Незамеченное в тени

Чимин всё ещё был в лёгком ступоре, хотя после совместной тренировки с Юнги прошло уже несколько часов. Он никак не мог понять своего соседа: вроде бы Юнги его не презирает, но и принять таким, какой он есть, похоже, тоже не может. К тому же профессор Чон смотрел на него сегодня как-то холодно. Чимин был уверен, что профессор ему не доверяет. То, что многие относятся к нему с предубеждением, он мог понять… но всё равно обидно и больно, когда именно те, чьё расположение ты так хотел получить, не принимают тебя. Он размышлял об этом сидя в библиотеке, куда пришёл, чтобы изучить новую тему к завтрашнему занятию по рунам. Но сосредоточиться никак не получалось. Чуть посидев и бесполезно перелистав пару страниц, Чимин решил вернуться в общежитие. Завтра был обычный учебный день, без совместных тренировок — и это, по правде говоря, немного радовало его тревожное сердечко.

***

Утро началось с кофе и взъерошенной макушки Юнги, которая торчала из-под одеяла. Казалось, хён и не собирался вставать сегодня утром. Его черные волосы блестели в мягком свете рассвета, и Чимин невольно засмотрелся — из-за этого чуть не опоздал. Сегодня у группы Чимина из практических занятий была только физическая подготовка. Он решил как следует потренироваться: вдруг сегодня получится правильно поставить удар. Он уже минут пятнадцать отрабатывал движения на груше, когда к нему подошёл Чонгук. — Тебе помочь? — Если хочешь, то конечно, — Чимин вытер лоб рукавом. — Ты сегодня какой-то бледный. Завтракал? — Конечно, не волнуйся. — Может, тебе чуть передохнуть? — Я в порядке. Хочу научиться драться… поможешь? — Конечно. Сделаю из тебя боевую булочку, — ухмыльнулся Чонгук. — От Тэхёна понабрался? — фыркнул Чимин.

