Однажды в Рождество

Большой зал светился мириадами огней: над длинными столами парили высокие восковые свечи, под самым укрывшем потолок небом – совсем крохотные фонарики, которые, как живые мотыльки время от времени опускались к столам, прямо в руки преподавателям. Они кружили пестрыми облачками вокруг высокой нарядной елки, по вверх по которой по спирали вкатывался малюсенький Хогвартс экспресс… Вдоль стен висели пушистые еловые ветви, они же стояли в больших убранных лентами вазах на столах. Светящиеся огоньки наподобие маггловских гирлянд украшали главный вход, директорскую кафедру, тонкой мерцающей линией вились по столешницам. Кристально-белый снег лежал вдоль стен и на еловых ветвях. Золотая паутинка вырвалась из кончика палочки Гермионы, падая на рождественское дерево. - Вы отлично поработали, Гермиона, - Минерва опустила палочку. – Думаю, мы с Филиусом закончим здесь сами, а Вы ступайте отдыхать. Этот день был долгий. - Я могу закончить! – Гермиона встряхнулась, оглядываясь на директора. – Тут совсем чуть-чуть осталось… - Нет-нет, я обещала… Обещала, что не буду Вас долго мучать, Гермиона, - Минерва прикрыла глаза. – Да и Вам завтра возвращаться в Министерство. К сожалению, мне не удалось выхлопотать Вам внеплановый выходной у министра… он был непреклонен в Вашем отношении. - Спасибо, профессор. – Гермиона кивнула, бегло оглядывая результаты их общей работы… Кажется, Большой зал так сиял впервые за все время, которое она провела в Хогвартсе. Стоило бы зайти к мальчикам – они наверняка сейчас были в комнатах Гриффиндора, но она слишком вымоталась для их хаотичности. Они бы наверняка обиделись, если бы знали, что Гермиона была тут и помогала профессорам с украшением комнат… Раньше она часто делала это в башне Гриффиндора, но едва ли эти балбесы заметят ее почерк. Ее детали. Ее – почти живых – огоньков, которые так резво кружатся и играют друг с другом прямо под потолком. Такое, наверное, никто бы не заметил. Хотя иногда так хотелось, чтобы именно ее магию узнали среди десятков – сотен! – чужих заклинаний!.. *** Третье воскресенье адвента принесло с собой третью зажженную свечу и – наконец – долгожданный отпуск. Гермиона ходила кругами по своей комнате в Хогвартсе, тоже уже украшенной к Рождеству – по подоконнику катался миниатюрный Хогвартс экспресс, а на полках и по еловым ветвям перекатывались пушистые светящие шарики ее заклинания. В комнате стоял терпкий запах хвои. Утром она не спустилась к завтраку, в обед заснула, так что теперь ей невыносимо хотелось перекусить, но Гермиона, конечно, не считала это достойным поводом для того, чтобы побеспокоить местных эльфов. Еще вчера она получила записку от профессора Снейпа, в которой тот пригласил ее к себе. Не в класс – Гермиона вздрогнула – он позвал ее в личные комнаты, где она (да, пожалуй, и никто, кроме, может, слизеринцев) никогда не бывала. «Приходите завтра в 4 часа после полудня. Пароль - spes amissa С.С.» И все. Ни одного лишнего слова. Записку принесла серая сова, принадлежавшая Хогвартсу. Это разочаровало. Надежда, что Северус пошлет свою личную птицу, растаяла, молодую женщину уколола неясная тоска и обида. Все это было слишком формально, как если бы Северус писал в Министерство по поводу очередного какого-нибудь патента… Ворох бумаг девушка одним взмахов палочки отправила в сундук под стол – это все были уже не несущие ценности расчеты и ее сумбурные мысли, которые, быть может, пригодятся когда-нибудь позже. Гермиона запечатала сундук. Хранить все наработки ее научили тщательно еще в первые дни на работе, пожалуй, это стало самым полезным навыком, который она получила за последние несколько месяцев. Покидала свои комнаты она в смешанных чувствах. Свечи так и остались слабо мерцать в опускающейся полутьме. - Мисс Грейнджер, проходите, не думаю, что Вам