Эпоха Конца

Прошло еще полгода. Мастерская изменилась. Теперь здесь не было оружия. Здесь были чертежи дронов, турелей и часовых механизмов. №24 стояла перед столом. Её маленькие пальчики, покрытые белой шерсткой, порхали в воздухе, сплетая нити тьмы в сложные узлы. — Задача: Мобильная мина-паук, — продиктовала Жнец. — Автономная навигация. Датчик движения. Радиус поражения — 5 метров. Время сборки — 30 секунд. Жнец сидела на стуле, лениво вертя в руках песочные часы. — Если ты не уложишься в таймер — я расплавлю тебя кислотой. — Если механизм развалится на ходу — я пропущу тебя через промышленный шредер. — Если датчик не сработает... ну, ты сама станешь миной. Перевернула часы. Песок посыпался. — Время пошло. Попытка №12. №24 торопилась. Её тени сформировали корпус паука. Лапы. Пружины. Она забыла про смазку в суставах (создать скользкую поверхность тенями). Паук сделал два шага и заскрипел. Его ногу заклинило. Песок в часах закончился. Жнец встала. — Трение, — сказала она. — Ты не учла коэффициент трения. Она подошла к девочке и схватила её за левую руку. — Твои суставы работают хорошо. Посмотрим, что будет, если убрать смазку. Она сжала локоть №24. Сработала какая-то причуда разрушения. Суставная жидкость мгновенно испарилась. Кость начала тереться о кость на сухую. — АААА! — №24 упала на колени, прижимая руку. Любое движение причиняло адскую боль, словно в локоть насыпали битого стекла. — Двигай рукой, — приказала Жнец. — Не могу... больно... — Двигай! Или я оторву её. №24 попыталась согнуть руку. Скрип костей был слышен на всю комнату. Она кричала, пока болевой шок не выключил сознание. Жнец добила её ударом косы. Рестарт. Попытка №45. Она научилась делать идеальные суставы. Паук бегал быстро. Но в этот раз она ошиблась в гироскопе. Паук потерял равновесие и перевернулся на спину, беспомощно дрыгая лапками. Жнец покачала головой. — Вестибулярный аппарат. Очень важная вещь. Она привязала №24 к центрифуге. — Почувствуй, что такое потеря ориентации. Она включила аппарат на скорость, смертельную для человека. Внутренние органы №24 превратились в кашу от перегрузки 15G. Кровь брызнула из глаз и ушей. Мозг просто расплющило о стенки черепа. Смерть была быстрой, но перед ней были секунды тотального головокружительного ужаса. Рестарт. Попытка №118. №24 больше не торопилась. 30 секунд для неё растянулись в вечность. Она знала каждое движение наизусть. В её разуме крутились формулы. Крутящий момент. Сопротивление материалов. Аэродинамика. Она создала паука за 28 секунд. Черный, матовый, с красным глазом-сенсором. — Активация. Паук ожил. Он побежал по столу, перепрыгнул через препятствия. Жнец бросила в сторону мячик. Паук среагировал мгновенно, прыгнув на цель. БАМ! Взрыв (имитация, созданная тенями) разнес манекен. Но Жнец не улыбнулась. Она подошла к останкам механизма. — Взрыватель сработал с задержкой в 0.05 секунды. Глаза №24 расширились. — Это... это погрешность... — В бою погрешность — это смерть. Взрывная волна должна быть синхронна с касанием. Жнец взяла девочку за голову двумя руками. — Твой мозг работает медленно. Надо разогнать процессор. Она начала давить. Череп начал трещать. №24 пыталась вырваться, царапала бронированные перчатки когтями, но это было бесполезно. — Думай быстрее, — шептала Смерть, сжимая виски, пока черепная коробка не лопнула, как переспелый арбуз. Попытка №203. №24 открыла глаза. Она не закричала. Она не заплакала. В её взгляде было что-то нечеловеческое. Холодный расчет машины. Она помнила давление на череп. Она помнила центрифугу. Она помнила сухие суставы. Вся эта боль была записана в её нейронах как справочник «Чего нельзя делать». — Время пошло. Руки №24 размылись в воздухе. [Сверхчеловеческие рефлексы] (от Потрошителя) работали на пределе. Тени сплетались не просто в механизм. Они сплетались в произведение искусства. Каждая шестеренка была идеально подогнана. Пружины были натянуты до звона. Сенсор был чувствительнее глаза орла. 25 секунд. На столе стоял Паук. Но это был не просто паук. №24 добавила кое-что от себя. У паука были когти (как у неё) и хвост. — Фас, — тихо сказала она. Паук не побежал. Он исчез. Он двигался так быстро, используя те же принципы сжатия пружин, что и блоха, что глаз едва успевал следить. Он прыгнул на манекен. Но не взорвался сразу. Он вонзил когти, ввинтился внутрь корпуса манекена и взорвался изнутри. Эффект был чудовищным. Манекен не просто сломался — его распылило. Тишина. Жнец посмотрела на дымящиеся остатки. Потом перевела взгляд на №24. Девочка стояла прямо. Её нос кровоточил от перенапряжения мозга, но она не вытирала кровь. Она смотрела на наставницу с вызовом. «Убей меня еще раз. Я сделаю еще лучше». Жнец медленно кивнула. — Взрыв направленного действия изнутри. Максимальный урон. 25 секунд. Она убрала песочные часы. — Ошибок нет. №24 едва не упала от облегчения, но удержалась. Слабость показывать нельзя. — Ты научилась создавать механизмы, — продолжила Жнец. — Теперь ты можешь создавать армию из ничего. Она подошла к двери. — Отдыхай. Завтра мы переходим к химии. Я научу тебя создавать яды и кислоты своим телом. И поверь... — она обернулась, и её глаза сверкнули во тьме, — дегустировать ошибки ты будешь сама. Дверь закрылась. №24 сползла по ножке стола на пол. Она посмотрела на свои руки. Они дрожали. Но потом она сжала кулак, и вокруг него сформировались крошечные, идеально работающие шестеренки из тьмы. Она улыбнулась. Боль забывается. Сила остается.