***

Вот уже снова пятница. Вся эта неделя прошла для Чимина странно: Юнхо его не трогал, и от этого становилось даже тревожнее, чем раньше. Чимин не понимал, чего от него ждать — тишина Юнхо пугала куда сильнее, чем открытая агрессия. А ещё оставалась напряжённая атмосфера между ним и Юнги. Каждый раз, когда они случайно встречались, Чимин чувствовал, как в груди что-то сжимается. Взгляды Юнги были короткими, отрывистыми, будто он пытался держать дистанцию… но в них проскальзывало что-то, что Чимин никак не мог расшифровать. Сегодня должна была состояться вторая совместная тренировка. На этом занятии они собирались изучать тактику боя в зависимости от разных ситуаций. Чимину было одновременно интересно и немного страшно. Всё-таки ему снова предстояло тренироваться вместе с Юнги — а значит, столкнуться с его холодной сдержанностью, которая выводила его из равновесия куда сильнее, чем любой огненный выброс. А еще он с утра чувствовал себя не очень хорошо. Конечности будто налились свинцом. Он глубоко вдохнул, поправил ремешок сумки и постарался взять себя в руки. Всё хорошо. Это всего лишь тренировка. Он справится. Но сердце всё равно билось чуть быстрее обычного. Зал для практических занятий был освещён мягким голубоватым светом, который отражался от защитных кристаллов в стенах. Курсанты стояли полукругом, тихо переговариваясь, пока преподаватели готовили площадку. Профессор Ким шагнул вперёд первым. Его голос прозвучал ровно, но достаточно громко, чтобы заглушить шум: — Сегодня мы начинаем изучение комбинированных тактических техник. Это не просто умение ударить или защититься, — это понимание собственной природы силы и способов применения её в реальном бою. Он перевёл взгляд на группу, задержавшись на каждом ученике. Когда его глаза остановились на Чимине, тот вздрогнул почти незаметно. — Пак Чимин, — продолжил профессор, — тебя отнесли к категории боевых магов не просто так. Ты способен атаковать как в ближнем бою, так и с расстояния. Но это лишь часть картины. В зале стало тихо. Даже обычно болтливый Тэхён притих, наблюдая. — В тебе также сильны черты энергетических магов, — пояснил профессор. — Ты можешь создавать энергетические барьеры для защиты. И пусть они не имеют материальной формы, ни одна стихия не пройдёт через них, потому что такие барьеры воздействуют не на материю, а на саму энергию атаки. Чимин почувствовал, как несколько взглядов скользнули по нему — смесь любопытства и зависти. Профессор Ким продолжил, сделав пару шагов вдоль линии учеников: — В одиночном бою против мага-стихийника такой набор способностей делает тебя практически непобедимым. Но, — он поднял палец, взгляд стал строже, — не против нескольких противников одновременно. Атаки, направленные на душу или жизненную энергию, крайне сложно распределять на большое число целей. Это под силу только магам высочайшего уровня. Кто-то из группы тихо ахнул. — Поэтому ты должен уметь защищаться, когда оказываешься в окружении, — заключил профессор. Он повернулся к Юнги: — Мин Юнги, в твоём случае ситуация похожа. Эфирный холод обладает огромной силой подавления, но ты не можешь использовать его на большой территории. И сила зависит от того, насколько хватит твоего внутреннего тепла и жизненной силы. Но ты это и так знаешь. Юнги слегка кивнул. — Главное, — продолжал профессор Чон, — что такой холод не оставляет физических следов. Он воздействует напрямую на жизненную суть. Но, как и у Чимина, есть ограничения масштаба. В бою один на один вы оба крайне опасны… но против группы магов без тактической подготовки вы потеряете преимущество. профессор Ким сделал шаг назад, давая группе переварить услышанное. — И именно поэтому сегодня мы начнём отрабатывать парные тактики. Вам нужно научиться читать движения друг друга, предугадывать действия напарника и компенсировать его слабые стороны. Профессор Чон добавил, более резким тоном: — Ошибка одного — смерть двоих. Готовьтесь. В зале повисла тишина. Чимин почувствовал, как сердце у него забилось быстрее. Юнги стоял рядом, молчаливый и собранный, как всегда. — Профессор Ким, может вы сегодня будете тренироваться с моей подгруппой? — спросил Намджун, и в его взгляде промелькнуло обожание. — Намджун, ты лучший ученик потока, я в тебя верю. Ты прекрасно справишься и без меня, — елейным голосом ответил профессор Ким. Намджун болванчиком кивнул. Чонгук наблюдал за сценой и спросил Тэхёна: — А вы случаем не родственники с профессором Кимом? Он кажется использует ту же магию, что и ты. — Ты про очарование? — улыбнулся Тэхён и продолжил. — Нет, мы не родственники, но знакомы с детство. Джин-хён действительно отличный учитель, он и этому меня научил. Профессоры разделили группу быстро и уверенно: обычные пары отправили в дальнюю часть зала, а Юнги с Чимином оставили в центре, где