Лагерная любовь.

      –Да..да,я понимаю. – начал тараторить Уилл.       Байерс схватил ведро с песка и быстрым шагом пошел к костру, где их уже ждала Стефани. Он не стал ждать Майка, даже не обернулся. Ему было больно и обидно, но он желал Оди и Майку счастья, поэтому он не стал возражать. Уилл зажмурился, пытаясь спрятать подступавшие слезы. Уилер не понял такой резкой реакции друга, но догнать не пытался. Он взял оставшиеся ведро с водой и медленно, чтобы не разлить воду, поднялся на поляну и пошел к костру.       Уилл, тяжело дыша, поставил ведро у ног миссис Стефани, повернувшись к пляжу, от которого шёл Майк, сказал, что второе ведро он у него. После благодарного кивка учителя парень почти побежал к палатке. Горячие слезы начали катиться по щекам ручьём, но Байерс не останавливался, наоборот, начал бежать ещё быстрее. Он не оборачивался, не видел, бежит за ним кто-то или нет, он не хотел знать. Сам не заметил, как прибежал к палатке, но останавливаться он не собирался. Уилл упал на колени перед москитной сеткой и трясущимися руками пытался открыть молнию. Перед глазами от слез все расплывалось, он на ощупь искал блокнот и карандаш. Крепко сжав предметы, он побежал дальше сквозь кусты, не закрыв палатку. Ветки кустов и деревьев больно хлестали по лицу, оставляя красные следы. Байерс выставил левую руку в попытке хотя бы немного прикрить лицо от листвы и веток, но сильно это не помогало. От прилива адреналина он не чувствовал усталости и потерял счет времени. Он не знал, сколько пробежал и куда в итоге прибежал. Вылетев из кустов, он оказался на небольшом пляже, окружённым поворотом реки и деревьями. Уилл резко остановился в метре от воды, голова закружилась, в глазах потемнело, ноги подогнулись и он упал на колени, а через пару мгновений начал падать в обморок и успел только выставить руки перед собой. Он упал на траву, выронив блокнот и карандаш, которые так сильно старался не выпускать из рук.       С трудом Уилл открыл глаза и попытался поднять голову, но резкая головная боль не дала этого сделать. Он прижал руки в области виском, стараясь приглушить боль, которая никак не отпускала. Постепенно он начал приходить в себя, спустя, как ему казалось, десять минут, но подняв голову, он увидел, что солнце уже близилось к горизонту. Тревожно Байерс кинул взгляд на наручные часы и увидел, что с момент его оброка прошло почти одиннадцать часов – была половина восьмого часа. Он не знал, где он, как отсюда выйти обратно в лагерь и что ему делать. Он мог попробовать вернуться в ту сторону, откуда прибежал, но проблема была в том, что он не помнит откуда прибежал. В порыве истерики он не видел, куда бежал и что было вокруг, чтобы хоть как-нибудь ориентироваться. Парень был непонятно где на закате, через меньше чем час стемнеет и ему, скорее всего, придется ночевать здесь, в темноте он явно не найдет лагерь. Единственным его спасением была река. Благодаря ей он сможет попробовать вернуться в лагерь или хотя бы дойти до ближайшей деревни, где попросит местных провести его к нужному месту.       Облокотившись на ствол рядом стоящего дерева, он запрокинул голову и начал тихо плакать, прикрыв глаза. Слезы медленно текли по его лицу, капая на кофту. Он прижал колени к груди, стараясь сохранить тепло и не замерзнуть. Байерс пытался успокоиться и трезво посмотреть на ситуацию. Пока еще солнце не зашло за горизонт, он мог двигаться вдоль реки по берегу, а как стемнеет остаться на месте и ждать утра. Поднявшись на ноги, шатен подошёл к блокноту, валяющемуся на земле. Он наклонился и поднял его, начав крутить в руках. Это был небольшой блокнот, в котором он рисовал во времена, когда ему было трудно. С обратной стороны рисунка он ставил дату и писал из-за чего был написан этот рисунок. Последняя запись датировалась январем этого года, а с обратной стороны был портрет Уилера и Оди, которые сидели на диване, обнявшись за плечи, и шептали что-то друг другу на ухо, улыбавшись с какой-то шутки. В этот вечер Уилл хотел предложить Майку собраться старой партией и сыграть в ДНД впервые за долгое время, но не стал мешать паре и портить им вечер. Благодаря этому блокноту в тот вечер и в другие дни он не плакал, в этот раз он не смог ему помочь. Единственной его надеждой было, что никто не видел, как он в слезах убегал.       