Новогодняя Сказка || Кащей

2025 год Конец декабря Казань Последний экзамен зимней сессии пятого курса подошел к концу, уступая место легкости, спокойствию и предчувствию праздника. Анастасия Мальцева доответила на вопрос, и аудитория взорвалась аплодисментами. Светло-серые глаза искрились счастьем. На щеках проступили легкие ямочки, добавляющие ей шарма. — Ну? — хором окружили её одногруппники, как только она вышла в коридор с зачеткой в руке и маленьким чёрным рюкзачком на плече. — Пять, — выдохнула девушка, получая всеобщие объятия и восторженные возгласы. — Ну это надо отметить! — подружка-Алинка, с тёмными длинными волосами, схватила её за локоть. — Пошли в столовую? Настя кивнула. Они, протискиваясь сквозь поток студентов, направились к их излюбленному месту, где пахло ароматными пирожками и свеже сваренным кофе. Спустились по двойной лестнице вниз и прошли в буфет. В воздухе витал сладкий запах ванили, шоколада и предвкушения скорых каникул. В столовой Алина купила себе капучино и ватрушку, а подруга остановилась на зеленом чае и слойке с абрикосовым джемом. Усевшись за столик у огромного окна, Котова с наслаждением откусила десерт. — Не валил тебя Даничек? — спросила она, подмигнув. — Нет, — закатила беззлобно глаза Мальцева. На губах появилась тень улыбки. — Всё как всегда. Строго, профессионально, без намёка на личное. — Понялааа, — протянула девушка. — А где отмечать-то будете? Новый год на носу. — Либо у него, либо у меня, — Настя взяла свою чашку, согревая ладони о горячий фарфор. — Надеюсь, он наконец-то, ну... предложение сделает. Два года уже встречаемся, так-то. — Держу кулачки! — взвизгнула подруга. — Ну, если что, приходите к нам с Димкой. Будет весело! — Прикалываешься? — усмехнулась и покачала головой, отчего бордовое каре колыхнулись у неё на плечах. — Он не захочет. Это же великая тайна, заговор мирового масштаба. Вдруг кто лишний узнает и расскажет? — Так мы-то в курсе, — нахмурилась Котова. — Ну, он-то об этом не знает, — вздохнула Мальцева. — Ладно. Посмотрим. Они просидели ещё минут двадцать. Подруга рассказывала как Соколов водил её в ресторан, дарил цветы без повода, гуляли по ночной набережной. Собеседница слушала и улыбалась, искренне радуясь за Алю, но внутри тихо играла зависть. У неё с Данилом такого не было. Их роман был скрыт в от лишних глаз. Попрощавшись, Мальцева зашла в гардероб, надела бежевую жилетку поверх черного худи и вышла на улицу. Морозный воздух обжёг лёгкие. Она дошла до парковки, разблокировала свою белую Kia Rio, села внутрь и завела мотор. Ехала по Казани, украшенной гирляндами и снежными шапками. Думала об их отношениях. О Даниле, его карих глазах, которые наедине становились такими тёплыми, а на занятиях были ледяными, руках, знающих каждую клеточку её тела, но никогда не касающихся при всех. Встав на светофоре, она тихо прошептала: — Как же я хочу, чтобы всё наладилось. Чтобы этот Новый год я провела с тем, кого люблю, по-настоящему. Открыто и без всяких тайн. Внезапный удар сзади отбросил её тело вперед. Ремень впился в плечо, но инерция была сильнее. Её лоб с глухим стуком встретился с рулём. — Блять... — вырвалось у неё тихо, больше от обиды, чем от боли. Настя отстегнулась и вышла из машины. Из чёрного внедорожника, врезавшегося в неё, выскочил растерянный кудрявый мужчина. — Девушка, простите, я не специально! Начал тормозить, но на льду занесло! Настя молча обошла свою Kia. Зад помят, фары разбиты, пластик осыпался на асфальт. Вспыхнувшая ярость заставила её сжать кулаки. Она достала телефон и набрала номер инспекторов. Голос был холоден и корректен, пока объясняла ситуацию. Сказали, что будут в течение двадцати минут. — Сколько нужно будет, столько я и оплачу, — заверил её мужчина, виновато улыбаясь щербатым ртом. Девушка кивнула, подошла к водительской двери и села на сиденье, захлопнув дверь. Достала вейп, сделала глубокую затяжку, пытаясь унять дрожь в руках. Набрала Данилу, но трубку не взяли. Спустя минуту пришло сообщение: «Ты чего? Что-то срочное?» Она в ярости напечатала: «В меня на светофоре въехал мужик. А так всё замечательно!». Ответил почти мгновенно: «Попозже напишу. Я занят». От этой равнодушной фразы её будто снова ударили. Мальцева швырнула телефон на пассажирское сиденье и крикнула на весь салон, срываясь на фальцет: — СУ-КА-А-А! Снова затянулась, пока густые клубы пара не заполнили всё пространство. Спустя указанное время приехали инспекторы и всё оформили. — Анастасия, у меня свой автосервис на Ленинградской, 15, — виновник ДТП протянул ей визитку. — Приезжайте завтра-послезавтра. Всё починю бесплатно. Она взяла карточку и сухо поблагодарила: — Спасибо. Развернулась и уехала. Но злость и обида никак не утихали.

