Вкус одного доставщика

      Три года назад       Миска с печеньем забрюзжала от вибрации звонка. Молодой голос пробубнил в трубке:       -Доставка. Откройте.       Геннадий с грустью посмотрел на снег за окном и поднялся с места. Во дворе он случайно зачерпнул тапком сугроб и пожалел, что не натянул носки. Калитка со скрипом открылась, показав хмурого парня в дутой куртке. Он посмотрел на мужчину из-под заснеженных белых бровей и забрал деньги.       - В туалет пустите?       Доставщик был на полголовы ниже Геннадия и моложе лет на -дцать, но один суровый взгляд щекотал у мужчины чувство неполноценности. Такого не пустишь – он сам пройдёт. Запоздало мужчина подумал, что зря отдал деньги. Доставщик вдруг отодвинулся, чтобы Геннадию был виден стоящий у забора скутер. На пассажирском сидении сидел укутанный сугроб. По знаку парня сугроб слез с машины и похрустел к мужчине. Существо остановилось перед Геннадием и уставилось на него маленькими глазками. С поднятой головы съехала часть снега.       - Нам только в туалет. Чего вам – жалко ?– снова пробубнил доставщик. Интересно получается. Мужчина заплатил, а писают в его туалет. Он посмотрел на ребёнка и повернулся к дому. Фигурка поторопилась следом.       Оказавшись в прихожей, девочка стянула ботинки, расстегнула шубу и достала крупный пакет. Тонким голосом она спросила, где кухня и зашуршала туда с его заказом. За ней потянулся аппетитный аромат. Геннадий даже не успел показать туалет – дверь в санузел закрылась прямо перед его носом.       Пакет смотрел на мужчину с кухонного стола. Интересно, и много таких пакетов у ребёнка ещё за пазухой? Она же не заходила в чужие туалеты с его едой? Геннадий уже думал вломиться за дверь, когда оттуда донеслись звуки водопада. Через минуту из санузла вылезла знакомая фигурка в пуховике.       Доставщик стоял уже на крыльце.       -Отдала?       Кивок. Парень поймал ребёнка и повернул к Геннадию.       - Спасибо и приятного аппетита. Сами понимаете: в садике карантин. Улыбнись.       Девочка открыла маленькие зубы, на снег посыпался дождь из крошек.                   Доставщик закинул ребёнка на скутер и запрыгнул следом. Парочка исчезла с рёвом мотора, а Геннадий закрыл дверь и пришёл на кухню. Пакет с едой источал манящие ароматы и подозрения на птичий грипп. А рядом стояла пустая миска из-под печенья.       - Проходите, присаживайтесь.       - Спасибо, я постою.       - Напрасно вы считаете, что это поможет сократить время нашей беседы.       Чонхо прошуршал кроссовками по пушистому ковру и ухнул в кресло. Кабинет совсем не был похож на помещение социальных служб. Офис-центр находился в другом конце города: четырёхэтажное здание с длинной стеклянной полосой на фасаде. Вдоль коридора на стенах висели странные картины, ноги скользили по серой плитке. Под номером кабинета узорная табличка блестела золотыми буквами.       "Кан Ёсан. Психолог-консультант"       Сегодня он был записан один. Ева с матерью приходили вчера вечером.       Кабинет был небольшой и светлый. На стенах висели полки с книгами и фигурками. Перед столом на мягком ковре стояли пара светлых кресел. И ни одной кушетки. Он сидел за столом. В голубой рубашке с расстегнутой верхней пуговицей. Весь такой деловой, сам себе начальник. Кружка на подставке на светлом столе. Чонхо погладил мягкую обивку кресла на подлокотнике.       - Вы можете оставить куртку на вешалке.       Мужчина махнул рукой в сторону входа, где у стены стояла белая палка с крючками. Чонхо посмотрел на неё и молча повернулся обратно.       - Вам не жарко?       Чхве в ответ пожал плечами. Рука продолжала поглаживать обивку на подлокотнике. Затягивающая штука.       - Так и будете играть в молчанку?       