интересно смотреть на двери, хотя, признаю, изготовлены они были одним весьма искусным мастером. – Снейп над ней смеялся, но это вдруг разбило поселившуюся в груди тревогу. - Да, профессор, - девушка ловко шагнула за ширму, отделяющую небольшую прихожую от просторного зала, и осмотрелась. Тут было… неожиданно уютно. - Что, думали, что декан Слизерина живет в террариуме со змеями? Или в сыром подземелье? Спешу разочаровать, - мужчина махнул рукой, подзывая, и тут Гермиона заметила совершенно невидную на общем фоне комнаты дверку. – Признаюсь, Ваша работа весьма амбициозна. Я бы даже сказал, что чрезмерно амбициозна для такой неопытной ведьмы, как Вы. Думаю, Вы это понимаете и без меня, не так ли? Гермиона сдавленно кивнула, озираясь. Здесь было заметно холоднее, чем в обогретой огнем камина комнате. стояла затхлая влажность, комьями забивающаяся в легкие с каждым вздохом. Сырость. Самое настоящее подземелье. Воздух казался даже тяжелее, чем в классе зельеварения. - Вы остановились на не самом сложном этапе… Ваше зелье, оно призвано восстановить память, не так ли? – Гермиона понимала, что это утверждение, а не вопрос. – Думаю, Вы и без меня догадались, что следующим этапом Вам необходимо добавить полынь, но Вы явно не смогли найти подходящую ее консистенцию и объем… - Профессор… - Я не закончил, - Снейп отложил записи Гермионы. – Я вижу, что Вы думаете, что продвинулись дальше, но на самом деле это не так. Ошибка здесь. Вам не нужна полынь. Вы неправильно продумали этапы подготовки основы зелья, дальше Вы в любом случае его испортите. Понимаете? - Не совсем. - Гермиона уставилась на разложенные на столе листы, будто смотря на них в первый раз. – Я не могла допустить ошибку в основе… это невозможно. Я перепроверяла несколько раз, профессор. - И все же Вы ее допустили. Вы неверно выбрали основной состав. Что должно делать Ваше зелье? - Восстанавливать память… - Какого рода восстановление памяти должно производить зелье? – Снейп выходил из себя, и Гермиона это ощущала очень четко, но едва ли ей удавалось найти точный ответ на его вопрос. - Магическое вмешательство? Магия памяти, стертые воспоминания, - пробормотала она, всеми силами избегая упоминать… - Обливиэйт, мисс Грейнджер, Вы таким образом не обратите. – Слова прозвучали тяжело, и в комнате на несколько мгновений повисла тишина. – Никакое зелье не поможет Вам вернуть память родителям. Ваша затея провальна. В глазах девушки защипало. И это он – лучший мастер Хогвартса? Если не всей магической Британии? Говорит о невозможном?! - Погодите, пока Вы не сказали ничего необдуманного. – Северус достал несколько свитков пергамента и протянул Гермионе. – Это мои собственные наработки. Я раньше уже работал с подвергшимися Обливиэйту. Зелье не поможет Вам, но, возможно, комбинация зелья и некоего принципиально нового заклинания способна вернуть базисные структуры памяти, которые постепенно при помощи поддерживающих средств смогут заполниться… Гермиона пробежалась глазами по формулам. Крапива, яд акромантула, сушеные златоглазки, тертый клык кобры. Отломок рога единорога? Это было по-настоящему сложное зелье, многого написанного Гермиона попросту не понимала. На каждом этапе в структуру состава вмешивался магический след изготовляющего его волшебника, достаточно сильного, чтобы после воссоздать каскады памяти. Гермиона выдохнула. - Это очень… сложный состав. – пробормотала она. - Он не готов даже наполовину, - Северус казался раздраженным. – Забирайте его с собой, если хотите, можете подумать над тем, что можно сделать. Тут описаны только общие шаги, над деталями предстоит много работы. Я не могу гарантировать, что Вы не зайдете в тупик. - Профессор Снейп, - молодая женщина смотрела на своего бывшего преподавателя, как будто впервые, жадно ловя каждую черточку его лица. – Спасибо