Вкус одного доставщика

      Утро выдалось хмурое. Сестра отказывалась подчиняться и просто засыпала на ходу. Чонхо даже всерьёз задумывался о том, чтобы привязать её канатом к скутеру, чтобы не потерять где-нибудь на обочине. Пришлось сажать девочку перед собой без шлема и везти дворами, чтобы не попасть под прицел доблестных органов. Но даже в таком состоянии Ева снова потребовала высадить её за квартал от школы.       Спросить, что случилось вечером, так и не получилось, пришлось полдня ходить и мучиться от любопытства.       У школы он ждал без скутера. Дети вылетали из школы, размахивая рюкзаками в разные стороны и кидаясь друг в друга сменкой. Ева появилась после звонка на урок следующей смены, в том же платке, что и была утром. Увидев брата, она с недовольным лицом поменяла направление в его сторону.       - Как дела?       Фырканье. Девочка без вопросов сняла рюкзак и сунула брату вместе со сменкой.       - Ты голодная?       Опять фырканье. Она что – превратилась в лошадь?       - Поедем в Мак?       Молчание.       - Хотя, ты права. Я тоже считаю, что лучше в столовую.       - Фу, нет! Едем в Мак!       Чонхо закинул рюкзак на одно плечо.       - Но взамен ты расскажешь мне, что вчера произошло.       Опять фырканье.       - Или столовая?       - Поехали уже!       Девочка уверенным шагом почесала к воротам школы. Всё равно же дальше его скутера не уйдёт. Чонхо бросил взгляд на здание, где в окне первого этажа столкнулся с чьим-то взглядом. Специально для зрителей он задержался и старательно харкнул на асфальт.       Они заняли в кафе любимый столик, развалив вещи на диванчики. Чонхо едва дождался, пока девочка вернётся из туалета. Чек с номером заказа в его руках радостно выдохнул, когда маленькая фигурка появилась в зале. Ева села за стол и достала тетрадь и ручку.       - Ну?       - Чего тебе?       - Ты обещала. Я жду.       - Ничего я не обещала.       - Уходим?       - Вали. Мы заказ всё равно оплатили.       По факту. И когда она стала такой умной, позвольте спросить? Девочка ещё пару минут считала в молчании, после чего захлопнула тетрадь.       - Есть разговор.       Чонхо откинулся на спинку диванчика. Любопытно. Девочка щелкнула ручкой о стол.       - Только без твоих этих штучек, я серьёзно.       Он скрестил руки на груди.       - Ну, мою цену ты знаешь.       Ева цокнула и поправила платок на голове. Со стойки выдачи выкрикнули номер их заказа. Девочка было дёрнулась, но Чонхо перекрыл ногой проход между диванами.       - Ну ладно-ладно! Ничего такого. Я просто чёлку пыталась обрезать. А потом не получилось, хотела лаком назад зализать, но баллон потёк. Я заляпала зеркало и раковину, а тут мама. Прекрати ржать! Это не смешно!       Она снова ударила рукой по столу. На них обернулись несколько человек с соседних столиков. Работница подошла и попросила убрать ногу от дивана. Чонхо повиновался и отправился за едой.        Ева попыталась всосать коктейль через трубочку, но ничего не вышло. Она открыла крышку и стала макать в стаканчик картошку фри.       - А теперь к делу. У меня к тебе серьёзный вопрос.       Эта фраза абсолютно не вязалась с распаковыванием гамбургера. Чонхо откусил целый шмоть, роняя на стол салат и колечки лука. Парень размазал пальцем по щеке соус и показал лицом, что он максимально серьёзен.       - У Кан Ёсана есть девушка? Я знаю, ты точно должен знать!       Чонхо зажевал чутка настойчивее.       - С какого такого перепуга?       Девочка цокнула и по-детски закатила глаза.       - Ну, вы же мальчики. Ты точно рассказывал ему про свою девушку. А он говорил про свою. Говорил или нет?       - А с чего ты решила, что у меня есть девушка?       Ева схватила телефон и приставила к уху, сверля брата взглядом.       -Алло, это мистер «засосы на шее»? Передайте господину «Я сегодня не ночую дома», что я просила его быть серьёзным!       Чонхо приложил к уху коробочку с вишнёвым пирожком.       - А кто его спрашивает? Мисс всезнайка или мисс «лучший парикмахер в городе»?       Девочка рыкнула «До свидания!» в телефон и положила его на стол.       - Я тебя ненавижу!       Она протянула руку за своим пирожком, и Чонхо отдал ей коробочку.       - Зачем тебе этот хрен? Ты что – втрескалась в психолога? Он же старый для тебя!       Девочка помешала коктейль палочкой картошки фри.       - Не твоё дело. Может, это судьба? У нас даже метка есть! Это знак!       Она показала на родинку у себя на виске, но вышло больше глупо, чем зло. От этого она нахмурилась ещё больше.       - Нетушки. Раз ты меня спросила, значит это моё дело. Это моё дело до тех пор, пока ты моя сестра.       Ева зыркнула на брата.       - Пока ещё я твоя сестра. Ты прав. Скорее бы стало по-другому.       Чонхо как будто мешком по голове ударили. Он хотел было сказать что-то ещё, но не стал. Не подумайте, в их квартире часто звучали споры и крики вроде: «Чтоб ты сгнил в болоте!» , «Верну тебя цыганам» и «Терпеть тебя не могу!». Но одна простая фраза «не люблю», сказанная спокойно и тихо, ранит гораздо сильнее любых проклятий. Чонхо доел свой сандвич, бросил что-то вроде «Поторопись, а то опоздаем» и ушёл на улицу. Чужая девочка сама справится со своими вещами.       К офису он подъехал полный решимости. Сейчас он разнесёт им все вонючие баночки. Чонхо взлетел на третий этаж со скоростью разъярённого горного козла и сразбегу ворвался в кабинет. Все трое все ещё сидели за своими столами, беседуя с визитерами. Наступила пауза: все в помещении посмотрели на него.       - Молодой человек, выйдите и зайдите нормально! Вы видите: мы заняты?       Тётка в дальнем углу комнаты недовольно щёлкнула ручкой о стол и тряхнула серьгами.       - Я по делу.       - А мы здесь семечки щёлкаем! Вышел в коридор и открыл дверь по-человечески!       Все не местные в кабинете вздрогнули и пригнулись. Парень слева даже было привстал, но его усадили обратно. Пышная девушка, принимавшая Чонхо на работу сделала картонное лицо и обратилась опять к сидящему перед ней мужику с усиками. Чхве почувствовал, как изнутри рвётся злобный рык.       - Я вне очереди.       - Президент? Или умираешь? Либо вон, либо я зову охрану!       Чонхо скрипнул зубами и вышел из кабинета. Тут же он постучал и открыл дверь.       - Можно?       Тётка с серьгами даже не посмотрела в его сторону.       - Нет, конечно! Ждите своей очереди.       Раз ..       - Вы издеваетесь?       Тётка поставила локти на стол.       - Ты видишь: у всех сидят люди! Или я разорваться должна?       Два, три ..       Они сверлили друг друга злобными взглядами. Но это была её территория. Чонхо сдался и вышел в коридор, хлопнув дверью.       Стоя в прохладном коридоре под взглядами проходящих мимо людей, он остывал. Злость понемногу смещалась чувством собственного идиотизма. Чонхо походил по коридору, плюнул в горшок с цветком, поскрёб пальцем картину.       Дверь кабинета открылась и выпустила мужика с усиками. Пышная девушка выглянула в коридор.       - Жди. Тебя позовут.       Ага, значит. Видимо, принимать его собралась лично кадровая матка. Та самая, с серьгами и короткой стрижкой. Ну что-ж, сразимся, милочка.       Приём ему устроили королевский. Всех визитёров они быстро выпроводили и позвали Чонхо в кабинет. Тётка пересела за стол ближе, сложив свои королевские руки на столе. Свита села за другие столики, якобы занятая бумажками.       - Ну, садись.       Рука с длинными ногтями указала на стул. Чхве опустился на место.       - И как величать нашего господина?!       Парень бросил взгляд на сидящую в углу пышную девушку. Та и ухом не повела: писала что-то на листочках, как будто и не знает, кто это.       - Чхве Чонхо.       - Ко мне можешь обращаться Марина Александровна. С чем пожаловал?       - Мне пришёл счёт! С какого хрена я должен вам платить?       Женщина поправила свои короткие волосы и с нескрываемым удовольствием взялась за мышку компьютера.       - Что-ж, дорогой мой, давай посмотрим.       