Blood lilies / Кровавые лилии

Судьба заранее обозначила его путь, когда поставила красное клеймо на предплечье. Алые лилии и столь нежное имя, которое темным занавесом укрылось в его душе. Такие, как она не должны существовать в его мире наполненным кровью и жестокостью. Даже если он не знает кем является Касуми в жизни, то уверен что ее место не рядом с ним. Ран пытался найти ее в тайне от брата, коря себя за давнее ими обещание, но он не мог покончить с тем, чего даже не видел и не мог ощутить биением своего сердца. Но людей с данными инициалами приходилось достаточное количество, даже на их район, поэтому эта работа потеряла свой вес почти сразу же. Он корил себя за попытку нарушить обещание, но в душе желал почувствовать, что люди зовут любовь. Он не мог желать ее. Хайтани ненавидел себя за то, что кому-то придется увидеть и познать его мир однажды, если это вдруг случиться. Он читал, что рано или поздно судьба пытается свести предначертанных, но все звучало как банальная сказка для детей, кем он давно не являлся. Это было неправильно, каждую ночь с детства Ран, как мантру зачитывал себе перед сном, надеясь что она будет счастлива с другим, главное что хоть с кем-то. В его мире не было место любви и тепла. Это было запретным плодом, который хотелось попробовать и смаковать до конца своей жизни, но данная привилегия была позволена лишь в другой вселенной, где он смог бы уберечь его желанную от всех невзгод, что прикоснутся к ней. Все, что было связано с Мисаки Касуми было закрыто в огромной книге и помещено на самую дальнюю полку его библиотеки памяти.

во снах, когда звезды засветят во мгле, то его лилии зацветут.

***

С ранних лет отец учил старшего ,что лишь он способен защитить себя и свою семью. Он не давал ему какой- либо заботы и тепла, которую видел на лицах других родителей мужского пола, прогуливаясь во дворе. В глазах его отца лежала лишь ответственность за то, что он не успел сделать, преподнося на блюдце своим наследникам. Масакацу Хайтани управлял одной из известных в то время банд Токио, владея по настоящему всем Роппонги. Услышав его фамилию, многие падали ему в колени, боясь совершить действия, что могли разозлить господина. Его правила были очень жестоки, что можно было сказать и про мужчину, но отношение его к семье было для многих огромной тайной. Мало кто видел вживую госпожу Хайтани, хотя Масакацу и его жена были настоящими предначертанными. Она была словно королевой в его собственном замке и не желала сбегать от своего чудовища. Его королева работала дома дизайнером и из-за того, что ограниченный и доверенный круг лиц знал о ней, то она изредка из-за своей занятости, но наслаждалась красотой Токио. Судьба по настоящему умела складывать две книги, что дополняли себя своими секретами и тайнами, становясь одним целым. ЮкиХайтани являлась для него искренним счастьем в его черной душе, что ворвалась в его жизнь, а он уже не хотел совсем отказываться от нее. Мужчина не умел выражать правильно свою любовь, а она готова была разделить свою напополам и научить его всему с самого начала. Юки не умела развлекаться и ей нравился домашний уют, а он же наоборот приносил в ее жизнь столько нежданного веселья, что наполнял их двоих по самые уши, порой выливаясь не в самые приятные исходы событий, но в этом была и своя радость для них. Они были из разных вселенных, готовые умереть за их связь. Но в каждом горшочке счастья, есть свой пригорелый кусок мрака, что был спрятан за белым покрывалом. С рождением детей он совсем поменялся, но в своих кровных душах видел ее. Они буквально забрали большую часть матери себе, пока она делилась всецело остатками своего счастья, любя до безумия своих ребятишек. Два наследника - два его сына. Отец детей сразу предупреждал, что не сможет им дать той отцовской любви, которую она видела в сказках, пока та готова была принять его любым. Он имел собственные представления о воспитании и хотел сделать из них, как рассказывал он жене - мужчин и тех, кто позаботиться о ней. Пока она мирно желала семейного счастья с их маленькими членами семьи и это было для нее все что нужно в жизни. Он не мог, чтобы его светлый луч во мгле ушел. С ней будут Ран и Риндо, что смогут защитить и стать теми, кого он воспитает самым ужасным способом. Мужчина будет сожалеть и вариться в аду в самом грязном котле, но это будет потом. Все что он делает - это все ради их блага и они признают это позже. Золотая эра, как называли ее гопники в наше же время, преподнесла огромную славу, развитию и продвижению группировок. «Дети роппонги» - именно так прозвали младших Хайтани. Мужчина заранее оставил так называемое наследство на плечах своих сыновей, что