cute bones

***

Уроки тянулись невыносимо долго. Света чувствовала на себе взгляды: Полина то и дело оборачивалась, прищуривая свои лисьи глаза, словно пыталась учуять на однокласснице запах чужого секрета. Антон сидел неподвижно, уставившись в пустую тетрадь, а Ромка… Ромка просто исчез после второго урока. Когда последний звонок наконец разрезал тишину коридоров, Света выскочила на задний двор. Холодный ветер тут же хлестнул по лицу, напоминая, что за пределами теплых классов начинается другая жизнь. Они ждали её у старых сараев. Ромка курил, спрятав сигарету в рукав, а Антон нервно переминался с ноги на ногу. — Пришла всё-таки, — буркнул Ромка, отбрасывая окурок в сугроб. — Думал, папочка уже запер тебя в комнате на все замки. — Обойдешься, Пятифанов, — Света поправила рюкзак, стараясь, чтобы голос не дрожал. — Идем? Лес в этой части был другим — мертвым, заваленным буреломом, который походил на груду костей. Они ушли далеко от домов, петляя между черными соснами. Света чувствовала, как немеют пальцы ног, но Ромка не останавливался. Он шел как танк, тяжело дыша, и в каждом его движении сквозила готовность броситься в драку с самой тенью. — Тише... — Антон внезапно схватил Ромку за локоть. — Слышите? Сначала казалось, что это просто ветер свистит в пустых ветвях. Но потом звук повторился — тонкий, прерывистый скулёж. Так плачет ребенок, у которого не осталось сил даже на крик. Они бросились на звук, проваливаясь в снег почти по пояс. Бяша лежал в глубокой яме, заваленной валежником. Без шапки, в одной тонкой олимпийке, он свернулся калачиком, пытаясь согреться собственным дыханием. Его лицо было бледным, как гипс, а губы — пугающе синими. — Бяша! — Ромка прыгнул в яму, поднимая друга на руки. — Живой, сука... живой! Бяша открыл глаза. Зрачки были огромными, затопившими радужку. Он не закричал, не обрадовался. Он лишь слабо дернулся и прошептал: — Ромыч... они... они танцуют, н-на. Лиса... Волк... Они дали мне соку... сладкого... а потом небо упало. Света стояла на краю оврага, чувствуя, как по коже бежит мороз. «Сок». Маски. Что творится в этой деревне? — Уводим его, быстро! — скомандовал Ромка. Они спрятали Бяшу в старой охотничьей избушке, которую Ромка и Антон использовали как штаб. Там была старая буржуйка и пара грязных одеял. Света помогала растирать ледяные руки Игоря, пока Антон пытался разжечь огонь. Ромка сидел рядом, его трясло от пережитого напряжения. Дверь избушки распахнулась с резким скрипом. На пороге стояла Полина. Она тяжело дышала, её щеки горели от мороза, а в руках она сжимала фонарик. Полина была не из тех, кто остается в стороне, когда решаются важные дела, особенно если в центре этих дел был Ромка и Антон. — Нашли... — выдохнула она, игнорируя пар, вырывающийся изо рта. — Я видела, как вы пробирались через просеку. Она подбежала к Ромке. — Ромочка, ты весь в снегу! — Полина бесцеремонно обошла Свету, как бы остраняя её, чтобы подойти к Пятифанову. Её ладони в пушистых варежках легли ему на плечи. — Боже, я так испугалась, когда услышала крики из леса. Ты не ранен? Скажи, что с тобой всё хорошо. Света заметила, как Антон замер у печки. Спичка в его пальцах догорела до самого конца, обжигая кожу, но он даже не вскрикнул. Он смотрел на Полину с такой неприкрытой болью, что Свете на секунду стало его жаль. Его «муза», его прекрасная скрипачка сейчас даже не смотрела в его сторону. Для неё в этой комнате существовал только Ромка. — Да ладно тебе, Поль... — пробормотал Ромка. Его голос моментально потерял командные нотки. Он стал похож на провинившегося щенка. — Мы это... ну, Света вот помогла. Брелок нашла, адрес подсмотрела. Полина наконец повернула голову к Свете. Улыбка была мягкой, но глаза оставались холодными, как лед под снегом. — Спасибо, Света. Ты правда выручила мальчиков. Но Ром... — она снова повернулась к Пятифанову, понизив голос до доверительного шепота. — Ты ведь понимаешь, что ей здесь не место? Она дочка милиционера. Если её отец узнает, где мы и в каком состоянии Бяша, он же нас всех под статью подведет. И тебя в первую очередь. Ты ведь не хочешь в колонию из-за её любопытства? Ромка нахмурился. Он явно разрывался. С одной стороны - Света, которая рискнула всем ради них. С другой - Полина, его многолетняя слабость. — Света, ты это... — Ромка шмыгнул носом и отвел взгляд. — Поля дело говорит. Тебе лучше домой. Мы тут сами разберемся. Ты уже сделала, что могла. Чисто по-соседски, понимаешь? «Чисто по-соседски». Эти слова ударили Света сильнее, чем мороз. — Понимаю, — сухо ответила она. Антон вдруг резко поднялся, с грохотом бросив кочергу. — А что мы «сами», Ром? — голос Антона дрожал от сдерживаемой обиды. — Опять будешь делать вид, что всё нормально, пока Полина тебе улыбается? Света нам жизнь спасла, вообще-то. И Бяше тоже! — Тошенька, ты чего? — Полина одарила Антона быстрым, почти жалостливым взглядом, от которого тот только сильнее сжал кулаки. — Мы просто заботимся о Свете. Ей в Москве такое и не снилось, правда, Светик? Света не стала отвечать. Она видела, как Ромка молча принимает сторону Полины, боясь слово сказать поперек своей королеве. Она видела раздавленного Антона, который не знал, на кого злиться больше — на друга или на любимую девушку. — Счастливо оставаться, — бросила Света, направляясь к выходу. Она вышла, хлопнув дверью. Холодный воздух сразу заполнил легкие. Света знала: Ромка не пойдет за ней. Не сейчас. Но она также знала, что Бяша шептал про «черный гараж». И если эти «герои» решили поиграть в прятки с чувствами, пока по лесу бродит маньяк - что ж, это их выбор. У неё был свой план.