Лихие Ковбои реки Колорадо

Утром чувствовал себя паршиво. Еще паршивее было ощушать весь пот и грязь, скопившиеся на теле после двух дней без душа. От меня воняло потом и спермой, и Кори не применул вставить парочку тупых шуток на этот счет. – Сегодня, пожалуй, пора бы тебе смыть с себя все эти грязевые пубертатные наслоения. – Сказал он, уже почти что привычно растолкав меня ранним утром. – У меня закончилась вода в баке для душевой, придется пойти набрать. Собирайся, я не готов еще даже день терпеть эту вонь. – Да отъебись. – Пробормотал во сне я, за что тут же получил шлепок грязным носком по лицу. – Черт, убери от меня эту дрянь! – Носок подействовал лучше выплеснутого в лицо стакана воды. Я мигом вскочил, запутываясь в складках спальника. – Настоящий мужик должен вставать как штык на рассвете и идти пахать. Хорош нежиться в моих хоромах. Он достал откуда-то огромную канистру для воды и выжидающе пронаблюдал, как я соскребаю с себя остатки сна и недовольно натягиваю чистую майку. Любая точка нашего города по каким-то неведомым обстоятельствам находилась чертовски далеко от спущенных колес фургона Кори, поэтому мы снова, два добрых молодца, шагали пока еще пустыми улицами города, ласкаемыми легким утренним ветерком. Кори насвистывал себе под нос какую-то мелодию, размахивая канистрой туда-сюда и заставляя меня уворачиваться. Он засунул руку в карман, и, выудив оттуда небольшую жестяную коробочку, протянул мне. – Скрути-ка мне сигаретку, а, Джимми. Я особо не курил, только иногда баловался травкой и табаком в компании друзей, поэтому озадаченно уставился на протянутую мне коробку. – Не умеешь? Так дела не делаются. – Пробормотал мой товарищ, останавливаясь и ставя канистру на пыльный тротуар. – Смотри и учись, показываю один раз. – Ловким движением он открыл жестянку, достал оттуда огрызок папиросной бумаги, натолкал в него вонючего табака и, проведя острым языком по краешку, крутил аккуратную самокрутку. – Теперь попробуй сам. Нужно же какую-то выгоду с тебя иметь. Крутить сигареты, как оказалось, намного труднее, чем это выглядит со стороны. С непривычки я рассыпал треть табака на тротуар под недовольную ругань Кори. Кое-как скрутив кривую папироску я пронаблюдал, как она тут же грустно развалилась в моих руках. – Черт те что, а не сигареты у тебя. – Проворчал Кори. – Это все бумага хреновая, я не при чем. – Примирительно ответил я. Смотря в упор на меня, он не глядя скрутил еще одну идеальную самокрутку и сунул мне в руку. – Начинай курить, Джимбо, понадобится – научишься крутить. Я подкурил папироску и закашлялся от столпа дыма. Без фильтра сигарета обжигала горло и заставляла глаза слезться. Кори рассмеялся: – А чего ты хотел? У меня почти закончились все элементы идеальной самокрутки. Заскочим на обратном пути в табачку, обновлю запасы. Пыхча сигаретами и разговаривая ни о чем мы продолжили наш путь, пока не наткнулись на одиноко торчащий из стены рядом с продуктовым магазином краник. Вода забулькала в канистру, сильным напором быстро заполняя собой все пространство. Кори заскочил в магазин, закинуть пару баксов за воду и прикупить еды, а я следил за процессом. Когда канистра заполнилась, одному ее было почти что не поднять. Кори, хруснув пальцами и всучив мне пакет с продуками, без особого труда с первого раза закинул себе эту бадягу за плечо, будто проделывал это каждый день на публику. – Полдороги несу я, потом твоя очередь. – Огорошил он меня, посмеиваясь. – Будешь проходить курс молодого бойца. Назад до фургона мы шли совсем медленно, все-таки под десяток галлонов воды давали о себе знать. На полпути канистра перешла ко мне и мы замедлились почти вдвое. – Хочешь передохнуть? – Участливо поинтересовался Кори, разминая плечи. Он почти постоянно что-то