JustMegaverse

Хёнджин чувствует терпкий, но такой любимый запах табачной вишни намного раньше, чем Минхо заходит на кухню. Альфа прячет лёгкий поцелуй в копне темных волос, сейчас собранных в милый и аккуратный хвостик, и становится рядом, нежно поглаживая рукой изгиб талии, которая не потеряла своих очертаний даже не смотря на беременность. — Помощь нужна? — спрашивает, наблюдая, как омега нарезает последние кусочки мяса. — Нет, — весело отзывается муж, скидывая содержимое разделочной доски в общую миску, — я уже закончил, — и облизывает испачканные в маринаде пальцы, кидая лукавый взгляд на мужа. — Вкусно? — усмехается Минхо, на что Хёнджин лишь кивает и улыбается. Альфа подхватывает тарелку со стола, чтобы вернуться к уже разогретому грилю и приступить к жарке основного на сегодня блюда, но, прежде чем уйти, другой рукой притягивает омегу ближе к себе и слизывает остатки соуса с пухлых губ, чтобы оценить его вкус самостоятельно. Хёнджин позволяет другому языку скользнуть в свой рот и вытягивает руки над головой, чтобы ненароком не испачкать мужа остатками маринада. — И правда неплохо, — резюмирует Минхо и, довольный собой, разворачивается к выходу на задний двор. — Нахал! — летит ему в спину беззлобно, и он в ответ лишь смеётся. Минхо не успевает перешагнуть порог, как его едва не сбивают с ног хохочущие Джисон и Ёнбок. Они что-то выкрикивают друг другу и устремляются на второй этаж. — Мальчики, аккуратно на лестнице! — кричит им вслед Хёнджин, в ответ получая джисоново «хорошо». Минхо выходит на веранду и, почесав за ухом свернувшегося на плетеном стуле Дори, спускается по ступенькам, направляясь к мангальной зоне. Открывая крышку гриля, альфа думает, что снять домик на берегу озера, чтобы отпраздновать день рождения Сынмина, было хорошей идеей. *** Чанбин плавно заворачивает направо, нервно постукивая указательным пальцем по рулю. Сынмин кидает на него косой взгляд и вздыхает. — Да не переживай ты так сильно. Отец тебя не съест. Чанбин округляет глаза и поворачивает к младшему альфе голову. — Ты хоть раз видел своего отца на заключении сделки? — Сынмин отрицательно качает головой. — А я видел. Отец взял меня с собой, чтобы я постепенно вливался в семейный бизнес. Клянусь тебе, я до сих пор помню этот леденящий душу взгляд господина Ли… Сынмин не сдерживаясь смеется, когда Чанбин едва ли не сваливается в благоговейный шепот, заканчивая свою фразу. — Отец, конечно, может иногда казаться зловещим тигром, — соглашается он, вытирая слезы из уголков глаз, — но не забывай, что там будет Хёнджин, а рядом с ним он моментально превращается в ласкового котенка. Чанбин кидает на младшего недоверчивый взгляд, но больше не спорит. Не теряя улыбки, Сынмин сцепляет их руки в замок и утягивает к себе на бедро, нежно поглаживая большим пальцем костяшки. Когда они подъезжают к нужному дому, их встречают распахнутые настеж ворота. Чанбин выходит из машины и опасливо косится на стоящего рядом крокодила. Черный «лэнд крузер» внешне чем-то напоминает своего хозяина — такой же мощный и грозный. И Со лишь надеется, что его парень его не обманул, и господин Ли на самом деле не такой страшный, как Чанбин того запомнил. — Хён! — Хён! Из глубины двора раздаются восторженные детские голоса, и через секунду на Сынмина налетают маленькие альфа и омега. Парень широко улыбается и треплет младших по волосам, пока те наперебой поздравляют его с днём рождения и взахлёб рассказывают о том, какой подарок они ему приготовили. — Идём, мы тебе покажем, — Джисон хватает Сынмина за руку и тянет в сторону дома, но тот его мягко останавливает. — Сони, подожди. Давайте