My Feral Lolo (Мой Дикий Лоло)

Посреди стола возвышалась большая стопка блинов. Рядом стояла миска со смесью ягод, дешёвым кленовым сиропом и маслом. Стол был накрыт на трёх человек, и у каждого места были свои особенные кружка и тарелка. Любимая кружка с надписью «Давайте веселиться!» и тарелка в стиле Пинки Пай стояли напротив двери. После той трагической ночи, закончившейся смертью Ванессы, Уэйд решил, что, обедая с семьёй, он всегда должен наблюдать за дверью или хотя бы видеть её, чтобы иметь возможность быстро среагировать на угрозу. Пистолет «Beretta M9» был приклеен скотчем к нижней части стола, чтобы его было легко достать. Место Ал находилось слева, спиной к гостиной. Щербатая кружка с надписью «Слепая и ищущая неприятностей» стояла рядом с глубокой зимней тарелкой, украшенной снежинками. Её место позволяло ей безопасно и беспрепятственно вернуться к дивану. Что касается Логана, его место было справа, у окна. Кружка с Эпплджек и надписью «Я не сдвинусь с места» стояла рядом с тарелкой с принтом семьи яблок — той самой, которую Уэйд с любовью выбрал и купил. Его место было максимально освещено солнцем — а это, как знал Уэйд, важно для человека, постоянно тянущегося на свежий воздух, — и располагалось ближе всего к спальне. Это было удобно в те дни, когда Логан был слишком напряжён и ему нужно было уединиться. Уэйд положил три блинчика на тарелку Ал, смазал их маслом и полил сиропом. — Блинчики прямо посередине. Твоя чашка — на девять часов, а столовые приборы — на три часа. И Уэйд, и Логан делали для Алтеи немного, но очень много полезного. Уэйд следил за тем, чтобы её кормили первой, и за временем, чтобы она вовремя ела. Логан же всегда сидел рядом с ней во время просмотра телевизора, разговаривал и читал субтитры. Он также следил за чистотой помещения, чтобы она не спотыкалась. — Где Логан? — спросила Алтея. — Не уверен, — ответил Уэйд, садясь и накладывая себе еду. — Но я точно знаю, что Пинки Пай нужно, чёрт возьми, успокоиться. — Он положил на тарелку огромную стопку блинов, смазал их отвратительным количеством масла и полил кленовым сиропом. Ал вздохнула: — Мне, блядь, всё равно… Игнорируя её, Уэйд продолжал бормотать: — Она такая лицемерка, понимаешь? Выходит замуж за пони-сына Странного Эла, а бедняжка Мод не может получить своего Шелдона? Дай мне передохнуть! — Подожди-ка, — прервала она. — Пинки начнёт встречаться со Странным Элом только в девятом сезоне. Шелдон появится в восьмом. Люди могут менять мнение и развиваться, Уэйд. Уэйд взвизгнул и ударил по столу: — Я, блядь, так и знал! Ты тайная брони! — Очень сложно не запомнить эту херню после того, как тебе пришлось смотреть эту чёртову серию в ТРЕТИЙ, БЛЯДЬ, РАЗ! — раздражённо ответила она. — Это моё шоу для утешения, Ал, — Уэйд подвигал вилкой, и немного сиропа попало на стол, — кроме того, я… Одетый в красно-чёрную клетчатую рубашку с закатанными рукавами, белой майкой под ней, с жетоном на шее, в джинсах и босиком, Логан направлялся к ним на четвереньках. Его движения казались куда естественнее и расслабленнее, чем когда-либо видел Уэйд. Он двигался уверенно и полностью сосредоточенно. Уэйд наблюдал, как он подходит к своему месту и запрыгивает на стул. Логан сел на корточки, как кот. — Ну, расскажите мне, почему вы все замолчали? — Ну а разве это не охренительно интересно, Лоло! — Уэйд снова принялся есть и заговорил так небрежно, будто обсуждал погоду: — Я не знал, что ты ходишь на четвереньках. Думал, ты так делаешь только во время крутых боёв. — Это что, какая-то ерунда с играми в животных? Я же вам уже говорила, что не хочу, чтобы ваши чёртовы извращения или секс выходили за пределы спальни, — сказала Алтея тоном уставшей мамы, которая тысячу раз повторяет одно и то