Чонхо состроил гримасу, опустив уголки рта. Кан Ёсан постучал пальцами по столу.       - И всё же я настаиваю, чтобы вы сняли верхнюю одежду. Обещаю, что с семечками в ваших карманах ничего не случится.       Пауза.       - Прошу вас. Вы же можете постараться ради вашей сестры.       Чонхо сжал губы в ниточку, но всё же встал и повесил куртку на крючок. Затем вернулся на успокоительное кресло.       - Ну? – он закинул ногу на ногу.       Кан Ёсан откинулся на спинку.       - Мне перед вами станцевать?       - Делай эти свои психологические штучки, и я пойду.       Мужчина коротко выпустил воздух через нос.       - Мы опять перешли на «ты»?       Ну, ты тут один куда-то постоянно мотаешься       Но вслух:       - Я сидел.       Они обменялись внимательными взглядами. Лицо психолога оставалось фарфоровым, без единой морщинки. Ровненькие скулы, как обведённые по свежему лекалу. Густые ресницы, обрамляющие глаза с одинарным веком. Как эльф, заблудившийся в человеческом болоте. Наконец он моргнул. Слабак.       - С чем я вас и поздравляю.       Ха- ха       Ха       - Любопытно ли вам, зачем я попросил разделить посещения?       - Не хватило стульев?       Чонхо махнул рукой на второе, девственно белое кресло. И добавил:       - А вообще, это не врачебная тайна?       Хреновый из тебя врач получается.       Но Кан Ёсан цыкнул, чуть показав ровные белые зубы.       - Отчего же? Не секрет, что люди гораздо охотнее открываются без присутствия посторонних. Я с удовольствием пообщаюсь индивидуально с каждым членом вашей семьи.       Как жаль, что член из всех есть только у меня, чуть не ляпнул Чонхо, но вовремя прикусил язык. Даже для такой ситуации это было слишком грубо. Чтобы не родить чего подобного, он молча махнул рукой. И отложил фразу про член в сундучок для важных переговоров.       - Хотите чем-нибудь поделиться?       Чхве быстро обшарил карманы и показал руки, мол, даже жвачки у него не имелось. Волшебным образом на обеих руках выстрелили средние пальцы. Психолог в который раз смерил его внимательным взглядом серых глаз. Чонхо положил лодыжку одной ноги на колено другой, покачивая торчащей коленкой.       - Своим бунтарским поведением вы точно не поможете ни себе, ни девочке.       - Я не нуждаюсь в помощи.       Мужчина поднялся, обошёл стол и прислонился к нему пятой точкой, прямо перед Чонхо. Позиции поменялись: стройная высокая скала перед зазнавшимся развалившимся камнем с факами. Как со шпажками от канапе. Руки психолог упёр в столешницу по бокам от бёдер.       - Сотрудники органов опеки так не считают.       Какой до жопы невозмутимый. Так и хочется плюнуть прямо в рожу.       Чонхо опустил руки, встал с места и начал прогуливаться по кабинету. Не будет же этот хрен таскаться за ним, как говно на ниточке. В тишине Чхве разглядывал висящие на стене сертификаты и грамоты, трогал стоящие на полках фигурки. Краем глаза он наблюдал за выражением каменного лица, в надежде найти рычаг его выбешивания.       - В органах опеки сидят тупые старые клячи, - Чонхо повертел в руках фарфорового слоника. Психолог моргнул. Попался? Или у него тик на слово «клячи»? Или просто глаз пересох, пойди пойми этого невозмутимого, - я похож на воспитательницу благородных девиц?       - Вы похожи на непослушного мальчишку. Что гораздо хуже.       Чонхо взял второго слона и начал вертеть фарфоровую парочку, примеряя, как детальки лего. Хобот к жопе, жопа к жопе, нога к морде. Конечно же, не переставая следить за мистером фарфоровое лицо. Невозмутимость этого хрена раздражала с каждой секундой сильнее.       - И кто же вы на самом деле? Человек, сношающий слонов?       Чонхо со стуком поставил на полку фарфоровые фигурки. Кан Ёсан снова моргнул. Парень было двинулся дальше, но замер, увидев стоящие на полке шахматы.       