Да ты шо, Елена?!

      Сообщение? Я открыла часолист. Микка Ляхтяч. Знакомое имечко... Микка... Микка... Ляхтич?! Я начала усердно копаться в воспоминаниях которые уже достаточно размылись за года моей жизни в этом мире. Вспомнила. Так звали мать Марка Ляхтича, именно она отдала его Елене, а потом умерла.       Я открыла сообщение, ну или письмо, сама не знаю как правильно называть это. Содержание было весьма ожидаемым. «Госпожа Мортинова… Простите, что обращаюсь к вам. Меня зовут Микка Ляхтяч. Мы встречались раньше, когда я приводила к вам сына. Я больше не могу о нём заботиться — не потому, что не хочу, а потому, что не могу. Прошу, заберите Марка. Он хороший мальчик, просто слишком рано стал понимать то, чего не должен. Я не ухожу насовсем, просто... мне нужно время. Если вы согласитесь — я буду благодарна всю жизнь.»       Я перечитала несколько раз.       Микка… Ляхтяч. Она состояло, или до сих пор состоит, в Ордене Непростых, правда ее я там почти не видела, влияния у нее там совсем не было, слабая, вечно болеющая девушка, именно такой я ее помню. А после того как я вышла из Непростых, я ничего о ней не слышала и не видела ее. Впрочем, мы никогда раньше не общались.       А теперь она писала мне. Странно. Хотя нет, все идет как и должно было быть, по сюжету.

***

      Дом Микки оказался на окраине, в тихом районе, где улицы ещё вымощены старым камнем. Когда я подошла к воротам, она уже ждала — бледная, худощавая, с заплетёнными в небрежную косу волосами. Она была похожа на мертвеца больше чем на живую. — Спасибо, что пришли, — тихо сказала она. — Я не знаю, как ещё просить о помощи. — Что случилось? — спросила я.       Она опустила взгляд. — Я заболела. Не смертельно, но... лечение займёт годы. А с ним… — она взглянула на мальчика, стоявшего за дверью. — Я не справлюсь.       Марк выглянул из-за её спины. Ему было лет пять, не больше. Тонкие руки, серьёзные глаза и упрямо сжатые губы. — Я не пойду, — сказал он. — Я буду жить с мамой.       Странно, но я сейчас холодно спокойна. Да, сочувствие однозначно есть, но и разум в холоде, нельзя принимать решения на эмоциях. Что ж, это хорошо, правда может отпугнуть ребенка. Я сказала: — Ты ведешь себя крайне эгоистично по отношению к своей матери. Ей будет легче если она будет знать что о тебе заботятся, она сейчас не в состоянии воспитывать тебя.— ого, а я реально сейчас такая холодная... хотя сейчас так даже лучше.       Он нахмурился и уткнулся взглядом в землю. — А мама будет приходить? — Это уже не от меня зависит.       Я видела, как он борется с собой, хоть и совсем еще ребенок, но сообразительный. Потом шагнул ко мне, не глядя на мать. Микка прикрыла рот ладонью, чтобы не заплакать. Странно, но я сейчас не чувствовала ничего, прямо вообще... эмоций просто не было. Для меня они совершенно чужие люди, но сочувствие должно ведь быть. Но его не было... — Спасибо, — прошептала она. — Я навещу его, как только смогу. Обещаю.       Я просто кивнула. — Берегите себя.— Мика протянула мне конверт. Я развернула его и достала бумагу из него. Это была доверенность. Я достала перо и подписала его.

***

      Марк всю дорогу молчал. Держал игрушку и глядел в окно. Я молчала, говорить вообще не хотелось, надо все обдумать.       Я теперь его временный опекун. Надо обустроить ему комнату и начать обучение уже сейчас. А еще наверное надо поторопиться с поисками Захарры. Все это надо сделать как можно скорее, чтобы потом уже не думать об этом.       Я достала свой блокнот и стала расписывать план на эту неделю. Да, дел было достаточно. Сегодня-завтра обеспечить Марка всем нужным для проживания у меня, три собрания и найти Равира Этлина, ну или хотя бы связаться с ним.       Остальной путь домой я провела за документами, сплошная неразбериха. Недавно приняли четверо новых работников в офис Школы, они все путают, присылают мне запросы на удовлетворение чьих-то предложений... Эх, надо будет заглянуть в офис и дать им нагоняя.