/———/

1988 год Конец декабря Казань По заснеженной улице шли двое: Кащей и его друг – Адидас. Оба – лидеры Универсама. Только первый имел огромный авторитет, а второй... поднялся за счёт товарища. — Ну всё, дела решили, — хмуро констатировал Вова, закуривая «Беломорканал». — Теперь можно и отдохнуть. Ты как, кстати, Новый год собираешься праздновать? — Главное, чтобы скорлупа ничего не натворила за эти дни, — Никита затянулся, выпустив струю дыма в морозный воздух. — Отмечать? У Людки, наверное. — Зачем с ней? — Суворов покосился на него. — Как говорится: как Новый год встретишь, так и проведёшь. Она тебе только на потрахаться и нужна. Кащей швырнул окурок в сугроб, где тот с шипением погас. Посмотрел на друга и хрипло произнёс: — А с кем? Дома одному бухать? Так что ли? Там хотя бы секс после будет. — Ну, а может, пора бы тебе уже нормальную девушку найти? — мягко настаивал Адидас. — Чтоб любили друг друга всей душой. Как мы с Наташкой. Бандит усмехнулся, обнаружив щербинку меж передних зубов. — Какой из меня семьянин? Смешно. — Я же вижу, что ты этого хочешь, — не отступал друг. — Признайся уже. Если не мне, то хотя бы себе. Никита молчал. Шёл и думал. Ему бы и правда хотелось... Он бы хотел такую девушку. Которая смотрела бы на него не с желанием или страхом, а с нежностью. Которая любила бы его не за деньги или статус, а за душу. Которую и бы мог полюбить своей израненной, ожесточённой душой. Внезапно его нога поскользнулась на припорошённом участке льда. Парень не успел даже вскрикнуть. Полёт оказался слишком коротким. Он с силой ударился спиной и затылком о мёрзлую землю. Острая боль пронзила череп. — Сука... — прошипел, пытаясь отдышаться. — Нифига себе! — ахнул Адидас, помогая ему подняться. — Тебе прям в фигуристы надо. Кащеев отряхнулся, но в его тёмных завитках остались снежинки. Прижал ладонь к голове, а когда убрал её, на ней осталось алое пятно. — Спасибо. Ладно. Пошёл я домой. Они пожали руки. Никита, слегка пошатываясь, побрёл к своей пятиэтажке. Поднялся на пятый этаж, открыл дверь в свою квартиру, где царил строгий порядок. Снял ботинки, повесил плащ на вешалку и, прижимая окровавленную ладонь к голове, прошёл в ванную. Он достал из шкафчика старенькую аптечку, подошёл к большому зеркалу, висящему на стене, чтобы оценить повреждения, и замер. В зеркале старшой видел не свою квартиру с зеленоватым кафелем и потрескавшейся штукатуркой. Перед ним была совсем иная... светлая, со бежево-коричневой большой плиткой. Дверь была слегка приоткрыта, показывая диван, кухонный гарнитур и пару стульев со столом. — Не понял, — пробормотал бандит. — Чё за херня? Вдруг из-за пределов зеркального отражения он услышал, как с силой хлопнула дверь. Увидел, как на тот самый диван швырнули маленький чёрный рюкзак. Тишину разрезал злой, срывающийся на крик женский голос: — Сука! «Всё бесплатно починю»! Да иди ты нахрен! Надо было тормозить, значит, раньше. Но нет же, мы крутые на своих внедорожниках! Да и ты, дебил! «Позже отвечу»! Твоей девушке в жопу выехал какой-то мудила, а ты занят! За что мне это... Ну ведь нормально день начинался! Сессию закрыла! Вот тебе и Хеппи Нью Э! Никита увидел, как за зеркалом прошла девушка. Бордовое, волнистое каре до середины шеи, чёрная толстовка и такого же цвета джинсы. На руках держала белого котёнка. Она была прекрасна в своём гневе. — Блять... — тихо выдохнул Кащей, отшатнувшись от зеркала. — Вот это я уебался... Белочка пришла... Настя, только что выпустившая пар криком вдруг замерла. Ей почудился чей-то мужской, хрипловатый голос. Хозяйка квартиры резко обернулась. — Не поняла... — прошептала, оглядывая пространство. — Глюки, что ли? Мальцева прошла по комнатам, заглянула на кухню. Никого. Оставалась ванная. Она подошла к полуоткрытой двери, прислушалась и рывком распахнула её. Комната была пуста. Девушка вздохнула с облегчением и подняла взгляд на зеркало, вмонтированное в стену. И застыла... Там было не её отражение, не её ванная. Там – другая, старая комнатка с ржавыми подтёками на раковине, без душевой кабины и шкафчиков с разными уходовыми средствами. И там стоял он. Высокий, кудрявый, с тёмными, почти шоколадными глазами, в которых читалось точно такое же недоумение и шок, как и в её. На его виске проступала кровь. Глаза Насти округлились. Леденящий ужас сдавил горло. Она коротко и отрывисто вскрикнула, отпрянув и с силой захлопывая дверь. Прислонилась к ней спиной, чувствуя как сердце с бешеной силой колотилось где-то в горле. А в зазеркалье лидер Универсама смотрел на пустое помещение и с изумлением, произнёс: — Она меня... что ли, увидела?.. Блять...