По ту сторону Нила

Разрушающий зной пустыни. Пески. Барханы, что не имели конца. Эва потеряла надежду добраться до Амена быстрее и замедлившись, посмотрела по сторонам. На десятки километров в округе не было ни души. Лошадь выбивалась из сил, а вода неумолимо заканчивалась, ведь её большую часть девушка отдавала ей. В какой-то момент Эва задумалась о смерти. Неужели она так и погибнет не попросив прощения? Неужели так и погибнет в тоске по нему? Слезы начали застилать глаза, а тело иссыхало под лучами пустынного солнца. *** — Амен! — Тизиан пытался угнаться за ним, но Эпистат не останавливался и в считанные минуты покинул поселение. — Она ведь может быть далеко. — Проговорил он уже видимо самому себе и растерянно поплелся назад. Амен несся по пустыне за соколом, что летел в сторону Эвы. Близился вечер и Эпистат боялся опоздать. Песок утягивал, а Луна освещала путь. Птица будто поняла и летела низко, чтобы быть заметной. В какой-то момент сердце Амена дернулось. — Я не могу опоздать! Его крик раздался далеко, но недостаточно. Он не знал какой преодолела Эва путь и как долго он будет идти к ней. Спустя, казалось, бесчисленное количество часов, Эпистат заметил, как стал кружиться сокол. И понял, что он близок. Поднявшись по очередному бархану, он увидел темную точку и помчался к ней. — Эва! Принцесса медленно взметнула голову. Она уже несколько часов шла пешком, лишь бы лошадь не погибла. И сейчас видя в свете Луны белый плащ, едва не зарыдала от счастья. Эпистат в считанные минуты оказался рядом и спрыгнув с коня, бросился к любимой. — Эва. — Нежно позвал он. — Амен. — Только и смогла вымолвить Эвтида, как силы покинули её. Она упала прямо в его руки, и едва не потеряла сознание. — Пости меня… Всё это из-за…из-за меня — слезы душили её и он не понимал в чем причина и не собирался выяснять это сейчас. — Всё хорошо. Проговорив это и чутко поцеловав девушку в лоб, он подхватил её на руки. Его крепкий конь был готов к дороге назад, а лошадь Эвтиды покорно поплелась следом. С трудом взобравшись, чтобы не уронить её, Эпистат помчался в ближайшее на пути поселение. Дорога заняла несколько часов и страх, что Эва может умереть от такого напряжения, подгонял лишь сильнее. *** — Номарх. Там прибыл Верховный Эпистат. — Проговорил посыльный дрожащим голосом. — О Великий Ра! — старая женщина едва не подорвалась и не понеслась на встречу. У самого её дома уже стоял Амен с Эвтидой на руках. — Уосерит, прости за поздний и неожиданный визит, но это не просит отлагательств. — Конечно, конечно. Отведите лошадей и приведите их в порядок. Идем, твой дом всегда готов. — Спасибо. — Не благодари, ну же скорее. Встревоженная глава поселения засеменила к домику, что был дальше всех. Словно в тени, он дожидался своего хозяина. Амен сразу же зашел и понял, что за домом следили и всегда ухаживали. Сейчас он был пригоден для жизни. Аккуратно уложив Эву на кровать, он стал осматривать её. Сердцебиение было таким слабым, что Эпистат едва его расслышал. — Нужен жрец, я не могу её потерять. — Его голос дрожал, он готов был разрыдаться впервые, но держался ради неё. — Уже послала за ним. Девочка преодолела долгий путь. Это ведь она? — Да, Уосерит, это принцесса и моя жена. Хоть мы и не успели из-за этой проклятой хвори стать официальными супругами. Но я обязательно сделаю её таковой. Только прошу, спаси. Она шезму, вы должны знать, как их можно вернуть с помощью черной магии. — Он был готов на отчаянные меры. — Не нужно магии, мой дорогой. Она сильная, справится. — Взяв девушку за руку, проговорила женщина. — Госпожа. — Лекарь вошел и едва не выдворил Амена, но тот остался, не желая оставлять свою Эву в чужих руках. Лекарь долгое время осматривал её и всё вздыхал. Потом начал смешивать травы в своей ступке. — У Госпожи сильное обезвоживание и она долгое время была в состоянии стресса и тревоги. Боюсь понадобится много времени на её восстановление. — Она будет в порядке? — Спохватился Амен. — Конечно, Господин. Она весьма сильная. Это компресс от перегревания на солнце. И по возможности обтирайте её тело как можно чаще. И конечно же вода. Поить нельзя, но смачивайте губы и немного вливайте внутрь. — Мы все поняли. Благодарю вас. — Закончила Уосерит и проводила лекаря. — Объясни мне почему девочка мчалась к тебе через пустыню с самой Александрии? — Спросила она и заметила мерцающие слезинки в глаза Эпистата. — Я боюсь причины. Единственное, что она мне сказала это слова извинений. Будто была в чем-то виновата. Я страшусь, что она узнала всю историю полностью, а меня не было рядом, чтобы все объяснить. — Если и так, она поймет все. Она ведь теплая. Иначе ты бы не подпустил её к себе. — Продолжала женщина приготавливая ткань для обтираний. — Я защищал её с