Вкус одного доставщика

      Место отчаяния. Это впечатление возникало каждый раз, когда Чонхо здесь появлялся. Воздух пронизывало что-то неприятное, от него хотелось сжаться и уйти. В помещении было темно и пыльно, стены покрывали деревянные дощечки, а один из светильников стабильно мигал в конвульсиях. Прямо под ним на распотрошенной доске висел листок со списком смертников. Имена появлялись в свете лампы и пропадали в темноте. Как и надежды на светлое будущее. С ними высвечивались слова: «Просим взять на передержку детей, оказавшихся в трудной ситуации».       Этот листок висел именно так, чтобы попадать тебе на глаза, где бы ты ни находился. Чтобы ты смотрел на него и чувствовал муки совести за то, что тебе живётся лучше. Напротив каждого имени указаны возраст и причина потери родителей. Отвратительная бумажка.       Проходя мимо доски, Чонхо напряг шею, чтобы не повернуть на неё голову. Он бросил мимолетный взгляд на сестру, спокойно шаркающую по старому паркету. Стальные нервы. Дверь кабинета закрылась, и он спокойно выдохнул.       Все расселись по местам: женщина в болотной кофте – за свой рабочий стол, Троица провинившихся – на скрипучий диван. Казалось, от каждого движения он осуждающе кряхтел. Мать держала ровную спину. Нехороший знак. От неё исходил запах сигарет, неумело скрытый жвачкой. Ядерный знак. Предчувствие колотило внутри Чонхо во все колокола и барабаны. Мешало сидеть, рискуя ёрзать и пердеть отвратительным диваном.       - Итак, может чай/кофе?       Женщина в болотной кофте окинула осуждённых взглядом и открыла свой блокнот. Все промолчали.       - Тогда сразу к делу. Всем нам известно текущее положение дел. Конечно, нас беспокоит, что девочка может развиваться как-то неправильно, ведь это наша работа.       Чонхо снова бросил взгляд на сестру, сидящую рядом. Та сегодня была одета по высшему разряду. Мать полутра заплетала ей тугие косы, распуская при каждом намёке на «петухи». Волосы так сильно стягивали голову, что, казалось, Ева не могла до конца закрыть глаза. Сверху на косы были рассажены маленькие заколки с цветочками, чтобы наверняка ничего не распустилось. Чхве Муён было собралась даже колготки погладить (естественно, новые, без единой дырочки), но у них уже на это не осталось времени.       Ева была серьёзная. Она обнимала на коленях рюкзак, собрав губы в куриную попку. Это вот она у них неправильно развивается? Женщина продолжала говорить за себя и десяток своих личностей.       - Ситуация, которую мы наблюдаем сейчас, настораживает. Мы прекрасно понимаем, что трудно одной содержать ребёнка. Тем более, когда на шее одной женщины сидят сразу двое несамодостаточных. Да?       Она зачем-то кивнула в сторону взрослого вполне самодостаточного Чонхо, который ни на ком на данный момент не висел. Что эта тётка себе позволяет? Никто ей – или им – не ответил, и она кивнула себе сама.       - К тому же, неблагоприятные условия. Не буду перечислять, какие – тут нам всем всё понятно. И негативный пример, который подают окружающие, - опять взмах рукой в сторону Чонхо и вздох, - Недостаток в опыте воспитания как матери, тоже есть. Поэтому мы вынуждены предпринять некоторые меры.       Женщина потянулась к ручке на столе. Ева пошевелилась, диван издал испуганный звук.       - А кто вам дал право нас унижать?       Мать попыталась предупреждающе наступить Чонхо на ногу, но мешал сидящий между ними ребёнок. Поэтому женщина попыталась дотянутся до сына за спиной Евы рукой.       - Что вы вообще знаете о том, как мы живём? Сказки старух из школы? Да у них чихнул – уже наркоман!       