сначала познакомимся кое с кем. Дети заинтересованно оборачиваются и замечают Чанбина, который наблюдал за этой сценой с лёгкой улыбкой. — Бинни, иди сюда! — зовёт его Сынмин, слегка щурясь на солнце. — Это мои младшенькие, — говорит, когда Чанбин оказывается рядом, — Бокки и Сони. — Ли Джисон, — гордо вскинув подбородок, заявляет альфочка и первым протягивает руку. — Со Чанбин, — усмехается парень и аккуратно сжимает детскую ладошку в своей. — А ты Ёнбок, да? — он переводит взгляд на застенчиво выглядывающего из-за чужой спины маленького омегу, что держит за руку старшего брата, и улыбается шире, получая в ответ лёгкий кивок и крохотную, но такую искреннюю улыбку, что Чанбин готов расплавиться тут же, на этой вымощенной плиткой дорожке. — Парни, ну вы куда пропали? — раздается низкий голос главы семьи, и бедному Со приходится в ускоренном режиме соскребать себя обратно в единую массу. Сынмин, наблюдая, как его парень вытягивается по струнке и нервно сглатывает, едва сдерживает смех. — Привет, — здоровается он с отцом. Минхо бьёт по выставленному вперёд кулаку и утягивает сына в объятия, тихо проговаривая поздравления. — Добрый день, господин Ли, — Чанбин сгибается в поклоне, когда альфы отстраняются друг от друга. — Со Чанбин? — Ли выглядит слегка удивлённым тем фактом, что парнем сына оказался знакомый ему молодой человек. — Так точно, — выпаливает Чанбин, но тут же спешит исправиться, — в смысле, да, это я. Рад снова встретиться с вами, господин Ли. — Как, однако, тесен мир, — хмыкает Минхо, пожимая чужую руку, и мысленно накидывает молодому альфе пару очков плюса за то, что тот оказался сыном его надёжного партнёра. — Так, ну пойдёмте, — подталкивает он всех вперёд, — там мясо уже почти готово. — А мы ещё кого-то ждём? — Сынмин оглядывается на оставшиеся открытыми ворота. — Дядя Бан должен скоро приехать. — Дядя Чан приедет?! — озаряется Джисон, подпирая щеки широкой улыбкой. — Приедет, приедет, — усмехается Минхо и легко щелкает мальчика по носу. — Котенок, именинник здесь! — кричит он в сторону дома, когда они проходят мимо распахнутой двери. Хёнджин появляется на веранде в то же мгновение. Спускаясь по ступенькам, одной рукой держится за перила, второй — подпирает поясницу. — С днём рождения, милый, — поздравляет омега с улыбкой. Ласково гладит по волосам и аккуратно прижимает к себе. — Спасибо, — отзывается Сынмин. Хёнджин неожиданно ойкает и хватается за живот. Минхо в миг оказывается рядом, обеспокоенно заглядывая в лицо. — Котенок, что такое? Где больно? — Все хорошо, — омега улыбается и спешит всех успокоить, — малыш просто толкнулся, — он переводит взгляд на Сынмина. — Видимо, тоже очень хочет поздравить старшего брата. Сынмин облегчённо выдыхает, и у него даже получается вернуть на лицо улыбку. — Толкнулся? — альфа накрывает живот мужа обеими ладонями в ожидании очередного толчка. — Братик здоровается? — Ёнбок тоже оказывается рядом, задирая голову вверх, чтобы встретиться взглядом со взрослым омегой. — Па, тебе не больно? — Джисон аккуратно касается руки родителя. — Господи, налетели, — смеётся Хёнджин, окидывая семью теплым любящим взглядом. Его глаза останавливаются на притихшем Чанбине. — Привыкай, Бинни. Нас много, и мы очень шумные. — Я понял, — альфа смущённо улыбается. *** Когда территория внутреннего двора заполняется запахом жаренного на огне мяса, все собираются за большим столом прямо на веранде. Хёнджин усаживается под бок мужа и придвигает к себе поближе полную миску винограда, собираясь есть его вприкуску с сочной свининой, кусочки которой Минхо уже заботливо укладывает ему на тарелку. На лицо Хёнджина лезет широкая улыбка, когда он наблюдает, как Джисон, вторя отцу, точно также ухаживает за Ёнбоком. Омега встречается с искрящимся счастьем взглядом Сынмина, которому улыбающийся Чанбин что-то шепчет на ухо. Подхватив со стола бутылку пива, Минхо поднимается на ноги, чтобы произнести тост, когда со стороны распахнутых ворот разносится несколько коротких гудков. Все тут же оборачиваются на звук и наблюдают, как на просторной парковке останавливается новенькая BMW с огромным красным бантом на крыше. — Э.