Veil

      О том, что произошло пару дней назад никто даже упоминать не думал, но каждый раз, когда они оказывались друг с другом в одном помещении, воздух начинал густеть.       Дни в школе сливаются своим однообразием, но напряжение между ними делало каждую перемену и урок невыносимыми. Намгю не пытался быть вежливым: слова срывались резко, практически хамством, а Субон не изображал из себя равнодушного — не упускал случая съязвить или задеть.       В столовой, когда они оказались рядом в очереди, Намгю задел плечом Субона.       — Смотри, куда прешь, — бросил тот.       — Может, ты начнешь смотреть? — моментально грубо ответил Намгю.       На перемене, когда Намгю забирал свой телефон из учительской сумки, Субон, проходя мимо, нарочито проносился так, чтобы тот едва не уронил смартфон.       — Осторожнее! — выкрикнул Намгю, хмурясь.       — Или что? — лениво усмехнулся Субон, прокручивая в руках свой мобильник.       На уроке литературы учитель попросил Намгю прочитать отрывок и он справлялся отлично! Читал с особым выражением, интонацией и тут услышал знакомый низкий смех и резко сбился. Подняв глаза, он почувствовал, как его веко дернулось. Как же этому придурку весело, просто космос.       В магазине, перед тем, как отправиться домой вместе (Намгю хочет броситься под машину каждый раз, уже вторую неделю подряд), они снова сцепились, хотя ничего не предвещало.       — Сколько можно выбирать? — Субон скосил взгляд. — Возьми уже что-нибудь, я тебя жду.       — Это твоя инициатива, — он оглянулся на него, — ждать меня.       Второй прищурился, а Намгю сделал довольное лицо, осознав, что ответить этому хаму нечего.       Напряжение не спадало и за пределами школы.       Иногда Намгю приходил домой позже и в прихожей сразу же сталкивался с Субоном.       — Ты специально приходишь так поздно? Чтобы я развивал фантазию посредством придумывания причин, как мы разминулись? — спросил тот.       — О, а тебе доставляет дискомфорт необходимость врать?       — Нет, просто я бы мог провести это время в ванной. Чем сейчас и займусь. Ты первым не зайдешь.       И правда: через десять минут они почти врезались друг в друга у двери. Намгю держал в руках полотенце, а Субон очень злобно перегородил ему проход.       — Тебе трудно подождать? — захлопывая дверь и не давая пойти, прорычал Субон.       — А тебе трудно признать, что в этом доме не все ради тебя? — пробиваясь, возмущался Намгю.       Вода в трубах зашумела, а Субон захлопнул дверь перед его лицом, победно хохоча сквозь звук душа. Намгю остался стоять в коридоре, сжимая полотенце.       На лестнице они столкнулись, когда Субон спускался. Встретившись на узкой площадке, ни один из них не подумал уступить.       — Двинься.       — С чего бы это я? — парировал Намгю. — Тебе сложно обойти?       — Первые дни ты чуть ли не на перила ложился.       — Многое изменилось. Ты мне просто нравился пару недель назад больше.       — Пропусти уже, — цокнул Субон.       — Обойди, говорю.       Минуту постояв, они оба, дернув плечами, обошли друг друга, одарив недовольными взглядами.       Позже на кухне, они снова пересеклись и были готовы уже зарезаться или зарезать друг друга. Намгю шинковал себе овощи на перекус, а Субон зашел налить воды и молча встал около раковины. Их локти почти соприкасались и никто не хотел уступать место.       — Ты можешь делать это тише? — резко возмутился Субон, когда нож громко ударил о разделочную доску.       — А ты можешь вообще не стоять надо мной? — огрызнулся второй.       — А ты можешь готовить в другое время?       — А ты можешь не вмешиваться в мое расписание?       — А ты можешь не мешать мне в моем доме?       — А ты можешь не присваивать себе все регалии и имущество?       — А ты можешь не разбрасываться умными словами?       — А для тебя «регалии» чересчур умное слово?       И так без остановки, ежедневно, на постоянной основе, они умудрялись ругаться даже за ужином, с набитым ртом, постепенно стеснение в школе отошло на второй план и они могли спокойно начать пререкаться там.       Мама провела долгую воспитательную беседу с Намгю на тему того, что ей очень обидно. Ей обидно, что между ними складываются отношения именно так, как складываются и все это время, сидя перед ней, Намгю надеялся, что Субону так же выносят мозг. Это добавило настроения, пусть страдает за свое хамство, поделом ему.