Чхве Муён отчаянно впилась ногтями в плечо молодого человека. Но тот даже не моргнул. Как жаль, что медсёстрам приходится обстригать ногти. Поди – проткни кожу такого бультерьера своими огрызками. Поэтому она хотя бы пыталась удержать сына на диване за ткань кофты.       - Чонхо! – предупреждающе процедила она сквозь зубы.       - Мам, а что Чонхо? Она нас просто обсирает сидит!       - Ты делаешь только хуже! Извините, мы можем выйти на минуту?       Ева старалась наклониться, чтобы не мешать матери давать брату подзатыльники. Женщина в болотной кофте положила ручку обратно на стол и наблюдала за перепалкой, сложив на груди руки.       - А вы продолжайте-продолжайте. Иллюстрируйте мои слова. Давайте-давайте. Показывайте ребёнку идеальные взаимоотношения в семье.       От переполнения собственным ядом её будто заглючило. Чонхо выдернул кофту из пальцев матери и вскочил с пердящего дивана.       - Да она над нами издевается, ты видишь?! Можно подумать, у самой у неё дома все ходят на цыпочках! Скажите честно: у вас семья вообще есть? – плюнул он в лицо тётке. За стёклами очков мутнели обведённые карандашом глаза. От её противного выражения руки так и чесались запустить ей в лицо что-то тяжёлое. Угрозы матери отскакивали от Чонхо, как теннисные мячики.       - Я так и думал! Вы – одинокая старая дева. Сидите тут каждый день и воняете вокруг своими кошками!       Он схватил с её стола ещё одну ручку. Женщина моргнула, пропустив по лицу мимолётный испуг, что она окажется в её глазу. Но парень кинул её обратно на стол.       - Ну, скажите: я что – не прав?       Он повернулся к вскочившей с дивана матери и застыл. Прямо за ней у двери стояла другая фигура, в белой выглаженной водолазке (кто вообще гладит водолазки?) и с до боли знакомым взглядом .Чонхо не проронил ни слова, когда Чхве Муён сгребла его и вытолкнула в коридор, протащив мимо стоящей у двери фигуры.       Дверь захлопнулась, закрыв ловушку с паркетом и списком смертников.       - Ты чего себе позволяешь?       Руки матери в гневе приобретали стальную хватку. Натренированные тасканием больных и годами постановок уколов они могли победить буйвола. Но в делах с детьми это почему-то работало только в гневе.       - Как давно зашёл этот тип?       - Тебя только это волнует?       - Мам, откуда здесь этот хрен? Ты его знаешь? Кто его позвал?!       Мать отвесила Чонхо пощёчину. Светильник снова заморгал.       - Думаешь, мне сейчас легко? Думаешь, я не боюсь её потерять? Устроил цирк!       Чонхо потрогал щёку и виновато опустил взгляд.       - Я сейчас захожу обратно. Постой здесь, остынь. Ещё одна выходка – сдам тебя этим тёткам. И плевать, что ты совершеннолетний! Пойдёшь на котлеты сиротам. Ты понял?       Кивок.       - Я не слышу!       - Понял.       - Вот и славно.       Она поправила сыну воротник и зашла в кабинет. Парень остался наедине со страшным листком. На секунду ему показалось, что среди детей мелькнуло имя Евы. Это подействовало сильнее пощёчины. Он вдохнул и открыл дверь.       Мужик не исчез. Он теперь сидел на стуле напротив скрипящего дивана. Мужчина сложил руки перед собой. Весь такой деловой, серьёзный. Каштановые волосы зачёсаны с аккуратным пробором посередине. Белая водолазка с высоким воротником до подбородка. Стрелки на серых брюках такие ровные, что от одного вида уже будто режешься. Противный до безумия. И красивый настолько же. Когда Чонхо зашёл, цепкий взгляд переместился на него.       - Вижу, вы успокоились. Садитесь.       