это что? — неверящий своим глазам Сынмин оборачивается на отца в поисках объяснений. Старший альфа с мягкой улыбкой на губах делает глоток пива и ставит бутылку обратно на стол, прежде чем ответить. — Это наш с дядей Баном тебе подарок. — Мне? Сынмин вновь оборачивается в сторону своей машины. Сияющий улыбкой Чан, глаза которого скрыты линзами солнцезащитных очков, стоит возле распахнутой двери, придерживая ее одной рукой, а вторую расслабленно закинув на крышу. — Ну чего робеем, именинник? — кричит он. — Принимай подарок. — Какая крутая! — восхищённо комментирует Джисон, подскочив со своего места и усиленно вытягивая шею, чтобы лучше рассмотреть большую игрушку. — Очень красивая, — соглашается Ёнбок, но при этом смотрит на папу, который ему в ответ улыбается и мягко гладит по светлым волосам. — С ума сойти, — выдыхает Сынмин, медленно поднимаясь на ноги, и вновь кидает взгляд на отца, будто просит разрешения к подарку подойти. Минхо лишь усмехается и лёгким кивком указывает в сторону заждавшейся своего владельца BMW. Первым с места срывается Джисон. Хватает Сынмина за руку и тянет за собой к автомобилю. Ёнбок слезает с плетеного кресла и устремляется вслед за старшим братом. — Ух ты, Со Чанбин. Приветствую, — поднявшийся на веранду Чан, задрав на макушку очки, протягивает руку младшему альфе. — Здравствуйте, — Чанбин поднимается на ноги и отвечает на жест в лёгком поклоне. — Хёнджини, бусинка моя, — Бан широко расставляет руки, — как ты, малыш? — Привет, Чанни-хён, — Хёнджин встаёт, опираясь на плечо мужа, и позволяет утянуть себя в крепкие объятия. — Все хорошо. — И нечего шипеть на меня, как ревнивый кот, — Чан обращается к закатившему глаза Минхо, отпуская Хёнджина и помогая тому сесть. — Лучше иди-ка сюда, — альфа обходит семейную пару за спинкой плетеного диванчика и рывком ставит друга на ноги, обхватывая руками за бока, — ну же, поцелуй Чанни-хёна, — уложив подбородок на чужое плечо, Бан вытягивает губы трубочкой. Хёнджин не сдерживаясь хохочет, Чанбин пытается скрыть улыбку за стаканом с соком. Когда Чан отпускает страдающего Минхо от ненавистной (на самом деле нет) близости и усаживается рядом с ним в кресло, на веранде вновь появляется сияющий Сынмин. — Отец, можно нам с мальчишками прокатиться на ней? Пожалуйста. Сын выжидающе смотрит на Минхо и, в целом, не ждёт отказа. Старший альфа сам учил его основам вождения, и если уж Сынмин справился с лэнд крузером, то с bmw справится и подавно. — До озера и обратно, — ставит условие Минхо, пытаясь звучать строго, но улыбка сама проявляется на губах, когда сын подлетает к нему и притягивает к себе за плечи. — Спасибо! Мимоходом Сынмин благодарит Чана, нападая с объятиями, и Хёнджина, оставляя лёгкий поцелуй на щеке. Альфа утягивает за собой своего парня, но на последней ступени веранды их останавливает голос отца: — Чанбин, — Со оборачивается к господину Ли и чувствует, как успевшая растаять нервозность подбирается к нему снова, — отвечаешь за них головой. Иначе я скручу тебя в кренделек и отправлю бандеролью твоему отцу, — Чанбин гулко сглатывает, но