Fox Trap

Ночь. Ёнджун и Мэйлин сидели на крыше над городским парком. Он жонглировал огоньками из пламени — так, будто это жвачка, не элемент. Она смеялась. И вдруг… всё затихло. Как будто город выдохнул — и замер. — Слишком тихо, — прошептал Ёнджун. Его зрачки сузились в щёлки, и в воздухе появилась бледная пыльца с золотым отливом. Мэйлин встала. — Что это? Он подтолкнул её к лестнице. — Беги вниз. Быстро. — Ты шутишь? — Мэйлин. Беги. Но она не успела. Тень — огромная, змеевидная, изогнутая — прошлась по небу, изломав звёзды. С дерева сорвался силуэт — больше похожий на человеческий, но с удлинённым лицом, с когтями, будто из древней гравюры. — Это не моё, — прошептал Ёнджун. — Это… другое. Это один из спящих. Один из Тех, кого мы не трогаем. Мэйлин зажалась к стене. Существо приблизилось, издавая звук, похожий на потрескивание льда. Тень почти накрыла её… И в этот момент — словно из ниоткуда — воздух дрогнул. Полетели лепестки. Стекло на ближайшем фонаре взорвалось беззвучно, и в луче лунного света — он. Тэхён. Без рубашки, с золотыми метками по плечам. Волосы мерцали, глаза светились — и от него шёл жар, как от солнца на рассвете. — Отойди от неё, — сказал он тихо. Существо бросилось на него — и всё вокруг будто потемнело от всплеска энергии. Луна исчезла. Взрыв ветра. Мэйлин закричала, а Ёнджун прижал её к стене, прикрывая с собой. Через секунду всё стихло. Существо исчезло. Татуировки на спине Тэхёна всё ещё тлели золотом. Он обернулся — взгляд на Ёнджуна, на Мэйлин. И, впервые, не маска спокойствия, а ярость и… что-то ещё. — Ты не должен был её уводить, — произнёс он. — Она сама выбрала, — холодно ответил Ёнджун. — Она не знала, кто её ждёт. Мэйлин смотрела то на одного, то на другого. — Кто... это был? — Один из Забытых, — сказал Тэхён, подходя ближе. — Те, кто питается… истиной в людях. А ты, Мэйлин, начинаешь знать слишком много. Она дрожала. Он подошёл и… нежно коснулся её щеки, глядя в глаза. — Я должен был быть рядом. Прости. И тогда… она впервые расплакалась. Не от страха. От того, как тихо он это сказал. Без упрёков. Только с болью.

***

Воспоминание Тэхёна: когда ещё был Императорским Лисом Листья сакуры кружились в воздухе, но не оседали на землю — замедленные магией, словно вечная весна остановилась ради одного сада. Он сидел на изогнутом карнизе, выше человеческого мира, но достаточно близко, чтобы смотреть в окно — туда, где она сидела. Она была красива. Не волшебной красотой фей, а настоящей: с усталыми глазами, упрямым подбородком и мягкой линией губ, которая никогда не улыбалась полностью. Её муж владел всем: землями, людьми, армией. Но не её сердцем. Оно принадлежало только тишине, ночам и, в какой-то момент — ему. Он приходил без шума. Без условий. Без уговоров. Просто садился рядом, угощал лунным рисом, слушал её тишину. Она никогда не просила. Но он чувствовал: она хочет. Больше. Глубже. Надежды. — У меня не будет детей, — сказала она однажды, сидя на веранде с чашкой чая. — Этот дом так пуст. Я тоже. Он не сказал ни слова. Только лёгким касанием убрал с её плеча упавший лепесток сакуры. А потом, спустя много месяцев, когда её взгляд стал ещё более усталым, он сказал: — Я могу помочь. Без сделки. Без желания взамен. Просто... потому что хочу, чтобы ты улыбнулась. — Ты лис, — прошептала она. — Ты никогда не делаешь ничего "просто так". Он покачал головой. — Ты ошибаешься. Я делаю это, потому что люблю. И в ту ночь он вложил в её тело крошечную искру своего бессмертия. Без прикосновений. Без греха. Она родила двойняшек. Мальчика и девочку. С сильными душами, с глазами цвета лунного золота. Муж был счастлив, не задавал вопросов. А она — улыбнулась. И Тэхён исчез, храня эту улыбку в памяти и в зеркальной глади снов. И теперь, когда он успокаивающе гладил волосы Мэйлин — в глубине души он чувствовал… страх. Что снова отдаст часть себя. Что снова исчезнет. Что снова сделает кого-то счастливее, а потом — останется с пустыми лапами. Он всё ещё любил. Но не знал — может ли быть любимым в ответ.