Женщина в болотной кофте махнула рукой. Нравится ей конечностями размахивать. Чонхо приземлился на диван под унизительный скрип.       - Для тех, кто пропустил, повторю. Это – Кан Ёсан, психолог. Он будет работать с вашей семьёй. Проводить беседы, консультировать в вопросах воспитания. Ближайшие пару месяцев вы будете с ним сотрудничать.       Чонхо смотрел на сидящую перед ним фигуру, чувствуя, как внутри опять зашевелилось что-то опасное. Что, чёрт возьми, этот чёрт забыл в организации органов опеки? А ведь ещё визитками разбрасывается, как будто хрен с горы. Вы, батюшка, не пальцем – вы пяткой сделаны, раз сидите в этой дыре рядом с болотной плесенью. Психолог поднял взгляд и встретился глазами с Чхве. Тот шумно выдохнул через нос и отвернулся.       Во всей этой ситуации присутствующие не обращали внимания на виновницу. Ева выпрямила спину, как мать, принялась активно поправлять одежду и ёрзать взглядом по всему кабинету. Постоянно девочка трогала волосы, накручивая на палец кисточки косичек. Она сняла пару заколок и начала вертеть их в руках, щёлкать и примерять обратно. Мать только бросила на девочку мимолетный взгляд, Чонхо же был полностью увлечён сидящей напротив стройной фигурой. Парень плохо скрывал взгляды, которые постоянно бросал на психолога. От волнения, что ли, он задёргал ногой. Не понятно было, от чьих дёрганий диван пердел громче.       Любитель пасты был сама невозмутимость. Красивое лицо застыло всё в той же маске, только глаза двигались то на тётку, то на приговорённых. И хоть бы знак подал, что знакомы. Даже ни разу не моргнул подозрительно. Тётка в болотной кофте принялась разливаться дальше по организационным моментам, предупреждениям и жалобам учителей. Всё это пролетало мимо Чонхо, как чайки на набережной. Когда мать с сестрой поднялись со скрипящего дивана, парень не сдвинулся с места. Девочка дёрнула брата за рукав.       - Ты идёшь?       - Молодой человек, у вас остались какие-то вопросы?       Женщина за столом поправила очки. Чонхо моргнул, посмотрел на психолога, продолжавшего сидеть на месте, положив руки на подлокотники. Как бы с ним поговорить, желательно наедине. Парень попытался вложить в свой бессовестный взгляд жирнейший намёк на свои намерения, но этот гад и бровью не повёл. Чонхо молча встал и вышел за семьёй. Он замедлился в коридоре. Даже в холле здания зачем-то остановился и начал перевязывать шнурки на кроссовках. Но любитель пасты не вышел. Хреновый из него психолог, раз не понимает такие очевидные невербальные знаки. Парень заправил шнурки в кроссовки, кинул последний взгляд в сторону коридора и вышел из гадкого здания.       - И чего? Ни слова?       - Даже не моргнул. Не, он моргал, но как будто в первый раз меня видел.       Чонхо прищурился и отправил дротик в полёт. Игла воткнулась в чёрный ободок возле цифры 4. Меткостью он был обделён. Юнхо хмыкнул и отошёл дальше. Лёгким движением руки был совершён идеальный бросок. Чонхо отхлебнул ещё пива.       - Главное – что Ева остаётся у нас. Готов с этим хреном хоть сутки за ручку ходить.       Он взял в руки ещё пару дротиков. Сегодня меткость показывала ему жирный засаленный фак. Юнхо облокотился о барную стойку и прищурился, как довольный кот. Он цедил из горла бутылки своё крафтовое пойло со вкусом пина-колады.       - Может, он сталкерит? Собрал инфу, ждёт в переулке. Как в кино? Ты никому в последнее время не?       На этом моменте Чонхо нужно было достать из кармана и распустить бесконечный свиток. Это осознание заполнило молчаливую паузу. Чонхо снова промазал и фыркнул.       - Нахуя я ему сдался?       Он прислонился к стойке рядом с другом и снова взялся за бутылку. Юнхо пожал плечами.       - А я почём? Я в голову…       Юнхо снова присосался к бутылке, не собираясь заканчивать предложение. Чонхо дёрнулся от завибрировавшего в кармане телефона. Поганое приложение уже за несколько дней умудрилось вытрепать все его нервы. Но нет – на экране высветилось уведомление о заблокированном спаме.       - Работа?       Чхве подавил рванувший было к горлу сапожный мат. Он вдруг развернулся и со всей дури запустил последний дротик в сторону мишени. Снаряд вонзился в стену возле табло, усеянную кратерами. Друг многозначительно присвистнул, наблюдавший за этим бармен вслух вспомнил, что все дротики после них должны остаться в мишени. Игла скрылась в стене чуть ли не до середины. Пришлось расшатать дырку, стараясь не сломать древко. За этим делом Чонхо не сразу заметил ввалившуюся в помещение фигуру. Худой мальчишка в драных чёрных штанах с цепочками окинул зал взглядом и уверенно направился к барной стойке. Он воткнулся в коктейльное меню, тщательно обводя пальцем каждое название. Чон Юнхо молча бросил на него пару взглядов и подвинулся, задетый под рёбра чужим локтем. Через две минуты усердного сопения посетитель разогнулся и ткнул в угол листка:       - Вот это. Два.       Бармен, низкий мужчина с пирсингом на брови, бросил на него мимолётный взгляд и потребовал паспорт. Парнишка с улыбкой фыркнул и чуть не рухнул, попытавшись отклониться на несуществующую спинку стула.       - Ну чего ты? Да ладно тебе. Видно же, что я взрослый.       Он достал из кармана и шлёпнул на стойку пластиковую карту. Бармен и Юнхо бросили на неё мимолётный взгляд. Первый продолжал протирать столешницу. Наверное, её специально делают такой маркой, чтобы работником можно было постоянно сурово её тереть.       - Я, может, и вижу. Ты покажи сначала паспорт, и сразу получишь свою выпивку.       Видно же-взрослый человек начинал уже злиться. Он снова стукнул рукой по стойке.       - Да что ты, как чмо! Вообще, ты не имеешь права не обслуживать меня без причины. Я сейчас управляющего позову!       На этом моменте Чонхо справился с дротиком и повернулся. И тут же чертыхнулся под нос. Он вернулся лицом к стене и через плечо оглядел зал. Вроде этот клоун пришёл один. Чхве попытался подать другу знак забирать вещи и аккуратно сматываться. Юнхо рассматривал свои ботинки и вообще не планировал отвлекаться. Чонхо с силой воткнул дротик в мишень, громко стукнув ей о стену. Тут же он воткнулся лицом в стену, потому что на него обернулся не только друг, но и ближайшие столики. Шумный человек, по совместительству Сон Минги, кажется, к счастью, был увлечён ссорой. Он поднялся на своём стуле и уже тянулся длинными руками к бармену.       Чонхо выразительно посмотрел на Чона.       «ЧП»       Тот поднял брови.       «Чего?»       Чхве перевёл взгляд на буйного посетителя.       *Трудно переводимая реплика       «Чё?»       Посетитель попытался снести со стойки посуду, но бармен вовремя успел убрать стаканы. Тот недовольно расплескался матами.       Чонхо выпучил глаза сильнее. Трудно разговаривать лицом, когда у тебя разработано только два его состояния. Он решил пойти другим путём и кивнул в сторону двери.       «Уходим»       Лицо Юнхо вытянулось в любопытстве, и он снова посмотрел на чокнутого соседа. Тот попытался перелезть через стойку, но один из посетителей сбоку хватал его за рукав. Совместными усилиями бунтаря усадили обратно на задницу, и охранник что-то агрессивно прошептал ему на ухо. Парень недовольно засопел, но оправил куртку и остался сидеть. Охранник похлопал его по плечу и отошёл в сторону, бросая косые взгляды. Притихший Минги положил голову на сложенные на столешницы ладони и замер. Острые лопатки под кожаной одеждой торчали вверх. Чонхо аккуратно приблизился к другу.       - Берём шмотки и уходим,- процедил он, затем допил остатки своего пива и поставил на стол пустую бутылку. Он подошёл к стоящей рядом вешалке и принялся искать свою куртку.       В этот момент младший друг скунсов пошевелился и поднял голову. Чонхо тут же скрылся за ворохом курток. Мальчишка посмотрел перед собой мутными глазами и перевёл взгляд на соседа. Юнхо кивнул ему, мол, «как жизнь, бро?», и спешно отправился к той же вешалке.       - Хрен? – коротко бросил Чон в нагромождение курток. Чонхо аккуратно выглянул из-за чужого рукава.       - Дружок идиотов из жёлтой доставки. Он от них далеко не отходит.       Юнхо хотел было что-то ответить, но на его плечо легла чужая лапища. Чонхо снова прикрылся курткой, а Чон повернулся к мальчишке.       - Дядь… - Минги чуть пошатнулся на месте, - дядь, купи алкоголь, а? Я денег дам…       Он вытащил из кармана и сунул в Юнхо несколько купюр. Чон посмотрел на бумажки и поднял взгляд обратно на лицо Минги. Выражение его лица было просяще-воинственное, готовое в случае отказа обеспечить кому-нибудь проблемы. Минги щёлкнул свободной рукой перед лицом собеседника. Юнхо ожил и активно зажестикулировал руками. Немой человек ввёл парня в ступор, он пробурчал извинения и отправился гулять по другим посетителям.       Двое друзей были уже у выхода, когда в зале поднялся переполох. Ещё один охранник сорвался к дальнему столику.       Они курили на улице, когда дверь бара открылась, и наружу выпихнули тощее тело. Оно недовольно поправило куртку и облокотилось о стену. Минги похлопал по карманам и посмотрел на две фигуры, стоящие в свете уличного фонаря. Опять он.       - О, друзья, - проблеял он и покачнулся, - поделитесь сигареткой.       Он протянул руку к повернувшимся ребятам. Ладонь собралась, и в воздух перед Чонхо воткнулся палец.       - Это ты…       Фраза прозвучала, как претензия. Чонхо мысленно чертыхнулся. И почему их приспичило покурить прямо здесь? Повезло ему ещё, что пацан не в состоянии оторваться от стены и подойти ближе. Чхве затушил сигарету и подал знак другу трогаться. Он спешно надел шлем, игнорируя слова Минги, залез на свой скутер и бросил взгляд на стоящий недалеко мотоцикл. Как только Юнхо сел сзади, он завёл мотор .       - Думаешь, он…? – голос пассажира прозвучал над ухом на светофоре.       - Да поебать, - бросил тот назад. Главное – чтобы этот умник на мотоцикл не полез.       Они проехали ещё пару кварталов и свернули обратно.       Пусть его не будет, ну пожалуйста. Во имя здравого смысла.       Минги сидел под вывеской бара, прислонившись спиной к стене. Он пытался встать и не упасть. Скутер остановился у угла и затих. Фигура в кожаной куртке уронила голову на руки и замерла.       - Действия?       Голос Юнхо снова ковырнул душу. Чонхо дёрнул плечом.       - Не знаю. Подождём пока.       Сидящий у бара вызывал у него те же чувства, что и голосовые в телеграмме. Нетерпение и нежелание терять на это время. Только его, чёрт возьми, нельзя было поставить на перемотку. Наконец он двинулся. Парень с трудом поднялся по стене и покачался в сторону своего мотоцикла. Вот идиот. Минги ухватился за руль и со второй попытки перекинул ногу через байк. Он повозился с машиной пару минут, и скоро послышался звук мотора. Чонхо почувствовал шевеление друга и ударил по газам, пока тот не успел слезть.       