Лагерная любовь.

      Майк передал гитару Джонатану и повернулся к Уиллу, их взгляды встретились. Он скрестил руки на груди и улыбнулся.       –А ты не знал? – Байерс качает головой и делает удивленный вид, на что Майк слегка толкает его в плечо и смеется, – Чувак, успокойся, никто от этом не знал.       Уилл расслабляет от понимания, что это не он что-то упустил в друге, а что об этом таланте никто не знал. Байерс хотел узнать, как Уилеру удавалось скрывать умение играть на гитаре, но не стал. Он прервал зрительный контакт, который стал его напрягать. Скрестив руки на согнутых коленях, он прикрыл глаза и положил на них голову. Нежная мелодия и знакомый до боли голос брата убаюкивали шатена, напряжение, накопившиеся за день, медленно отступало, уступая место эйфории. Тепло, исходящее от костра, помогало почувствовать комфорт и безопасность. Все волнение на счет ужасно проведённого месяца лета вмиг улетучились, ни ставив ни следа.       Со временем становилось всё прохладнее, по коже Байерса пробежали мурашки. Он непроизвольно встрепенулся и что-то невнятно промямлил. Теплая ткань укрыла спину парня. Приподняв голову и открыв глаза, Уилл увидел тлеющие угли костра и чистое небо без единого облака, покрытое яркими звёздами. Прижавшись боком к нему, рядом сидел Майк и Оди. Они о чем-то очень тихо шептались, что сонный мозг шатена никак не мог уловить смысла. Ни на один известный ему язык это не был похоже, а в не знании неизвестных ему языков товарищами он не сомневался. По телу от близости с Уилером разлилось приятное тепло. Ребята не заметили пробуждения третьего – Майк повернулся к Оди и никак не мог его увидеть, а девушка сидела к ним боком и вряд ли заметила что-то. Уилл отходил ото сна и начал понимать смысл диалога тех двух. Это не был разговор о любви, он скорее похож на дружески, как тот, что возник между парнями у палатки. Время было позднее, Байерс понял это по уставшему голосу Оди. Она иногда зевала, когда наступала тишина.       –Майк, я, наверное, пойду спать. Меня Макс ждет, да и я уже прилично так хочу спать, – сказала Оди, аккуратно встав с бревна, – буди Уилла, и то же идите к себе.       –Я не сплю, – хрипло произнёс Уилл. Ему хотелось притвориться спящим, чтобы еще немного побыть так близко к Майку, ведь больше такой возможности не будет.       –Отлично, – Уилер сбросил с себя плед и встал, протянув руку другу.       Уилл принял жест помощи и встал. Он потянулся и снял с себя плед, протянув его Оди. Втроём они шли до развилки молча, но это не было напряженное молчание. На повороте девушка обняла Майка, пожелала парням доброй ночи и скрылась в лесной тьме. Несколько секунд они смотрели ей вслед, пока ее силуэт не исчез. Их поляна находилась дальше всего от костра. Лунный свет не пробивался сквозь листву деревьев, от чего лес выглядел зловеще. Майк шёл быстрым шагом, чтобы ни на секунду не задерживаться, а Уилл пытался не отставать. Громким эхом раздавался хруст веток и шелест травы под ногами парней. Казалось, что лес вымер, и они были в нём единственные.       Почти на ощупь они нашли свою палатку и вход в неё. Скинув обувь, парни ввалились во внутрь. На ранее разложенных ковриках лежали спальные мешки, предназначенные для летних ночей. Уилл развязал защитный мешок и достал спальник. Расправив его, он залез полностью, что была видна лишь одна голова. Майк поступил так же, и теперь они были похожи на гусениц. В палатке пахло пылью и сыростью от тумана. Отчётливо был слышен звук качающихся деревьев. Долгое время Байерс никак не мог заснуть.       –Уилл, ты спишь? – тихо спросил Майк, на случай если тот все же спал.       –Нет, ты что-то хотел? – шатен повернулся к товарищу, на сколько это было возможно.       –Почему не спишь? – парень высунулся из спальника, приподнявшись на локтях.       –Не хочется, – честно ответил Байерс, – скорее всего из-за того, что я спал у костра. А ты чего не спишь?       –Не знаю. – помолчав, ответил он.       –Можем вернуться к костру, – предложил он, – ну а если хочешь услышать сумашедшее предложение - то можем сходить искупаться, быть может, спать захочется.       –Мне нравятся обе идеи.       