Это - не шахматы. Это богатая жизнь в одном наборе. Хрустальные фигуры переливались в свете из окна. Чёрные блестели на изгибах, белые – прозрачные – отсвечивали в глаз азбукой Морзе слово «дорого».       - Показать вам короля и королеву, или вам по вкусу устраивать оргии?       Потянувшаяся было рука остановилась. Чонхо процедил:       - Ну куда уж нам. Быдлам тупорылым, до ваших шахмат.       Психолог снова цыкнул.       - Вы сами дали себе это определение.       - Да пошёл ты.       Парень рванул к вешалке и сорвал свою куртку, чуть не снеся крючок. У двери его остановила тихая, но чёткая фраза:       - Это определённо вам не поможет.       - Да откуда тебе знать, что мне поможет!?       - Потому что мне это сказали!       Мужчина повысил голос, но фарфоровая маска не шевельнулась. На полминуты оба таращились друг другу в глаза, пуская невидимые заклинания. Чонхо помял в руке куртку и снова нанизал её на крючок. Ткань натянулась, держась из последних ниточных сил.       Он шлёпнулся в кресло и опять зажмякал мягкую обивку. Хороший мальчик. Кан Ёсан теперь снова возвышался над ним, прилипнув задницей к столу.       - Вы приняли верное решение.       Мужчина тоже вернулся на своё место и откинулся на спинку.       - О чувствах своих я плакаться я не собираюсь, - буркнул Чонхо.       - Я и не знал, что это надо.       Какой это неправильный психолог. Даже на кушетку не заработал. Вон, сидишь, мнёшь это кресло. Хорошее кресло. Этому креслу премию выписать надо, Чонхо даже считать перехотел.       - За что вам платят?       - Я дарю людям беседу, которая им так нужна.       Мужчина сцепил руки на животе.       - Даришь?       Чонхо скептически поднял бровь. Психолог опустил края губ.       - Справедливо. Но замечу, что вам это не стоит и копейки.       - Я бы даже копейку за это не дал.       Кан Ёсан щёлкнул ручкой и черкнул что-то на листке.       - Ну куда уж, это не макароны с курицей развозить.       - Языком чесать целый день устаёшь, бедняга.       - Вы невероятно проницательны.       Чонхо сильнее нахмурился.       - Что ты там пишешь? Отчёт этим додикам? Оскорбления считаешь?       - Это не имеет никакого значения.       - Покажи, что ты там накалякал!       Сидит, падла, со своим противным выражением, строчит, гадина. Приятно ему людей принимать за глупых кроликов.       - Вам это абсолютно не интересно.       - Покажи, чёрт тебя дери!       Чонхо зарычал, оторвался от спинки кресла и потянулся рукой к листку, но психолог вытащил его из-под руки и повернул к Чону. В углу был ручкой нарисован цветок. На виселице.       - Вам легче?       Парень вырвал лист и посмотрел на рисунок. Перевернул несколько раз. Но ни на одной из двух сторон не было написано ни одной гадости. Вообще ничего не было написано. Он положил бумагу на стол и сел обратно. Недовольно потёр нос сгибом пальца.       - Ну, тут налицо признаки шизофрении.       Кан Ёсан продолжал внимательно следить за реакцией пациента из-под густых ресниц.       - Вы себе льстите.       Нагнул его каким-то поганым цветком. Прошло несколько секунд, которые Чон провёл в дёргании ногой. Он кивнул в сторону стола.       - Это значит, что я – полный придурок?       Кан Ёсан щёлкнул ручкой.       - Иногда цветок – это просто цветок.       - Еве с мамой ты тоже цветок рисовал?       - Это важно?       Часы на руке психолога тренькнули. Тот поправил рукав рубашки.       - Кажется, на сегодня с нас хватит. Вы не опаздываете на курсы шнуровки корсетов?       Чонхо встал, чуть не уронив кресло на белый ковёр. Он взял куртку, дошёл до двери, после чего вернулся, взял листок и порвал его на куски. Парень бросил обрывки на стол и ушёл из кабинета.