Скутер с рёвом пронёсся через улицу и затормозил перед колесом байка. Минги странно дёрнулся и выругался.       - Ты чё…?       - Слезай.       Чонхо не стал церемониться.       - Ты оху…?       - Трупом давно не был? Поедешь на такси.       Парень разразился очередной тирадой матов и пошатнулся вместе с металлическим конём. Чонхо достал телефон       - Диктуй адрес.       Минги недовольно дёрнул мотор мотоцикла, но Чхве не повёл и бровью. Юнхо взволнованно заёрзал на месте, опасаясь выходки пьяного подростка. Но куда страшнее могла быть выходка того, кто сидел за рулём скутера. В голове Чонхо было промелькнула мысль проткнуть толстую шину дорогого мотоцикла. Но вряд ли это могло остановить мальчишку, только придало бы смертоносности. Минги нетерпеливо засопел.       - Я сказал: пусти! Или пожалеешь. Ты знаешь вообще, кто мой отец?!       Чонхо слез со скутера и схватил руль мотоцикла, стиснув чужие ладони. Не ожидавший этого парень попытался высвободиться, но не тут-то было. Хватка у Чхве была стальная.       - Твой отец тоже не будет рад соскребать твои мозги с асфальта. Едешь на такси либо добровольно, либо я разбираю твою игрушку на куски и распихиваю по твоим карманам.       Минги насупился. Либо у него было недостаточно карманов, либо подействовала картинка размазанных по асфальту мозгов. Он ещё раз попытался освободить свои лапы.       - Я моцик не оставлю. Меня батя прибьёт,- пробурчал он поломавшимся рано низким голосом, опустив голову, - он и пьяным меня прибьёт. Мне домой нельзя.       Чонхо вздохнул и посмотрел на Юнхо. Тот сидел на его скутере, вцепившись в руль. Пока Чхве отвлёкся, Минги выдернул руки и замахнулся в лицо Чонхо. Последний решил вдруг повернуть голову, и кулак мазанул вскользь по скуле. Ответ пришёл быстро: тыльная сторона ладони врезалась под нижней челюстью, вторая рука повернула руль в сторону. Пару секунд – и Минги лежал на земле, придавленный собственным мотоциклом.       - Так, может, здесь полежишь, пока не протрезвеешь?       Парень забрыкался на асфальте, недовольно забубнив. Он почти высвободился, но резко затих и обмяк. Ребята опять переглянулись.       -Я ничего не делал,- на всякий случай уточнил Чонхо. Они вдвоём оттащили мотоцикл в сторону и склонились над мальчишкой. Глаза его были закрыты.       - Дышит.       - Спит?       - Походу.       Последовали пара хлопков по щекам. Юный байкер недовольно поморщился и на несколько секунд приоткрыл глаза.       - Ну его и развезло. Чудно.       Чонхо встал и подошёл обратно к скутеру.       - Оставишь?       - В таком состоянии он далеко точно не уедет.       Юнхо бросил на него неодобрительный взгляд и поднял мотоцикл с парня. Чхве наблюдал за тем, как его друг катит машину за мусорные баки. Справившись, он подошёл к Минги и потащил его под мышки в сторону стены. Чонхо закурил сигарету, наблюдая за происходящим. Когда друг усадил тело у здания, Чхве придирчиво оглядел картину и засунул парню в рот одну сигарету. Теперь было красиво. Ребята довольно хмыкнули.       - Замёрзнет?       - Похрен. Залезай.       Юнхо притормозил. Он снял свою куртку и зачем-то накинул её на спящего парня. Тот всхлипнул и вяло попытался отмахнуться. Вот дебил. Приедет ледышка на пассажирском. Телефон завибрировал. Уведомление о штрафе от приложения доставки. Чонхо затушил сигарету и надел шлем. Друг тоже натянул защиту и залез сзади на скутер. Мотор взревел, и фигура у бара стремительно отдалилась от капота скутера.