должны были с гордостью принять лот после его смерти. Он лично рисовал им путь в этот мир, показывая как тут все устроено. Маленький Ран не понимал зачем еще один ребенок появился на свет в их семье. Он был обеспокоен появлением копии себя, ведь не знал как вести себя с ним. Риндо был слишком похож на Рана и в буквальном смысле повторял всячески его поведение, подражая ему. Он пытался быть ближе и хотел узнать его лучше, пока парень с косичками выстраивал стены между ними. В большинстве их воспитывал отец, если таковым его все же можно назвать. Он хотел вырастить из них подобие ему, но уже с большей силой. Вместо игр и учебы или разговоров с ними, он приводил их на свои собрания и показывал им что надо делать. Это нельзя было назвать тренировками, ведь его лучшие бойцы соревновались против семилетнего и пятилетнего ребенка. В то время, пока его детей выворачивали, он стоял поодаль и повторял себе, что это во благо им и никогда не причинит намеренно боли . Как бы старший не сторонился везде Риндо, он не мог наблюдать за тем, как он лежит скрючившись на асфальте еле дыша, пока от его маленьких очков оставались лишь осколки выбившихся стекол. хотя ран в то время сам находился не в том положении, чтобы помочь брату . Сначала, на так называемых первых тренировках, оба сына оставались на земле, пока в конечном итоге отец не останавливал данное месиво, после отчитывая дома Рана за то, что он ничего не смог сделать, а Риндо что тот даже не попробовал. В последующие разы данных тренировок, старший уже знал тактику людей, что не менялись и мог уворачиваться от их ударов, защищая спиной брата. Именно в те моменты он наконец понял, почему так нейтрально относился к нему, когда увидел его в опасности. Он хотел защитить младшего, стать для него той стеной за которой не будет для него зла, ведь как говорил ему всячески отец, что именно он должен защитить свою семью. Когда тренировки начали заканчиваться тем, что оба брата еле, но уже стояли на ногах, то Масакацу с гордостью отпускал своих подчиненных, довольный своей проделанной работой. но это было лишь началом к тому, чего он желал.

бей, когда больно. не сделаешь ты, сделает другой. люди подчиняются лишь тем, кого по настоящему боятся.

Именно так в них зарождали желание боли и криков на чужих устах. Ведь без насилия не бывает силы. Насилие в себе порождает лишь большее насилие, которым они должны будут управлять. Он видел, как Риндо стремится найти с ним контакт, всячески делая подарки в виде тех же резинок для его волос или какие-то значимые мелочи, не осознавая своих действий он отгородил его от себя, боясь последствий. Его стена начинала рушится в момент первых боев, когда он наконец понял, что Риндо слишком ему дорог и он боится за него, поэтому и хочет защитить . Но из-за отца Ран не мог подпустить кого-то к себе так близко. Он хотел начать все с чистого листа: оставлял пару печеней на его постели, да даже банально протирал его очки после боев, когда тот успевал их запачкать. После стал замечать, что тот часто приходит на балкон и по пару часов сидит там после их тренировок. Тайно следил за ним и когда младший наконец заметил его присутствие за непонятным хламом, то он с искренней улыбкой и радостью пригласил его посидеть с ним. Они наблюдали за красотой вечернего города, пока в один момент что-то пронеслось в голове Рина и вырвалось в слова. — Когда мы вырастем, то я стану таким же сильным, как ты. роппонги будет наш. Пожалуйста не забудь меня из-за соулмейта, а я навсегда буду верен лишь тебе. — Только братья Хайтани навсегда. Он не особо обратил смысла данным высказываниям, лишь посмеялся и рукой взворошил его волосы. Слова которые в тот момент, казались глупой детской мечтой, начали с каждым днем превращаться в настоящую цель. А обещание данное ими в тот вечер - намертво было закреплено за ними. Но между тем - он был рад. Безумно рад, ведь кирпичи выстроенной своей же стены начали ломаться под тем, как сердце старшего наполнилось братской любовью, единственному кому он мог ее отдать. Братья Хайтани видели печати выстроенные судьбой на их телах, но для них это было лишь очередным напоминанием их слабости. Младший ненавидел эту тему и никогда не зацикливался на этом в отличии от старшего. Его же слишком тяготила одна лишь мысль о любви. Но с этим разговором он больше не вспоминал ее и старался не думать об этом, ведь он обещал. Соулмейту не суждено быть в его мире, он состоит из осколков его здравого рассудка и воли демонов . Ран бы сам не желал оказаться в нем, но менять дорогу было уже поздно. Даже будучи ребенком он задумывался, что у него будет столь безумная любовь, как и у его родителей. Но не тут. Уже не сейчас.