самого начала. А сейчас не уберег. Что если я …что если она… — Амен, возьми себя в руки. О Исфет, она сделала тебя таким слабым и в то же время сильным. Пойми, она смогла добраться до тебя одна, без должного количества воды и еды. Она сможет и вернуться к тебе обратно. Дай ей время. Уосерит еще немного помогла с обтиранием и тем, чтобы напоить Эву и ушла. Амен сидел на полу у кровати, не отпуская руки принцессы. Он впервые молился богам, и впервые ощутил такой животный страх. *** Амен уже второй день спал всего несколько часов. Это было случайно, ведь он не отходил от Эвы ни на шаг. Уосерит каждый день приходила и заставляла его хотя бы немного привести себя в порядок и поесть. Ведь когда Эва очнется, он сам будет похож на мумию. Слушался Эпистат только её и оставлял принцессу только когда Уосерит была с ней. На четвертый день все начали волноваться больше. Лекарь проверил Эву и не мог ничего сказать. Он просто оставил прежние советы и пожелал терпения. Амен был зол на него, но ничего не мог поделать. Так он и молился всю следующую ночь. — Всемогущие Боги, прошу защитите мою Эву, прошу, верните её. Моя девочка, ты ни в чем не виновата. — Роняя редкие слёзы на её руки, он уже терял надежду. — Прошу, Эва, вернись ко мне. — Дрожащим голосом попросил он и упал головой на кровать, утыкаясь в её руку. — Я никуда не уйду. — Прохрипела Эва и открыла глаза. — Эва! — Амен подскочил и начал осматривать её, он был так встревожен, что не заметил, как тоненькая ручка остановила его метания. — Тише, всё в порядке. — Прохрипела она и улыбнулась. Амен прильнул к её руке, оставляя на ней поцелуи. — Ты меня так напугала. — Прошептал он. — Эва, моя Эва. — Обнимая девушку, он уткнулся в её шею. Эва обвила его слабыми руками. Так они пролежали несколько минут. Потом пришла Уосерит и лекарь. Теперь оставалось лишь вернуть Эве силы и это заняло несколько дней. Амен не поддерживал диалог о прошлом, стараясь говорить на отрешенные темы. Эва дала ему некоторое время, чтобы прийти в себя. Но на третью ночь, лежа в его объятиях, сдалась. — Амен, я больше не могу корить себя. Не могу думать, что ты потерял всё из-за меня. Ведь так и было. — Эва. — Нет, ты больше не можешь оттягивать этот разговор. — Проговорила она и приподнявшись, заглянула в потемневшие глаза. — Ты ни в чем не виновата. — Проговорил Эпистат и заправил прядь выбившихся волос ей за ухо. — Мои родители погибли защищая тебя и род великий Царей. А теперь это моя задача. А я чуть не угробил последнюю принцессу. — Но не угробил же. — Усмехнулась она и прикоснулась к его щеке. — Я помню, как твоя мать говорила мне, что я стану великой Царицей, а я не верила и просила её перестать. Я не хотела, чтобы она пострадала. Ведь страдали все, кто принимал во мне царскую кровь. — Мама знала, что скоро придут люди Фараона и уничтожат их. Поэтому отослала меня в Александрию. Но не успела. Я застал их смерть, видел сам. — Нет, боже. — Эва закрыла рот рукой от ужаса. — Я знаю, что это были шезму из темных, не такие, как ты и многие кого я укрыл. — Ты укрывал шезму? — Эва была удивлена этому. — Да, например Уосерит, она нашла меня в одной и деревушек недалеко от Мемфиса и забрала. Научила тому, как развить мой дар видения и показала различия. А потом я вернулся в Александрию и стал Эпистатом. Моя цель не уничтожить всех темных шезму, это невозможно, их слишком много. Я лишь ищу тех, кто причастен к смерти моих родителей. — Эва села, не отпуская руки Амена, нежно поцеловала её. — Я помогу, я сделаю всё, что потребуется. — Только запомни, ты не виновата. Слышишь? — Амен подался вперед, касаясь её щеки. — Но я всё прочла, я была той принцессой ради которой они погибли. Из-за жестокости моего отца. — Да, но они сделали это для династии и рода, которая прервалась бы на тебе. Ведь твоя мать была дочерью последнего Фараона. И она была шезму. — Я прочла это хоть и не знала раньше. Ты и твоя история открыла мне столько всего и многое меня ранит. Неужели я так важна? — Подняв свои глаза, Эва встретилась с суровым взглядом Амена. — Ты важна, для всех, всего Египта, а главное для меня, слышишь? — она кивнула. — Скажи в слух. — Я поняла, я важна. — Она замялась. — Я важна для тебя. Амен улыбнулся и потянул её на себя. Легкий поцелуй на любимых губах. Хрупкое тело в объятиях. Он готов был послать в Стикс весь мир, лишь бы она была рядом. Такая нежная, теплая и такая его. Эва аккуратно запустила пальчики в светлые волосы, заставляя его тем самым распалиться до предела. Амен едва не зарычал и углубил поцелуй, теряясь в ощущениях. — Я люблю тебя. — Прошептал он в губы Эвы. — Я люблю тебя. Её ответ был дороже всех драгоценностей мира. Дороже всего и утопая в этой ласке, в свете Луны, он понял одно. Сейчас он был счастлив.