разминал. – Было бы славно. – Пропыхтел я, еле тянучи на себе канистру. – Тогда давай свернем тут к реке. – Предложил товарищ, и мы юркнули в заросли деревьев, скрывающих собою реку. О, великая река Колорадо, песчано-бурая и стремительная! Обними меня своими потоками и забери с собой. Мы пристроились в тени раскидистого дерева. Оно почти не давало тень, но приятно скребло спину шершавой корой. – Почему у нас всегда так чертовски жарко, я не пойму? Это же бред какой-то, почему нельзя устроить год проливных дождей, чтобы штат затопило к чертям собачьим? – Возмущался Кори, пыхча на меня дымом. – Да, свалить бы отсюда, и поскорее. – Согласился я. – Можно вообще на другой континент, лишь бы подальше от удушливого солнца. – Сгоняем как нибудь в Европу. – Кивнул Кори. – Сменим шины на фургоне, подлатаем его чуток, приведем в божеский вид, и поедем в кругосветку, лишь бы никогда сюда не возвращаться. – Он подскочил на месте, кивая куда-то вдаль, и принялся стягивать с себя одежду. – Ай, к черту, я купаться. Я с сомнением глянул на него. – Ты уверен? – Течение в нашем районе было достаточно стремительным, да и река грязная. И вообще, мало что за живность там обитает. – Да ладно, я устал, как лось, если на меня нападет какая-то мелкая щучка, то сегодня у нас на обед будет вкусная рыбная похлебка. – Он уже убегал от нашего дерева, сверкая голым задом. Я посидел чуть-чуть, посмотрел, как Кори с грохотом обрушивается в воду, и решил, — была-не-была. Стянув с себя одежду, с первобытным воем я ринулся в воду. Она настигла меня неожиданно, я почти не успел вздохнуть. Илистое дно засосало ноги, а быстрое течение принялось обмывать разгораченное тело. – Черт, здесь, кажется, недалеко выбрасывают канализационные отходы. – Выплевывая попавшую в рот мутную воду, просипел я. – Даже канализационные отходы будут почище твоего вонючего тельца. – Съязвил Кори и запустил в меня рой брызг. Мы начали бесноваться, пытаясь друг друга утопить, и в какой-то момент он уже запрыгивал на меня сверху, будучи в два раза больше, пытаясь повторить сцену тонущего Титаника. – А представь, искупаться где-то в кристально-чистых озерах Норвегии... Я читал в журнале, там большие прозрачные источники, хоть пей и принимай в них душ. – Мечтательно протянул Кори, чуть отплыв от меня. – Да, а еще чертовски холодно. – Добавил я. – Да хрен с ним с холодом, Джимми, ты только представь себе. Искупаться у ледников, поплавать с дикими тюленями и лосями, или кто там у них обитает... – Он мечтательно протянул, будто песню, последнее предложение, одной ногой уже поглаживая в мыслях мягкий тюлений бок. – Черт, Джим, нам действительно нужно сматываться из ебучего США и исследовать мир. Хочешь быть моим подмастерьем? Я расхохотался. – Но у нас ведь совсем нету денег, Кори. – Какие деньги, когда перед тобой раскинулись ландшафты дождливых лесов и первобытных земель?! Ты совсем не пользуешься воображением. Разве это не вдохновляет?! – Кажется, Кори возмущал тот факт, что я пытался опустить его на землю. – Ну, по крайней мере, это звучит как неплохой план, смотря на то, куда сейчас потихоньку двигается моя жизнь. – Протянул я, представляя себе романтику бытия в раздолбанном фургоне, бессонные ночи за рулем и последние, собранные по всем закоулкам центы, которых не хватило бы даже, чтобы приготовить ужин. – Значит договорились, Джим, пора браться за дело и воплощать мечты в реальность. – В глазах моего друга читались задорные огоньки, когда он уверенно поглядывал на меня из-под намокших светлых ресниц, почесывая трехдневную щетину на подбородке. В тот день нам-таки удалось искупаться и смыть с себя дух великой Реки Колорадо. А ближе к ночи я уплетал жареную картошку со свининой, вдыхал носом запах дешевого табака и чувствовал себя хо-ро-шо.