Желание любви

В один из субботних вечеров за несколько дней до венчания Корф и Репнин, по обыкновению, нанесли визит своим невестам. Лизавета с Михаилом уединились в дальнем углу гостиной, где красовалась в напольной фарфоровой жардиньерке композиция из гиацинтов, герани и бегоний, а Анна с Владимиром расположились на софе, что примыкала к стене, щедро увешанной семейными портретами Долгоруких. — Вы снова всего боитесь? — с болью в голосе спросил Корф, прервав затянувшееся неловкое молчание. — Нет, нет, Владимир, это не так! Просто будет лучше, если мы не станем противиться… Поймите же, репутация… Папенька не отступится… Анне не хотелось признаваться Владимиру в своих переживаниях, в страхах за него. Не хотелось рассказывать ему о том, что её папенька поставил новое условие, что он способен на подлость, на хитрость; что он может вызвать Владимира на дуэль и уничтожить, а перед людьми всё представить так, словно произошла случайность… В то время как Владимир (Анна была убеждена в этом) не посмеет выстрелить в пожилого человека. Очень боялась Анна, что Владимир вновь сорвется, совершит нечто непоправимое. Да-да, она снова всего боится и не знает, что ей делать! Она осталась наедине со своими мыслями и переживаниями, ей не с кем было посоветоваться… Лизе, Соне, маменьке Марфе (которую Петр Михайлович отказался вызволить из темницы) не под силу ей помочь!.. Разве только князь Репнин способен найти мудрый выход из создавшегося положения… «Ох, как же тяжело, — размышляла Анна. — Владимиру наверняка кажется, будто я недостаточно сильно его люблю. Он считает меня слабой, безвольной папенькиной дочкой; считает, что мне так дорог этот княжеский титул… А мне ничего-ничего не нужно, только бы быть с ним рядом, любить его…» И она решается… Покраснев от смущения и опасливо оглянувшись на Мишу и Лизу, нежно берёт Корфа за руку и приглашает в спальню: сейчас она докажет ему свою любовь… Владимир протестует: он не мальчишка, чтобы прятаться по углам, он поговорит с Петром Михайловичем в открытую! Несмотря на слезы и мольбы невесты, барон решительным шагом направляется к кабинету будущего тестя… *** Анна без стука ворвалась в гостиную, где теперь уже самозабвенно целовались, позабыв обо всём на свете, Лиза и Михаил. — Миша, простите, это срочно… — Анна в отчаянии не заметила ни смущения сестры, ни затуманенного взгляда Репнина. — Владимир отправился к Петру Михайловичу, я боюсь… вдруг они снова поссорятся! Анна в присутствии Лизы не могла быть вполне откровенной. Михаил, выпустив невесту из объятий, отвернулся к окну, дабы привести себя в надлежащий вид. В дверях показался Владимир. Лицо его было сосредоточено и хмуро. — Князя Долгорукого нет дома! — заявил он. — Итак, Анна, мы уезжаем! Собирайтесь! Анна, нерешительно кивнув, сокрушенно покачала головой: идеи барона сменяют друг друга каждые пять минут. Тем не менее она повиновалась — направилась к себе. Округлившиеся глаза Елизаветы вывели Корфа из едва обретенного равновесия. — Ради всего святого, не глядите так на меня, Лиза! — Владимир… Вы с Анной уходите… Но у папеньки больное сердце… — краснея, пролепетала княжна. «Когда вы были в моей спальне, Лизавета Петровна, сердце папеньки заботило вас менее всего», — едва не съязвил Корф. Но, покосившись на друга, сдержался. Елизавета, воспользовавшись замешательством Владимира, потянула Михаила к окну. — Миша! Барона следует немедленно угомонить, иначе в нашем доме никогда не будет ни счастья, ни покоя! — прошептала она. Репнин со свойственным ему тактом возразил невесте, что Корф очень упрям и остановить его может лишь твёрдый отказ Анны от побега. Но та, похоже, солидарна с ним. Владимир тяжело вздохнул и, совершенно позабыв о Лизе и Мише, присел на софу и предался размышлениям… Хорошо, что они с Анной вернутся домой… Вряд ли он что-либо позволит себе до венчания, но он мечтал лишь о том, как они растопят камин в его кабинете, устроятся рядышком на софе и поговорят обо всем на свете… Он не заикнется о своих желаниях, помня о том, что «низменные чувства присущи только слабым людям, а любить способны сильные натуры», он будет только любоваться своей невестой, слушать её речи, наслаждаться ее голосом, ее близостью. А когда он потянется к ней за поцелуем, она вдруг смущенно отвернется… Аня — милая, робкая, но сильная духом и порою упрямая и он любит её до самозабвения, глупенькую… На Кавказе он не раз вспомнит их последний совместный вечер, и ему станет на душе теплее, радостнее… Ему ничего более не нужно, только бы она была рядом…