Последний лучи солнца отражались от поверхности реки, слепя всех тех, кто посмотрит на неё. Берег реки освещался тёплым жёлтым светом, трава, качаемая слабым ветром, приятно шелестела. Уилл, смотря себе под ноги, шел по берегу вверх по течению. Он был будто в трансе, не видел и не слышал, что находится вокруг него. Очнулся он, когда где-то хрустнула ветка. Резко подняв голову, он начал мотать головой в разные стороны, пытаясь найти причину звука, но потом заметил, что сам наступил на ветку и сломал её. Тяжело выдохнув, он удивился своей же невнимательности.       Солнце скрылось, сумерки становились все гуще и гуще. Совсем скоро Уилл перестал видеть, что находилось вокруг него в двух метрах. Облака скрывали Луну, которая могла освещать землю. Парень присел на землю, оперевшись спиной на ствол дерева. Сон медленно затягивал его в свои объятия, глаза сами начали смыкаться. От земли и реки тянуло холодом, заставляя Байерс поежиться. Он приобнял себя за плечи, быстро тер их в попытке хотя бы как-нибудь согреться, но ничего не выходило. Смирившись, шатен положил голову на колени и задремал.       Кто-то тихо подошёл сзади и крепко обнял, обойдя вокруг. От неожиданности Уилл чуть было не вскрикнул, пытаясь отстраниться он незнакомца. В темноте он не мог различить лица, как бы не щурился. Человек вновь попытался заключить Байерса в объятия, не обращая внимание на то, что он брыкался. Шатен не понимал такой настойчивости и желания обняться, но почувствовав тепло, перестал сопротивляться. Размякнув в чьих-то руках, он почувствовал себя спокойно. Уилл перестал думать о том, что он отдался в руки незнакомцу. Неожиданно для себя, он почувствовал чужие губы на своих. Не выдержав такой наглости, парень со всей силы оттолкнул от себя человека и вскочил на ноги, пятясь назад.       –Кто ты? – тихо спросил Уилл, все дальше и дальше отходя.       –Уилл, это я, Майк, – сказал Майк, незаметно подойдя к Байерсу, и попытался ещё раз обнять его.       –Зачем ты это делаешь? – дрожащим голосом спросил шатен, – зачем сначала говоришь, что нам лучше быть друзьями, а потом целуешь? Я не понимаю тебя, – он сделал шаг назад, уперевшись спиной в дерево.       Майк подошёл почти вплотную. Расстояние между ними было минимальное, они чувствовали дыхание друг друга. При каждом вздохе их грудные клетки практически соприкасались. Уилер ничего не ответил Байерсу, он положил две руки ему на щеки, прижимался как можно ближе, вдавливая друга в дерево, кора которого царапала кожу сквозь футболку, и поцеловал, но не как вчера в палатке. То был короткий односторонний поцелуй, без каких-либо чувств и желания. Этот поцелуй был страстным, влажным, желанным, как спасительный глоток воздуха. Майк прикусил и оттянул слегка губу Уилла, создавая небольшую ранку, кровь из которой слизал, поцелуй приобрёл солено-металлический привкус. Сердце Байерса было готово остановиться от удовольствия. От близости он чувствовал возбуждение друга, который так сильно не хотел прекращать поцелуй. Уилл положил руку к Майку на плечо и аккуратно отодвинул его от себя.       –Это ошибка, ты же понимаешь это? – выдохнул Байерс, отворачивая голову.       –Нет. Уилл, это не ошибка, – сказал Уилер, пытаясь притянуть друга за поцелуем.       –Майк, у тебя есть Оди, – Уилл вдохнул полной грудью и впервые почувствовал противный запах дешевого алкоголя и табака, – к тому же ты ещё и пьян.       –Плевать, я люблю тебя.       –Майк, плевать тебе на меня и мои чувства. Сейчас ты играешь со мной, а утром расстопчешь все мои желания.       –Сука, тебе ничего никогда не нравится, – будто выплюнув, сказал Майк.       –Нравится, но когда ты трезв и отвечаешь за свои действия. Я не хочу быть любимым тобой лишь тогда, когда ты напьешься, – Уилл отошёл от дерева и практически на ощупь пошел в непонятном ему направление.       –Куда ты пойдешь, не зная пути? – спросил Майк, догоняя Байерса.       Уилл обернулся к парню и взял его за руку, ожидая, что тот его поведет. Майк понял намёк и пошел вперед, обходя кусты и деревья на пути. Горячая рука Уилера согревала холодную руку Байерса, не давая ей занеметь. Шатен ничего не видел вокруг и не понимал, как брюнет идет так уверенно без фонаря. На миг в мыслях он подумал, что на самом деле Майка нет и это его галлюцинации, но сжав его руку сильнее и получив недоумевающий взгляд, он успокоился.       