Лагерная любовь.

      Уилл проснулся от пения птиц и слепящего солнца. Все тело ныло от вчерашней ночи и твердой поверхности. Никогда ранее ему не приходилось спать практически на полу, даже спальный мешок не смог помочь. Байерс вылез из спальника, открыл москитную сетку палатки и вылез. Ноги сразу промокли от утренней росы, которая не успела сойти. Прохладный ветер заставил его поежиться и вернуться за кофтой. Достав из сумки первую попавшуюся верхнюю одежду, шатен надел ее и пошел в сторону костра. Наручные часы показывали начало семи часов. Воспоминания минувшей ночи медленно возвращались и прояснялись. Не сразу, но Уилл вспомнил, как Майк поцеловл его перед сном. Он снова усомнился в трезвости друга, но сейчас никак в этом убедиться не мог.       Проходя мимо других палаток он никого не увидел и не услышал. Утро было таким же ясным, как и ночь. Идя по тропе, Уилл разглядывал все, что находилось вокруг него. Ничего особенного в природе не было, не было каких-то невероятных пейзажей, но все равно было что-то необычное. Уже давно шатен не ощущал себя так хорошо, как сейчас. За ночь он выпустил все накопившиеся эмоции за год. В попытках скрыть свои чувства, он убивал себя морально. Как бы он не старался, каждая гнетущая мысль вновь всплывала в его голове спустя время, нанося еще больше боли, чем прежде.       Около костра сидела спиной к тропе одна девушка. По одежде и прическе Уилл понял, что это была Макс. Тяжело было не узнать подругу с ярко-рыжими волосами. Подойдя к ней сзади, Байерс сел рядом, пожелав доброго утра. Мэйфилд кивнула ему в ответном жесте и предложила горячий, только что сваренный кофе. Парень в принципе не любил кофе, а сейчас тем более не хотел. Встав со своего места, он оставил подругу пить бодрящий напиток в одиночестве, и ушел на импровизированную кухню. Под словом «кухня» подразумевалась небольшая продолговатая беседка со столом и двумя лавочками. На одном конце стола стояла переносная газовая плита, а за ней стоял стеллаж с разными продуктами и специями.       Уилл пробежался глазами по стеллажу, в поисках чего-нибудь съедобного. Найдя сковороду и яйца, он зажег плиту и поставил сковороду. В ожидании он осмотрел по сторонам, желая найти что-нибудь интересное или новое. С кухни плохо, но было видно пляж, который был пуст. С другой стороны были две тропинки – к палаткам, где жили все, и к сделанному из пленки туалету. Чей-то силуэт, вылазивший из палатки, виднелся сквозь кусты, но личности Уилл определить не смог из-за преград в виде растительности и дальнего расстояния. К этому моменту сковорода уже нагрелась, и Байерс налил на неё небольшое количество подсолнечного масла и разбил два яйца. Масло сразу зашипело и начало брызгаться в разные стороны, издавая негромкие хлопки. Парень отошёл от плиты на безопасное расстояние, чтобы случайно не обжечься горячим маслом. Решив не терять время просто так, он занялся поисками посуды. На том же стеллаже лежали тарелки, ложки, вилки и кружки. Взяв базовый набор для питания – тарелку, вилку и кружку, он вернулся к яичнице, которая уже успела приготовиться. Шатен выключил газ и переложил еду на тарелку.       