***

С каждой последующей тренировкой их сила становилась все больше, как и навыки боя. Важна была только победа, для них не существовало чувства проигрыша. Ран действовал стратегически и нападал на противника, изучая его слабые стороны и то как он действует, в то время как Риндо был более импульсивен в своих действиях. младший за годы научился растяжке и пластике которой могли позавидовать многие бойцы. Хоть школа была последним местом куда он любил ходить, но темы анатомии стали для него любимыми, начиная пользоваться этими знаниями в схватках. Он делал упор в ближнем бою и удерживал руку, выламывая лучевую кость. Так он мог выиграть себе время, чтобы разобраться с остальными, но такой трюк хоть и был действенным , но у него не было еще столько знаний и наверное практик, чтобы он всегда срабатывал. За растяжку он должен старшему брату, что всячески любезно поддерживал и помогал растягивать мышцы по утрам, когда тот в сотый раз молил его. Предлагав этот способ попробовать старшему, но тот с недовольством отвечал, что любит более традиционные способы развлечений с противником. Вместе они были устрашающим дуэтом, готовые прикрыть спины друг друга в случае опасности, но не специально Ран старался взять на себя большее, чтобы с Риндо точно ничего не случилось. Младший же после такого каждый раз хмурился и считал, что он слабее, поэтому мог долго не разговаривать с ним и проводить большую часть за тренировками, совершенствуясь. Он слишком обеспокоен всем, что не получалось у него или было недостаточно хорошо, как у брата. Спустя время он остывал и Ран его успокаивал, говоря об обратном, на что тот верил. Но пару дней все равно дулся и не помогал ему с его гривой, главной зависимостью парня. он даже злился, когда его противники трогали его косы, что трудом и потом плел очкастый. К тринадцати годам старшего и одиннадцати младшего Хайтани, большая часть знала кем являются дети масакацу. Они были полностью плодом его творений. Отец был по настоящему горд ими, пусть и добился он этого слишком грязным путем. Он видел то что хотел увидеть, объединение сил его сыновей. Мать детей же не поддерживала намерения отца, ведь все это отразилось на их жизни, но из-за нерушимой любви и связи к нему не могла ничего сделать, как бы этого не желала. Она по настоящему устала - начиная от нескончаемого страха за жизнь своей семьи, до соулмейтов, что пожирали ее. Все равно любила и старалась как либо поддержать своих детей, но злясь на их безрассудство и глупость. Братья не умели решать конфликты, особенно в школе. Они научились получать все свое лишь силой, не смотря на мольбы матери о других вариантах решения проблем. Их боялись многие, но уважали и не переходили дорогу . Даже в таком юном возрасте они заполучили многое среди остальных сверстников. Парни до боли любили свою матушку, но не могли перечить отцу и уже сформировавшимся воспитании делали вещи, что по их мнению были правильными. к тому моменту группировок становилось все больше, тем самым приходилось напоминать кем ты являешься. одна из быстро набравших известность банд решила перехватить власть над роппонги. старший хайтани был крайне недоволен такими вестями от своих подчиненных, поэтому хотел в ближайшее время устранить данную проблему, что уже мозолила глаза. ведь данная территория была полностью его владениями, где правила и жизнь он выстраивал с нуля. один из подручных отца вламывается к ним в дом спустя пару недель после объявления о конфликте групп. мужчина первым делом ищет мать детей, пока младшие хайтани выходили из своей комнаты на собравшийся шум. юки стояла в недоумении, пока один из тех кто знал о ней выполнял поручение боса. мужчина велел собрать вещи первой необходимости и поехать вместе с ним. она чувствовала что ей не договаривают, а связь