Любовь и не ненависть

      В Тибидохсе витала праздничная атмосфера, ведь сегодня наступал Новый год. Замок был уже подготовлен к празднику: в Зале Двух Стихий стояла большая ель, от которой шел приятный еловый аромат, повсюду были новогодние украшения и даже волшебный снег.       Медузия заранее подготовила подарки остальным преподавателям. Эта зима выдалась на редкость холодной и снежной, даже в замке порой было прохладно, особенно на первом этаже, стены которого в морозные дни покрывались сине-белым инеем. Именно этот холод и подсказал Меди, что Ягге и Зуби можно подарить теплые цветастые шали, укутавшись в которые можно было пережить любой холод.       Горгонова долго думала о том, стоит ли что-то дарить Сарданапалу. После нескольких дней раздумий, решив, что все-таки праздник, она начала думать о подарке директору школу. Перебрав множество вариантов, Меди остановила свой выбор на книге про великих белых волшебников. Медузия отчего-то решила, что Черноморов любит читать. К этому выводу она пришла, вспомнив, как много книг хранится на полках в его кабинете. * * *       Ближе к двенадцати Медузия спустилась вниз, в Зал Двух Стихий. Впервые за двенадцать лет в России она праздновала Новый год не одна и потому тщательно подготовилась к этой ночи. На Меди было изумрудное платье в пол, подчеркивающее ее стройную фигуру, волосы уложены в красивый пучок. Образ завершали черные туфли на высоком каблуке и легкий макияж.       Медузия прошла по Залу Двух Стихий и опустилась на свое место между Ягге и Зуби, которые тоже приоделись по случаю праздника.       Как только все преподаватели и ученики были в сборе, Сарданапал поднялся со стула, и в Зале тут же воцарилась тишина.       Меди не особо вслушивалась в слова директора, ей бросилось в глаза другое – для такого веселого праздника Черноморов выглядел слишком серьезным, а скорее, даже грустным.       Едва часы пробили полночь, как в Зале Двух Стихий стало слишком шумно. Ученики и преподаватели поздравляли друг друга, обменивались подарками, чокались бокалами с шампанским. Разумеется, юные волшебники пили шампанское без алкоголя.       Медузия, поздравив Ягге и Зуби, направилась к Черноморову. Немного взволнованная, она подошла к нему и протянула коробку с подарком.       – Сарданапал, поздравляю вас с Новым годом, – произнесла она с легкой улыбкой.       – Спасибо, Медузия, мне очень приятно, – он сразу же вскрыл упаковку и с интересом рассматривал обложку книги. – Считаете, что книга – лучший подарок?       – Думаю, да, – ответила Горгонова, отчего-то чувствуя себя неловко. Хотелось уже скорее занять свое место рядом с Ягге и Зуби, а не стоять рядом с директором, от которого не знаешь, чего ожидать.       – Тогда я думаю, вам придется по душе подарок, который я подготовил для вас, – произнес Черноморов, протягивая Меди объемную книгу.       – Новейшее и дополненное издание «Все о нежити», – прочитала Медузия на обложке. – Но как вы ее достали?! Я слышала, что она только к лету поступит в продажу.       – У меня есть некоторые связи, – загадочно произнес Сарданапал, глядя в глаза Меди, которые выражали явный восторг.       – Спасибо, это чудесный подарок, – преподавательница нежитеведения пожелала приятного праздника Черноморову и поспешила занять свое место.       Медузии очень нравилось празднование Нового года в Тибидохсе. Намного приятнее было отмечать вместе с людьми, которые стали ей уже близкими, чем одной.       В час ночи Поклеп и Зубодериха отправили учеников спать. В этом году им выпала очередь дежурить ночью и следить, чтобы юные волшебники не устраивали беспорядки.       Зал Двух Стихий заметно опустел. Медузия перевела свой взгляд на директора школы и снова отметила, что весь вечер он был каким-то грустным. Вот и сейчас он сидел безучастный ко всему и погруженный в свои мысли.       – Ягге, а у Сарданапала что-то случилось? – негромко спросила Меди, обращаясь к сидевшей рядом хозяйке магпункта.       – С чего это ты взяла? – поинтересовалась старушка.       – Он какой-то грустный весь вечер, а ведь сегодня праздник, – немного растерянно произнесла Медузия.       – Для него Новый год стал худшим днем, – помрачнев, ответила Ягге. – Его невеста как раз покинула Тибидохс прямо перед празднованием Нового года. Поэтому Сарданапал не очень любит этот праздник. * * *       Около двух ночи разошлись и остальные преподаватели Тибидохса. В большом Зале Двух Стихий остались лишь Ягге, Сарданапал и Медузия.       Черноморов встал со своего места и приблизился к разговаривающим Меди и Ягге.       – Ягге, может, твоей наливочки? – предложил Сарданапал, опускаясь на стул рядом с преподавательницей нежитеведения.       – А что, неплохая идея, – задумчиво проговорила хозяйка магпункта. – Сейчас принесу.       Старушка бодрым шагом вышла из Зала Двух Стихий, а в воздухе остался витать вишневый дым от ее трубки.       – Как вам праздник? – поинтересовался Сарданапал у Медузии.       – Мне нравится, – Меди улыбнулась. – Запах ели, много снега за окном, а я в волшебном замке… Разве это не сказка?       Черноморов усмехнулся.       – А вы любите Новый год? – спросила Горгонова, возможно, желая вывести Сарданапала на разговор о его прошлом.       – Мне не очень нравится этот праздник, – ответил он, поглядывая на дверь в ожидании Ягге.       – И почему же? – снова задала вопрос Меди.       – Я не готов сейчас рассказывать вам об этом, – произнес он. – Возможно, в другой раз…       Буквально в следующую секунду в дверях показалась хозяйка магпункта, которая держала в руках две бутылки с ярко-красной жидкостью.       – Вишневая? – попытался угадать Черноморов, когда Ягге приблизилась к столу.       – Нет, на этот раз брусничная, – ответила старушка, протягивая бутылку Сарданапалу.       Директор произнес заклинание, и на столе появились три стопки.       – Медузия, вы же будете? – спросил он, посмотрев на преподавательницу нежитеведения.       – Пожалуй, откажусь, – ответила она. – Я не люблю крепкий алкоголь, лучше выпью шампанского.       Сарданапал наполнил две стопки наливкой, а Медузии налил в бокал шампанское.       – За Новый год, – торжественно произнес Черноморов.       – Да уж, этот Новый год вышел поспокойнее предыдущих, – произнесла старушка, снова раскуривая свою трубку.       – Погоди, Ягге, как говорится, еще не вечер, – усмехнулся Сарданапал.       – А что было на предыдущих празднованиях? – с интересом спросила Горгонова.       – В прошлом году ученики в три часа ночи закатили свою вечеринку, – сказал Черноморов, снова наполняя стопки наливкой. – До сих пор ума не приложу, откуда они взяли алкоголь.       – А в позапрошлом году отличились Поклеп с Тарарахом, – хозяйка магпункта рассмеялась. – Выплясывали так, что мне обоим пришлось наутро лечить спины.       Медузия улыбнулась. * * *       Шел уже третий час ночи, когда Ягге встала из-за стола.       – Мне пора, у меня дела, – произнесла она. – Дальше можете праздновать без меня.       Старушка окинула Медузию и Сарданапала каким-то странным взглядом и скрылась из Зала Двух Стихий.       – И какие же у нее могут быть дела в Новый год? – обратился Черноморов к оставшейся сидеть за столом преподавательнице нежитеведения.       Медузия пожала плечами. Она тоже уже подумывала о том, чтобы уйти к себе.       Сарданапал наполнил бокалы шампанским.       – Меди, а расскажите мне что-нибудь, – попросил он, протягивая ей бокал.       – Знаете, почему я люблю Новый год? – произнесла Медузия и сделала глоток шампанского. – Как бы банально это ни звучало, но он дает шанс начать жизнь заново. С чистого листа. Белого, как и снег…       – Символично, – задумчиво ответил директор.       – Можно забыть старые обиды, – продолжила Горгонова. – Попытаться двигаться дальше…       – Возможно, вы правы, – Черноморов резко поднялся из-за стола и протянул ей свою руку. – Меди, можно я приглашу вас на танец?       Медузия была несколько удивлена, однако приглашение приняла.       От кольца директора отделилась зеленая искра, и в Зале Двух Стихий заиграла негромкая музыка.       Сарданапал опустил свои руки на талию Меди, а она положила свои на его плечи. Они начали медленно покачиваться в такт музыки. Медузия и сама не заметила, как положила голову ему на плечо. Ей вдруг стало так спокойно. Просто танцевать под медленную музыку, когда за окном началась самая настоящая снежная буря…       Казалось, что они, потеряв счет времени, танцуют уже целую вечность. Преподавательница нежитеведения подняла голову и взглянула на Сарданапала.       – Вы что, заколдовали музыку, чтобы она длилась вечно? – спросила она, чувствуя, что уже устала танцевать на высоких каблуках.       Черноморов усмехнулся.       – Вы меня раскусили, – он убрал руки с ее талии, а в следующую секунду полыхнула зеленая искра, и музыка прекратилась.       – Как насчет шампанского? – предложил Сарданапал, когда они снова подошли к столу.       Медузия согласилась.       – Может, теперь ваша очередь что-то рассказывать? – спросила Меди, посмотрев на директора Тибидохса.       – Один раз я вмешался в ход истории и изменил дальнейшие события, – загадочно произнес он.       – Это как же? – Медузия была заинтригована.       – Это случилось еще в те времена, когда я был учеником Древнира, – начал рассказ Сарданапал. – Учитель очень часто отправлял меня на разные задания, связанные с магией. Однако не следует забывать и то, что Древнир был величайшим пророком. Один раз он вызвал меня в кабинет и рассказал одну историю, которая должна была произойти через два года. Он сказал, что мне нужно будет вернуть к жизни одну девушку, которую убьет ее возлюбленный… История должна была сложиться так, что эту девушку должна была проклясть одна старая ведьма, наградив при этом ужасным уродством. Девушку прозвали бы чудовищем, и она была бы вынуждена прятаться на острове вдали от посторонних глаз. Однако люди не оставили бы ее в покое, и случайно в ней бы проснулась интуитивная магия, из-за которой она стала бы превращать людей в камень. И вот тогда явился бы этот юноша, втерся бы ей в доверие, а потом бы убил…       – И что же вы сделали? – затаив дыхание, спросила Меди.       – Я нашел этого юношу раньше и убил его, – ответил Черноморов. – Не хотел, чтобы эта девушка так сильно страдала…       – И как сложилась ее дальнейшая судьба? – поинтересовалась Горгонова.       – Не знаю, – с каким-то сожалением в голосе произнес Сарданапал. – Я даже имени ее не знаю.       Глава Тибидохса вместе с преподавательницей нежитеведения выпили еще по бокалу шампанского в полном молчании.       – Мне пора, – Медузия поднялась из-за стола.       – Я провожу вас до комнаты, – предложил Черноморов.       В коридорах замка стояла полная тишина. Видимо, в этот раз и правда обошлось без происшествий. Не было видно и дежуривших Поклепа и Зубодериху. Скорее всего, они уже тоже отправились спать.       – Спасибо за этот чудесный вечер, – тихо произнесла Медузия и, сама не зная зачем, положила свою руку на плечо Сарданапалу.       – Меди, вы удивительны красивы, – тихо прошептал он и, не удержавшись, нежно провел рукой по ее щеке.       Ее глаза цвета чистого изумруда столкнулись с его небесно-голубыми глазами. И Медузия вдруг поняла, что не хочет отводить свой взгляд. Оба медленно подались навстречу друг к другу, и его губы накрыли ее. Меди сразу же ответила на поцелуй, обняв Сарданапала за шею, а он, переместив руки на ее талию, крепко прижал ее к себе. В этот момент им было плевать на все: на свои мысли, на то, что будет завтра, на то, что их может кто-то увидеть. Они просто стояли в коридоре и нежно целовали друг друга…       Казалось, прошло несколько минут, прежде чем Сарданапал резко отстранился.       – Мне не стоило этого делать, – тихо произнес он, не смотря на Медузию. – Я так запутался… Прости…       Черноморов повернулся и стремительно уходил прочь, а Меди смотрела ему вслед, ощущая себя полностью растерянной. * * *       Проснулась Медузия ближе к обеду. Приведя себя в порядок, она наколдовала себе кружку кофе и опустилась в кресло. В ее мыслях был их вчерашний поцелуй с Сарданапалом. Она не понимала, как вообще могло дойти до того, что они с Черноморовым вдруг начали целоваться. И что казалось ей наиболее странным, так это то, что ей понравилось…       Меди тяжело вздохнула и закрыла глаза, пытаясь прогнать прочь эти мысли. Однако то и дело в ее памяти всплывали крепкие объятия Сарданапала и его нежный поцелуй…       «Наверняка он думал о ней, о свое невесте, – вдруг промелькнула в голове Горгоновой мысль. – Он думал о ней, а целовал меня… Ведь он сам потом сказал, что запутался и не должен был этого делать».       Весь день Меди провела в своей комнате. Читала книгу, которую подарил ей Черноморов, писала конспекты для предстоящих в следующей четверти уроков. Ближе к вечеру Медузия все же решила спуститься в Зал Двух Стихий.       В большом помещении, которое так же, как и вчера, отдавало праздничной атмосферой, никого не было.       Меди опустилась на свое место и уже готова была поужинать, как в Зал вошел тот, кого она хотела видеть меньше всего.       – Добрый вечер, Медузия, – без тени улыбки поздоровался Сарданапал и прошел на свое место.       – Добрый вечер, – тихо ответила Горгонова, не смотря на директора.       – Мне кажется, нам стоит поговорить насчет вчерашнего, – также тихо произнес он. – Насчет того поцелуя… Понимаете, я вчера слишком много выпил…       – Понимаю, – тут же перебила его Меди. – Я тоже вчера много выпила. Предлагаю просто все забыть, и больше не возвращаться к этому разговору.       Сарданапал согласно кивнул и тут же принялся за ужин. Медузия отвернулась от него, чувствуя, как отчего-то сильно бьется ее сердце. А в Зал Двух Стихий уже начали подтягиваться и остальные преподаватели…