Тайна Гондара

Небо вновь пролилось тоскливым дождем, который глухо стучал по едва живым крышам. Казалось, дома затаили дыхание, из последних сил удерживая свои дырявые шляпы-кровли, готовые рухнуть от малейшего дуновения ветра. Крыши были пробиты когда-то то ли пулями то ли чем похуже… От некогда оживленных дорог не осталось даже следа — лишь размытые шрамы на теле земли. Там, где раньше звенел детский смех и кипела суета торговых рядов, теперь властвовала мертвая тишина. Лишь вывеска бара “Trust Me” сиротливо покачивалась на ветру. Заведение продолжало нести свою безнадежную вахту, ожидая случайного гостя, который никогда не придет. Город затаил дыхание. В каждом подвале, в каждой щели дрожали от ужаса те, кому удалось выжить. Все они ждали прихода Цуйотов . И только воины, что поклялись защищать свой город Кшина, стояли на стороже в разных углах города. Внутри каждого из них бушевал немой крик: разум затуманивался от запредельного страха, а инстинкт самосохранения молил о бегстве. Но выбора не было. Скованные честью и обреченностью, они сжимали рукояти оружия, зная, что их единственная роль в этой трагедии — встретить врага лицом к лицу и сгинуть в его безжалостной тени. Так тянулись серые, неотличимые друг от друга дни. Лишь бармен, верный своему безнадежному ритуалу, каждое утро выходил на пустую улицу, чтобы отпереть двери своего заведения. По привычке он навел лоск в пустом зале и принялся полировать стаканы, которые от времени и усердия стали почти прозрачными. Тишину, ставшую привычной, внезапно разрезал резкий, забытый звук — над дверью ожил заржавевший колокольчик. Цуйоты? Не-ет, точно не они, они бы все к чертям снесли сразу. Внутри бармена аж вспыхнули бабочки, когда он увидел гостя, а за ним — и второго! Глаза его округлились, став похожими на две большие пуговицы, а лицо озарила такая широкая и лихорадочная улыбка, что, казалось, она вот-вот коснется самых бровей. Дверь с натужным скрипом поддалась, впуская внутрь поток холодного воздуха и терпкое облако табачного дыма. Бармен застыл: он мгновенно узнал тех, кто стоял на пороге. Это были Гондар и Рики — легендарные охотники и тени, чьи имена когда-то шепотом произносили во всех подворотнях. В золотые времена они были душой этого заведения. — Глазам не верю! Давно вас не было в городе! — Здравствуй, Имир, — отозвался тот, что держал в зубах дымящуюся сигарету. Его цепкий, привыкший подмечать детали взгляд медленно скользил по пустому залу. Старая мебель, некогда видевшая буйное веселье и лоск золотых времен, теперь казалась лишь призраками прошлого, покрытыми пылью забвения. — Они еще не приходили? —вполголоса спросил он, не глядя на собеседника. Тот отрицательно покачал головой, не желая говорить о тех монстрах. Рики тяжело опустился на соседний стул, и его вздох был полон горечи. Город, их родная Кшина, превратился в тень самого себя. После того как последнее вторжение Цуйкотов превратило Кшину в кровавое пепелище, некоторых воинов забрали в организацию. Там, в условиях, граничащих с пытками, их превращали в живое оружие, обучая единственному искусству — как выстоять против исполинской мощи врага и найти уязвимое место в теле монстров. Имир наконец-то получил то, о чем грезил долгими месяцами тишины — возможность просто поговорить. Он дрожащими от волнения руками выставил на стойку запыленную бутылку. Раньше это вино стоило целое состояние, и лишь знатные посетители могли позволить себе хотя бы глоток, но сегодня он откупорил его, не взяв с гостей ни единой монеты. Рики угостился, однако Гондар не притронулся к напитку, не потому что сомневался в его содержимом, а потому что он пришел сюда по делу, а не напиваться. — Мне донесли, что шприцы со сыворотками остались у тебя. — Глянул он на радостное лицо Имира. —  Всё верно, — Имир подался вперед, понизив голос. — Перед тем как глава города позорно дезертировал, он пытался распределить препараты среди жителей, но объем был слишком велик для обычных лачуг. Мой бар стал идеальным тайником. В той огромной кладовой, где когда-то хранился лучший алкоголь, теперь покоятся какие-то коробки. Поверь, даже если Цуйкоты перевернут здесь всё вверх дном, этот секрет им не по зубам. — Отлично, проведи меня туда, —Гондар сделал последнюю затяжку, и алый огонек сигары погас, раздавленный о старое дерево стола. —Конечно, кладовая за этой стойкой. — Он похлопал по столу, бережно и тоскливо, а затем указал рукой за спину. Имир опустился на корточки, его пальцы заскользили по половицам, пока не нащупали нужный выступ. Потайная дверца поддалась, открывая зев подвала. Из темноты на них «смотрела» целая армия коробок, плотно обмотанных бечевкой. — Для чего они вдруг понадобились? Бармен, как и другие жители города, не имел информации о том, для чего именно были даны эти препараты. Их хранили для особого случая и, похоже, это оно. — Время пришло. Я отправляюсь в Драгхар, чтобы все узнать. — Объяснил Гондар, но это еще больше вызвало вопросов не только у бармена, но даже и у его товарища Рики. — Что? Ты спятил? — Рики мертвой хваткой вцепился в плечо друга, разворачивая его к себе. — Нам был дан четкий приказ: ввести аппарат всем воинам и… Резкий жест Гондара заставил Рики замолчать. Сбросив чужую руку со своего плеча, охотник чуть громче, чем обычно сказал: — Это дерьмо идея. Если мы двинемся толпой, нас перебьют прежде, чем мы увидим стены их цитадели. В лучшем случае — убьют быстро. В худшем — превратят в живые игрушки для своих забав. — Он кивнул Имиру, и тот, поняв без слов, принялся лихорадочно вытаскивать ящики на свет. — Раздай препарат остальным воинам, Рики. Но я пойду один. Я намерен проникнуть в логово врага, выдав себя за одного из них. — Это просто смешно, ты же в курсе куда собираешься? — Рики издал нервный смешок, не веря собственным ушам. Гондар так легко мыслит, зная с кем они имеют дело. — Они поймут что ты Кагеро, лишь увидев тебя. В их глазах ты лишь кусок слабого мяса. Как ты собираешься сойти за своего среди этих чудовищ?