будто убеждала в этом все больше. братья же стояли за углом, незаметно подслушивая разговор взрослых. — Я никуда не поеду, пока ты не скажешь, что случилось с моим мужем. - продолжала настаивать на своем истинная боса. — Госпожа Юки, Масакацу велел передать вам всю информацию по приезду в безопасное место, я же вам говорю. я не могу ослушаться приказ моего повелителя. - он стоял ровно на месте, пока руки было сложены в замок за спиной. Ран приобнял брата, успокаивая и отводя обратно в комнату, ведь вряд-ли он предпочел слышать дальнейший диалог. Закрыв дверь, он усадил его на кровать и объяснял, что ничего не случилось, по крайней мере он хотел так думать. Младший был слишком неустойчив к неприятным новостям, поэтому брат в свою очередь старался отогнать все неприятные мысли от него, чтобы тот не начинал паниковать. Ран должен быть сильным рядом с ним. Если один начнет тонуть в омуте отчаяния, то он должен стать тем, кто вытащит его. Он держался, хотя сам паниковал не меньше младшего. Резко шаги раздаются за дверью и она в спешке открывается. — Ран, Рин. Соберите самое нужное в рюкзачки и выходите быстро в прихожую. Женщина проговорила данные слова, стараясь выглядеть как можно спокойнее, пока внутри нее разрывалась буря, начиная от страха за свою любовь и заканчивая тем, что их ждет. Она в спешке направилась в свою спальню также собирать свои вещи. Спустя пять минут семья стояла в коридоре под охраной подчиненного. Братья быстро услышав слова матушки, собрали вещи первой необходимости. Они вышли, закрыв маленький дом на все замки на всякий случай. Никто не знает, что может случиться. Дорога до нового места сопровождалась полной тишиной. Ран лишь приобнимал младшего за плечи, пока тот теребил свои очки. Мама же смотрела в окно и пыталась спросить, что с ее Хайтани, но в ответ получала, что узнает по приезду. Семья разглядывали небольшую пятиэтажку, что стояла на границах Роппонги. Небольшие сумки были у каждого члена семьи в руках, все что те сумели собрать за пару минут. Здание значительно отличалось размерами от их дома, а квартиры и вовсе тут будут в два раза меньше. Мужчина отошел в сторону из-за срочного звонка, пока мама с детьми осматривали местность. Юки пробирала дрожь, что-то явно было не так. спустя пару минут подручный отца, опускает голову подходя обратно к ним, не смея заговорить первые секунды. — Пожалуйста послушайте меня. Масакацу погиб, его пырнули в битве в спину, но когда приехала скорая, то он уже не дышал. Прошу простите меня, госпожа Юки , я только сейчас узнал это. Я не смог бы не говорить этого вам. - молодой человек упал ей в колени, опустив к ногам голову. Юки стояла пол минуты в оцепенении, не принимая всей ситуации, что вылилась на нее сплошным комом. Это все казалось страшным розыгрышем. Как только слова попытались выйти наружу, то тут же застряли у нее в горле, а из груди вырвался болезненный крик, что превращался с каждой секундой в нескончаемую истерику. Из рук выпали все вещи, ломаясь и разбиваясь внутри, но сейчас все было бессмысленно. Ноги судорожно тряслись, а слезы беспрерывно лились из ее глаз. Она потеряла своего возлюбленного и единственного желанного ей - соулмейта. Ее сердце резали наживую, отрывали постепенно каждый кусочек, распуская ее нити боли и промачивая их ядом . Это боль не сравнится со всеми с чем ей пришлось когда либо столкнуться. Она не могла уже стоять, руки хватались за волосы, теряя всякую надежду на дальнейший смысл. Юки не видела ничего вокруг себя, все мысли вертелись лишь об одном человеке, что застыл в ее теле мертвым полотном. Ран стоял в паре шагов от нее, закрывая уши Риндо. Он рыдал вслед за своей матерью, просил отпустить его и отомстить любой ценной. Цеплялся за него руками, сломав свои очки лишь бы его мольбы были услышаны. Он