Дневники воспоминаний | сборник Stray kids

Жёсткий, ненавистный, волнующий все внутренности — но слишком желанный. Чёрствый, не подпускающий ближе — ведь сделает больно, но следом принесёт желанную разрядку. Боль и удовольствие, смех и слёзы. Острый взгляд схож с лезвием ножа, прорезающего все слои кожи, распарывающего до бьющегося сердца. Он и не подумает о чужой боли — вырвет его из самой груди, рассматривая, как пульсирует чужая жизнь в его руках. И усмехнётся. Испытующий взгляд непрерывно изучает лицо, не выдаёт лишних эмоций, не делает ненужных движений — лишь медленно, с точностью проворачивает нож на одном месте, расширяя дыру до нужных тому размеров. Маленькими кусочками — насадить на вилку и поднести к губам — мимолётно вдохнуть запах свежей крови — и вкусить сладость. А во рту — настоящая пустыня — до одури хочется выпить всю воду из стаканов, приняться за шампанское и вино — тёмно-красное, как кровь, вытекающая из стейка.Сглотнуть вязкость — и это не уйдёт без внимания Хвана. И снова ухмылка — цепкий, оценивающий взгляд. Тонкие пальцы оставляют приборы на кромке тарелки с тихим стуком, а Хёнджин поднимается со стула — не спеша, лениво, с тем забирая пальто со спинки. Одним взглядом заставляет повторить за ним — и две фигуры уже спешат выйти из дорогого ресторана. Хёнджин небрежно надевает вещь, пока дрожащие женские руки натягивают белоснежное пальто на плечи, пытаясь укрыться в ткани от вечернего холода улицы. Парень замечает неумелые движение — в мгновение ока появляется рядом и помогает укутаться, согревая ладонями продрогшие участки кожи. Недолгая поездка домой, где в напряжённом молчании Хван едва пытался скрыть своё возбуждение под стуком пальцев по рулю и поджатых губ — и всё безуспешно. Он терял контроль. И это волновало его больше всего. Словно за невинными женскими движениями скрывались спланированные ходы — отобрать холодное оружие из его рук осознанным беспомощным видом, чтобы использовать его против него самого. Громкий щелчок двери — как последний вариант отхода из лап настоящего зверя. Но кто был этим зверем? Хван стаскивает верхнюю одежду, без мыслей кидая её на пол — спешит в ванную комнату, чтобы смыть напряжение. Не ожидал, что ужин в ресторане может так на него повлиять. Но он слишком многого не знал о той, с кем сейчас находится в одной квартире. Даже спустя большой срок знакомства — он знал не все её тёмные стороны. Он не оборачивается — боится сорваться на той, чья ухмылка провожала его до самой двери ванной. Налив полную ванну, не церемонится — опускается в одежде в горячую воду. Холодную после улицы кожу обдаёт жаром. Хван выдыхает, запрокидывая голову назад и прикусывая губу. Спустя мгновение — слышит почти бесшумные шаги к ванне, и тут же распахивает глаза. Обнажённый силуэт приводит его в ступор, и прежде чем тот успевает что-то сказать — она делает шаг в воду, залезая к нему и устраиваясь ближе. Вода льётся через край, стекает по ванне и остаётся лужицами на плитке. Глаза Хёнджина медленно от удивлённых и подозревающих становятся требовательными. Руки находят место на бортиках акриловой ванны, пока она устраивается поудобнее на чужих бёдрах, останавливаясь руками на крепкой груди. Холодные пальцы зажимают кольцо на его груди, прижимая металл к коже. Он не сводит взгляда с хитрых глаз, стараясь игнорировать ловкие движения ладоней на своём теле — когда те пробираются под белую футболку, очерчивая каждый изгиб и выпуклость торса, с особой точностью находя слабые точки на мужском теле, вызывая разряды тока под кожей — прямо в месте, где остановился острый ноготь. Тихо выдыхает, сдерживая смешок. Она всё же забрала этот нож из его рук. Но в чём вопрос: не отдал ли Хёнджин его ей собственноручно в обмен на собственное удовольствие? Надо будет это решить... Когда получит достаточно удовольствия от рук злодейки с невинным взглядом и грязными помыслами.