Вместе с завтраком Уилл направился к пляжу, на место, которое приметил ещё вчера днем, когда они купались. Макс кинула на него быстрый взгляд, отрываясь от своей кружки, но ничего не сказала и вновь уткнулась в неё, делая очень занятой вид. За небольшой промежуток времени, пока парень был занят готовкой, никто так и не проснулся, что не было чем-то странным, ведь время раннее, а нужды вставать не было. Быстро преодолев небольшое расстояние, он зашел в кусты к гамаку и сел практически под кустом на траву, чтобы его не было видно у костра и никто ему не помешал. Забыв, что трава ещё влажная, он чуть было не вскочил из-за резкой прохлады. Байерс чудом не уронил еду и хотел было начать есть, но взглянул на кружку и вспомнил, что хотел налить себе воды. Тяжело вздохнув, он поставил тарелку на землю, встал и направился к канистрам с водой. Ноги шуршали свежей травой, которая их приятно щекотала. Умиротворение сразу накрыло Уилла, он больше не чувствовал тревожности. Все проблемы будто решились сами собой. Возможно, так на него подействовала природа, а может и вчерашний вечер. При воспоминание о нем шатен невольно встрепенулся, мурашки пробежали по коже. Этот вечер показался ему одновременно лучшим и худшим в его жизни. Лучшим – потому что Майк поцеловал его, это был не случайный поцелуй, а намеренный, пусть, возможно, и не осмысленный, худшим – потому что он показал себя со слабой стороны, убежал как маленькая девочка, хотя ничего не сделал.       Уилл поставил кружку на землю и обхватил бутылку двумя руками, чтобы ненароком не уронить её. Вода плеснула в кружку, разлетаясь на небольшие капли в стороны. Вернув бутылку на место, парень взял посуду и вновь пошёл к месту, на котором он оставил свою еду. Широкими шагами он шёл по поляне, стараясь как можно быстрее добраться до кустов. Дойдя до них, он напролом, раздвигая ветки, прошёл на берег. Тарелка с едой и вилкой стояла на на том же месте не тронутая, к счастью Уилла. На обратном пути он задумал о том, что насекомые по типу муравьёв могли спокойно залезть к нему в тарелку, и еду пришлось бы выбросить, и готовить ещё раз.       Байерс плюхнулся на то же самое место, которое ранее притер своей задницей от росы. Он взял в руки тарелку и начал есть свой завтрак, который уже успел остыть, но это ничуть не смутило парня, он слишком хотел кушать. Съев половину яичницы, он понял, что переоценил себя и съесть все не сможет. В этот же самый момент сзади раздался шорох шагов, приближающихся в его сторону. Уилл удивился, что кто-то так рано утром пойдет купаться, потому что другой причины идти сюда он не видел. Посмотрев через плечо, он заметил Майк, потрепанного и заспанного. По нему было видно, что он встал несколько минут назад и сразу пошел сюда. Он щурился от яркого солнечного света, от которого не спасали даже кусты и деревья. Байерс взял кружку, стоящую справа от него, освобождая место для друга. Уилер сразу сел рядом, почти прижимаясь к нему боком.       –Будешь? – спросил Уилл, протягивая Майку тарелку с недоеденной яичницей, – если, конечно, не брезгуешь.       –Если ты больше не будешь, то я не откажусь, – после одобрительного кивка Уилла, Майк взял протянутую ему тарелку и начал медленно есть.       –Почему ты сюда пришёл? – Байерс наблюдал за брюнетом, который ел приготовленную им еду, но когда тот обернулся, перестав есть, добавил, – я к тому, что ты выглядишь заспанным, значит, ты проснулся недавно. Почему ты пошел именно сюда, а не остался у костра или не пошел к Оди? – он склонил голову в ожидании.       –Не знаю, просто так, – Уилер явно смутился, потому что сразу отвернулся в другую сторону и продолжил есть.       –Тогда другой вопрос : как ты меня нашёл? Я смотрел у костра, здесь меня не видно.       –Мне Макс сказала, – сказал Майк и потянулся к кружке, – можно? – Уилл кивнул, и он сделал небольшой глоток, запивая еду.       –Ты наелся или быть может ещё что-то хочешь? – спросил Байерс, вставая с земли, и протягивая руку Майку.       