все таки услышал слова одного из членов банды отца и не мог уже ничего с этим сделать. Крики Риндо сливались с истерикой матери, пока старший еле держался, наблюдая за этим безумием. Он не хотел, чтобы Риндо слышал вопли матери, он не хотел чтобы они страдали, он не хотел жить с этой потерей. Но Ран не мог разорваться на двоих, ведь сам хотел выть от собственной беспомощности и горя. Его сердце болело от боли, а то что происходило с его близкими и вовсе не давали ему дышать. На секунду в его мыслях промелькнула вновь мысль об истинной. Вдруг однажды он все таки причинит ей такую же боль, как отец своей смертью матери. Нет. Этого не произойдет. Прости отец, я отомщу за тебя и за то что они сделали с семьей. Только крики отчаянии. Боль. Слезы. и смерть. Чья-то рука мягко ложиться на его ладонь, пока Ран изворачивает ее в сильном захвате, останавливая человека во сне. Он заснул, а это было лишь очередное сновидение. — Ран, это я. Он слышит обеспокоенный голос Риндо рядом с собой и мгновенно ослабляет хватку, отпуская его руку. Инстинкт от которого он все еще не мог отвыкнуть после прошлого все еще преследовал его. Младший как никто другой знал об этом, поэтому один из немногих не боялся будить его из-за данной манеры пробуждения. — Кошмар? — Да. – тяжело выдыхает старший, лениво потирая глаза. — Фу боже, как ты воняешь дерьмом. – Риндо закрывает нос пальцами и изображает то, как блеванет, после отходит от него в другую сторону гостиной. Старший лишь тихо смеется над его поведением. Он ненавидел, когда Ран начинал закуривать в квартире, да и в принципе данную привычку считал отвратительной, пока в свое время братец не мог контролировать себя на эмоциях, скуривая независимо где находился пару-тройку штук. день был ужасным и даже поспать этой ночью нормально ему уже не удалось. тяга лечь обратно мгновенно спала, как только младший сел в кресло напротив дивана на котором покоился в это время ран. он снял очки, потирая переносицу. длинноволосый на это лишь фыркнул, зная какую шарманку он хочет начать. спасибо, что успел расплести косы, иначе ко всей усталости и боли в конечностях прибавилась бы еще головная, хотя одна была уже на примете. — Я уже ненавижу эту девчонку, и что ты собираешься с ней делать? – устало спрашивает парень и отваливается на спинку кресла. Лишь одним своим спектаклем в ресторане она уже успела знатно потрепать его нервы, да лучше бы они приготовили себе этот сранный ужин дома, чем остались еще и в минусе с голодным желудком. — О чем ты? - невзначай отвечает старший, будто пару часов назад он не был готов искалечить каждого, что каким либо образом связан с его предначертанной Мисако. — Не еби мне мозг, братец . Кто из нас еще старше спрашивается. Дай мне сил прожить с тобой еще хотя бы день - вытирая театрально слезу, зачитывает младший. — Я же нихера не сделал, что ты заводишь свою пластинку. — Тебе с самого начала или ты может сам подумаешь? В самом деле Ран пиздец, как погорячился. Риндо был настолько удивлен этому, ведь обычно именно он выступал в роле того, кто делает все импульсивно, а тут старшего будто подменили. Связь молила его найти ее любой ценой и не отпускать больше, заперев в замке от которого ключи будут только у него. После первого распроса бармена, он пошел в раздевалку для персонала вместе с братом, чтобы точно убедится, что она не играет в кошки мышки с ним. Но там лишь остался шлейф духов Касуми и ее забытая сумка, что еще больше выводило его. он бы не понял, что это именно ее вещь, если бы не подружка, что решила написать с каким-то глупым предложением в тот момент. Ран забрал сумку на всякий случай, кто знает что может возникнуть в его голове, чтобы воплотить желаемые планы. После этого он направился вновь к бармену, чтобы узнать хоть малейшую