Все время они шли молча, не смея прерывать ночную тишь. Лишь где-то в глуби леса слышалось пение редких птиц, шелест листвы, журчание воды и шуршание мелких животных и грызунов. Уилл наслаждался этой тишиной, которую скоро сменит шум человеческой жизни деятельности : смех подростков, звон гитары, разговоры влюбленных и возмущение взрослых. Девственная тишина ещё раз будет только глубокой ночью, когда все разойдутся спать и никого не останется у костра.       Звук шагов Майка затих, он остановился. Уилл остановился с ним и повернулся к нему с немым вопросов. Тот ничего не сказав, примкнул к его губах в быстром поцелуе и отстранился почти сразу. Байерс не сразу понял, что они уже почти у лагеря. Эхом до них доносились чьи-то голоса и стук топора. Шатен отпустил руку и быстрым шагом направился к свету, создаваемому костром. Дыхание сразу сперло от понимания, что скорее всего сейчас его будут отчитывать за отсутствие без причины, но не успел он попасть под свет от огня, как кто-то налетел на него с объятиями. Приобняв в ответ, он увидел, что это была Оди. Байерс слабо улыбнулся ей, отстраняясь, уже вдвоём они пошли к остальным.       За спиной Уилла Майк тихо прошмыгнул и уселся на бревно в самом далеком углу ото всех. К Байерсу подошел его старший брат и тревожно начал осматривать его на наличие травм, но не найдя их, он начал ругаться на него. Уилл стыдливо отвёл взгляд, пытаясь найти причину уйти от разговора. К ним подошел Стив, ранее стоявший на кухне с Стефани, Нэнси и Робин. Посмотрев на Байерсов, он встал на сторону младшего, пытаясь умерить пыл старшего. Воспользовавшись моментом, пока Джонатан обратил своё внимание на Харингтона, он подошел к Майку и сел рядом, все еще смотря на брата. Было слышно, как он вздохнул и, видимо, смирился, потому что ушёл в сторону кухни и начал говорить с Нэнси.       –Где ты взял алкоголь? – почти шепотом спросил Уилл, поворачиваясь к Уилеру.       –С собой из дома брал, – вяло ответил он.       –Ещё остался?       –Да. Выпить хочешь? – Майк усмехнулся.       –А что у тебя? – проигнорировав вопрос, спросил он.       –Водка.       Уилл хмыкнул и встал с бревна, ожидая, что Майк пойдет за ним. Тот последовал его примеру и направился в сторону палатки. Между ними была тяжёлая, напряженная тишина, давившая на грудь. Неприятное чувство, непонятного происхождения, терзало Байерса, не давая сосредоточиться на чем-то. Парень шёл, опустив голову и сосредоточившись на носках кроссовок. Тишину прервал Уилер, задав вопрос, которого Байерса не услышал и попросил повторить. Брюнет усмехнулся, но повторил вопрос, не имеющий какого-либо смысла. Пустая болтовня заполнила напряжение между ними до самой палатки.       Майк расстегнул молнию на палатке и сел на её пол, оставив ноги на улице. Уилл последовал его примеру и сел точно так же в ожидании. Неожиданно в руках младшего оказалась литровая бутылка водки, в которой не было четверти жидкости. Выдохнув, Уилер сделал небольшой глоток спиртного, поморщился от крепкости и протянул бутылку другу. Уилл без слов взял её и повторил действия Майка, но от неопытности его горло сразу начало жечь, он зашелся кашлем, пытаясь вдохнуть. Горло будто резало лезвием даже при малейшем глотке воздуха. Согнувшись пополам от кашля, он пытался прийти в себя. Брюнет протянул ему пачку печенья, слегка смеясь над ним. Уилл показал ему средний палец, но печение взял и засунул в рот сразу несколько штук, пытаясь перебить противный вкус алкоголя. Постепенно его начало отпускать.       Майк объяснил Уиллу, как нужно правильно пить, чтобы потом не получить вот такого результата. Шатен внимательно выслушал его и попробовал ещё раз. На второй раз вышло на много лучше – горло уже не так сильно жгло, больше приятно, чем больно. Бутылка переходила из рук в руки по кругу, с каждым разом жидкости в ней становилось меньше. Байерса быстро понесло от непривычки к алкоголю, Уилер держался намного дольше. Допив бутылку водки, парни почти спали сидя.       Алкогольное опьянение ударило Майку в голову, он пытался сдерживать себя, но получалось плохо. Повалив шатена на пол, он надвис над ним и начал целовать в шею. Покусывая нежную кожу, он оставлял отметки алого цвета. Байерс извивался под Уилером, пытаясь освободиться, но тот не давал. Он приподнялся на локтях и затянул его в пьяный поцелуй, стараясь передать все свои чувства. В голове был туман, не дававший нормально соображать. Рука медленно заползла под футболку Майка, ощупывая каждый сантиметров худощавого тела. Опустив руку ниже, он положил её на пах. Возбужденный до придела Уилер громко застонал, закусив губу, чтобы заглушить стон.