пространство было защищено мощными барьерами. Профессор Ким поднял руку, показывая, чтобы они приготовились. — Вы будете атакованы неожиданно, с разных направлений. Ваша задача — реагировать вместе, не перебивая силы друг друга. Не ищите нас глазами. Чувствуйте поток, — сказал он спокойно. Профессор Чон исчез почти мгновенно — воздушный маг растворился в воздухе, оставив лёгкий завихрений. Профессор Ким отошёл в тень — хранитель энергии почти не излучал силу, становясь невидимым для чувств. Чимин сглотнул. — Мы… реально не сможем понять, откуда… — Именно, — отозвался голос профессора Кима из ниоткуда. — Начинаем. Воздух вспыхнул, словно его разрезали невидимые ножи. Порция сдавливающего ветра ударила в них сбоку — атака профессора Чона. — Защиту! — резко сказал Юнги. Чимин вскинул руки, пытаясь вспомнить то, чему его учили. Барьер вышел слабым, полупрозрачным, дрожал… но держал. — Хорошо, — прошептал Юнги, не отрывая взгляда от пульсаций магии. — Дальше я. Он послал порцию эфирного холода в пустоту слева — туда, где почувствовал движение энергии. Холод прошёл как волна, замедляя и сжимая энергетические каналы атакующего. Из пустоты раздался голос профессора Чона: — Угадал. Но не расслабляйтесь. На этот раз удар пришёл сверху — резкий поток воздуха, пытающийся сбить их с ног. Чимин инстинктивно шагнул ближе к Юнги, по пальцам пробежала дрожь силы, он послал в верх потусторонний огонь — но профессор Ким мгновенно остановил импульс. Энергия застыла в воздухе, словно пойманная в стекле. — Именно так работает хранитель, — напомнил его спокойный голос. — Мы не уничтожаем силу, но блокируем движение энергии. Чимин нахмурился. — Тогда как нам их достать? Юнги чуть заметно усмехнулся: — Очень быстро и очень точно. На другой стороне зала Тэхён уже закончил ритуал. Из-под его ног поднимался холодный туман, из которого появлялись полупрозрачные фигуры духов. Они кружили вокруг студентов, не нападая, а пугая, отвлекая. — Не атаковать огнём! — крикнул Тэхён своим низким голосом. — Они не материальные! Студенты метались, теряя концентрацию. Лишь Чонгук сохранил спокойствие. Он выставил ладонь, вспомнив уроки первой совместной тренировки. Тонкая, но устойчивая энергетическая пластина возникла перед ним и его группой. — Барьер держится, — сказал он сдержанно. — Только не двигайтесь слишком резко. Тэхён хмыкнул, слегка удивлённый. —Молодец, зайчик. Вся подгруппа усмехнулась, а Чонгук вспыхнул. Намджун в это время уже начал своё задание. Он поднял руку — и реальность вокруг его подгруппы стала зыбкой, искажённой. Перед глазами студентов промелькнули чужие образы, страхи, воспоминания. — Выходите из видений, — произнёс он ровным голосом. — Дышите. Фокус на собственном “я”. Но никто не справился. Все пятеро учеников застыли, захваченные иллюзиями. Намджун лишь вздохнул: — Работать вам ещё много. Чимин и Юнги уже дышали тяжелей, чем в начале. Профессора нападали быстрее. Чон создавал воздушные пустоты — вакуумы, которые пытались вырвать дыхание. Ким блокировал любую лишнюю вспышку энергии, заставляя их думать тактически, а не импульсивно. — Чимин, справа! — крикнул Юнги. Чимин повернулся слишком резко, но успел выставить барьер на этот раз сильнее но кажется силы его были на исходе он и так чувствовал себя плохо а теперь сильно закружилась голова. Он пытался держаться, но его барьер начал дрожать. Юнги бросил короткий взгляд на Чимина, пытаясь понять, почему энергия у того вдруг стала нестабильной. Слишком бледен… Это было видно даже при слабом освещении тренировочного сектора. Чимин стоял, стиснув зубы, стараясь удержать хрупкую защиту, выдавливая из себя последние силы. Пальцы у него подрагивали, дыхание сбивалось, но он упорно пытался закончить упражнение так, как будто от этого зависела его честь. Юнги сделал шаг к нему, собираясь сказать: — Чимин, хватит, ты— Но договорить он не успел. В тот же миг барьер перед ними сильнее затрясся, как мыльный пузырь на ветру — и лопнул, рассыпавшись едва заметной искрой. Глаза Чимина дрогнули, закрылись, тело повело вперёд. Он даже не издал ни звука — просто отключился. Юнги успел поймать его в доли секунды. Руки сами прижали Чимина к груди, удерживая так крепко, как будто тот мог исчезнуть, если его отпустить. Его голова безвольно легла Юнги на плечо; кожа под пальцами была горячей, но лицо — напротив — бледнее мела. Юнги почувствовал, как в груди что-то неприятно скрутилось. Тэхён был прав… Он правда толком не ест. И выглядит хуже, чем хочет признать. Он посмотрел на это бледное лицо, на посиневшие губы, на тонкие ресницы, дрожащие в обмороке, и только крепче перехватил его. — Вот же… — пробормотал он тихо, почти шёпотом. — Придётся, значит, самому следить за тобой, цыплёнок… И снова Тэхён был прав, он добровольно станет нянькой для этого малыша.