кивает. — Минхо, — тихо одергивает мужа Хёнджин, но тот лишь ухмыляется довольно, наблюдая, как молодежь усаживается в машину. — Чё ты парня-то кошмаришь раньше времени, — улыбается Чан и тянется к центру стола за бутылкой пива, — сбежит же. — Ну и сдался он нам тогда, — Минхо берет в руки свою и ждёт, пока друг избавится от крышки. — И то верно, — соглашается Бан и стучит стеклянным горлышком о чужое, знаменуя тост. — За молодых! *** Семейный вечер плавно перетекает в ночь, и все начинают расходиться по комнатам. Все, кроме Чана. Тот засыпает в обнимку с маленькими альфой и омегой спустя пару страниц найденной в доме какой-то детской книги. Минхо относит детей в отдельную спальню, а большого альфу оставляет на диване в общей комнате, решив, что тащить ещё и его будет слишком. Хёнджин забирает из рук старшего книгу, откладывая на стоящий рядом кофейный столик, укладывает его в более удобное положение и укрывает пледом. Вместе с мужем они поднимаются наверх. Сынмин и Чанбин готовятся ко сну, но дверь в их комнату ещё открыта. Минхо ловит взгляд сына и останавливается в проёме. — Непристойностями не заниматься! В доме дети! — предупреждает он, выставив указательный палец вперед. Сынмин выгибает бровь и, сложив руки на груди, красноречиво смотрит на живот Хёнджина. — Должен ли я в таком случае полагать, что мелкого вы заделали у тебя в кабинете или у Хёнджина в студии? — Я закрою ему уши, — говорит омега, накрывая уши альфы ладонями и подталкивая вперёд, — отдыхайте, мальчики. Минхо успевает только исступленно хлопнуть ртом. Хёнджин ведёт мужа в их комнату, но альфа перехватывает его руки у самой двери, загораживая ее своей спиной. — Вместо того, чтобы ограничивать мои возможности, предлагаю воспользоваться ими в полной мере, — омега вскидывает брови в ожидании дальнейших пояснений, но Минхо лишь цепляет ухмылку на губы и крепче обхватывает ладонь мужа своей, — я тебя краду, — заявляет он и тянет Хёнджина к лестнице. Они выходят на улицу, минуют двор и через небольшую калитку на противоположной от ворот стороне выходят к озеру по протоптанной временем и людьми тропинке. Водная гладь спокойная и тихая, мерно отражает звёзды и ночное небо. Лунный свет широкой полосой рассекает поверхность озера так четко, будто кто-то провел кисточкой с белой краской по темному холсту. — Тебе нравится? — шепчет Минхо омеге на ухо, обнимая со спины и устроив свои ладони на животе. — Да, — отвечает Хёнджин, искренне наслаждаясь как картиной перед собой, так и атмосферой в целом. Они стоят так какое-то время, больше не говоря друг другу ни слова, и лишь вслушиваются в пение ночных птиц и лёгкий шелест воды. — Я так соскучился по тебе, — альфа прерывает молчание тихим признанием. Ладони плавно скользят к ягодицам, а губы оставляют влажный след на шее. Они действительно давно не были вместе. И дело даже не в забитых графиках или отсутствии возможностей. Причина до абсурдного проста: Хёнджин с беременностью стал крайне чувствителен как в плане эмоций, так и в вопросе ощущений. И если раньше он спокойно мог тихо постанывать альфе в шею, сдерживая собственную громкость, то теперь эта задача стала практически невозможной. После того раза, когда, разбуженные особенно высоким стоном, им в комнату начали стучать Джисон и Ёнбок, перепугавшись, что папочке вдруг стало плохо, Хёнджин зарёкся заниматься сексом, когда дети находятся дома. Радовался только, что в тот раз они хотя бы додумались запереть дверь, а ещё, что Сынмин тогда был у Чанбина — иначе бы омега просто сгорал бы со стыда каждый раз, когда сын бы припоминал отцу эту ситуацию. Но как бы то