Учиха: Очи Богов и Узы Пламени

Коноха оправлялась от нападения. Хотя разрушений было минимум благодаря щиту Наруто, страх остался. Близнецы стали героями, но сами они чувствовали себя разбитыми корытами. **Больница Конохи. Сектор особой секретности.** Саске лежал на операционном столе. Его правая рука до самого плеча выглядела жутко: кожа стала полупрозрачной, а под ней были видны вены, сияющие фиолетовым светом, застывшие как тонкое стекло. Сакура, с темными кругами под глазами, уже двенадцать часов проводила тончайшую операцию. Она использовала не просто медицинскую чакру, а технику, которую разработала сама, изучая свитки клана Узумаки об уплотнении материи. — Еще один миллиметр... — шептала она. — Саске, если ты сейчас дернешься, твоя рука просто рассыплется на сувениры. Саске, который был в сознании (наркоз его просто не брал), сжал зубы. — Делай что должна, Сакура. Я чувствую, как Разрушение пытается выбраться наружу через поры. Сакура внезапно наклонилась и поцеловала его в лоб, не прерывая поток чакры из рук. — Заткнись и терпи. Я не дам тебе превратиться в статую. **В это же время. Поляна Клана Хьюга.** Наруто сидел в позе лотоса. Вокруг него трава росла с безумной скоростью, превращаясь в гигантские лианы, а цветы распускались и увядали за секунды. Его Созидание было в избытке — после боя с Урашики внутренний источник Наруто «заклинило» в открытом состоянии. — Я сейчас превращу всё поместье в джунгли! — прорычал Наруто. Его золотые глаза пульсировали, а сферы поиска истины за спиной хаотично метались. — Хината, отойди, я не контролирую выброс! Хината сделала шаг вперед. Её Бьякуган был активен. Она видела, что чакра Наруто похожа на бушующее солнце, которое вот-вот взорвется. — Я не уйду, Наруто-кун. Она подошла вплотную и приложила ладони к его груди, в область сердца. — Мягкий кулак: Восемь триграмм, Печать Покоя. Хината начала точечно бить по его тенкецу, но не чтобы заблокировать, а чтобы **перенаправить** излишки энергии. Её нежная чакра действовала как холодная вода на раскаленное железо. Наруто выдохнул, его аура начала остывать. Лианы замерли. Он открыл глаза и посмотрел на Хинату. Её руки дрожали от напряжения — пропускать через себя божественную чакру было больно. — Ты... ты рискуешь собой, — прошептал Наруто, притягивая её к себе. — Это мой путь ниндзя, — улыбнулась Хината, уткнувшись ему в плечо. — Быть твоим предохранителем. **Вечер того же дня. Особняк Учиха.** Итачи и Изуми сидели в кабинете Фугаку. На столе лежал отчет Анбу. — Кто-то следит за ними, — Изуми указала на снимок, сделанный скрытой камерой на окраине деревни после боя. — Человек в белом. Он не из Ооцуцуки, его чакра человеческая, но... странная. Она смешанная. Итачи нахмурился. — Данзо? — коротко спросил он. — Нет, — раздался голос из угла. Мадара вышел из тени. — Данзо — мелкий червь. Тут пахнет чем-то другим. Кто-то пытается создать «искусственных богов». Я чувствую отголоски чакры Хаширамы и моей собственной в этой тени. В этот момент в кабинет вошли Наруто и Саске. Саске с перебинтованной рукой, Наруто — бледный, но спокойный. — Мы пойдем за ним, — сказал Саске. — Нет, — отрезал Фугаку. — Вы едва восстановились. — Отец, — Наруто посмотрел на него золотыми глазами, в которых больше не было очков. — Тот, кто следит, знает наши слабости. Он видел наш Резонанс. Если мы не найдем его первыми, он ударит по Хинате и Сакуре. Саске сжал кулак забинтованной руки. Воздух вокруг затрещал. — Нам не нужны приказы Хокаге или Совета. Мы — Учиха. Мы сами защищаем свои узы. Мадара довольно оскалился. — Вот это разговор! Итачи, Изуми, собирайтесь. Мы устроим охоту на охотника. Покажем этому «белому плащу», что бывает за слежку в квартале Учиха. Но за окном, в отражении лужи, промелькнул силуэт. Тот самый человек в белом плаще прошептал: — Идите ко мне, мои маленькие боги. Лаборатория готова.