Она что-то кликнула, напечатала, тыкнула – и принтер у стены зажужжал. Пышная девушка достала бумажки и протянула начальнице. Та пропела что-то довольное, что наверняка значило «Ты проебался»       - Ну, тут диагноз очевиден: ты – хам, голубчик. Хамло и быдло.       Она положила бумажку перед ним. Чонхо взял её, разглядывая таблицы. Тётка продолжала пялить в экран.       - Вот отзыв от десятого мая. Цитирую: «Доставка отвратительная. Торт приехал мятый, цветы отвалились. На замечания курьер нагрубил моей матери. Праздник испорчен».       Женщина выразительно посмотрела на Чонхо, ожидая увидеть на его лице чувство стыда и раскаяния. Такого не оказалось. Тогда она продолжила:       - Тринадцатое мая. «Заказывала пионы. Привезли розы. На мои вопросы доставщик сказал, что я розы от пионов не отличаю. В магазине сказали, что отдали в доставку пионы. Куда он дел мои пионы, не знаю. Делают из людей дураков!!»       На эту высосанную из пальца претензию кадровичка даже реагировать не стала. Только полистала что-то мышкой и радостно воскликнула:       - Вот! Вот же! Девятнадцатое мая. «Курьер приехал недовольный. Я спросила, есть ли в рагу орехи, потому что у моей кошки на них аллергия. Нахамил, сказал, что привёз, что заказала. Бутыль воды помятая. Когда попросила увезти обратно и принести новую, стал ругаться и сильно стукнул бутылкой по полу. Псих, заказывать здесь больше не буду».       Чонхо молча слушал, пытаясь вспомнить, как было на самом деле. Комментарии здесь были лишние, к тому же тётка вошла во вкус в интересном чтиве.       - «Кидался в собаку картошкой». «Отказался выбирать лук из салата». О! «Привёз мятый костюм. Гладить отказался. Заказывала на срочное мероприятие, пришлось идти в мятом».       Женщина торжественно оторвалась от компьютера. Её подчинённые из своих углов светили напряжёнными ушами во все стороны.       - И это всё?       - А вам этого мало? Я могу зачитать все жалобы, их полно. К тому же ты постоянно опаздываешь. Посмотри на статистику. По отчетам за месяц только три доставки вовремя. Шляешься где-то по полдня. Что за дыры между заказами по несколько часов? За каждый проступок полагается штраф! Ты смотри-смотри, зря я тебе бумажку, что ли, дала? Тут всё написано!       Чонхо опустил взгляд на листок в руке. В закрашенных разными оттенками серого ячейках были написаны цифры , точки и минусы. В одном из столбиков все числа складывались в одно жирное – 5 000руб.       - Это же бред! Судя по вашему идиотскому приложению, я должен телепортироваться! Ты хоть сама пробовала проехать через полгорода за десять минут?       Тётка и глазом не повела.       - Другие же как-то успевают. Она взяла стоящие на столе песочные часы.       - Здесь ровно три минуты. Докажи, что можешь уложиться хоть в какое-то время.       Пауза.       - Мне станцевать перед вами?       Девушки из своих углов уже не делали вид, что заняты. Они уже вовсю наблюдали за ситуацией.       - Ну, хочешь – станцуй.       - Вы нормальная? Скажите по-человечески, какого хрена мне не платят зарплату. Без табличек и представлений. Я на вас месяц ишачил.       - Значит, плохо ишачил.       Интересно, она будет сидеть с такой же уверенной харей, если выдрать ей серёжку с мясом? Руки так и чешутся, чтобы проверить. Чонхо скрипнул зубами. Песок в часах высыпался уже наполовину. Одна из девушек пробормотала себе под нос: «Тик-так».       - И что же, хотите сказать, у вас все с Советской улицы до Карла Либкнехта за пять минут доезжают?       - Если не хотят работать в минус. - Да каким образом?       - Может, сам у них и спросишь? Или мозгов хватает только клиентам грубить?       Чонхо не заметил, как схватил подвернувшийся под руку дырокол. Секунда, крик – и он стоит, замахнувшись на тётку. Лицо то под очками дало заметную эмоциональную трещину. Она отшатнулась, врезавшись в спинку собственного кресла. Твёрдый металл вгрызался в сжимавшую его вспотевшую ладонь. Он остановил руку всего в десятке сантиметров от чужой головы.       - Ты охренел?! – вырвалось из горла кадровички. Голос сорвался, обнажая всколыхнувшийся в ней страх,- положил на стол! Живо!       Чхве послушно опустил руку. Внутри щёлкнуло – и по телу заструился холодный ужас. Он помнил, как всего секунду назад хотел размозжить чужой череп. И чувство намерения, охватившее его, оставило после себя леденящее послевкусие. Силой воли Чонхо разжал руку – дырокол стукнул о поверхность стола.       - Я… простите, - буркнул он. Пышная девушка подскочила к своей начальнице.       - Вон! Приём окончен. Вон, я сказала!       И он вылетел из кабинета, едва не снеся оплеванный горшок с цветком.       Она не пришла. Онлайн была прошлым вечером, с последним сообщением о прекращении встреч. Его следующие вопросы не были даже прочитаны.              Женщина была морально подавлена своим мужем, редкостным гадом и сексистом. Но уходить от него, конечно, отказывалась. Как и любой поглотитель груш, он был «на самом деле хорошим, добрым и мягким» человеком, просто постоянно спотыкался о порог дома. А потом вставал не с той ноги, обжигался недосоленным борщом. Терапия давала свои плоды, женщина начинала ценить себя и даже записалась на занятия по пилатесу. Ещё чуть-чуть – и на горизонте замаячила бы возможность избавиться от этих отношений. Но так было до вчерашнего вечера. А точнее, до 21:35, когда в Телеграм Ёсану пришло одно сухое сообщение о прекращении занятий. Спасибо, вы мне очень помогли, на этом и закончим. С тех пор она исчезла из сети, игнорируя все способы достучаться. Телефон был отключен.       Психолог был глубоко убеждён, что лезть в чужую жизнь за дальше своих профессиональных обязанностей – дело гиблое. Из каких бы хороших побуждений ты ни отбирал у ребёнка собачье дерьмо – всё равно в итоге окажешься злым пидорасом, грабящим людей за то, что ломает им жизни. Да ещё и с дерьмом в руках. Ребенок увидит другое, и опыт всё равно неизбежен. Пока он хочет – он сделает это. Попробует, проблюётся, зато потом не потянется. Ну, в восьмидесяти процентах.       Кан Ёсан в очередной раз посмотрел на сообщения и вышел из чата. Недолго думая, залез на страницу Чхве Чонхо. Был онлайн сегодня в 13:25. Ничего нового: фото профиля, опубликованное года четыре назад. На стене пара розыгрышей и несколько песен. Из относительно недавнего – фото с выпускного Евы из детского сада. Он выключил мобильник и постучал его краем о стол. Время отмененного сеанса теперь свободно, можно выпить чего-нибудь в кофейне через дорогу.        Кан только вышел из кабинета и достал ключ, как что-то ударило его под колени, и мощная рука, согнутая в локте, схватила за шею. Горячий шёпот обдал ухо.      - Это ты?       Появившийся в поле зрения палец ткнул в сторону таблички у двери. В нос ударил запах алкоголя. Ёсан скосил взгляд и напряг мышцы шеи. Вдохнуть он не успел, поэтому быстро задыхался.       - Ты или нет?       Психолог не ответил. Он вцепился пальцами в предплечье и попытался согнуться и ударить локтем напавшего, но тот был увёртлив и гнул жертву назад, как дугу от палатки. Кан скрипнул зубами.       - Ты какого хрена всякую херню в уши моей жены ссышь? Не получал давно?       Ёсан просипел что-то про отпустить и спокойно обсудить вопрос, но предложение упало в молоко. Голова начинала кружиться. Чужой рот оплёвывал ухо проклятиями.       - Я тебе знаешь, что за это сделать могу? Жена у меня видная. Ты ещё и спал с ней, так? Член тебе отрезать, чтобы не зарился, пидорас сраный!       Ёсан бы сказал, с кем на самом деле спят пидарасы, но мужику эта информация явно не понадобу.. доби.. добуль. Мозг уже поплыл. Из последних сил Кан попытался вцепиться ногтями в волосатую руку. Хватка была тугая, невозможно было опустить голову. Белый потолок поплыл цветными пятнами. Чужой голос слился с гулом.       Он не понял, как оказался на коленях. Хватка исчезла, силой пришлось заставить себя вдохнуть. От резкого обилия кислорода голова закружилась, тело накрыла волна эйфории. Рядом происходило что-то важное. Оно шевелилось и издавало мешанину звуков.       