь и ничего более.       — Ложь и притворство — это то, что говоришь и делаешь сейчас ты. — уверял он. От его грозного взгляда Мэй’ви так и хотелось провалиться под землю. — Сколько можно лгать глядя мне в глаза? Почему ты ведёшь себя так? Не нужно стыдиться своих чувств, не отвергай, не бойся их, прими.       — Да что ж ты заладил! Чувства! Чувства! Нет у меня никаких чувств к тебе! — окончательно расверипела девушка, активно жестикулируя руками. Она подошла ближе с угрозой глядя на него. Её лицо оставалось все таким же холодным и бесстрастным. Он не шелохнулся, продолжив смотреть на неё, в упор. Девушка небрежно ткнула его пальцем в грудь, — Ты…ничего для меня не значишь. Ты — никто для меня, пустое место! Я тебя не люблю и никогда не полюблю. Слышишь? Никогда! — эти слова, произнесённые холодно, негромко, сквозь стиснутые зубы, прозвучали как приговор. Все её слова словно стрелы прострелили сердце юноши насквозь. Ему было горько, больно и обидно, слышать это от неё.       — Никогда? — переспросил он глухо, его глаза потускнели, в них вмиг исчез огонь.       — Никогда. — тихо повторила Мэй’витэй. — Ни тебя. Ни кого бы то ни было я не полюблю. Я самого начала сказала тебе. Я не могу выйти за тебя, потому что в моей жизни нет места любви. Мне она абсолютно не нужна. Никто не нужен! Я одиночка и не создана для семейной жизни, — через силу проговорила она, словно пыталась понять себя и то почему так поступает. На какое-то время в воздухе повисло напряженное молчание. Салли молчал глядя в одну точку, обдумывая всё её слова. Хоть между ними было меньше метра, ему казалось, будто Мэй’ви отдалилась от него даже больше, чем когда они были незнакомцами, едва услышавшими имена друг друга.       — Мне жаль тебя, — прошептал вдруг он.       — Что? — Мэй’витэй удивлённо посмотрела на него.       — Кажется, я понял почему ты сейчас говоришь мне всё это и отвергаешь. — продолжал спокойно Салли. — Пытаешься убедить меня в том, что я не люблю тебя, чтобы я не лез в твою жизнь. Потому что просто боишься открыться кому-то.       — Это не так! — рявкнула она, солгав снова. Он что правда её мысли читать может?       — Ты боишься открыть душу и сердце. Боишься что тебе сделают больно. Боишься довериться, — упрямо продолжал Салли.       — Нет! Я не боюсь! - отрицала яростно она.        — Но клянусь тебе, я никогда не предам тебя и не сделаю тебе больно! Обещаю. Я не знаю что именно с тобой случилось. Но… возможно я мог бы тебе помочь. Научить вновь доверять. Позволь помочь тебе. Нетейам чувствовал душой, что нужен ей пусть даже она сама отрицает это и почему-то пытается его убедить в обратном. Он смотрел в тусклые изумрудные глаза, стараясь найти ответ на главный вопрос — почему? Почему Мэй’ви это делает? Что с ней случилось?       — Мне не нужна твоя помощь. Мне не нужна любовь. Одной мне гораздо лучше. Я прекрасно себя чувствую. От такого холодного отношения девушки, к которой испытывал нежные чувства, его сердце больно сжалось в груди. И он возможно никогда не узнает как тяжело и больно ей было говорить все это. Ей пришлось сломать себя, чтобы закончить начатое.       — Почему ты даже шанса мне не даёшь? — поникшим голосом спросил Нетейам. Ему было больно. Сейчас, это ясно читалось в его глазах.        — Потому что ты мне не нужен! — жестоко отчеканила каждое слово. Когда она посмотрела на него, в глазах было лишь безразличие и холодный блеск. Каждое ее слово яростным и безжалостным ударом хлестало его сердце, оставляя после себя рваные борозды. Юноша поджал губы. Его лицо перекосило от боли, и она поняла, что эти слова ударили его гораздо жестче, чем все остальное сказанное ею. Видеть его вот таким, это было мучительно для неё. Но Мэй’витэй верила, что боль от его влюбленности вскоре пройдет.       — Как же ты стала такой каменной и бессердечной? — глухо прошептал Нетейам. Юноша быстрым шагом подошёл к ней. Мэй’ви, не отводя взгляда, застыла словно статуя. Глаза его сияли чем-то темным, обжигающим. Это пугало. — Хорошо! Раз ты всё решила для себя. Продолжай в том же духе! Продолжай всех от себя отталкивать. Но когда увидешь что вокруг никого уже не осталось, а внутри лишь пустота, будет уже поздно всё вернуть! Тебе уже никто не сможет помочь! Мэй’витэй задрожала, чувствую как жжёт глаза.       — Так тому и быть! — воскликнула она с надрывом. — Можешь не волноваться за меня! — она грубо оттолкнула его от себя, смотря на него зло.       — Отлично. Рад что мы наконец поставили точку, — Нетейам судорожно сглатывает, на челюсти желваки от стиснутых зубов.       — Я тоже, — сердце Мэй’витэй сжалось, а в горле появился ком. Повисло тяжелое молчание говорящее громче всяких слов. Мэй’ви облизнула пересохшие губы. Девушка понимала, что поступает ужасно и эгоистично по отношению к Нетейаму, и собственный проступок колол её душу больнее любого клинка. Хотя Нетейам старался скрыть свои эмоции и истинные чувства за непроницаемой маской безразличия, вздох, который он тяжело выдохнул, говорил о том, что его душа была полна тоски.       — Давай просто забудем этот разговор и будем придерживаться нашего плана как ни в чем не бывало, — добавила тихо Мэй’ви.       — Как у тебя всё просто, — горько усмехнулся юноша. — Забудь… А если не получается забыть?       — Забудешь, — бесстрастно произнесла девушка. Она стремительно наконец вышла из палатки, чувствуя себя эмоционально выжитой до капли. Однако направилась девушка совершенно не к шатру семейства Салли. Какой ужин?! Она сейчас не в состоянии любезничать и играть пару у всех на глазах с тем, кого только что отвергла. И как теперь смотреть ему в глаза? Как делать вид, что ничего не произошло? Это будет очень нелегко. Мэй’ви чувствовала такую жуткую боль. Как будто она сама у себя вырвала сердце из груди. Было пусто. Но так было нужно.       Наверное, ей попадет потом от отца, но сейчас это её совсем не волновало. А потому девушка уверенными шагами направилась в лес подальше ото всех. После такого разговора ей нужно было побыть одной и переварить всё. Столько навалилось. Голова гудела и казалось вот-вот лопнет уже.       — Стой, Мэй’ви! Ты куда? — увидев уходящую из деревни подругу крикнул Никиро взволнованно, проходя мимо. Мэй’витэй, делая вид, что не услышала его, пошла дальше. Нужно было скорее убираться отсюда. Пока сила воли не подвела.       — Что она задумала? — буркнул себе под нос недовольно Никиро и направился в след за Мэй’ви. Отпускать её одну ночью в лес он ни в коем случае и не подумает.