Уилер быстро освободился из спального мешка и отпихнул его куда-то в сторону. Было слышно, что он усердно искал что-то в своих вещах. Через несколько секунд после прекращения звуков копошения, зажегся фонарик. Положив его так, чтобы он полностью освещал всю палатку, Майк начал искать вторые сухие плавки. Уилл сначала наблюдал за ним, но потом то же начал искать свои. Достав плавки, шатен уже начал расстегивать замок палатки, как вдруг брюнет остановил его со словами, что может отвернуться, пока тот будет переодеваться. Байерса очень понравилась эта идея, потому что идти ночью в кусты, чтобы переодеться ему не хотелось. Они повернулись друг к другу спиной и начали быстро надевать плавки. Делать это было крайне не удобно по разным факторам – начиная низким потолком, что даже на колени встать трудно, заканчивая тем, что они практически соприкасались спинами. С трудом они все же переоделись и вылезли наружу. Первым был Уилл с двумя полотенцами, Майк с фонариком за ним.       Парни шли быстрым темпом и в тишине, чтобы ненароком никого не разбудить. Подойдя к пляжу, они наконец-то заговорили. Это был разговор без особого смысла, похожий на пустую болтовню. Казалось бы, что они, лучшие друзья, явно должны были знать друг о друге многое, но так было раньше. За пару лет они сильно упустили, перестали знать все о друг друге. Темы, которых как раньше казалось не было, теперь было очень много. Парни сильно изменились, и общего в них становилось всё меньше с каждым годом, но одно что-то общее в них все же оставалось, чего понять они не могли.       Уилл не стал спускаться к воде. Он прошёл через небольшие кусты к месту, где висел гамак. Бросив на него полотенца, шатен начал раздеваться. Сняв с себя весь верх, он обернулся на Майка, который все это время смотрел на него. Как только его заметили, он отвёл взгляд в сторону и то же начал снимать одежду. Уилер остался в одних плавках, готовый идти в воду, а на Байерсе помимо плавок были шорты. Брюнет кивнул головой в их сторону, как бы спрашивая, будет ли шатен их снимать. Тот лишь качнул головой в знак отказа и направился к воде.       Ноги касались холодного и влажного песка почти беззвучно. Майк выключил фонарик и оставил его в вещах, чтобы случайно не намочить. В темноте, освещаемые лишь лунным светом парни спустились по импровизированным ступенькам. Уилер шёл за Байерсом, не отставая ни на шаг. Луна была яркой и полной, благодаря чему он не врезался в друга, который неожиданно остановился прямо перед границой воды и берега. Брюнет первый шагнул в прохладную воду, не такую теплую, как днем. Тихий всплеск раздавался при каждом шаге, когда Майк отходил от берега. Обернувшись и увидев, что Уилл так и стоит на том же месте, он протянул ему свою руку. Байерс, слегка замешкавшись, все же аккуратно взял её в свою. За руку парни заходили в воду все глубже и глубже. Когда уровень воды был почти им по грудь, Майк отпустил его руку и скрылся под воду. Уилл ничего не видел, лишь слышал, как всплеск отдавался от поверхности воды, а лёгкие волны ударялись о его тело. Брюнет показался через несколько секунд в паре метров от него. Байерс повторил за ним - нырнул в примерном направлением, в котором нырял Майк. Отсчитав примерное расстояние, проплытое под водой, он вынырнул. Губы Уилера соприкоснулись с губами Уилла. Он выплыл так, что не задел брюнета, но резкое движение при отталкивание от дна толкнуло шатена слегка вперед, благодаря чему случился неожиданный поцелуй.       –Боже мой, Майк, прости, пожалуйста, это вышло случайно, – начал быстро оправдываться Уилл, предварительно отойдя на несколько метров назад.       –Все нормально, слышишь? – Майк нашёл Байерса по движению воды, созданные им при отстранении. Он обхватил его лицо двумя руками, чтобы тот смотрел ему в лицо, – я все понимаю, все хорошо. Не нужно беспокоиться, ладно? – в ответ Уилл лишь начал судорожно мотать головой, боясь, что разрушил и так хрупкое доверие.       Майк притянул друга в объятия. Сердце Уилла замерло в ожидании следующих действий, но их не последовало. Они просто стояли обнявшись, не обращая ни на что внимание. Оба парня были слишком горячие для такого прохладного вечера, и оба это понимании. Первым отстранился Уилл, не смотря на нежелание этого делать. Он все равно боялся, что Майк что-то поймет или почувствует. Больше всего ему не хотелось терять его, самого близкого друга.       