Ёсан прислонился к твёрдой стене. Взгляд медленно фокусировался. Недалеко от него два тела пихались на полу. То, что поменьше, ловко перевернулось и село на соперника. Ляжками он крепко прижимал чужие руки к телу. Один за другим, Чонхо наносил удары кулаком прямо в лицо лежащего под ним мужчины. Тот извивался и плевался ругательствам, но безрезультатно. Чхве работал молча, смотрел прямо в цель, стремительно сокращая паузы между ударами.       Ёсан кинулся к нему. Не смотря на регулярные тренировки в качалке, стащить Чонхо с мужчины стоило огромных усилий.       - Спокойно, Чонхо, он всё понял! Стой, хватит! С него хватит!       Он оттащил парня к противоположной стене коридора и силой отвернул лицо в сторону. В глазах Чонхо штормила ярость. Кан наблюдал, как с каждой секундой она утекала в небытие. Кулаки разжимались и сжимались обратно. Дыхание постепенно замедлялось. Мужик в стороне вяло шевелился на полу. Видимо, желание драться он тоже потерял. Ёсан не убирал руки от лица Чхве.       Посетитель через четвереньки, переваливаясь и изрыгая маты, поднялся на ноги. Он оказался не очень высокого роста, с немного поплывшим телом диванного человека. Быть задушенным таким персонажем было бы даже стыдно. Ёсан поднял взгляд на мужчину. Лицо того перечёркивали кровавые разводы.       - Предполагаю, вы и есть Фёдор. Мы знакомы заочно, благодаря Лиссе. Я могу вам помочь, приходите на терапию вместе с ней.       Ему приходилось напрячь связки, но изо рта всё равно вырывался только шёпот. Горло разболелось. Мужик плюнул, попав в плитку рядом с психологом.       - Чтобы я – к такому, как ты? Чтобы я тебя, гнида, больше с моей женой близко не видел, понял?       - Или что? - звонкий голос Чонхо его будто подстрелил.       Ёсан сжал парня за плечо, подавая знак, что разберётся сам.       - Что-ж, это решение исключительно вашей жены.       Мужчина взревел и попытался пнуть Ёсана. Тот блокировал руками чужую ногу и тут же поймал рванувшего Чонхо. Бунтарь выплюнул ещё тонну ругательств и ушёл, зло топая по плитке коридора. Они остались вдвоём.       - Ты как?       Психолог потрогал горло.       - Жить буду. Спасибо.       Он подвинулся и сел рядом, прислонившись к стене.       - С чего внезапный визит?       Чонхо опустил взгляд на руки. Костяшки правой руки были все в крови.       - Да так… поговорить хотел. Ехал мимо и…       Психолог ждал. Иногда истину не надо поторапливать. По интонации парня он чувствовал, что его волнует что-то сильное. Но вместо этого Чонхо выдал:       - Ты с ней спал?       - С кем?       - С женой вот этого вот,- раскрашенная рука махнула в сторону, где скрылся мужик.       - Не спал.       Чхве на него даже не смотрел.       - А флиртовал?       - Нет.       Проявление ревности? Что-то в этом Чонхо было не то. Какая-то мелочь в нём царапала психологическое чутьё Ёсана. Оно в ответ дрожало, играло целый тревожный марш. Он был нервный и спокойный, гнев, который всего секунду назад будто исчез, теперь, казалось, прятался, ждал, пока наружу показалось отчаяние и… живое, непонятное. И тогда он сказал:       - А с Евой ты флиртовал?       - Нет.       - Поклянись!       - Клянусь.       И тогда он поднял взгляд. Они держали этот контакт около минуты. Как закрепление клятвы тем, что дороже любой подписи. Чонхо молча кивнул и вернулся к рассматриванию рук.       - Спасибо, что оттащил. Иногда мне кажется что однажды я не смогу остановиться.       Ёсан кивнул, рассматривая свои руки.       - Мой отец тоже страдал приступами ярости. Сильнее. Он пытался залить их алкоголем, и они становились ещё хуже. Тогда он приходил домой и бил мать. И меня. Забавно, что однажды я поклялся себе, что больше никому не позволю меня побить. И тут… было бы очень стыдно.       «Не это ли тянет меня к тебе, Чхве Чонхо?» - подумал он в сотый раз за последний месяц.