ни было, омега прекрасно понимает чувства альфы. — И я по тебе безумно, — выдыхает он, откидывая голову на плечо мужа, давая тем самым больше пространства для мокрых поцелуев, которые Минхо увлеченно рассыпает по его шее. — Но ты же помнишь, что нельзя, — пульс срывается с привычной частоты, когда Минхо проходится языком по запаховой железе, слизывая самые сладкие и сочные клубничные нотки. Альфа чувствует, как у него лезут наружу клыки. Хёнджин поворачивает голову и тычется носом где-то под подбородком, пока его рука накрывает очевидную твердость мужа под тканью спортивных штанов. Минхо коротко рычит и сжимает пальцы на омежьих бедрах. Он утягивает Хёнджина в жадный поцелуй, нетерпеливо раздвигая пухлые губы собственным языком, а его ладонь в это время ныряет за резинку лёгких брюк, чтобы коснуться активно мокнущей дырочки. Вязкая смазка быстро пачкает пальцы, но альфу это заводит только сильнее. Он медленно проталкивает указательный всего на одну фалангу, но даже этого оказывается достаточно для того, чтобы Хёнджин от неожиданности с силой сжал ладонь на его члене. Они стонут друг другу в губы, цепляясь языками и, кажется, теряют последние остатки здравого смысла. Страсть между ними разгорается так сильно, что грозится оставить после себя лишь тлеющее пепелище. Где-то на задворках сознания мелькает брошенная доктором фраза, что секс в положении Хёнджина может быть даже полезен для их общего ребенка и на поздних сроках за счёт вырабатывающихся гормонов счастья, и это даёт альфе окончательно зелёный свет. — Минхо! — Хёнджин несдержанно вскрикивает, когда чувствует в себе уже два пальца. — Что ты…творишь? — ему удаётся сфокусировать плывущий взгляд на лице мужа, но он видит перед собой лишь всепоглощающую бездну. — Мой отзывчивый котенок, — мурчит альфа, шумно вдыхая запах его волос и скользя свободной рукой к его налитому возбуждению, — мой прекрасный омега, — шепчет на ухо, прикусывая мочку, — я хочу тебя, мой маленький, чувствуешь, как сильно? — Минхо плавно толкается бедрами в ладонь Хёнджина, — и я чувствую, как сильно ты хочешь меня. Правда, Джинни? Хочешь, чтобы альфа взял тебя, да? Хочешь мой член в своей очаровательной заднице, м? Мой омега хочет, чтобы ему было хорошо? Хёнджин откровенно стонет и плавится, погружаясь в пучину подступающего оргазма, но все резко прекращается, когда Минхо убирает от него обе руки. Из груди рвется протестующий скулеж вперемешку с рыком, и он поднимает на мужа обиженный взгляд. Альфа лишь хищно ухмыляется, с наслаждением облизывая собственные пальцы, перепачканные в омежьей смазке. — Котенок, ну не здесь же, — усмехается он и наклоняется ближе, чтобы прошептать на ухо: — у нас есть гостевой домик в самом конце участка. Там ты можешь стонать так громко, как только способен. Хочу, чтобы у меня заложило уши от собственного имени. Оно звучит особенно красиво, когда произносится тобой, твоим голосом, на самых высоких нотах. Хёнджин рычит, и без того разгоряченный до предела. Хватает мужа за ворот расстёгнутой куртки и притягивает к себе, впиваясь в губы отчаянным поцелуем. Кусается и лижет, скользит ладонями по груди и бокам, забирается под футболку и мягко царапает короткими ногтями горячую кожу. — Кажется, кто-то говорил о своих возможностях, которыми нужно воспользоваться по-полной, — Хёнджин заглядывает в омут черных зрачков напротив и слизывает альфью слюну с собственных губ, — так вот для начала, займи свой блядский рот чем-то более полезным, — омега мягко прикусывает чужую мочку, — твой длинный язык отлично смотрится между моих ног. Минхо забыл, что в эту игру играть могут двое.