***

      Когда мы прибыли домой, Мила вышла встречать нас с удивлением, но без вопросов. Она вообще обладала редким талантом принимать происходящее как данность. Или это она так привыкла к моим спонтанным действиям что не удивляется? — Ещё один? — спросила она с лёгкой улыбкой. — Да. Марк. Он пока будет жить с нами.       Мила кивнула и взяла сумку с вещами.       Мальчик стоял посреди прихожей, не зная, куда смотреть. — Снимай обувь и иди посиди на диване.— сказала я, и сама скинув туфли пошла на кухню. Марк пошел за мной. Я быстро засыпала себе чай в кружку, а Марку я налила сок.— Садись.— я кивнула на место за столом напротив меня.— И так, я знаю что ты еще ребенок, но считаю что ты должен быть уже достаточно сообразительным, как никак твои родители весьма сильные и выдающиеся часодеи.       Да, Марку всего пять лет, ожидать того что он полностью поймет меня слишком самонадеянно, но надеюсь что он поймет хотя бы малую часть того что я буду ему говорить. — И так, возможно ты не знаешь, но я весьма занятая и влиятельная личность, у меня могло быть много учеников, но я не брала никого. У меня нет возможности таскаться с учениками ведь на мне лежит целая школа и много других обязанностей. Поэтому я дам тебе выбор: либо ты будешь просто ребенком который живет у меня, либо учеником, но учти, времени на твое обучение у меня много не будет и большую часть своего обучения ты проведешь сам. Что думаешь?— что-то я слишком много свалила на ребенка, вижу как Мила обреченно качает головой неся стирку. — Если... я буду вашим учеником, какие привилегии меня будут ждать?— тихо спросил Марк. Я чуть не поперхнулась. Ну ничего себе... Мне это нравится.— И как будет проходить мое обучение? — В основном твое обучение будет проходить так: я раз в неделю читаю тебе длинную лекцию на какую-то тему, а потом ты все это учить самостоятельно по тем книгам которые я тебе дам, если что-то будет сложно можешь спрашивать у Милы, хоть она и часодейка третьей степени, но с чем-то помочь сможет, если и она не сможет, то вечером после моего возвращения с работы, ты можешь задать мне свой вопрос. Все понятно?— Марк кивнул.— Из привилегий тебе будет доступно посещение некоторых уроков в моей школе, но это только пока ты маленький, я управляю женской частью школы и мальчикам появляться там нежелательно, но, думаю, лет до десяти с этим проблем не будет. Так же само обучение у меня это весьма большая привилегия, к тебе будут относиться с уважением, ну и конечно же те знания которые ты приобретешь будут очень полезны в твоем будущем.— я закончила свой монолог и отпила чай. Краем глаза я глянула на мальчика. Он уткнулся взглядом в стол и что-то обдумывал.       Мне кажется немного странным его недетская смышленость, уж слишком он сообразительный. Если бы я задала такой вопрос ребенку десяти лет, и у того бы возникло бы непонимание и что-то в этом роде. А Марк понял все с первого раза. — Я хочу быть вашим учеником.— наконец сказал Марк.

***

      Позже, когда дом стих, я сидела у окна с кружкой тёплого цикория. Марк спал в соседней комнате, уткнувшись лицом в подушку.       Я знала, что впереди будет сложно. Мальчик с ранним развитием, с болью, с привязанностью к матери. Но я справлюсь. Пусть этот дом станет для него передышкой. Хотя не знаю, возможно для него наоборот будет лишь мучением тот объем учебы который я планирую на него взвалить. — И снова дел прибавилось...— я цокнула языком и посмотрела в окно.       Я Там виднелись звёзды — редкие из-за облаков, медленно плывущие над Эфларой. Потом мой взгляд перевелся на часы на стене. Одиннадцать вечера. — Что-то я засиделась, пора спать.— я зевнула и залпом допив цикорий пошла в кровать. Завтра надо переться в школу, в свой офис. "Чертовы документы..."— мысленно взвыла я и уткнулась лицом в подушку. На удивление сон пришел быстро и я уже через минуту спала без задних ног.