По ту сторону выхода

На улице было пасмурно. Солнце спряталось за тяжёлыми облаками, словно девица от чужих глаз, не желающая, чтобы на неё смотрели. Джекс лежал на диване и смотрел в потолок. Тот был пустым, белым — почти издевательски спокойным. Уже несколько дней в его голове крутилась одна и та же навязчивая мысль, не давая ни сна, ни покоя. Он думал о том, чтобы проведать друзей. Но… как? Как прийти к тем, над кем он смеялся? К тем, кого чаще ломал словами, чем поддерживал? К тем, с кем они вместе сидели в клетке, называемой Цифровым цирком? Будут ли они рады вспомнить то время? Ту тюрьму, из которой они едва выбрались живыми — пусть и физически целыми. Будут ли они рады вспомнить его? Человека, который предпочитал шутить, когда другим было больно. Человека, который прятал страх за издёвкой. Мысли сплетались в один огромный, удушающий ком. Голова начинала ныть, в висках стучало, а внутри нарастало желание просто закричать — громко, без слов, чтобы хоть на мгновение стало тише. Джекс резко сел на диване. Потянулся к бутылке виски и сделал глоток. Алкоголь обжёг горло, тёплой волной прокатился вниз, оставляя после себя горечь и притуплённую тяжесть. На секунду стало легче — так всегда бывает вначале. Он тихо выдохнул, словно вместе с воздухом выпуская часть напряжения. Опрокинув голову, Джекс закрыл глаза. И сразу же — вспышки. Яркие декорации. Искривлённые коридоры. Знакомые силуэты. Смех. Крики. Лица, которые он знал слишком хорошо. Он резко открыл глаза и уставился в пустоту перед собой. — Чёрт… — вырвалось почти беззвучно. Он задумался. *На следующий день* Джекс стоял перед зеркалом и молча смотрел на своё отражение. На него смотрел парень с чёрными волосами, ростом около ста восьмидесяти двух сантиметров. Мешки под глазами выдавали бессонные ночи, а голубые глаза — когда-то яркие — теперь напоминали морское дно: глубокое, холодное и уставшее. На лице застыла нервная улыбка. Он провёл рукой по волосам, пытаясь привести их в порядок, но те, словно революционеры, упорно отказывались подчиняться. — Ну конечно… — пробормотал он, сдаваясь. Брызнув на себя духи, Джекс ещё раз окинул себя взглядом, будто надеялся увидеть там кого-то другого. Кого-то более уверенного. Менее сломанного. Но увидел только себя. Он глубоко выдохнул. Развернулся. И вышел на улицу.