Вам. Я… Не знаю, как Вас благодарить. Он скривился. - Я Вам давно уже не профессор. Если Вам удастся продумать следующие шаги, то можете послать сову с записями или прийти лично. Возможно, Ваш свежий взгляд будет для этой наработки лучше, чем мой. *** Рождество застало Гермиону за письменным столом, из-за которого она поднималась с минувшего воскресенья лишь пару раз – чтобы поспать. Кажется, МакГонагалл начинала беспокоиться по поводу ее отсутствия на всех приемах пищи, но эльфы неизменно докладывали, что девушка перекусила в своих комнатах… Она просила передать, что занята, что у нее полно работы. Она думала. Она искала. Она пробовала другие варианты. Это было похоже на игру – замени один ингредиент, перемешай в другую сторону, добавь мышиный хвост или икру лягушки, выжми сок или мелко поруби крапиву… Столько вариантов, столько шансов, а верный всего один. На каждом этапе нужны были иглы дикобраза – так думала девушка, когда раскладывала свои пергаменты поверх тех, что передал ей Снейп. Иглы наиболее восприимчивый к магии компонент, который при правильном применении способен многослойно вписать магический след в структуру зелья. Почему же Снейп ни словом в записях о них не обмолвился? Возможно ли такое, что у него была какая-то альтернатива? Или иглы не подошли? Но почему? Ответ нашелся чересчур быстро – нагретые иглы дикобраза вступали в нежелательное взаимодействие с сушеными златоглазками, убрать которые из рецептуры не представлялось возможным. Гермиона укусила кончик пера, всматриваясь в записи. Стабилизировать? Или попробовать комбинацию других компонентов для получения схожих свойств? В дверь постучали. - Да-да, войдите! Едва ли Гермиона ожидала, что в ее комнаты наведается Северус Снейп. - Вижу, Вы продвинулись в свои размышлениях. – девушка крупно вздрогнула, едва не вскрикнув и чуть не поставив кляксу на свои ровные записи. – Похвально. Почему Вы отказались от идеи использовать иглы дикобраза? - Еще не отказалась… - Гермиона замялась, все еще смотря на профессора. – Я думаю… может, их можно было бы стабилизировать. Или добавить на втором или третьем этапе приготовления, а на первом заменить чем-то со сходными свойствами… Морскими коньками и ядом докси, например? Я пока думаю над этим. - Очень хорошо. К слову, Ваши мотыльки в большом зале весьма... впечатляющие. Он только что впервые ее похвалил? - Вам стоит выйти к ужину, Минерва хотела бы, чтобы Вы присутствовали в Большом зале в Рождество. - А Вы пойдете? – вопрос вылетел сам собой, до того, как Гермиона успела бы подумать или захлопнуть себе рот. - Я не праздную. - А я – да. – девушка не до конца понимала источник такой своей смелости, но она подскочила вдруг с места, окрыленная какой-то мыслью, распахнула платяной шкаф и выудила оттуда тяжелый плоский сверток, обернутый красно-зеленой подарочной бумагой. – Я долго раздумывала, что подарить человеку, у которого есть всё, и решила… откроете, когда будет время посмотреть. С Рождеством Вас, профессор! Северус застыл. В последние годы подарки на Рождество были для него… чем-то недостижимым. Подарком было, если Темный Лорд не взывал его метке. Если ему удавалось провести этот вечер и следующий день наедине с бутылкой хорошего огневиски. Последний подарок на Рождество дарила ему Лили еще в школьные годы, если не считать ежегодных открыток от четы Малфоев. Северус пораженно молчал. - Я действительно составлю компанию директору. - девушка солнечно улыбалась. – если хотите, можете подождать меня тут, у меня есть сливочное пиво и, кажется, кто-то дарил мне огневиски… Весьма неплохой, как мне говорили. Отметим… - У меня нет для Вас ничего в ответ. – констатировал Снейп. - О! Не беспокойтесь об этом, Вы подарили мне гораздо больше, Северус. – она кивнула на бумаги, в беспорядке лежащие на столе. – Вы подарили мне надежду.