***

      Дом спал. В комнате Намгю горит настольная лампа, пока он пытается вбить в свою голову стихотворение, за выразительное прочтение которого ему пообещали приятный бонус! Задание несложное, выполнимое, а оценка — это всегда приятно. Рассеянным вниманием и СДВГ Намгю не страдал, но сквозь стену доносился ритм музыки — навязчивый, будто бьющий прям по мозгам. Тяжело вздохнув, он закрыл уши руками и попытался сосредоточиться, но это просто невозможно. Это все как будто назло, просто для того, чтобы Намгю сошел с ума и начал кататься по полу под бит, как умалишенный.       Он закрыл книгу, сжал ее так, что страницы хрустнули и вышел в коридор. Рядом была дверь в комнату Субона и Намгю, постучав кольцом, не дождавшись разрешения заглянуть, дернул ручку. В этой комнате царил хаос: какое-то бесчисленное количество ярких постеров, фиолетовая подсветка, выжигающая глаза и разбросанные вещи.       — Ты можешь убавить? — голос Намгю был твердым. — Я занимаюсь. И собираюсь после этого лечь спать.       Второй приподнялся на локтях с кровати, а затем вовсе сел.       — Ты собираешься спать… — протянул он. — И что, из-за этого весь мир должен замолчать?       — Я не прошу весь мир, — сквозь зубы шипел Намгю. — Я прошу тебя.       Субон шагнул ближе, к порогу, туда, где стоял Намгю.       — Ты чересчур уверен в себе, раз думаешь, что с такой интонацией можно просить.       — А ты чересчур уверен, что тебе можно жить так, словно ты здесь один, — бросил тот и увидел, как Субон раздражается.       — Тебя один день кто-то точно побьет, Намсу.       Намгю сжал кулаки и жилы на руках выступили под кожей.       — Гю. Намгю. О чем с тобой вообще разговаривать, придурок? — от такой дерзости Субон резко рванулся вперед и теперь между ними оставалось меньше ладони. — Ты просто имя запомнить не в состоянии, а я стараюсь с тобой выйти на мирное решение ситуации.       — Ты делаешь вид, что твоя сущность терпилы — образ, а не комплекс? — слова летели как удары.       — Какой же ты тупой, просто пиздец! — воздух в коридоре будто загустел.       — Че?       — Тупица ты, я сказал, че тебе, не слышно?       Кулак Намгю дрогнул, готовый сорваться, в ту же секунду Субон поднял руку, схватив его за запястье.       — Только попробуй еще раз на меня замахнуться, — рявкнул он, сжав его руку.       Они сцепились хмурыми взглядами, как в захвате. Намгю резко дернулся, плечом врезаясь в грудь Субона.       — Уберись!       Намгю толкнули и он ударился спиной об стену, резко схватившись за ворот чужой футболки. Оба дернулись, пытаясь освободиться.       — Че, ударишь? — Субон наклонился, а Намгю, сумев освободить руку, попытался нанести удар кулаком. — Я же сказал, только попробуй, — сжав чужие пальцы до слышного хруста, он почувствовал, как второй наступает ему на ногу. — Ну ты и сука.       Это не драка, это практически попытки скинуть друг друга с лестницы и оставить в инвалидах. Намгю кидался на него, пытался сбить с ног, а Субон, хватая за волосы, то и дело старался влепить по лицу. Оказавшись в чужих руках, он начал вырываться, но движение еще сильнее сблизило их и Намгю поморщился, чувствуя, как тот сильно тянет за корни волос. Доски скрипнули под ногами и он, решив, что можно повалить на пол собственным весом, стал наступать и наваливаться. Их лбы столкнулись, дыхание сбилось, Намгю прижал всем весом Субона к закрытой двери ванной. Слова были полны яда, злобы и матов, оскорблений и угроз, но они оказались так близко, что…       — Ты, сука… — начал Субон, но голос сорвался, застряв между угрозой и чем-то другим. Намгю скрючил брови, громко выдыхая.       Тишина повисла в коридоре, густая и вязкая, прерываемая только их рваным и тяжелым после драки дыханием.       Рука Субона была глубоко зарыта в длинные черные волосы, но его пальцы ослабли в тот миг, когда они оказались в таком положении и Намгю почувствовал, как перестает пытаться его повалить, а просто стоит, непозволительно близко. Он ощутил тепло чужой кожи, быстрый ритм пульса, и все это странным образом обожгло.       Они замерли. Злость, которая секунду назад кипела в груди, осыпалась, оставив после витающую неловкость и странное головокружение. Намгю заметил, как взгляд Субона метнулся к его губам и на секунду показалось, что его что-то сбивает с ног. Но нет, они стояли неподвижно. Первый раз он ощущает так ясно чужие прикосновения, жар тела, и чем дольше они смотрели друг на друга — тем меньше в глазах читалась прежняя ярость, только странная растерянность. Первым дернулся Субон, сначала подавшись вперед, он вдруг отвернулся и опустил руку, будто обжегшись, а от этого Намгю резко отшатнулся, широко распахнув глаза и наблюдая за тем, как второй трет плечо, которым ударился.       Никто не сказал ни слова, это было слишком близко, слишком непонятно, почему вдруг… Намгю шумно втянул воздух, резко развернулся и шагнул к двери своей комнаты. Рука дрожала на ручке, но он не стал оборачиваться, зашел и захлопнул дверь за спиной, стараясь отрезать момент. Судя по звуку, дверь соседней комнаты тоже закрылась. Музыка перестала играть, наступила тишина, спокойная и естественная, такая, будто ничего не случилось.       А что-то случилось? Намгю зарылся пальцами в растрепанные благодаря Субону волосы и почувствовал, как что-то внутри сдвинулось, остался какой-то гулкий след, странное ощущение рядом с завязавшимся узелком тревоги. Плечо до сих пор будто ощущало тепло чужого тела и от этого он поежился. Что вообще произошло? Они подрались? Почему остановились? Намгю с тихим стоном упал на кровать, обессиленный произошедшим и глубоко вдохнув, удивился, как быстро чужой запах перенесся на его одежду. Субон пахнет именно так, как он представлял.       «Я что, реально представлял?» — пронеслось в голове перед тем, как заснуть.