Заполучение Москвы

Ещё совсем молодой Саша ступает по коридорам дворца, с озадаченым видом оглядываясь. У него уже как двадцать минут должен был быть урок с Михаилом Юрьевичем, однако, сколько бы юная столица его не ждал, Москва всё не приходил. Обычно он никогда не отменял уроки, поэтому отсутствие учителя вызвало у него беспокойство. Александр резко замер на половине своего пути к покоям Москвы, почувствовал непривычный, но отчётливый и сильный запах. Запах мёда. Он так и замер на пару секунд, осмысливая, откуда столь яркий запах. Он ведь не может быть из.. Он ускоряет шаг, через минуту уже оказываясь у дверей Москвы. Да. Запах мёда определённо был оттуда. И не только запах, оттуда помимо него ещё и были слышны странные вздохи и приглушённые, совершенно непонятные маленькому Питеру, звуки. Саша растерянно и с небольшым страхом смотрит на дверь. Он стоит так минуту, две, совершенно не шевелясь и опасаясь издать какой-либо звук. Он медленно и глубоко вздыхает и выдыхает, на секунду прикрыв глаза. Запах хоть и был сильным, но уж очень приятным. Робко тянет кулак к двери и стучится. Не слишком громко, но и не тихо, чтобы Москва точно услышал. Но этого не происходит. Звуки не прекращаются, из комнаты не доносятся шаги к двери, не происходит нечего. Будто на стук и вовсе не обратили никакого внимания. Саша напрягается и немного ёжится. Михаил Юрьевич явно бы услышал стук, даже сквозь вздохи. Москва всегда был внимателен, а сейчас явно находился в своих покоях и не обращал внимания даже на обычный стук... Он понимает, что войти так бесцеремонно и резко будет очень невоспитанным жестом, но беспокойство за учителя с каждым приглушённым звуком всё сильнее возрастает, поэтому Саша быстро хватается за дверную ручку, слегка приоткрывает дверь и заглядывает в дверной проём. Однако, тут же замерает. Москва лежит на своей кровати, утыкаясь в подушку и пытаясь заглушить неприличные звуки. Его уши покраснели, сам он выглядит вспотевшим, ночная рубашка съехала и оголяла некоторые участки тела, а весь низ по самый живот был укрыт одеялом. Михаил дрожал, сжимался в комочек и то и дело томно вздыхал. Все эти звуки и запах были от него. Глаза Саши расширились в удивлении. Только он хотел что-то сказать, как его отстранили от двери за плечо и тут же закрыли дверь перед его носом. Питер всё с таким же удивлением повернулся к Петру. — Что с Михаилом Юрьевичем?..— обеспокоенно поинтересовался Саша, хватаясь за отцовский рукав. — Ну, как же, что?, — удивлённо взглянув на сына спросил уже Пётр. — Обыкновенная течка, это нормально для омег. — Для омег!?— глаза Петербурга стали ещё шире, он не мог поверить в услышанное. Михаил Юрьевич, тот, кто присоединил многие земли, такое долгое время был столицей, победил в бесчисленном количестве войн.. омега? — М? А я разве не говорил?, — Пётр слегка нахмурился, потерев шею. — Да, Парадиз мой, Москва— омега. И такое состояние для них время от времени нормально. Так что, какое-то время у тебя пока не будет уроков. — Пётр подхватываетсына на руки и треплет по кудрявым волосам. — Поправиться твой Москва, не переживай. Но пока к нему не ходи, понял? — Понял..— Саша, всё ещё пребывая в удивлённом состоянии, обнял отца. — Вот и славно.— Пётр, улыбнувшись сыну, понёс его дальше по коридору, пока Сашенька, краснея, старался не смотреть на покои Михаила.