же. Логан напрягся. Он снова это сделал — слишком расслабился и всё испортил. Куда бы он ни шёл, с кем бы ни встречался и к кому бы ни привязывался, всё заканчивалось одинаково: либо их убивали, либо они начинали испытывать к нему отвращение в тот самый момент, когда человеческая маска спадала и проявлялась его дикая сторона. Он уже собирался сесть нормально, когда услышал, как Уэйд перестал есть: — Нет. Это не извращения. Это его мутация… я так думаю. — Доброе утро, арахис, — с улыбкой поприветствовал его Уэйд. Он наклонился и положил Логану на тарелку щедрую порцию блинчиков, не забыв принять позу «Salt Bae», пока посыпал их ягодами. — Что ты делаешь? — …сижу, — Логан взял блин голыми руками и откусил. — Ты так думаешь? Он здесь уже три месяца, Уэйд. Если это его мутация, то почему он начал делать это только сейчас? Что он должен был сказать? Что от долгого хождения на двух ногах и подавления своих диких инстинктов у него началась ужасная мигрень? Что дополнительный вес адамантия иногда был настолько невыносим, что ходьба на четвереньках становилась единственным способом заставить себя двигаться? Что постоянное подавление своей природы делало его несчастным? Он положил блин обратно, вздохнул и ограничился слабым: — Это помогает. — Мне нужно немного больше, милый. Чем это помогает? — спросила Алтея, мягко вытягивая из него слова. В такие моменты он чувствовал себя идиотом. Свободно говорил на семи языках, но не мог сделать такую простую вещь, как выразить свои чувства на обычном английском. Боже, как это жалко. — Адамантий… тяжёлый. Алтея нахмурилась: — О чём он говорит, Уэйд? — Извини, медоед, — сказал Уэйд, сочувственно похлопав Логана по плечу, — придётся рассказать кое-какую предысторию. Он повернулся к Алтее: — Ты помнишь, через какое дерьмо я прошёл с этой программой «Оружие Икс»? — Он засунул в рот пару кусочков блина и проглотил ещё один. — Логан тоже через это прошёл, но гораздо хуже, потому что не добровольно. Они ввели ему в кости адамантий и сделали его невероятно крепким. — Что ты имеешь в виду, говоря об инъекциях в кости? — Довольно прямолинейно, Ал, — он поглядывал на Логана, объясняя: — У него кости металлические. Вот почему он такой тяжёлый… э-э, в общем… — Уэйд быстро сменил тему, заметив муку на лице Логана. — Ну, вот как-то так. Всё ещё глядя в тарелку, Логан сделал глубокий вдох, собираясь с духом. Мысленно повторяя позитивные установки, которым его научил Уэйд, он отбрасывал сомнения и страх. Они его любили. Они поймут. Всё будет хорошо. — Я как будто притворяюсь. Когда хожу прямо, ем столовыми приборами… ем еду, которую, блядь, терпеть не могу… просто чтобы вписаться в общество. Это так изматывает, и я это, блядь, ненавижу. Уэйд положил руку ему на плечо: — Ты же знаешь, что мы тебя любим, правда? Логан кивнул. — Тогда почему бы просто не быть собой? — Не хотел, чтобы ты подумал, что я какое-то животное. — Он долго молчал, затем тихо добавил: — Я… я не хотел быть… Логан потер затылок, словно не желая заканчивать фразу. — Выгнанным? — мягко подсказал Уэйд. Логан кивнул. В комнате повисла короткая тишина. — Прости, детка, мне не стоило делать предположений… — Алтея положила руку на его и сжала. Уэйд сделал то же. — Ты часть семьи, понял? Семья держится вместе. Так что делай, что хочешь, дорогой, и если у кого-то хватит наглости высказаться тебе за это, я его лично вышвырну. — Она права, Лоло, — продолжил Уэйд. — Никто здесь не будет тебя ругать за то, что ты не можешь сделать. Если изменение привычек сделает тебя счастливее в нашем наркопритоне — вперёд. Мы здесь, малыш. Впервые за долгое время Логан почувствовал себя счастливым и умиротворённым. С такой яркой и сияющей улыбкой, что затмила бы солнце, он сказал: — Спасибо, ребята…