информация, начав хотя бы с номера или места учебы. Но даже после угроз он отвечал одно и тоже, как сломанное радио у него заели одни и те же слова. «мы не располагаем данной информацией о старых сотрудниках в книге данных, так как это круг доверенных лиц владельца ресторана». Этот глупый дружок даже ее номера не знал, что за удача. Рана до жути злила эта ситуация. Что блять не так с его соулмейтом, такого вообще не должно было быть. Хотя он сам не понимал, чего именно он ожидал от истинной. Что она броситься с объятиями на убийцу или что. Риндо в то время хотел лишь переломать бармену каждую кость за такое обращение, ведь одной маленькой проблемы за вечер ему и так хватало. но не хотел еще большего внимание к их персонам. Спустя бессмысленные попытки вытащить хоть что-то, они наконец выбрались на улицу. Лишь пара фонарей освещали улицы. Риндо решив не пытать еще больше удачу сел за руль, чтобы длинноволосый не разъебал в порыве своего счастья машину, пока Ран в свое время, открыв окно выкуривал уже не первую сигарету, слыша поток матерных высказываний в свою сторону по поводу рода его занятий сейчас. Он был слишком нервным, что даже не заметил, как руки сами схватились за первую сигарету в кармане брюк. Все мысли были забиты лишь ей и он не понимал связь соулмейтов играет в нем или противное чувство того, что она просто блять сбежала даже ничего не успев сказать, а он как идиот погнался за ней, как послушный песик. Она выглядела еще лучше, чем он себе представлял. Касуми была не одной из тех, которых он видел, пока вел поиски в пучине зла. Нет, это всего лишь связь заговорила в нем, он не должен. Хайтани обещал. И даже сейчас он не понимал что верным является ответом - его рассудок или ноющее сердце. — Сука, ебанные черти в болоте водятся. Никогда бы не подумал о том, что рассказы про судьбу подбрасывающую вам соулмейта правдивы. Херня какая-то, в гороскопы больше верю, чем в это. Блять, так я еще же ее от шавок каких-то увел – прерывая поток воспоминаний старшего брата, взрывался риндо. — блять, риндо. никто не читает сраные гороскопы. ты бы еще к гадалке сходил. – ран устало закатывает глаза. — вот, если бы ты меня слушал, аники то поверил бы. — так ты в итоге собираешься ответить на мой вопрос? — не называй меня так, просил же. и повтори его, я уже забыл. — что мы будем делать с твоей девчонкой? – хмыкая произносит рин, специально выделяя одно слово. в своих мыслях же усмехался на его не любовь к таким уважительным выражениям от него. ран наконец принял сидячее положение. он пока еще не думал над этим. мысли летали в голове одна за одной, но никакая не заканчивалась чем-то хорошим в его голове. он фыркнул что-то себе под нос, а после облокотился на ноги руками, смотря на брата. — Я без понятия, Рин. – честно признается он, удивляясь самому себе, что решил так смело признаться об этом. — Но она пожалеет о том, что сбежала. Риндо на это лишь пустил смешок. он ждал от него этих слов и другого не даже не ожидал от братца. уже представлял себе, что он сможет сделать. — Я же встречался уже оказывается раннее, значит могу набрать ребят.. Он не успевает закончить свое предложение, как Ран не давая возможности продолжить прерывает его. — Нет. Пусть мышка почувствует себя на время в безопасности, думая что ее не схватит в свои лапы кошка. Я сам займусь ей, в крайнем случае используем вашу встречу. – приказывает Ран, подняв уголки своих губ. Риндо ничего не оставалось кроме как согласиться, ведь за большим количеством их планов стоял именно длинноволосый. Он не понимал, что тот задумал, ведь даже в повседневной жизни его спокойное лицо не значило для Рина ничего Хайтани старшего же преследовали и собственные интересы в данном деле, что-то было явно не так с его мышкой, а он должен был лично с этим разобраться.