Майк отрицательно покачал головой и то же встал. Так как он преграждал путь Уиллу, Уилер взял грязную посуду и пошел в сторону спуска к реке, чтобы помыть посуду. Байерс направился за ним, составляя компанию. Брюнет с тарелкой в руках присел на корточки и запустил руки в воду. Она была освежающе-бодрящей, заставляя поежиться от прохлады. Стараясь не терять ни секунду, Майк быстро начал мыть тарелку и вилку от остатков еду, вымывая жир песком. Выпрямившись, он протянул чистую посуду другу и поблагодарил его за завтрак, тот лишь слабо улыбнулся. Вдвоём они вернулись к костру, куда уже потянулся проснувшийся народ. На бревнах сидело намного больше человек, чем час назад, а с кухни уже приятно тянуло запахом молочной каши. Проходя мимо знакомых им людей, Майк присел рядом, а Уилл пошел к стеллажу, чтобы положить туда посуду.       За плитой уже во всю работала Стефани, готовя ту самую ароматную кашу. Как только Уилл приблизился к ней, она обернулась и пожелала ему доброго утра. Парень кивнул и ответил тем же, но не успел сделать и шага в сторону, как его попросили взять кого-нибудь в помощь и сходить за водой. Байерс тихо вздохнул из-за разочарования, что отдохнуть ему не получится. Взяв два металлических ведра, он подошёл к компании, состоящей из его брата, Стива, Робин, Нэнси, Майка, Макс, Дастина и Оди. Они сидели повернувшись друг к другу, образовывая полукруг и разговаривая на какую-то общую тему. Подойдя к ним, он слегка погремел ведрами, привлекая к себе внимание. Почти все сразу перевели взгляд на него и поняли, на что он намекает. Девушки сразу отказались, ссылаясь на то, что не женская работа таскать тяжёлые ведра, Джонатан отказался под предлогом, что он следит за костром и пойдет сейчас есть, Стив кивнул головой в сторону брёвен, которые он должен был наколоть, а Дастин должен был ему помочь. И из все компании остались только Майк и Оди, сидевшие чуть в стороне, и разговаривающие между собой, не заметив прихода Уилла.       –Майк, пошли, поможешь, – сказал Уилл, протягивая одно из вёдер Майку.       Уилер перевёл взгляд с девушки на друга, стоящего с ведрами в руках. Он встал с бревна, беря протянутое ему ведро. Вдвоём они в который раз направились к берегу за это утро, оставляя компанию позади. Майк возмущался в шуточной форме, что Уилл заставил его работать. Они спустились по ступенькам к воде и остановились в раздумьях, кто полезет в воду, чтобы набрать ведра. Ни первому, ни второму не хотелось заходить в холодную воду, но выбора как такового у них не было.       Уилл, как зачинщик этой затеи, снял обувь и задрал штанины повыше, чтобы не намочить их. Он взял два ведра и медленно зашел в воду. Прохлада речной воды сразу обволокла ноги парня, заставляя вздрогнуть. Байерс быстро зачерпнул воду в ведра и вышел из воды. Поставив ведра на песок, он опустил штанины и пытался надеть носки с обувью, чтобы не испачкать ноги в песке, но с балансом у него были проблемы. Скача на одной ноге, он надевал конверсы на ногу, стараясь не упасть, но, поскользнувшись на палке, он начал падать. Майк быстро среагировал, не дав Уиллу упасть на мокрый песок. Они были слишком близко, эта близость напоминала им тот вечер и поцелуй в палатке. Байерс старался не вспоминать его, опираясь на то, что Уилер был не трезв и не понимал, что делает. Тот то же не хотел вспоминать вечер, оправдывая свои поступки тем, что это была ошибка, и что на самом деле он любит свою девушку.       –Что между нами, кто мы друг для друга? – спросил Уилл, отстраняясь от Майка и надевая второй конверс, не обращая внимания на грязную ногу.       –Я не знаю, кто мы, – честно признался Майк, – но я думаю, что будет лучше, если мы будем друзьями. Я люблю Оди.