Уилер посмотрел на Байерса. Их взгляды встретились, но слов не последовало. Им нечего было сказать друг другу, да и не нужно. Тяжёлая, напряженная тишина висела между ними, с каждой секундой отдаляя их все дальше и дальше друг от друга. Отношения, только что востановленные, вновь рушились. Горячая слеза медленно стекла со щеки Уилла и капнула в реку. Столь тихий звон казался в этот момент усиленным в несколько десятков раз. За ним последовал ещё один, и ещё. Майк хотел было что-то сказать, но Уилл развернулся и быстро начал выходить из воды. Брюнет последовал за ним, стараясь догнать, но физика не позволяла этого сделать. Когда ноги Уилера коснулись песка, уже были слышны шлепки мокрых ног Байерса, убегающего прочь. Забив на вещи, что они оставили, Майк бросился догонять друга. Иголки елей, шишки, щепки, стружка и камни больно вписались в ступни незащищенных ног. Парень болезненно шипел сквозь зубы, стараясь подавить неприятные ощущения. Последнее, о чем он должен думать, так это о себе. Если сейчас он не догонит Уилла, то потеряет его навсегда.       Разная физическая подготовка давала о себе знать. Несмотря на худощавое телосложения, через пару минут интенсивного бега легкие горели огнём, во рту неприятная горечь. Оперевшись рукой на ближайшее дерево, чтобы отдышаться, Майк потерял любую надежду. В незнакомом месте, ночью, без фонаря он точно не найдет Уилла. Грохот пульса бил по ушам, не давая услышать что-либо другое. Уилер жадно хватал ртом прохладный воздух. Адреналин медленно проходил, дыхание становилось более ровным. Кожа по всему телу покрылась мурашками от мокрой одежды прохлады ранних июньских ночей. Способность слышать начала возвращаться к Майку, и он услышал тихий плач где-то недалеко. Справа от него былы кусты, в которые он полез. Ветки больно хлестали оголенные бедра, оставляя на них красные следы. Он не обращал на них никакого внимания, сейчас они были не важны.       Пройдя через заросли взору Уилера открылся Уилл, сидящий к нему спиной, и прижимавший колени к груди. Быстро преодолев расстояние, отделяющее их, он опустился рядом на колени и протянул к парню руку, заставив посмотреть на него. Их взгляды встретились, и Майк заключил Уилла в крепкие объятия, прижимая его как можно ближе. Байерс уткнулся ему в плечо и взорвался. Громкий истерический плач отдавался от поверхности воды и уносится далеко вниз по течению. Все затихли в этот самый момент, будто умерло вместе с чем-то внутри парней.       Майк нежно гладил Уилла по спине, шепча успокаивающие слова. Он будто его не слышал или не хотел слышать. Брюнет не испытался отвращения или неприязнь к другу, лишь заботу и желание помочь. Со временем, громкий плач перешёл в тихие всхлипы и попытки схватит воздух перекрытым слезами горлом, а потом и вовсе все прекратилось. Тяжёлое и громкое дыхание стало ровным и тихим, похожим на сопение. Горячие слезы перестали течь из глаз, падая на плечо Майка. Тремор рук прошёл, оставляя прохладные руки аккуратно держаться плечах.       –На улице холодно, нужно вернуться к нам и переодеться в сухое, – тихо сказал Уилер на ухо Байерсу.       Уилл медленно кивнул и отстранился. Встав с холодной земли, парни вышли из своего укрытия. Во время бега друг от друга они не заметили, как убежали на приличное расстояние от лагеря. Тишина стояла вокруг них, не нарушаемая ни кем. Не торопясь они шли рядом друг с другом в примерном направлении по протоптанное дороге.       Вещи по прежнему лежали в гамаке, где они их и оставили. Майк накинул на себя и Уилла полотенца, которые они с собой взяли. Уже с фонариком они шли до своей палатки. Говорить не хотелось, да и не нужно было. Тишина между ними была красноречивее любых слов.       Байерс залез в палатку первым и завалился на свой коврик. За ним залез Уилер и закрыл москитную сетку от насекомых. Они вдвоем не спешили ложиться в спальные мешки и засыпать. В ночном лусе не было ничего слышно, даже ночных птиц, что раньше надрывали свои голоса. Какое-то время стояла гробовая тишина, не прерываемая никем.       –Уилл.. Можно я кое-что сделаю? – неуверенно начал Майк.       –Да, – голос Уилла был хриплым и тихим от крика.       Получив одобрение, Уилер аккуратно пододвинулся к Байерсу и замер сверху. Собравшись с мыслями, он сократил расстояние, их губы соприкоснулись. Это было нежный поцелуй без языка и страсти. Он не был похож на тот нелепый и случайный поцелуй в воде. Это был тот самый желанный поцелуй, без отказа от другой стороны. Отстранившись, Майк с трепетом поцеловал Уилла в лоб и вернулся на свою половину.